Алиенист

Глава 1 Алигьера никогда не спит. Крупный промышленный город расположенный в центре Европы и разделенный в себе судоходной рекой Дит. Это город контрастов в котором прошлое и настоящее сталкивается друг с другом. Город возможностей и город обманов. Левый берег Дита, именуемый Термитником подобен механическому сердцу. Черные башни фабричных труб исторгают из себя густой дым как при свете дня, так и под взором звезд. Множество безликих рабочих кормят механического зверя прогресса сырьем и кровью от смены до смены, никогда не прекращая свой тяжкий труд. Термитник насыщен теми кого в светских кругах принято именовать чернью: чернорабочие, бедняки, приезжие крестьяне решившие искать счастья под знаменем Алигьеры. Все те к кому применим термин «низкоквалифицированная рабочая сила». Их много и они готовы трудиться ради медной монеты. А после, когда работать будет уже невыносимо в силу возраста либо иных причин, о них забудут. Просто выбросят на помойку, где им самое место. Термитник никогда не испытывает недостатка в рабочей силе. Будь ты здоровым мужчиной, женщиной либо ребенком — двенадцати часовой рабочий день един для всех. Впрочем, есть иной путь. Термитник дает возможность каждому желающему найти свою дорогу к успеху. И не важно, если она построена на чужих невзгодах. В конечном итоге, какая разница между уплатой налогов и откату за «крышу» очередной уличной банде? Да и так уж сильно отличаются элитные бордели правого берега от детских приютов Термитника? Иными словами, честным гражданам, не обремененных ночными сменами, лучше не выходить из дома после захода солнца. Если не желают оные ограбленными быть, избитыми, заиметь парочку не установленных природой отверстий в районе печени либо провести несколько суток за решеткой, встретив крайне злых и вечно недовольных патрульных. По какой-то таинственной причине, местные констебли воспринимали ночные патрули в Термитнике как наказание за явные и не очень прегрешения, а не как почетную службу бургомистру, государству и императору. Странные люди, не так ли? Правый берег Дита именуют Паноптикум. И кого только в нем не встретишь! Именно здесь расположены усадьбы аристократов, богатые, скорее похожие на миниатюрные дворцы, дома самых обеспеченных людей города, городская администрация, представительство Имперского Научного Сообщества, театры, резиденция бургомистра и множество других интересных вещей обнаружить можно в Паноптикуме, если поискать. «Жизнь кипит, плещется в бокалах, кружится в танце балла! Плетут пауки свои интриги и не смолкает смех за маской маскарада!» - сей короткий стих даст наиболее полное представление о жизни на правом берегу тем, кем лирика любима и коими отвергнут грубый слог трудяг. А между Паноптикумом и Термитником, вдоль берегов Дита, раскинулся Данвич. Относительно благополучный район Алигьры имеющий довольно интересную историю. Во времена первой инквизиции, замеченных в колдовстве было принято не сжигать на кострах, а топить в водах. Отсюда и происходит название района - Данвич. Которое, в свой черед, представляет из себя объединение двух слов старого наречия, общий смыл коих обозначается как «вода» и «ведьма». Что до реки, то по старым поверья, уходящим глубоко седую старину, именно она служила странным мостом соединяющий мир живых и царство мертвых. Согласно легендам, во времена полной Луны, утопленники поднимались с глубин и бродили среди живых до восхода солнца. А порою, можно было встретить у ее берегов странного паромщика и за небольшую плату, оный соглашался переправить живого на ту сторону. Согласно тем же преданиям, никто из смельчаков решивших отбыть в царство теней обратно не возвращался. Но, это не более чем легенды. Человеку здравомыслящему и рассудительному в них верить не пристало. Традиции уже давно потеряли свою мистическую власть, уступив трон разуму и науке. С другой стороны, паромщиков можно было так же легко встретить как во время полнолуния, так и при свете дня. Только являлись они не существами мифическими а людьми смертными из плоти и крови. И плату брали за проезд Имперскими марками. Пароходное судно, воплощающие в себе симбиоз инженерной мысли и смелости покорителей морских просторов, скользило вдоль берегов Дита по мрачным, отражающим Лунный свет водам. Где-то внутри его чрева, за удобным столиком вели неспешную беседу двое мужчин. - Интересное время вы выбрали для возвращения в родной город, уважаемый мистер Новак. Очень интересное. – произнес немолодой мужчина, чей возраст уже перешел отметку в половину века. Некто, увидев сего почтенного джентльмена, мог обратить внимание на гордый «римский» профиль лица, но большинству запомнятся круглые очки с позолоченной оправой и аккуратная ухоженная бородка. - Что вы подразумеваете под этими словами, уважаемый господин Фредерик? – задал вопрос его собеседник. Мужчина тридцати одного года возраста с серебряным кольцом на указательном пальце правой руки. Присмотревшись более внимательно, можно было различить выжженные на кольце символы и небольшой алмаз больше похожий на осколок хрусталя. С подобной вещью лучше не бродить по улицам Термитника. Даже если ты носишь его по праву дарованным Имперским Научным Сообществом. Глупцов, как известно, везде повстречать можно. - Вы, видимо не читаете газет, Алексий? – улыбнулся человек в очках. – Иначе, были бы в курсе на счет причуд рабочего люда. Совершенно уверен, что новости о «профсоюзе» Алигьеры дошли и до столицы. Слишком уж ситуация, не побоюсь этого слова, забавная. На сей раз улыбнулся Новак. - Боюсь, мистер Фредерик, вы несколько недооцениваете эгоцентричность столичного бомонта. Поверьте, их больше заботят собственные интриги, чем новости из, как среди них принято называть, провинций. Рабочий же люд, больше озабочен собственными проблемами. На этих словах Фредерик Боре слегка покачал головой. - Вот как раз о проблемах рабочего люда, мистер Новак и идет речь. - Да? Тогда, прошу вас, простить мою поспешность и посвятить в подробности. – заинтересовался Новак. - Не так давно, пару месяцев назад, - начал говорить человек в очках. - Рабочие Термитника решили взять пример с аристократии и основать собственное юридическое сообщество. Вы представляете себе такое? - Нет. - ответил Новак после короткой паузы. – Мне довелось побывать в некоторых клубах и сообществах. Как правило, почти все они похожи друг на друга. По сути своей это говорильни в которых аристократы спокойно пьют вино, хвастаются своими древними родами, сплетничают и плетут интриги не оскверняя взор свой ничтожными плебеями. – усмехнулся Новак. – Я могу вспомнить лишь одно из аристократических сообществ, чье существование имеет иной смысл, нежели подчеркнуть исключительную исключительность его исключительных участников. - Целое одно!? - удивился человек в очках. - Просветите меня скорее, дорогой Алексий! Что это за необычное сообщество такое? Новак усмехнулся и выждав театральную паузу, произнес: - Исторический клуб «Вечный Рим». Фредерик Боре на этих словах хитро прищурился. - Это, случайно, не те самые которые на своих собраниях ходили исключительно в тогах, устраивали пиры и полностью погружались в быт и культуру Древнего Рима? - Они самые. – подтвердил Новак. - А еще с ними был связан громкий скандал прогремевший на всю Империю. Если память меня не подводит, то на своих собраниях, они несколько чрезмерно глубоко погружались в культуру римскую культуру. Настолько, что устраивали самые настоящие оргии. Подобно, цивилизованным патрициям давних времен. На этих словах Новак лишь развел руками. - Согласитесь, Фредерик, именно данное сообщество молодых аристократов было создано не ради того, что бы подчеркнуть исключительность его участников, а просто ради чувственных наслаждений. Человек в очках весело улыбнулся. - Вполне возможно, мистер Новак. Насколько я помню, в том клубе состояли исключительно «побочные ветви» дворянского сословия Италии. То есть, не имеющие право претендовать