Игры со временем

      Ирина уложила сына в кроватку и подошла к окну, вглядываясь в темноту. Она ждала. Ждала человека, который смог бы ей рассказать ей о ее детях. Но улица была скрыта высоким забором, и потому женщине ничего не оставалось, как прислушиваться к тому, что происходило на улице. Но всё было окутано тишиной.       Ирина настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как открылись ворота, часть которых была видна из окна. Опомнилась она только тогда, когда в спальню вошла Назарова, которая, посмотрев на спящего Игорька, жестом велела следовать за ней. — Ее зовут Катя Синицкая, — наконец, проговорила Вера. — У вас будет не более полутора часов на общение.       Катя Синицкая оказалась ровесницей Андрея, и потому Авдеева очень удивилась, когда она представилась как подруга Нади. Что могла связывать ее маленькую девочку со старшеклассницей?       Пока Ирина разговаривала с Синицкой, Вера спустилась на кухню. Ее мысли все не покидало то воспоминание, которое она увидела, когда случайно прикоснулась к Макарову столкнувшись с ним на лестнице. — Нет! Катя!       Это была очень страшная сцена. Четыре выстрела в упор. И ужас на лице Макарова… — Вера Дмитриевна? — голос Кати прервал размышления Назаровой. — Да? — она оглядела ученицу испытывающим взглядом. Вера так и не выяснила, какую роль эта девушка играет в деле. — Вы не видели… — она запнулась при появлении Макарова. — Павел Сергеевич! Вас то я и ищу… — Вы уже закончили? — удивился Макаров. — У нее заплакал ребенок, — пожала плечами Катя. — Я решила не мешать…       Они оделись и вышли на улицу. Катя безо всякого интереса огляделась по сторонам. У нее из головы всё никак не шло то, с какой любовью Исаева брала и успокаивала своего сына. — Она ведь любит… — тихо проговорила Синицкая. — Кто любит? — не понял Макаров. — Ирина… Она любит и Андрея, и Надю, и Игоря… — пояснила Катя. — Как такое может быть? Разве можно любить всех своих детей без исключения? — Видимо, можно, — ответил Макаров. — Мы переезжаем, — твердо проговорила молодая женщина. — Позволь узнать, куда… — строго спросил дед. — К Пете, — ответила та. — У него своя квартира.       Дед нахмурился. А Паша пытался понять, кто такой Петя и почему они к нему переезжают. — Он теперь будет твоим папой, — ответила Мама, когда Павел всё-таки решился задать вопрос, наблюдая за тем, как мать складывает из вещи.       Паша нахмурился. У него был папа. Он писал письма и присылал подарки. Зачем же ему еще один отец?       Петр оказался совсем не похож на папу. Низковатый, неопрятный… И пахло от него пивом. Но мама, казалось, совсем не замечала этого. Не замечала она и того, как он смотрел на Павла… — Правда хорошенький? — спросила она. — Уйди, Паш! Ты шляешься неизвестно где. Еще заразишь. — Я был у дедушки! — возмутился он. — Всё равно, — отмахнулась она. — Всё. Иди. Не мешай мне.       Если раньше мать изредка обращала на него внимание, то теперь ей и вовсе практически не было до него дела. Паша всё чаще стал бывать у дедушки. Тот был профессором. Он знал много историй, всегда брал с собой его на дачу и… — Паш? — голос Кати выдернул Павла из воспоминаний. — Что? — спросил он. — Мы как? Едем или задержимся тут? — спросила она. — Думаю, задержимся… — он посмотрел на часы. — Думаю, Ирина захочет продолжить разговор с тобой.       Они были похожи… Над ними проводили эксперименты. На этом их сходство кончалось. Катя стала подопытной только в школе и то относительно ненадолго. Довольно быстро ее списали со счетов… Ирине так не повезло. Она сама стала подопытной еще до того, как появилась на свет. — Эти их эксперименты… — Синицкая чуть поморщилась. — Они не проходят бесследно. Я и так была не совсем нормальным ребенком по общепринятым меркам, а после этого… — она покачала головой и посмотрела на тихо посапывающего в кроватке ребенка. — Знаете, я только недавно начала снова чувствовать… — Снова чувствовать? — нахмурилась Исаева. — Что это значит? — Это… — Катя чуть помялась. — До школы со мной в основном занималась няня-гувернантка… Родители… Отец работал. А мать… Мать занималась своими делами… Отец… Он давал и дает мне всё, что можно купить за деньги. А мать… — А бабушки и дедушки? — осторожно спросила Ирина. — Их давно нет, — ответила Катя. — Кем-то вроде бабушки мне стала леди Кэтрин, мать моего отчима… Но она не так давно умерла, — Катя чуть помолчала, собираясь с мыслями. — Так о чём это я? О чувствах… Только в «Логосе» я начала чувствовать себя живой… Не пустым местом, а человеком… А потом этот гребанный эксперимент… — со злостью проговорила она. — Мало того, что он вычеркнул из моей памяти все воспоминания, так еще… Знаете, что я почувствовала, когда оказалась в «Логосе»? У меня появилось ощущение, что я наблюдаю со стороны… Я видела, как плачут, радуются… Но я сама не могла грустить и радоваться. Я могла это изобразить, сыграть какое-то чувство… Но чувствовать в действительности? Нет.

