Рождество.

Альбедо был всё ещё разгорячённым после всех действий со стороны Альбериха. Ему будто бы не хватало острых ощущений в своей-то спокойной жизни. Эти страстные, яркие и до мурашек горячих поцелуев по чужой шеи, смогли растопить чужое сердце. Запах алкоголя летал в облаках и вокруг них, но они этого не замечали, чувствовали рядом друг с другом очень хорошо и комфортно. Молодой человек взял синеволосого за руку и стал вести в сторону одной из горы, или же, его называют склон. Склон «Долина Звездопадов». Это было до ужаса красивое место, откуда были видны все звёзды на небе и большую округлую луну. Некоторые звёздочки мерцали и будто бы переливались, изредка подтанцовывая в округ луны, которая была одета в нарядное платье с белыми кружевами. Они все танцевали некий вальс, создавая особый ритм и романтичной атмосферы для этой парочки. Всё ещё шли по узкой тропинке, немного пошатываясь, смеясь и разговаривая обо всём. Кэйа смотрел на алхимика с такой... любовью в глазах, с такой лёгкостью. Он готов был отдать всё и все свои владения, главное находиться рядом с этим прелестным созданием, что хихикает и смеётся от шуток капитана, и улыбка сверкает от неистового счастья на душе. Крайдепринц внимательно смотрел под ноги, но не рыцарь, так как тот успел упасть на чистую траву и повалить за собой светловолосого. — Альберих, Ты! — произнёс недовольно малец, так будто бы они уже давно общаются и знакомы. Он хоть и был младше, чем капитан Кавалерии, но фраза показалась ни чуть не угрожающий, а наоборот умиляющией и милой. Мужчина ничего не говорил про этот счёт, да и парень молчал, невольно прижавшись к чужому телу, которое горело и становилось таким горячим, непонятные ощущения. Альбедо прислушивался к сердцебиению своего знакомого; такое динамичное, быстрое и ускоренное. Вроде бы это означало плохо, если бы не такая ситуация для Альбериха. Он уже успел напредставлять себе много, да и, скорее всего... испытывает некие чувства к нему, что сердце пылает в адских агониях при виде такого очаровательного человека. — У тебя сильное сердцебиение. Тебе не плохо, капитан? — обеспокоено поинтересовался тот, слегка приподнимаясь. Но что же он там увидел? Очень покрасневшее лицо, даже сквозь смуглую кожу, такой румянец был отчётливо видно. Молчание. Долгая пауза была между ними, как в ту же секунду, Кэйа резким движением закрыл лицо руками, как девственная дева перед первым сексом. — Ты так сильно покраснел... — Альбедо сначала молчаливо пялился на того, в ожидании чуда, но решился, что это плохая затея. Он самостоятельно отодвинул чужие руки с лица, нежно погладив своей рукой по «огненной» щеке, будто бы пытался ненавязчиво поцеловать в пухлые губы. — Ты такой нетерпеливый, дорогой алхимик. — сказал это Альберих, хитро улыбнувшись на жаждущее личико беловолосого. Совсем аккуратно и нежно, уверенные тяжёлые руки отправились к миловидному личику от чего учёный вздрогнул. Готов был расплакаться прямо на месте из-за собственных эмоций, которые набились застоем в глубине головы и души паренька. Он не мог понять, что с ним происходит, хоть и было много книг прочитано об симпатии, любви и как люди это испытывают. В данный момент, Альбедо увлечён Кэйей и не понимает, как от этого избавиться. Его привлекает в нём всё, что есть... даже, если он раскроет секрет под своей повязкой — он всё равно будет его любить. Через пару минут, произошёл поцелуй со стороны капитана, он не хотел отрываться от столь прелестного момента, когда они вновь друг другом наслаждаются. На земле лежать было прохладно и небезопасно, тем более в такую погоду. Это было всё романтично и красиво: Рождество. Кэйа давно хотел чей-либо любви и тепла, это его мечта, которая