на лидерство в роду. Не сомневайтесь, шутку я оценил. Однако. Предлагаю вернуться к предыдущей теме разговора. Если она вам все еще интересна? - Смею вам заверить, магистр, мне крайне любопытно, что же изменилось в родном городе за время моего отсутствия. Что это за «профсоюз» такой? - А это, уважаемый Алексий, головная боль нашего глубокоуважаемого бургомистра. – фальшиво опечалился магистр танатологии всеобщего колледжа Алигьры при Имперском Научном Сообществе. – Примерно четыре месяца назад, в общественную жизнь Алигьеры буквально ворвался амбициозный и молодой мечтатель по имени Виктор Франц. - Мечтатель? – удивился Новак. - Это самое подходящее слово, которое я могу подобрать. – Ответил магистр. – Кажется, вы были с ним дружны, Алексий? Пусть это прозвучало как вопрос, однако Новак не обманывался на сей счет. - Его семья жила в доме напротив. Что до вашего вопроса, то какая может быть дружба между двумя мальчишками с разницей в пять лет возраста? А когда мне исполнилось пятнадцать... – Новак пожал плечами. – Сами понимаете. - Понимаю. – согласился человек в очках. – Когда пробуждается Гений, между ним и обывателями появляется стена которую невозможно обойти. - Тем более политика Научного Сообщества довольно строга в вопросе обучения Пробужденных. – заметил Новак. – Естественно, не беспричинно. Суммируя все сказанное выше, нынешний Виктор Франц является для меня совершенно незнакомым человеком. - Рад, что вы это понимаете. Впрочем, иного я и не ожидал. – произнес магистр и продолжил свой рассказ. – Виктор Франц был подающим надежды редактором «Вестника Алигьеры». – магистр замолчал на секунду. – Для меня до сих пор остается тайной как подобную должность доверили столь… неопытному молодому человеку. Не иначе как ошибкой отца жены Франца – Георгия Алексеевича являющегося, на тот момент, владельцем издания, я объяснить не могу. И все же, недальновидное решение, очень недальновидное, как для столь опытного джентльмена - вздохнул человек в очках. - Как я подозреваю, свою карьеру «мечтателя», он начал с некой вызывающей статьи? – подвел итог Новак. - Именно так. Она называлась «Честь рабочего люда». С вашего позволения, мистер Новак, я опущу детали и перейду сразу к ее сути которая звучит так - фабрикаторы требуют от рабочих много а платят им непозволительно мало. - Дайте угадаю. Нашим уважаемым владельцам фабрик и заводов подобное замечание пришлось не по душе. – произнес Новак. - Подозреваю, больше самой статьи им не понравились, вызванные ею, стачки среди рабочих. Для разгона коих пришлось задействовать силы правопорядка. – ответил магистр. - Что, в свой черед, уже не понравилось бургомистру. – заключил Новак. - Как закономерный итог, зять мистера Франца был вынужден продать издание новому владельцу. А персонал был уволен и заменен более разумными людьми. – закончил Фредерик Боре. - И тогда Франц оформил юридическое сообщество? – задал вопрос Новак. - Не сразу. Спустя полтора месяца, на протяжении которых, как я считаю, вел необходимую подготовку. – ответил магистр. – Основанное им сообщество объявило своей целью «защиту чести и достоинства рабочего люда». Франц и его сподвижники уже выставили бургомистру ряд требований от имени всех рабочих мужчин Термитника. - Даже так? – вздохнул Новак.- И что это за требования? - Разрешение не работать в праздник Нисхождения, повышение заработной платы, прочие мелочи. – перечислил магистр. – Но их главное требование, на данный момент: запретить фабрикаторам нанимать на производство детей младше четырнадцати лет. - Звучит благородно. – заметил Новак. Человек в очках на это лишь улыбнулся. - Не стоит думать, что требование сие возникло от человеколюбия великого. Работа на станках не требует ни особого ума, ни физической крепости, ни образования. По этой причине фабрикаторы любят брать на работу детей, поскольку платить им можно значительно меньше. Да и розгами отхлестать нерадивого рабочего ничего не мешает. Со взрослым мужчиной так просто не получится. Тот в ответ ударить может. - И теперь взрослые остались без работы. – закончил Новак. - Да. Уровень безработицы и преступности резко возрос в Термитнике за последний год. – ответил человек в очках. – Однако, сообществу вашего, бывшего друга, явно благоволит епископ Анджуйский. Ему, либо той популярности среди простого люда, коей данное сообщество уже обладает. – добавил магистр. - Что на счет бургомистра? - Больше всего бургомистр требует порядка и не стесняется отстаивать его силой оружия. Однако, даже он понимает, что если сильно переусердствовать, то ситуация может значительно усложниться. Бунт в Термитнике ему не нужен. – ответил магистр. - Какую позицию заняли аристократы? - «Аристократ может быть фабрикатором, но фабрикатор не станет аристократом никогда» - процитировал магистр. – Не стоит сомневаться, что они не упустят своей выгоды. - Да, вы правы магистр, времена, нынче, действительно интересные. - произнес Новак. - Думаю, вы понимаете, что Научное Сообщество Алигьеры стоит в стороне от проблем промышленников, аристократии и власть имущих? Пока они не затрагивают сферу нашей ответственности, разумеется. - Конечно.- ответил Новак - Хорошо. – произнес человек в очках. – Посмею дать вам совет, мистер Новак. Он довольно прост - ограничьте все общение с мистером Францем до нуля. Вы являетесь дипломированным алиенистом Имперского Научного Сообщества в должности бакалавра. А значит должны следить как за своей репутацией, так и за тем, дабы действия ваши не бросили тень на репутацию всего Сообщества. Будет крайне неприятно если из-за необдуманных действий у жителей города возникнут сомнения в отношении нашей беспристрастности. - закончил магистр. - Граждане Империи знают, что со времен Ренессанса, Сообщество всегда являло собой маяк надежды, что светом разума разгоняет тьму ночи и обращает ожившие кошмары обратно в небытие. – ответил Новак. - Хорошо сказано. – улыбнулся магистр. – Чья цитата? - Николая Данковского - магистра тонких наук столичного колледжа. – ответил Новак. - Да, кажется, припоминаю. Он был одним из тех кто занимался устранением Александрийской аномалии. – магистр покачал головой. - Будьте любезны, ответьте мне на один вопрос, магистр. – попросил Новак. – По какой причине наш разговор происходит именно здесь? На этом корабле? Я планировал посетить колледж сразу, как сошел бы на берег. Но вы не стали ждать. Взошли на борт в ближайшем к городу населенном пункте, что выше по течению Дита. К чему такая спешка? Неужели, лишь для того, что бы дать совет? Несколько мгновений человек в очках молчал, словно обдумывая ответ. - Нет, уважаемый Алексий, мне немного стыдно признавать это, но подобная спешка обусловлена, в первую очередь, моим личным любопытством. - магистр поправил свои очки. - Мы, разумеется, полностью доверяем отчету наших столичных коллег, однако, материалы вашего дела слишком необычны, дабы их игнорировать. Мне следовало увидеть все своими глазами. - на этих словах в глазах магистра вспыхнуло фиолетовое пламя но тут же погасло. - Понимаю. - произнес Новак после короткой паузы. - И надеюсь, что вы удовлетворили свое любопытство? Сказать откровенно, меня вовсе не радует перспектива просидеть еще два года в комнате с мягкими стенами. - Ну, что вы такое говорите, Алексий? - отмахнулся Фредерик Боре. - Если комиссия алиенистов заключила, что вы можете возвращаться к работе, то кто я такой, дабы оспаривать их, закрепленное в официальном документе, постановление? - Увы, не могу. - покачал головой Новак. - После того инцидента, Талант более недоступен мне. - Не спорю, ваш Талант, мистер Новак, являлся крайне полезным инструментом. Однако, множество других алиенистов выполняют свои обязанности не имея подобных... возможностей. У вас достаточно навыков и знаний дабы продолжить свою работу. Так почему вы подали рапорт о переводе в Алигьеру? В место, где в услугах вашего профиля, откровенно говоря, не нуждаются? Некоторое