***

      Макаров вошел в спальню и тут же оказался под пристальным взглядом девушки, которая, подогнув ногу, сидела на кровати. Она уже успела переодеть в футболку, которую выменяла у него перед Новым годом, и распустить волосы. — Даже спрашивать не буду, как ты тут оказалась, — проговорил Макаров. — Жаль, — улыбнулась Катя. — Всё обсудили? — Думаю, да, — пожал плечами тот. — А ты чего не спишь? — Я бы обязательно спала… Но в соседней комнате заплакал Игорь… — она пожала плечами. — В общем, у тебя как-то спокойней.       Макаров только покачал головой и снял верхнюю одежду под пристальным взглядом девушки. — Ты чего? — спросил он. — Ничего, — покачала головой Катя. — Тогда почему ты на меня так смотришь? — допытывался Павел. — Как так? — испытывающе проговорила девушка.       Макаров подавил вздох. Что он мог ответить? Что она смотрит на него так, как до этого никогда не смотрела? Да это даже звучит глупо! — Дом полон народа, — предостерегающе проговорил Павел. — Школа с кучей народа тебя не смущала, — улыбнулась Синицкая.       Макаров покачал головой и, сняв наручные часы, лег под одеяло. Девушка хмыкнула и, выключив ночник, легла рядом. — Когда это всё закончиться? — приглушенно спросила Катя. — Скоро, — устала сказал Макаров. Только, когда его голова коснулась подушки, он понял, как этот день его вымотал. — Ты как-то слишком уверен в этом, — она чуть поерзала, поудобнее устраивая голову на его плече. — Ты что-то знаешь? — Что-то знаю, — не стал отпираться Паша. — И очень надеюсь, что пройдет все без форс-мажоров. — Всё будет хорошо, — прикрыв глаза, ответила Катя. Как же разгоовр с Ириной ее вымотал. Казалось, она нкогда в жизни так не уставала. — А потом, когда всё закончится… — Что? — заинтересованно спросил Макаров. — Мы будем жить, — как само собой разумеющееся ответила Катя.       Павел хотел спросить, как они будут жить, но девушка уже крепко спала. У нее был действительно тяжелый день. Осторожно перебирая ее волосы, Паша не мог не думать о том, что будет после «Логоса». Такие мысли в последнее время всё чаще посещали его голову, медленно сводя его с ума. Он знал, что у Кати были планы… Но он понятия не имел, был ли он в этих планах. — Конечно, ты есть в моих планах! — возмущенно проговорила Синицкая, когда он наконец-то сдался под напором девушки и признался в том, что его беспокоит.       Катя не удивилась, когда Паша спросил ее о том, как она будет жить после «Логоса». Это был вполне нормальный и обыденный вопрос. Она удивилась тогда, когда он поинтересовалася, есть ли он в ее планах. С чего это у него вдруг появились сомнения в их отношениях? — За пределами школы всё будет иначе, — заметил Макаров. — Я в курсе, — закатила глаза. — Но я не для того спасала тебя, чтобы после школы вычеркнуть тебя из своей жизни. Так что извини, Паш… Но ты от меня так просто не отделаешься. Я ведь тебя и с того света достану.

