Париж, город в котором любовь умирает

2009г. обжигающий, до потери зрения свет, от несущейся на бешеной скорости на встречу машины. До боли в сердце, разрывающий в маленькие крупицы, полон ужаса крик, а после столкновение. Заставившее двое тел, вжаться в кожаные сиденья автомобиля. —Эй ты меня слышишь? Ну же, ты слышишь меня!?— на протяжении нескольких минут надрывая горло. Хёнджин пытался добиться хоть какой то реакции от парня находившегося возле него. —Ну же Феликс, давай милый, очнись я умоляю тебя— вдалеке послышался рёв сирены скорой помощи, всё как в тумане, руки кровоточат, на лице множество жгучих ссадин, ноги прижаты, да так что без особой помощи, в одиночку не вытащить. Но сейчас парня не волнует его состояние, его волнует лишь жизнь человека, сидящего без сознания, с такими же глубокими ссадинами, кажется уже не дышащего Феликса. *Больница* Сколько боли хранит в себе это место. Стоит гробовая тишина которая угнетает, давая самым страшным мыслям прокрадываться в голову. Сейчас Хёнджин наматывая круги у двери, на которой чёрным по белому написано <Операционная>, молит о возможности ещё раз увидеть Феликса, взять его руку, прошептать нежности, от которых парень тут же становится краснее самого спелого томата, покатать на спинке. Наконец дверь открывается. Появляется фигура довольно высокого мужчины, на вид ему явно за 50, мужчина носит очки, а на шее видна маленькая татуировка. Несколько минутная пауза. Было чувство что это длилось всю чёртову вечность. Он тяжело дышит, даже не решаясь поднять своих очей на ожидающего скорейшего ответа Хёнджина. —Мы пытались как могли, мы не успели, примите мои соболезнования — В ушах зашипело, как так. Пошатнувшись назад парень упал на колени, прямо перед врачом, сейчас его вовсе не волнует то как он выглядит в данной ситуации. Боль, с каждой секундой, это ужасное чувство безжалостно поглощало его тело, без какого либо сочувствия это чувство будто разгрызало его изнутри. Он злиться, злиться на себя, ведь он сам притянул Феликса в этот чёртов Париж, в город как ему казалось той самой сильной любви, о которой так поэтично описывали в книжках, он хотел показать эту любовь Феликсу, хотел подарить ему весь этот город, наполненный любовью, страстью, запахом только что испечённых круассанов, и ароматными ванильными свечами, которые так обожал Ли Феликс. Больше этот город никогда не станет прежним в глазах Хвана, этот город забрал самого дорогого его душе человека, безжалостно убил любовь одной из душ. Хёнджин убегает, бежит куда подальше, не желая верить в услышанное, это ложь, его Феликса больше нет? —Нет..нет, нет, нет— Он не хочет в это верить, неужели его Феликса больше нет? Неужели он больше никогда не сможет вернуться с ним в их маленькую но уютную квартиру, не сможет испечь любимые Феликсовы брауни, не сможет поделиться наушниками, которые Феликс постоянно забывает, неужели больше не обнимет его, не завяжет шнурки на его ботинках чтобы тот случайно не навернулся, не подарит очередной приятно обжигающий поцелуй. Хёнджин дрожащей рукой роется в кармане джинсовки, нащупать коробочку он вынимает её и смотрит в её содержимое. Два красиво сияющих под ночными фонарями кольца, парные кольца, белого и коричневого оттенка. Хёнджин смотрит на них, так разбито, что никому на свете не удастся склеить его разбитое сердце обратно. Давая слабину сам себе, начиная рыдать что есть сил, с и так измученных глаз, льются слёзы не желая останавливаться, произносит: —Прости малыш Феликс, я хотел тебе их подарить, сразу после того как мы переедем в наш совместный дом, а сейчас..что сейчас? Я остался полностью один, Феликс почему ты оставил меня, я не смогу без тебя, как же болит.