время Новак молчал, обдумывая ответ. - Здесь мой дом. Я здесь родился. Здесь живет моя семья. После всего произошедшего, я, наверное, просто хочу немного спокойствия. - Думаю, я понимаю. - нечто обдумав, магистр продолжил. - Сегодня среда. Уже почти четверг. Пожалуй, отдохните денек. Придите в пятницу, вас оформят на должность лектора. Со следующей недели вы будете вести вести предмет «бесплотные сущности» для молодых Гениев. Учитывая ваш профиль работы, проблем не должно возникнуть. Деканат уже дал свое согласие. И не забудьте мой совет. *** Ступив на берег, Новак решил не прибегать к услугам извозчиков а пройтись пешком. Ему необходимо было время дабы подумать и собраться с мыслями. Виктор Франц — он помнил этого мальчишку. Казалось странным, что именно этот юнец с веснушками на лице оставит такой след в истории Алигьеры. Но в данный момент его беспокоило нечто другое. Сколько времени прошло с тех пор, как он в последний раз видел родителей? В пятнадцать лет его Гений пробудился и Сообщество взяло его на обучение. Четыре года он провел в стенах колледжа. Единственными его собеседниками были преподаватели и такие же как и он юные Гении. Общение с родителями свелось к ежемесячным перепискам — это была единственная уступка колледжа, которой могли воспользоваться Гении. Для паренька это был большой стресс. Однако, иначе было нельзя. Гении не прошедшие обучение это угроза как для окружающих, так и для самих себя. Тех, кто отказывается вступить в Сообщество именуют «мракобесами» и лучшее что их может ожидать — гильотина с последующей кремацией. Да и для родителей так было лучше. Его отец, Михаил Новак всю жизнь работал грузчиком в доках Данвича. Мать, Наталия Новак, работала прачкой в Термитнике. Денег не то, что бы не хватало, но приходилось экономить на многом. Сообщество же, выплачивает довольствие ближайшим родственникам Гениев. Причем, оно не заканчивается ни с окончанием обучения, ни со смертью Гения. Оно будет продолжаться до тех пор, пока живы родственники а Гений числится членом Имперского Научного Сообщества, действующим либо погибшим. Родители наконец-то смогли стать на ноги. Купить дом побольше и даже завести второго ребенка. Новость о том, что у него появилась сестра, юный Новак воспринял сложно. Ему, на тот момент, уже исполнилось семнадцать. Тот самый период юношеского максимализма когда хочется всего и сразу. Сперва он испугался, потом разозлился, наговорил много лишнего. Посчитал это чуть ли не предательством. Когда его обучение закончилось, он вернулся, испросил прощения за свое поведение, посмотрел на маленькую сестренку и понял, что ему больше не место здесь. Дальше началась «практика». Путешествуя вместе со своим наставником, они исколесили, наверное, половину Империи изгоняя «нетленных» из пациентов. Половину Империи раскинувшейся на всю Европу - наверное это много. Как минимум для одного юного алиениста это казалось половиной мира. В двадцать два он получил диплом и работал уже сам. Несколько раз возвращался домой на праздники но никогда сильно не задерживался. И три года назад — он не справился. Как результат, пациент мертв а сам алиенист почти год пролежал в коме. Еще два года прошли за физической и психологической реабилитацией под надзором специальной комиссии. Но самое страшное не это а чувство неполноценности внутри, словно у тебя вырвали сердце. И вот он, раздираемый чувством вины, Алексий Новак стоит у двери дома в котором живут его отец и едва знакомая сестра. Матери почти три года как не стало. Сердце не выдержало плохих новостей. Поборов сомнения Новак стучит в дверь. Что бы его не ждало, он дома. Он наконец-то дома. «Стук-стук-стук» Как и в каждом порядочном доме, рядом со входной дверью обители семьи Новак, была прикреплена петля с металлическим грузилом и каждый гость мог использовать сие несложное устройство, дабы оповестить хозяев о своем прибытии. Без необходимости сбивать кулаки в кровь, колотя в запертую дверь. «Стук-стук-стук» Сперва, послышался легкий, едва различимый, шум шагов за дверью. Спустя несколько мгновений дверь слегка приоткрылась. Ровно на столько, на сколько позволяла замковая цепочка. Из приоткрытой двери на Алексия взирало юное рыжее создание с карими глазами. Тусклый свет исходящий где-то из-за спины девушки не позволял различить черты лица либо упомянутый цвет глаз. Однако, Алексий и в полной темноте мог сказать, какой цвет глаз у собственной сестры. - Резиденция Новаков. Чем могу вам помочь? – спросила девушка. «Не узнала» - отметил Алексий с легким чувством грусти и раздражения. - Здравствуй, Виктория. – произнес мужчина. Девушка моргнула, присмотрелась слегка сощурив глаза. - Брат? Вы вернулись?! Прежде чем Алексий успел что либо ответить, дверь захлопнулась и почти сразу отворилась, уже полностью. - С возвращением, брат. – ответила девушка делая легкий поклон и пропуская мужчину в дом. Все как подобает по этикету, когда юная девушка встречает старшего мужчину в семье. По какой-то причине, данная мелочь слегка смутила Алексия. Войдя, Новак отметил, что сестра одета не в платье а в штаны из плотной ткани и белую рубашку с манжетами. В Империи принято было считать, что штаны пристало носить исключительно мужчинам. А девушка надевшая мужскую одежду - стыдит отца своего. Тем не менее, некоторый род профессиональной деятельности требовал определенной свободы движения. По этой причине не считалось позором носить мужскую одежду во время работы. К примеру: на тех же фабриках. Однако, работа это одно, а встретить гостя, тем более брата, в штанах! Это, как минимум, не прилично. «Надо будет обсудить ее воспитание с отцом» - отметил Алексий, но сам говорить ничего не стал. Поскольку начинать разговор с нравоучений посчитал неуместным. Малый, «дамский», двуствольный пистолет он заметил чуть позже. Тот лежал на журнальном столике, в метре от входной двери. - Времена нынче неспокойные. – ответила сестра, проследив за его взглядом. – Тем более, я не ожидала, что вы, брат, сможете приехать так быстро. Причем, сделаете это ночью. Я только неделю назад подала письмо в колледж и… - Письмо? – насторожился Алексий. – Что-то произошло? - Вы не знаете? – удивилась девушка. - Я подумала, что вы вернулись из-за отца. - девушка неожиданно замолчала а сердце Алексия забило тревогу. - Что с отцом? – задал вопрос Новак. - Сестра? Девушка отвела взгляд. - Он наверху, брат. – произнесла Виктория все так же не смотря на мужчину. Не говоря ни слова, Алексий устремился наверх. Туда, где как он помнил была спальня родителей. Когда родился Алексий, отцу было двадцать два года. В воспоминаниях мальчика, отец был очень сильным и крепким человеком. Юный Новак никогда не видел отца уставшим или больным. Шло время, пролетали годы. Алексий уже давно не юноша, но в его воспоминаниях отец оставался все тем же сильным и надежным титаном. Казалось, ничто не могло сломить сего человека. Ни болезнь, ни само время. Сейчас же на родительской кровати лежало исхудавшее тело истощенного старика. Старший Новак ничем не напоминал ту титаническую фигуру из воспоминаний сына. Но самым пугающим была не старческая дряблость, уже не молодого, выглядящего старше своего возраста, мужчины. Нет. Больше всего Алексия пугали открытые глаза собственного отца. Совершенно пустые, смотрящие в никуда, без единого проблеска разума, глаза. - Отец. – прошептал Алексий становясь на колени перед кроватью. – Отец это я, Алексий. Тело старика никак не отреагировало на слова сына. - Отец, я вернулся. – произнес Алексий взяв отца за руку. Та показалась ему слишком холодной и немного липкой. Старший Новак продолжал хранить молчание, никак не реагируя на появление сына. - Он не ответит, брат. – раздался голос сестры. Младшая Новак встала за спину брата не прикасаясь к нему. - Что произошло? – задал вопрос алиенист. - Папа, он… - Виктория прервалась не договорив. – У отца был сердечный приступ. Они начались после того как мама оставила нас. Последний