Личность на продажу

Было, уже к полуночи, когда Юля проскользнула на кухню где сидели мы с Леной. Рита со своим Ромой пришла в восемь, так что они разговаривали... Ну, часа два-три, как-то так. — Ну как? — спросила Лена. — Я даже не знаю, что и сказать. Мы, кажется, немного запутались. — Но вы что, подругами остались? — А кто поймёт? — спросила Юля, и плюхнулась на стул рядом со мной. — Что это значит? — То и значит, не знаем мы. С одной стороны, как-то очень легко всё стало. Ну, злится не надо больше... Но с другой, такие обиды просто так не прощаются. — Да, я понимаю — сказала Лена. — Правда? — Да, после такой ненависти, лучшими подругами вам уже не быть. Просто подружками — со временем да, но такого доверия уже не будет. — Ты пожалуй права. А что это наша Миссис Марпл молчит? — Сашка-то? Думает, сидит. Он с тех пор так ни слова и не проронил, как Ритка к тебе ушла. — С ним точно всё в порядке? — Да нормально всё. — Да, — проговорил я.— Нормально. Я сейчас понял. — Что понял? — То, что вы не могли мне сказать. И то, что эти голоса в моей голове... — я запнулся, увидев округлившиеся глаза Юли и решил пояснить — Голоса — это во время гипноза, я там типа со своей совестью говорил. — Так что ты понял-то? — спросила Лена, её последний час любопытство так и распирало. — Вы все пытались до меня донести, что женщиной быть, не так плохо, не так ли? — Да. — И в этом был смысл. То есть я понимал, что всё сказанное правда. И что к прошлому возврата нет. Но оно не отпускало меня. И я понял почему. — И почему? — А ты не догадаешься, психолог? — Сашка, ну хватит уже, давай рассказывай! — взмолилась Юля. — Идеализация. — Что? — Я не хотел отпускать прошлое, потому что я его идеализировал. Мне казалось, что быть мужчиной, это лучшее, что могло со мной случиться. А сейчас меня буквально ткнули носом в то, что это не так. — Так значит... — Да. Я не хочу иметь ничего общего с этим гадом. И мне отвратительная мысль о том, что мы с ним одного пола. — Ты решился? — Да. Теперь однозначно и бесповоротно. Я хочу быть женщиной. — Сашка, заходи. Я вошёл в кабинет главы медицинского центра, с жутко сложной фамилией, и совершенно непроизносимой должностью. И увидел сидящую за столом женщину. Обычную, без всяких белых халатов, хотя и в светлом костюме. Довольно молодую, для такой солидной должности. — Так это и есть ваш пациент? — Я не пациент. — Отныне да. И если хотите добиться своего, будете слушать меня. — Саша, это Вера Мальцевронская, Психолог, психиатр... Известнейший специалист, и мой начальник. Самый главный начальник! — Очень приятно, — заметил я. — Стало быть, лицо таким останется навсегда? — Да. Это пермонент. — Ну что же, расскажите мне свою историю. — Это точно останется между нами? — Гарантирую. Я связана конфиденциальностью данных пациента. Я стал рассказывать. На сей раз, старался ничего не упускать, но женщина всё равно задавала мне вопросы, которые, порой, ставили меня в тупик. «Что вы почувствовали, когда впервые вошли в женский туалет?» Да мне дела тогда не было, какой он, меня разоблачение волновало! «Вам никогда не снилась кастрация?» Да я из снов помню сейчас только один, что приснился, сразу после того как я это лицо получил. Его я во всех подробностях рассказал. «Когда вы видите своё лицо, при мыслях о сексе, вы не испытываете тошноты?» Причём тут тошнота? Наконец, допрос был окончен. — Ну и как вам? — спросил я, слегка охрипшим голосом. — Лена, — проигнорировав меня, она обратилась к девушке, стоявшей за моей спиной. — Ты же понимаешь, что к чему, так ведь? — Да, Вера Викторовна. — Его ни одна комиссия не пропустит. Тем более, если не вдаваться в подробности происхождения этого лица. — Я понимаю. — И конечно, на учёте с гендерными проблемами он не стоял нигде. Это ещё несколько лет ожидания... — Несколько лет? — Саша, помолчи. Да, я понимаю. Но вы не считаете, что это лучший вариант? Что пациенту это действительно нужно. Вера Викторовна замолчала. Она долго, и тяжело смотрела на меня. — Считаю. Это самый лучший исход, из подобной ситуации. Пример крайне необычен, и идентичных прецедентов нет, но мой опыт, и все мои знания говорят, что это самое разумное решение. — Так, значит, вы мне поможет? — спросил я. — Саша, я просила тебя помолчать! — напомнила Лена. — Александра! Вы должны понять моё положение. Если я помогу вам, это будет нарушением... — Сколько? — Саша, твою... — Я не собираюсь долго болтать, и веришь ли Лен, или нет, но у меня действительно есть деловая хватка. Так что я понимаю, когда надо задавать этот вопрос. — Умная девочка — ухмыльнулась «Известнейшая специалист». — Вера Викторовна, вы серьёзно? — Вполне. Фактически, то, что я делаю, может привести меня в тюрьму, или как минимум лишить практики. Это нарушение закона. Одна только запись на учёт задним числом чего стоит! Кроме того, комиссии придётся платить отдельно. — Сколько? — Миллион. Половину мне, и по 250 тысяч другим членам комиссии. Я так понимаю, для вас эта сумма не будет проблемой. — Это полностью за смену пола? — Смеёшься? Это за рецепт на гормональные препараты, и бумажку, с которой тебе сделают операцию. Остальное будете решать сами. — Поверить не могу! — Лена дрожащей рукой поднесла чашку ко рту, и сделала пару глотков рука от этого, дрожать стала чуть меньше. — Во что? В то, что она потребовала деньги? Или в то, что я ей заплатил? — Заплатила! Чёрт, ты хоть бы говорить о себе нормально начала, раз решилась на операцию! — Эй, психолог, не надо на мне срываться! — Да, прости. Просто, я никогда бы не подумала... — Все берут взятки. Вопрос в суммах, и умении эти взятки предложить. Кстати, твоя Вера Викторовна ещё весьма принципиальная. — Неужели? — Она бы могла меня вообще не спрашивать ни о чём, а просто назвать цену. Но она, сперва, выяснила, что мне это действительно нужно. А деньги... Достойная оплата за риск. Лучше уж так, чем вообще никак. — Ты ведь понимаешь, что гормоны и операция не единственное, что тебе нужно, чтобы женщиной стать? — Да, да. Вы с Юлей мне говорили уже.