Gods of Violence

Иногда ей кажется, что Вселенная вышла на новый уровень безумия. Не то чтобы раньше она видела много здравомыслия. Не в Рунтерре, ставшей полигоном бесконечных битв. Не в Бездне, из которой она вышла, навсегда похоронив там маленькую девочку из оазиса. Даже не в этом новом мире, в котором ей пришлось выживать в семье сумасшедших. Но когда школа — место, которое вроде бы предназначено для обучения детей — становится страшнее Бездны, Гарриет Поттер думает, что Вселенная выходит на новый уровень безумия. Она прекрасно знает запах разложения — разложения человеческой плоти. Она помнит его ещё со времён, когда была призраком пустыни, хранительницей деревень и ужасом для тварей Бездны. И когда она чувствует этот запах от одного из учителей «магической школы» – она понимает, что ничего не кончилось. Что её инстинкт убийцы лишь спал все эти годы — чтобы проснуться в день самой страшной нужды. Когда тот, кого зовут Квирелл, куда-то уходит с «пира» в честь годовщины смерти родителей Гарриет Поттер, та, которая была маленькой девочкой в пустыне, повторяет его действия. И видит, как этот «учитель» впускает в замок чудовище — огромного гуманоида, лишь немногим меньшего, чем стражи в Ущелье. Вот только у той, что вернулась, нет её второй кожи — её благословения и проклятья, её подруги и ужаса. Есть лишь решимость и то, что тут именуется магией. И магия приходит на зов той, кого называли дочерью Бездны. Жаркие тиски, охватывающие руку и плечи, слишком знакомы. Как и изменившиеся движения. Гарриет Поттер скользит по коридору, готовясь к прыжку. Когда «учитель» указывает монстру на дверь туалета, из-за которой доносятся сдавленные рыдания, та, что вернулась, наносит удар. Стрелы того, что было плотью твари Бездны, бьют в затылок обоим — и сжавшиеся в напряжении мышцы ног распрямляются, отправляя маленькую фигурку в полёт. Прямо к затылку Квирелла. Удар руки, облачённой в Бездну, сносит голову разлагающегося заживо преподавателя — и новая порция стрел бьёт в ревущую от боли тушу чудовища, попутно очищая перчатку от крови, мозгового вещества и ошмётков плоти. Стрелы несут смерть — и монстр падает, сотрясая пол коридора. Падающая вместе с ним дубина расплющивает тело Квирелла — как раз сверху, там, где должна быть голова. Та, что вернулась, исчезает в тенях. Рано или поздно она поговорит с Гермионой — хотя бы для того, чтобы понять, почему Квирелл пытался убить именно эту девочку. Но не сейчас. Та, кого звали, зовут и когда-нибудь снова будут звать Кай'Са, исчезает в тенях. Ей не нужно, чтобы эти, прости Бездна, маги знали о том, что она может сделать. О том, что она на любую угрозу жизни — своей или своих подзащитных, неважно — реагирует только одним способом. Тем, который только что доказал свою... практичность. В конце концов, здесь не Рунтерра. Хотя Кай'Са всё ещё считает, что на Рунтерре было безопаснее, чем в Хогвартсе.