произошел пятнадцать дней назад. Он потерял сознание а когда очнулся, то уже был другим. – Виктория умолкла на время. - Лекари говорят, что приступ как-то повлиял на работу мозга. Они не сказали как именно. Не думаю, что они сами знают. – девушка замолчала на время. – С тех пор он такой: не двигается, не говорит, не понимает ничего. Просто лежит и умирает. Алексий скорее почувствовал чем услышал тихий плач сестры. «Почему? Почему ты так долго ждала?! Почему сразу не сообщила мне? Почему не сказала о его проблемах с сердцем? Почему не уследила!? Почему допустила!? Почему, Виктория? Почему?!» - подобные мысли терзали разум Алексия. И ни одна из них не была озвучена. Алиенисты как никто знают, что мысли могут отравлять не хуже самого сильного яда. Он надеялся найти в этом доме убежище от собственных страхов. А нашел лишь горе и проблемы. - Сестра. - Да брат? - Я останусь здесь на некоторое время, ты не против? Он мог не спрашивать. Как единственный, находящийся в здравом уме мужчина в семье, он, априори считается ее главой. Но Алексий чувствовал, что так будет правильнее. - Нет, брат. Не против. Это ведь, ваш дом. – ответила Виктория после короткого молчания. Продолжить разговор решили в гостиной. Брат и сестра никогда не были особо близки, поэтому чувствовали напряженность и некую неуверенность. Отчего, перейти к конструктивному диалогу получилось не сразу. - Значит, проблемы с сердцем начались у отца после смерти матушки. – произнес Алексий. – Насколько сильными они были? - Простите, брат. Я наверное, неправильно тогда выразилась. – ответила Виктория после недолгих размышлений. – Папу стали беспокоить боли в сердце. Но именно приступы начались относительно недавно. Месяца три назад. - Его что-то тревожило? - Он беспокоился за дядю Франца. – ответила девушка. – Вы, вероятно, не в курсе о сложившейся ситуации в Термитнике? - Меня просветили относительно деятельности Виктора Франца. И к каким последствием привели его наивные мечты. – Ответил Алексий. - Я попрошу вас, брат, не говорить столь неуважительно о дяде Франце. Не в моем присутствии и ни где-бы то ни было. – Холодно ответила Виктория. – Он очень хороший человек и друг семьи. - Я учту твои слова, сестра . – ответил Алексий обдумав слова девушки. – Однако, вы с отцом, кажется, состоите в хороших отношениях с сим джентльменом. Расскажи, чем этот человек заслужил подобное уважение? И почему отец так сильно беспокоился? - Виктор Франц сражается за права рабочего люда! – гордо заявила Виктория. - Я не спрашивал о его политической и социальной деятельности, сестра. – заметил Алексий. – Ответь на вопрос. Девушка холодно посмотрела на него - А как ты думаешь, брат? Дядя Франц помогал и помогает мне и отцу. Он частый гость в нашем доме. А ты появлялся, в лучшем случае, три раза в год! Виктор заменил отцу сына! - закончила Виктория. - Это все? Или еще есть, что сказать? На лице девушки отразились сомнения. - Говори. – приказал Алексий. – Сейчас ты можешь высказать все! - Это из-за тебя. – прошептала девушка отведя взгляд. – Это из-за тебя матушка слегла. Из-за тебя у отца начались проблемы с сердцем. – закончила она едва слышно. - Возможно. – согласился Алексий, чем вызвал глубочайшее удивление у сестры. – Возможно, мне следовало просто умереть, вместо того, что бы лежать в коме или, по твоему, лучше что бы меня никогда и не было? Это ты хочешь сказать? - Что? Нет! – растерялась Виктория. - Я алиенист, сестра. И на мне лежит долг перед Империей, Научным Сообществом и людьми. – ответил Алексий. – Ты можешь винить меня во всех бедах, постигших наш род, если желаешь. Но я редко посещал дом не из-за того, что мне была безразлична семья. Я видел ужасы, которые тебе и в кошмарах не привидятся. Я видел как матери пожирали собственных детей. Я видел как мужчины сдирали с себя кожу живьём. Я видел зло и каждый раз вступал с ним в схватку. Снова и снова, пока не потерпел поражение. Поверь, сестра, я не желал такой судьбы. Но жизнь распорядилась иначе. На некоторое время в гостиной воцарилась тишина. - Я прошу прощения, брат. Я знаю, что ваша работа очень важна. У вас не было выбора. – произнесла девушка. - Извинения приняты. – ответил Алексий и тут же спросил. - Почему отец не писал о своём здоровье? - Вы находились на лечении. Думаю, папа не желал беспокоить вас. – ответила девушка. - Ясно. - произнес мужчина. - Как ты справлялась с этим одна? За отцом нужен круглосуточный уход а ты еще не совершеннолетняя. - Дядя Франц нанял женщину, она ухаживает за отцом пока я на работе. – был ему ответ. - На работе? – переспросил Алексий. – Ты бросила школу? - После смерти матушки, выплаты сократились вдвое а отцу нужны были лекарства. – Виктория пожала плечами. Не смотря на все усилия научного сообщества по развитию системы образование в империи, окончить высшее учебное заведение оставалось крайне затратным, в финансовом плане, удовольствием. Конечно, можно было подписать договор с Сообществом и после окончания обучения отработать десять лет по полученной профессии. Либо взять ссуду в банке и выплачивать проценты. Для всех остальных существовали бесплатные воскресные школы. Но обучали там лишь грамоте и счету. Школа которую посещала Виктория являлась частной организацией и именовалась - «Школой мадам Клеменс». Подобные школы, в отличии от государственных и подчиненных Сообществу, институтов имели более низкие требования к ученикам. Тем не менее, каждая подобная организация должна была получить лицензию от Сообщества и продлевать оную каждые четыре года. Не только за марки, но и соблюдая минимальный набор установленных требований. Институты не придерживающиеся установленных норм подлежат закрытию а их собственники должны ответить перед законом. Школа Виктории имела экономический уклон. Ее выпускницы, как правило становились завидными невестами для предпринимателей самого различного уровня. Поскольку умели не только грамотно разговаривать, но и помогать мужу в роли специалиста по бухгалтерскому учету а так же, в случае необходимости, давать советы законодательного толка. Теперь, когда сестра Алексия бросила учебу, ее шансы удачно выйти замуж, по мнению мужчины, резко упали вниз. - Где ты работаешь? - На хлопчатобумажной фабрике мистера Гувера. – ответила сестра. Услышав ответ, Алексий достал кошель и выложил на кофейный столик ваучер на тысячу Имперских марок. - Больше ты на этой каторге не работаешь. - Но… - Утром я посещу колледж и договорюсь с кафедрой биологии. Пусть их Гении осмотрят отца. Так же, я попробую оформить дотации на тебя. Это, скорее всего, займет кучу времени, но вопрос поставят на рассмотрение. И тебе нужно будет вернуться к учебе. Зарплата лектора, конечно, ниже, чем у действующего алиениста, но у меня остались сбережения. Их должно хватить, что бы поставить отца на ноги и закончить твое обучение. - Лектора? – переспросила девушка. – Вы остаетесь в городе, брат? - Да, Виктория, я остаюсь в городе. Как минимум, пока отец не встанет на ноги. – ответил Алексий. Нечто обдумав, девушка произнесла: - Я не хотела поднимать эту тему сегодня, но как нынешний глава семьи, вы должны знать о проблеме с нашим двоюродным братом. - Роберт? Что с ним? Алексий уже и забыл о родственниках со стороны родителей. О Роберте он помнил лишь то, что оный живет где-то в Термитнике. - Этот джентльмен. – Виктория в раздражении взмахнула рукой. – Хотя, какой он в Бездну «джентльмен»! Этот мерзкий выкидыш козы, пришел недели две назад и заявил, что он, как ближайший родственник и мужчина, теперь является главой семьи. Алексий восхитился бы наглостью родственника, если бы не холодное бешенство охватившее его суть от услышанных слов. - Он, видимо забыл, что у нашего отца есть не только дочь, но и сын. – холодно произнес алиенист. - Не думаю, что забыл. Скорее не думал, что ты вернешься. – ответила девушка успокаиваясь. – И, говоря откровенно, у меня тоже были сомнения в этом. - Хорошо, я приму это как данность. – сухо