Найти историю

      Чёрный пистолет перепрыгивал с одной руки на другую. Заряженный, тяжёлый, с лакированными кусками дуба на рукояти. Нет. Сколько не пытайся, а направить дуло на себя Оливер попусту не мог. Либо духу не хватало, либо надежда всё никак не упускала возможности дать иллюзию того, что завтрашний день перевернёт ситуацию в жизни писателя на сто восемьдесят градусов. На деле же, она делала полный оборот и с наступлением солнца вновь возвращалась в исходную позицию.       Сколько лет это продолжается? Год? Два? Пять? Оливер уже давно не вёл счёт дней, не зная дат и ориентируясь только по временам года мог сказать лишь задумчивое «долго».       По последним подсчётам ему пошёл уже тридцать четвёртый год, но смысл в этой арифметике? Если этот день не отличается от предыдущего, то сути в их разделении небыло.       До нельзя раздражённый, он швырнул огнестрельное оружие в стену. Пистолет с грохотом влетел в картину висящую над изголовьем кровати, а после провалился за него на пол. Вместе с удручённым вздохом Оливер захлопнул коричневый блокнот, обитый кожей и с аккуратной гравировкой «Син». В последнее время на его страницах появлялись лишь короткие записи, начерканые корявым почерком и в не самом трезвом состоянии. Всё было так плохо, что даже если бы там были записаны самые интигующие идеи, Оливер всё равно не разобрал и буквы. В голову даже прокралась мысль «может если я напьюсь до того же состояния, то смогу хоть что-то понять?». Голос разума, однако, не оценил эту затею. Даже с учётом того, что за последний месяц Оливер был трезвым реже, чем на полках книжных магазинов появлялось что-то стоящее внимания. Но это являлось правдой сугубо из его уст, ведь к творчеству других он относился скептически и часто кривил лицо при виде очередной надписи «бестселлер». Таким громким наименованиям он никогда не доверял, к новым авторам относился снисходительно и никогда не сдерживал себя от нелестнных комментариев в адрес их творчества. В мире книжной индустрии он заработал весьма спорную репутацию и не редко умудрялся забивать очередной гвоздь в крышку своего гроба, вот только истории написанные им всё ещё хорошо продавались и приносили деньги не только ему, но и издательству.       Да, так и было какое-то время назад. Сейчас же Оливер мог часами смотреть на пустые страницы, не написав и строчки. Вокруг всё казалось скучным, люди, вид из окна, даже собственные мысли больше не заставляли задаваться, так называемыми, «вечными вопросами».       В попытках найти что-то интересное в задворках памяти, Оливеру в голову пришло туманное воспоминание о дне, когда он только заселился в номер одного из отелей Сент-Пола. Идти на улицу совсем не хотелось, но нужно было разогнать кровообращение после длительного перелёта и поездки в такси. Невольно, писатель набрёл на лестницу к крыше что явно была не предназначена для гостей. Оливера же подобное не волновало и он, как ни в чём небывало, стал идти вверх. Ещё при подъёме он услышал довольно громкий разговор, но приближаясь к двери осознал, что то был голос лишь одного человека. Шум снаружи заставил Оливера нахмурить брови и плотно сжать зубы. Слишком уж он не любил громкие звуки, а тут ещё и какой-то парень, чуть ли не кричал. Но пути назад не было. Сделав шаг на бетонный пол, он увидел виновника его нынешнего раздражения. Парень, приблизительно лет двадцати, рыжие, на первый взгляд, волосы, одет прилично, раздражающий.       — Вышел покурить а тут индюк…