начинается исполняться в такой праздник. Альбедо начинает чувствовать себя живым с кучей эмоций, он их не сдерживает. — Здесь холодно лежать. Пойдём на сам склон? Посидим, потом пойдём ко мне домой. — сказал рыцарь, слегка вытирая свои и чужие губы от поцелуя. Ответа не последовало, лишь счастливый кивок. Они взялись за руки и отправились на самый высокий склон, чтобы увидеть всю красоту Мондштадта. Не описать обычными словами. Что творилось в мыслях Крайдепринца? Старался анализировать, даже не смотря на то, что в нём находится большое количество алкоголя и думать очень трудно, а контролировать свои желания — тем более. Ему Кэйа понравился своей харизмой и некой интересной изюминкой в самом характере. Выглядел тем самым человеком, у которого было много отношений и много половых партнёров. Альбедо видел в нём необычаемую красоту, нечто пустое и пугающе. «Я давно описывал его привлекательность, как нечто холодное и неисследованные земли. Напоминает мне... о Бездне.» Эти слова запомнились больше всего мне, когда он рассказывал об этом. Мне бы хотелось узнать, что он имел в виду под этими словами? Кто знает, что они оба задумали, но мы знаем точно — они оба друг в друга влюблены и особо этого не скрывают, просто... не знают, как сказать об этом. Да и лучше не торопить этот чудесный момент забвения между ними и радоваться за них, вместе наслаждаться от процесса чтения. А теперь вернёмся к ним... Альбедо всё ещё находился в тёплых объятьях капитана Кавалерии, согреваясь в них. Всё-таки, он надумал и хочет кое-что сделать этой раковой ночью для себя и для своего приятеля, с которым он мило беседовал, обнимался и целовался. Они проходили мимо полянок с цветками Сесилий. Такой свежий и свободный запах стоял в этом месте из-за этих цветков. До утра оставалось ещё три часа, а значит, что они погуляют немного и пойдут домой. — Тут так красиво, не правда ли? — спросил голубоглазый, хлопая своими ресничками, он сначала посмотрел на мужчину, а затем на ночное небо, которое окружало тысячи мелких и больших звёзд. — Видишь те два звёздочки? Большую и малую — это мы с тобой. — Кэйа пытался поддержать такую беседу, разбавив своим поведением и такой фразой. Тот лишь улыбнулся, крепко ухватившись за чужую руку, решил побежать вместе с тем до самой вершины. При остановке, они оба чуть не упали вниз со склона. Здесь было по-особенному прохладно и ветрено, но это не помешало им сесть на край, где была растоптана трава другими людьми. Альберих смотрел прямо на город, восхищаясь. Алхимик делал те же действия, но не заметил, как их руки скрестились в замочек. Не замечая этого, лишь один ахнул с того факта, что держатся вот так цепко, как никогда... боялись потерять друг друга? Боялись потерять ту самую красную ниточную связь? — Знаешь, это самый лучший праздник за последние годы, — грустно произнёс Альберих. — Почему? Думал, что ты всегда проводишь весело время в баре Мастера Дилюка. — сказал тот, посмотрев на капитана. — Мне... Это единственный год, который, я провожу именно с тобой. Ты подарил мне тепло, о котором... Я давно мечтал, — его голос был немного дрожащим и спутанным от холода, да крепкого пойла до этого. — Кэйа... — судорожно сказал учёный, положив свободную руку на чужую щёку. — Как давно, ты этого хотел? — поинтересовался Крайдепринц у того. — Давно. — краткий и чёткий ответ последовался. — Я знаю, как утолить твою жажду, боль и дать тебе тепло...но для начала, нам нужно кое-что посмотреть. — как тут же что-то затрещало, загромыхало, как гром в ясную погоду. Грохот и оглушительный взрыв — это был салют из разных узоров и красок. Они ещё час сидели в обнимку и смотрели на то, как жители пускают салют в честь Рождества.