ответил Алексий. – Чего он хотел? - Продать дом, деньги разделить четыре к одному. – ответила девушка. - Подозреваю, что большую часть денег от подобной сделки, он собирался оставить себе? - задал вопрос мужчина. - «Вам, бабам, много не надо. Ты молодая — еще мужика найдешь. А мне спиногрызов кормить надобно». - процитировала девушка не скрывая отвращения. - Действительно, козий подкидыш. - проговорил Алексий. - Отец не умер, у Роберта не было и нет прав на этот дом. Как именно он обосновал свои претензии? Виктория вздохнула. - Роберт подал прошение в психиатрическую поликлинику Алигьеры. Приходили доктора дабы осмотреть папу. Дядя Франц и еще двое мужчин их не пустили. - ответила сестра. - Понимаю. - произнес Алексий. - Если они вынесут вердикт о недееспособности отца, то у Роберта будут неплохие шансы оформить над тобой опекунство. Точнее, были бы, не вернись я в город. - добавил алиенист. - Но теперь вы здесь брат. - заметила Виктория. - Я надеюсь, вы поставите этого ублюдка на место? - Он не успокоился? - задал вопрос мужчина. - Приходил недавно ночью в кампании таких же как и он мерзавцев. - ответила девушка. - Требовал впустить их, кричали, запустили бутылку из под дешевого виски в окно. Я позвонила в полицию и они ушли. - девушка поежилась. - Я испугалась. - Поэтому ты встречала меня с оружием? - Угу. - Понятно. - Алексий замолчал на пару мгновений. - Иди спать, уже поздно. Я найду время и пообщаюсь с Робертом. - Спокойной ночи, брат. - ответила девушка. Уходя из гостиной она обернулась, словно собиралась нечто произнести, но не решилась. Просто молча ушла в свою комнату. Алиенист же, задумался. Предстояло во многом разобраться и многое обдумать. «Магистр советовал ограничить контакты с Виктором, но учитывая слова сестры, я, как минимум, должен сказать ему слова благодарности. Хоть меня и злит, что этот выскочка стал словно родным в моем доме». - размышлял мужчина. - «Еще этот мерзавец — Роберт. От подобного нельзя просто отмахнуться». От поведения родственника, мысли алиениста вернулись к более важным проблемам. «Если память меня не подводит, кафедрой биологии заведует Виолетта Галанис. Очень хороший Гений — парамедик. Если кто и может поставить отца на ноги, то только она. Думаю, с ней стоит сперва пообщаться в частном порядке. Если ее вкусы до сих пор не изменились, то следует раскошелиться на греческий шоколад. Как же он назывался? Не помню. Точно помню, что в названии есть «Венера». Интересно, он действительно так сильно ей нравится или дело в том, что Виолетта родом из Греции? Или сперва зайти к директору? Следовало спросить у магистра, кто теперь занимает эту должность. Надеюсь, Старик уступил кресло и ушел на покой. Тот не сильно любил, когда Гении занимаются чем-то без его позволения. Следует поговорить со старшим секретарем на счет дотаций сестре. Она родилась уже после того, как мой Гений пробудился и по закону ей ничего не положено. Однако, я могу потребовать перекинуть дотации отца на нее. Это точно. И возможно, получится провернуть похожий трюк с материнскими выплатами? Нет. Не выйдет. Матушка уже ушла за грань. Демоны! Почему я раньше не интересовался подобными вещами? Придется сперва изучить более внимательно данный вопрос, а потом уже что-то решать. Что еще? Банк! Следует снять свои накопления. Их там достаточно скопилось. Тысяч двадцать, примерно». Средняя плата труда для взрослого мужчины на фабриках Термитника составляла от восьми до двенадцати марок в день. Буханка белого хлеба стоила две марки. Ржаного — одну марку. Месячная зарплата в пять сотен марок считалась высокой. Научное Сообщество платит своим алиенистам тысячу марок в месяц плюс сто марок премии за каждое успешное Изгнание потусторонней сущности из пациента. Двести, если пациент остался жив и в здравом рассудке. Как правило, молодых алиенистов чей трудовой стаж самостоятельной практики менее десяти лет, «гоняют» по всей Империи. Редко где их держат более четырех месяцев. Сообщество предоставляет им жилье и обеспечивает транспорт. Поэтому деньги тратятся преимущественно на еду, одежду и различные мелочи. Подобный образ жизни не способствует возникновению семьи либо близких связей, но гарантирует получение многогранного и жизненно важного опыта. По прошествии десяти лет, выжившие и пребывающие в здравом рассудке (насколько это возможно при такой работе) алиенисты переводятся на места постоянной службы. Алексий сам не заметил как задремал в гостиной. Проснулся он от того, что некто колотил в дверь а снаружи раздавались пьяные крики. «На ловца и зверь бежит». - отметил алиенист. Район Данвича считался относительно спокойным местом и патрули жандармов, если можно так выразиться, отличались некой неторопливостью. Немного подумав, стоит ли вызывать жандармов, Алексий уверенным шагом направился к двери. - Эй! Кузина! Открой дядюшке! Мы пришли проведать твоего папочку! - раздался мужской голос а следом за ним и пьяный смех. Ухмыльнувшись, Алексий быстро открыл замок и распахнул дверь. Трое мужчин различного уровня «помятость» уставились на алиениста. - Ты еще кто такой и что делаешь в моем доме?! - воскликнул один из них обдав Гения легким ароматом дешевой выпивки. С превеликим трудом Алексий узнал в этом небритом мужике двоюродного брата. - Дорогой Роберт, как тебе не стыдно! - покачал головой алиенист. - Ты так нажрался, что собственную родню не узнаешь. Роберту, насколько помнил Алексий, было двадцать семь лет. Сейчас же он выглядел на все сорок. Спившейся, грязный и вонючий, но крепкий мужик со сбитыми костяшками на пальцах. - Эмм... Алексий? - спросил Роберт после короткого молчания. Двое других, стоящих чуть позади Роберта, мужчин на этих словах переглянулись. В руке одного из них Алексий заметил бутылку, горлышко которой было заткнуто тряпкой. Сосредоточившись, алиенист привычно совместил два мира в один. Мир материи и ментальный, именуемый Астралом, план бытия смешались в его глазах. Цвета реального мира потускнели а трех мужчин окружила едва заметная смешанная аура красного, желтого и зеленого оттенков. - Да, Роберт. Это я. Не ожидал? - ответил алиенист. - Дорогой кузен мой! - радостно воскликнул Роберт. – Ты то мне и нужен! - Какое неожиданное совпадение. – проговорил алиенист. - Алексий! Твоя сестра совсем берега попутала. – произнес Роберт. – Представляешь, не пускает родного кузена в его собственный дом! - Да? – удивился алиенист. – А я вот слышал, что ты решил наложить лапу на собственность моего отца. Ничего не желаешь пояснить, кузен? «Нет смысла соблюдать вежливость. Подобная публика ее не оценит». – решил Алексий. Тонкие нити эфира вырвались из разума алиениста и устремились в глаза Роберта и его собутыльников. Шесть тонких нитей для шести глаз людских. - Старшему Новаку не долго осталось. Прости, кузен, но он уже не жилец. – произнес Роберт. – А домик хорошей. Зачем же добру пропадать? - Дом хороший. – согласился Алексий. - Но, я все еще не пойму - при чем тут ты? – задал вопрос алиенист доставая портсигар и беря папиросу. - Брось, кузен. – отмахнулся Роберт. – Ты Гений, тебе дом не нужен. И получаешь, я уверен, прилично. А у меня детишки. – засмеялся мужчина. – Давай все решим по справедливости! Мне дом, а тебе опекунство над младшей сестричкой. Тем более ей скоро пятнадцать стукнет – замуж ее выдашь! Многие, скажу тебе, доплатить согласятся, дабы стать родственником Гения. Я даже цену посоветовать могу да и парочку имен назвать - не прогадаешь. Так, что скажешь? Зажав зубами папиросу, Алексий взял в руки короб со спичками. - Скажу, что ты, дорогой кузен, так спиртом пропитался, что от одной искры загоришься. – с этими словами алиенист зажег спичку и бросил ее в Роберта. Спустя миг тот начал орать и пытаться сбить несуществующие пламя. Точнее, существовало оно лишь в сознании самого Роберта и его товарищей. Простое проявление дара Гения сродни гипнозу. Иллюзия длится всего несколько секунд, но этого оказалось достаточно