***

      Марго искренне не понимала бывших девушек своего друга детства. И честно говоря, в последнее время ее начало тяготить их общество… Каждая из них от души потапталась в душе Паши, но ни Лера, ни тем более Ольга не видели в этом ничего такого предосудительного. А Марго помнила… Помнила, каким Паша был счатливым, когда встречался с ними, и каким был после расстаания… Это убивало ее. Но свернуть отношения с Ольгой и Валерией Маргарите не хватало духу. До них у нее как-то не было особо друзей женского пола…       Марго с Катей толком-то и не общалась. Ей только удалось с ней перекинуться несколькими фразами день знакомства и вовремя визита Паши. Что она знала о ней? Была дочерью неприличного богатого человека, училась в «Логосе» и чем-то помогала Паше в его работе. — Катя? — бывшая Данилова никак не ожидала едва ли не столкнуться с Синицкой около входа торговый центр. — Маргарита? — Катя была удивлена не меньше. — Вот так встреча, — покачала та головй и тут же спохватилась. — А ты разве не должна быть в школе? — У меня каникулы, — просто ответила девушка. — Ах да… — протянула Марго. — Я как-то не подумала об этом…       Это было неловко. И потому Марго не придумала ничего лучше, как сослаться на дела и быстро уйти. О чём ей было говорить с этой девочкой? Пересекались-то всего пару раз… И не сказать, что Катя оставила хорошее впечатление. Богатенькая, неприспособленная к жизни к девочонка… Да. Она закрыла Пашу от пуль. И что? Просто покрасоваться хотелось… Показать, что она отлчиается. — Ты видела Марго? — приподнял бровь Макаров, когда Катя рассказала ему о походе в торговый центр. — А что тебя удивляет? — не поняла девушка. — Захотелось ей прогуляться… — Катюш, сейчас середина рабочей недели… — заметил Павел. — И что? — пожала плечами Синицкая. — Она вполне могла взять отпуск или откул. Разве нет? — Может быть, — отозвался Павел. — Кстати, а чего тебя понесло в торговый центр у черта на рогах? Поближе не нашлось? — О нет… — Катя неожиданно лукаво улыбнулась. В ее глазаз заплясали черти. — Такого здесь не нашлось… — А там нашлось? — удивился Макаров. — На самом деле нет, — призналась девушка. — Но я нашла это в центре… Сейчас покажу.       Какое тут «Криминальное чтиво», когда Катя была чем-то так возбуждена? Что ее привело в такой бурный восторг? Ну уж точно не случайная встреча с его подругой по детским забавам… Маргарита могла быть еще той… Конечно, не следовало быть такого мнения о близком друге. Но Макаров уж слишком хорошо знал бывшую Данилову. — Паш… — голос Кати заставил Павла отвлечься, а посмотрев на нее, он и вовсе забыл обо всем на свете. Какого черта? — Эм… — дар речи испарился. В последний раз это произошло в день Святого Валентина на чердаке. И вот теперь снова… — Тебе не нравится? — она посмотрела на свой наряд, который очень мало оставлял простора для воображения. Когда она увидела это впервые в интеренете, то он показался ей уж очень откровенным… Но изучив более детально, она решила, что здесь нужно мужчкое мнение. — Это очень откровенно? Ладно… Так и знала… Просто мне нужно было твое мнение… И…       Договорить девушка не успела. Она сама не поняла, как оказалась прижата к стене. Как ему удалось так быстро оказаться рядом с ней? — Мне очень нравится, — хрипло проговорил он. — Но на улицу я тебя в таком виде точно не выпущу…