дабы обратить мерзавцев в бегство. В отличие от скрывшихся из виду компаньонов, Роберт упал на землю и взглянув на алиениста безумными от ужаса глазами, попытался отползти как можно дальше. Наблюдая за сим действом, Алексий достал вторую спичку и уже на самом деле зажег папиросу. К чести Роберта, тот быстро восстановил самообладание и поднявшись на ноги с ненавистью глянул на алиениста. - Сука! Мразь! - прокричал Роберт. – Ты еще пожалеешь. Только сунься в Термитник. И ты не жилец! - Проваливай и что бы я тебя больше не видел. И не дай все архангелы небесные, ты подойдешь к моей сестре ближе чем на сто метров! Обещаю тебе, Роберт, так легко ты не отделаешься. – ответил Алексий затянувшись папиросой. Роберт лишь сплюнул на землю и развернувшись, поплелся прочь. Докурив папиросу, Алексий, сделав пару шагов, достал из кармана платок и используя его вместо перчатки, подобрал оставленную одним из мужчин бутылку. Вытащил тряпку и понюхал содержимое. «Технический спирт и еще какая-то химия. Они явно не собирались это пить» - пришел к выводу Новак. Обернувшись он увидел стоящую в дверном проеме сестру. - Спасибо, брат. – произнесла девушка. - Спасибо. Глава 2 Этой ночью ему снился кошмар. В этом Алексий был уверен. Ему теперь часто снятся кошмары. Однако, вспомнить детали собственных снов после пробуждения было выше его сил. Да и желания не было никакого. Он, более или менее, представлял, что именно может вспомнить. Когда нетленный убил его пациента, он повредил разум самого алиениста. Отправив того в глубокую кому из которой нельзя было выбраться без последствий. Алиенист с трудом мог вспомнить первые шесть месяцев «реабилитационного периода». Но то, что нельзя вспомнить, он мог додумать. Квалификация позволяла. Порою, он лежал в камере без движения. А временами вел себя словно дикий зверь. Иногда смеялся в темноте. Целыми днями. Иногда плакал. В краткие моменты просветления, звал отца и матушку. О Виктории он, скорее всего, в тот момент не думал. Если слово «думать» вообще уместно в данной ситуации. Зато он хорошо запомнил лица санитаров, что продолжали изо дня в день пытаться вернуть этому человекоподобному существу облик людской. Одиннадцать месяцев проспать без движения — это не шутки. Конечно, медперсонал делал все от них зависящие дабы избежать атрофию мышц, но без его прямого, осмысленного участия в этом было мало толку. Безумное, слабое, беспомощное, истощенное существо на кровати — вот его кошмар. Куда более страшный чем любой сон. Поэтому, открыв глаза, первое время, Алексий молча взирал на настенные часы, словно они были живые. В далеком детстве, еще до того как проснулся его Гений, отец как-то принес в дом настенный хронометр. Его деревянный корпус был сделан в форме улыбающейся кошачий морды с циферблатом в широко открытой пасти. Возможно, отец думал, что маленькому сыну понравится именно такой счетчик времени. Но юный Алексий боялся этой кошачьей морды. Особенно в сумерках. Родители вскоре продали это устройство. «Интересно, были ли они разочарованы трусливостью собственного сына?» - задался вопросом алиенист. - «Сейчас я понимаю, что ничего страшного в этом «кошаке» не было. Не понимаю, чего я тогда боялся?» Стрелки хронометра показывали семь часов двадцать одну минуту. «Во сколько я лег спать?» - попытался вспомнить алиенист- «Кажется, около трех часов было». В свое время у Алексия были довольно интимные отношения с царством грез. Да и не удивительно это, когда твой Талант «гуляющего по снам» позволяет проникать в самые глубокие чертоги бессознательного. По крайней мере так было раньше. Решив, что лежать в постели больше смысла нет, Алексий направился в уборную. «Благословен будь разум придумавший водопровод». - размышлял алиенист совершая все необходимые процедуры. Единственное, что он не стал делать – сбривать появившуюся за двое суток щетину. Здраво рассудив, что с этим лучше обратиться к цирюльнику. Самого алиениста постоянно отвлекали глаза собственного отражения. Периодично меняя цвет и оттенок, порою, в самых невообразимых сочетаниях, они не давали сосредоточиться на бритье. Из-за чего одно неаккуратное движение бритвой могло оставить глубокий порез. К счастью, подобный «калейдоскоп» существовал исключительно в сознании Алексия. Остальные видели совершенно нормальный карий цвет глаз. Как у отца. Или голубой? Как у матери? Алиенист уже и не помнил. Все же, отражение в зеркале шестнадцать лет как не совпадает с реальностью. Да и что есть реальность для Гения? То к чему можно прикоснуться? То, что можно увидеть? Или же то, что существует где-то за гранью человеческого восприятия? Отогнав неуместные в данный момент философские мысли, Алексий сосредоточился на вещах куда более приземленных. Виктория хлопотала на кухне. Домработница и сиделка в одном лице, ухаживала за отцом. Маргарита Браге – такое имя и фамилию носила нанятая Виктором сорокалетняя работница. После короткого разговора с сестрой и чуть более длинного с женщиной, Алексий узнал, что у второй четверо детей, трое из которых работают на фабрике. Мистер Браге, муж Маргариты, повредил ногу и в данный момент не работает. Виктор платит ей пять марок в день. Хмыкнув, Алексий вручил женщине десять марок за этот день и сказал, что теперь платить ей будет лично он, как нынешний глава семьи. Если, конечно, она желает продолжить работу в этом доме. Женщина не стала отказываться. Алиениста раздражала сама мысль, что в его доме трудится человек нанятый посторонним мужчиной. Теперь, когда эта проблема была решена, Алексий, собравшись в дорогу, отправился к цирюльнику. Если с поиском оного в Данвиче проблем не возникло, то отделение Империала (единственного государственного банка Империи) находилось в Паноптикуме. И тут перед мистером Новаком встала сложная дилемма – потратить несколько марок на извозчика или прокатиться на новомодном трамвае? Первый довезет быстрее и обойдется на марку дешевле. Второй – трамвай! Алексий был далек от инженерного дела и этот железный монстр, так похожий на вагон паровоза с усиками, вызывал в нем некое детское восхищение. В отличие от самодвижущихся повозок на электрическом приводе. Те детского восторга по какой-то причине не вызывали. Впрочем, подобную роскошь практически нельзя было встретить вне Паноптикума. Да и в других уголках необъятной Империи, «самоходы» считались скорее символом роскоши, чем транспортным средством. После непродолжительной борьбы между рациональностью и внутренним ребенком, алиенист потратил марку на газету и подождав шесть минут, сел в трамвай. И оплатив проезд у кондуктора в синей форме, Алексий занял место у окна. Прислушавшись к успокаивающему, отдаленно напоминающему гул высоковольтного кабеля, шуму электродвигателя, алиенист развернул газету. «Вестник Алигьеры» – крупными буквами и готическим шрифтом красовалось название на главной странице. Ожидаемо, что оная была посвящена деятельности так называемого «профсоюза». Как на непрофессиональный взгляд Алексия, статья представляла из себя вершину журналистского ремесла. В ней не было ни одного прямого обвинения, однако количество намеков и предположений должно было сформировать у читателей мнение о «профсоюзе» как о сборище криминальных элементов стремящихся разрушить экономику города. Даже было представлено интервью с таинственным профессором «экономических наук» вся суть которого, если говорить простыми словами, сводилась к следующему – если фабрикаторы станут платить больше рабочим, то цена на товары подскочит в гору, что, в свой черед, вызовет экономический кризис, нищету, безработицу и разгул преступности. Следовательно, получая меньше — рабочие живут лучше! Поскольку тратят меньше! «Логично». - хмыкнул Алиенист. Личности Виктора Франца была посвящена другая статья, но напечатанная в аналогичном стиле. Пожалуй, единственное, что не пытались приписать данному джентльмену, так это проведение человеческих жертвоприношений. Конечно, Алексий слабо представлял, каким именно человеком вырос его знакомый. Тем не менее, настолько мерзкое существо ( а назвать человеком то, что описывает газета это значит оскорбить весь род людской) просто не может существовать в природе. Сама Земля разверзнется и скинет столь мерзкую личность прямо в раскаленное ядро планеты. Учитывая, что Виктор Франц все еще ходит по поверхности Земли, а не плавает где-то в магме, то статья, как минимум, преувеличивает пороки сего человека. Либо Алексий чего-то не понимает. Следующая Статья о юной скрипачке, собирающей на своих выступлениях полные залы в Паноптикуме, его не слишком заинтересовала. Научное Сообщество традиционно потакает людям искусства, но сам Алексий больше благоволит театру. «Может, сходить с сестрой на какую-нибудь пьесу в воскресенье?» - подумал алиенист. - «Ей ведь нравится театр?» Раньше его не волновали интересы сестры. Но теперь, у него было желание наладить с Викторией более близкие отношения. «А может ее уже кто-то пригласил? Я ведь даже ее подруг не знаю!» - вздохнул мужчина. Немного позабавила и смутила маленькая статья посвященная очередному «психоанализу» мистера Фрейда. В Имперском Научном Сообществе сего шарлатана называют «озабоченным ученым» а его труды воспринимают не иначе как шутку. Тем не менее регулярно, каждые несколько лет из под его пера (точнее, печатной машинки) выходят очередные откровения «психосексуального развития личности». Именно в данной статье, кратко и простым словами, объяснялся придуманный Фрейдом «Эдипов Комплекс». Представляет из себя этот, с позволения сказать, «комплекс» неосознанное или осознанное сексуальное влечение ребенка к родителю противоположного пола. Что приводит к ревности, злости и страху наказания (у мальчиков) в форме кастрации от рук отца. А страх кастрации уже и отвечает и за формирование моральных ценностей личности. «Кокаин меньше нюхать надо. Тогда и фантазии странные в голову лезть не будут». - мысленно прокомментировал Алексий содержание статьи. - «Почему его вообще в «Вестнике» упомянули? Фрейд в столице обитает, на правах городской достопримечательности. Тут с чего о нем вспомнили?» С легким недоумением алиенист перевернул страницу. К большому его удивлению, пищу для размышлений подбросили криминальные хроники. Алигьера крупный город. Преступность и смертность здесь всегда шли рука об руку, как верные сестры. Однако, исчезновение сразу пяти юных мальчиков вызвало если не резонанс в обществе, то как минимум, возмущение. Нет. Не совсем так. Дети умирают. Такое бывает. В Термитнике это происходит чаще чем в других районов города. Кто-то погибает в уличной драке напоровшись на нож. Кого-то изобьет до смерти пьяный отец. Другие умрут от болезни или несчастного случая. Так и исчезают маленькие жители Алигьеры. Жандармы, в основном, занимаются поиском пропавших как говориться, чисто для галочки. Небезосновательно полагая, что «потеряшки» покоятся где-то на дне Дита. Особенно, когда речь идет о детях из мало обеспеченной семьи. В таких случаях удобно считать, что ребенок «сбежал из дома и не вернулся». Если, конечно, кто-то из родственников все же озаботится подать заявление в жандармерию. С беспризорниками и того проще. Поэтому, когда речь идет о пропавших детях, в большинстве случаев подразумевается, что их тела просто еще не нашли. Этот случай отличался - сам факт упоминания в газете уже говорит о многом. Все пропавшие дети были хористами в храме Гавриила заступника. Ангелопаты не могли этого игнорировать и церковь не стала молчать. Алексий задумался. Отношение между Научным Сообществом и ангелопатами всегда были сложными. Так называемое духовенство не видело большой разницы между мракобесами и Гениями. А Имперское Научное Сообщество считало рассадником греховного нигилизма. В свою очередь, Сообщество рассматривало церковь архангелов как угрозу для установленного порядка вещей. Более того, в них видели реинкарнацию всего того, с чем боролось Сообщество на протяжении многих веков – Традиции. Исторические хроники не дают ни четкой даты, ни каких либо географических намеков где именно появились первые Гении. Но большая часть историков сходятся во мнении, что первые задокументированные свидетельства появились в период правления императора римской империи Гая Юлия Цезаря Августа Германика. Более известного под прозвищем — Калигула. В те времена повсеместно процветали всевозможные языческие культы и верования. Что до самой римской империи, то там существовала практика «обожествления» августейших особ. Как пример — Юлию Друзиллу, сестру самого Калигулы, умершую в возрасте двадцати одного года, провозгласили земным воплощением богини Венеры. Со временем был установлен культ Юлии, как богине Пантеи. Подобная практика, в дальнейшем, сыграла крайне злую шутку с римской империей и ее гражданами. В те времена еще не существовало ни Сообщества, ни его предшественника – Ордена Разума. Поэтому варвары воспринимали проявление Гения не иначе как магию и дар богов. Наделенные так называемой магической силой, мракобесы быстро нашли свое место в иерархии всевозможных языческих культов. Ведь одно дело когда десятки жрецов бессмысленно танцуют вокруг каменной статуи призывая свое божество. И совершенно другое — когда один единственный Гений способен выйти за Грань и найти это самое «божество». В исторических летописях, первый век от рождения Калигулы обозначается, как время когда «боги ходили среди смертных, творя знамения и являя силу великую». Но мало кто способен назвать те времена «счастливыми». Сама природа мироздания гласит, что ничто не появляется из ничего и никуда не исчезает. Дабы «бог» мог ходить по земле, его путь должен быть освящен жертвенной кровью. Тысячи людей умирали ежедневно по всему миру в бессмысленной попытке насытить вечно голодных «богов». Духи, нежить и прочие нетленные прорывались сквозь истончившуюся Грань и скитались по земле ища кого бы поглотить. Мир разделился на тех кто владел «магией» и на тех кому была уготована роль «жертвенного скота». Ибо за все необходимо платить. Особенно за Силу. Так начался период истории именуемый «темным миллениумом». Эпоха крови, нескончаемых жертвоприношений, безумных религий и всепоглощающего ужаса. У Сообщества есть слово, которым можно назвать весь тот кошмар, что накрыл Землю и слово это — Традиции. Этим клеймом нарекается все, что имеет наглость отвергать Разум в угоду вековечных кошмаров. То, что положило конец чудовищному правление Традиций, был Багровый Мор. До сих пор остается тайной истоки этой заразы. Было это результатом магических экспериментов или странным и жутким благословением иного бога? С уверенностью можно сказать лишь одно – эпидемия вампиризма прошлась по Земле опустошая целые страны. Ни одна естественная болезнь никогда не убивала столько жизней, как полчища алчных до крови монстров. И с каждой ночью этих монстров становилось все больше и больше. От них было сложно сбежать, еще сложнее было их уничтожить. И даже самый могущественного мага, как оказалось, может разорвать кучка голодных (как их будут называть в будущем) стригоев. Да и чернь, весь смысл жизни которых заключается в том, дабы принять мучительную смерть во славу своих господ, как-то уже не спешила идти на жертвенные алтари семьями. Предпочитая позорно убежать подальше. Или предательски нанести удар в спину хозяину. Традиции потеряли былую власть и Орден Разума вышел на сцену. Ученые и алхимики, что поставили своей целью защитить людей как от монстров, так и от тирании Традиций. Магические практики, ритуальные обряды, культы и секты – все это было запрещено и безжалостно уничтожалось. В деле истребления мракобесия у Ордена Разума были могущественные союзники – порох, закаленная сталь и научный склад ума. Этого оказалось достаточно, дабы закрепиться в аполисах (городах-крепостях) и переждать алую волну. А после изгнать Традиции из Европы и провозгласить начало эпохи Возрождения. Так рождалась Империя Разума. Империя, единственной религией в которой была наука. А единственным божеством был признан человеческий Разум. Империя, которой было суждено пережить новую волну вампиризма. Куда более страшную чем прежде. Новый вид вампиров пришел словно их самой глубокой тьмы. Ни огонь, ни честная сталь не могли причинить им вреда. Лишь свет солнца делал их плоть уязвимой. Но что более ужасно, в отличие от полуразумных стригоев, эти твари объединяли в себе людской ум и кровожадность потусторонних хищников. Орден Разума пытался бороться, придумать новое оружие, но словно в насмешку, терпел поражение одно за другим. Спасение пришло на крыльях ангелов. Церковь учит, что двенадцать архангелов спустились к людям дабы научить их чудесам истинной веры. Новоявленные жрецы не могли изменить движение небесных тел и призвать рассвет в самую глубокую ночь. Но их молитвы оказывали такой же эффект на не-мертвую плоть как и свет солнца. Полтора столетия прошло с тех дней как мрачные тени были изгнаны с глаз рода людского. Орден разума был реформирован в Имперское Научное Сообщество. А церковь ангелопатов , из-за былых заслуг и заработанной популярности среди людей, остается единственной разрешенной в Империи религиозной организацией. Империя балансирует на грани между благословением ангелов и цивилизованной рациональностью разума. Но это дела далекого прошлого и неясного будущего. На данный момент, покинув трамвай, алиенист направился в одни из самых известных храмов сладостей Паноптикума, гордо носящего название – «кондитерский магазин мадам Парше». Внутри которого, с легким недоумением, алиенист взирал сразу на три, лежащие внутри холодильного ящика, разных плитки шоколада в названии которых фигурировала «Венера». А именно: Поцелуй Венеры, Дар Венеры и Улыбка Венеры. «Они ведь подразумевают планету, верно?» - усомнился Алексий. Самый дешевый шоколад стоил пятьдесят марок. «Точно, планету. От этого и цены космические» - пришел к выводу алиенист. - «Может, ну его, этот шоколад? И почему я сперва в банк не пошел, как собирался?» Обдумав эту мысль, мужчина со вздохом потянулся к кошельку. Рассудив, что лучше потратить немного (много) больше марок, чем совершить ошибку с выбором. «Двести сорок марок! За три плитки шоколада!» - причитал Алексий. - «Двести сорок!» Довольный приобретением (нет) алиенист направился в Империал. Как оказалось, на его счету лежало восемнадцать тысяч семьсот одна марка. Сняв пять тысяч, алиенист направился в колледж. Прошло совсем немного времени прежде чем он подошел к пропускному пункту. «Сколько воспоминаний связано с этим местом» - думал мужчина предъявляя свои документы. Колледж Научного Сообщества это не просто здание. Это маленький городок внутри большого города. В нем действуют свои правила и свои законы. И даже имеются собственные силовые структуры. Здесь учатся студенты, квартируют оперативники, проходят обучение молодые Гении и осуществляются иные, жизненно важные для Алигьеры, мероприятия. Аристократия уже давно называет Научное Сообщество «государство в государстве» а его колледжи «иностранными консульствами». И следует признать, что для подобных слов есть все основания . Первым делом Алексий направился в отдел кадров, где отдал выданные им в столице документы и был направлен к директору колледжа – мистеру Кристиану Андерсону дабы «выразить свое почтение». Алиенист плохо помнил сего джентльмена. Во время его учебы, мистер Андерсон занимал пост декана военной кафедры. Впрочем, Алексий считал данное определение не самым актуальным. С тех времен как Орден Разума изобрел порох и наладил производство огнестрельного оружия, Гении перестали являться решающей военной силой. Во времена Традиций, малый ковен огнепоклонниц Исшалы, совершив необходимые ритуалы, был способен сжечь армию феодала средней руки. В нынешний просвещенный век с подобной армией могла справиться и артиллерия. Без необходимости проведения кровавых жертвоприношений. А подготовить роту гренадеров значительно легче, чем тратить годы на одну единственную «огненную ведьму». Методы ведения войны изменились, с ними изменилась и роль Гениев. Парамедики, способные проводить сложнейшие хирургические операции голыми руками, всегда востребованы среди военных медиков. Экстрасенсы незаменимы в разведке. Кто защитит солдат и офицеров от воздействия на разум как не штатный менталист? Все эти специалисты получают младшее офицерское звание на военной кафедре. Но отдельно от них стоит особый вид офицеров. Тех кого за глаза называть «инквизиторами» а мракобесы именуют – книгожеги. Мистер Андерсон пятнадцать лет прослужил на «невидимом фронте» и столько же лет жизни отдал преподавательской деятельности, прежде чем Старик ушел на покой и не освободил директорское кресло. - Алексий Новак, алиенист-бакалав прибыл на место назначения. – отчитался Алексий войдя в кабинет директора. У самого алиениста звания не было, и венскую службу он не проходил, поэтому не мог быть уверен, что представился правильно. Но еще будучи студентом, алиенист слышал, что «железный канцлер», как студенты за глаза величали декана военной кафедры, слыл тем еще перфекционистом во всем любящий строгий, военный, порядок. - Присаживайтесь, бакалавр. – ответил директор, смерив Алексия оценивающим взглядом и добавил. – И застегните верхнюю пуговицу. Не позорьте облик Научного Сообщества. Молча застегнув плащ, алиенист сел на стул и положил на стол директора необходимые документы. - Я ожидал вас завтра. – произнес мистер Андерсон, ознакомившись с документами. - У меня появились личные дела к миссис Виолетте Галанис. А так же к бухгалтерии. По этой причине я решил посетить колледж раньше назначенного дня. – ответил Алиенист. - Что именно вам надобно от декана Галанис? – задал вопрос «железный канцлер». - Вылечить болезнь моего отца. – прямо ответил Алексий. – Боюсь, что обычным медикам не хватает квалификации для работы с мозгом. Я думаю, что такой опытный парамедик как миссис Галанис окажется более компетентной в решении данной проблемы. - Тогда вам следует оформить запрос на услуги парамедика. Как представителю Сообщества, вам положена скидка. Если, конечно, вы не желаете оформит добровольное согласие на проведение медицинской практики студентов биологической кафедры? Если у вашего батюшки некая острая форма инсульта, возникшая в результате проблем с сердцем, то студенты способны справиться с этим. – задал вопрос директор посмотрев на Алексия.- - Нет, не желаю. – ответил тот не удивившись осведомленности бывшего инквизитора. Куда больше его огорчило требование запроса. «С другой стороны, миссис Галанис не стала бы проводить операцию без правильно оформленного разрешения с обязательным пунктом отказа от ответственности» - размышлял Алексий. – Деньги не важны, но время! Запрос будут рассматривать не менее трех дней. Сегодня четверг. В субботу и воскресенье они не работают. Значит, ответ раньше среды можно не ожидать». Он желал дабы парамедик осмотрела отца как можно быстрее. Отчего и намеревался поговорить с миссис Галанис в частном порядке. Но «железный канцлер» сказал свое слово. - Что вам понадобилось в бухгалтерии? – задал вопрос мистер Андерсон. - Я желаю оформить дотации на свою младшую сестру - Викторию Новак. На сей раз «железный канцлер» удивился. О чем явно свидетельствовала слегка приподнявшаяся в верх левая бровь. - Ваша сестра родилась уже после вашего Пробуждения, мистер Новак. Вам же знакома политика Сообщества в отношении дотаций? - Знакома. – ответил алиенист. – Как и политика поощрений за работу связанной с непосредственной угрозе жизни и разуму. Мистер Андерсон задумался на пару секунд прежде чем ответить. - Вопросы дотаций находятся вне моей компетенции. Этим занимается казначейство. Вы конечно можете подать заявку и ее рассмотрят. – директор сделал паузу. – Однако, вашей сестре исполнится пятнадцать в январе и по законам Империи она будет считаться совершеннолетней. Как по моему скромному мнению, мистер Новак, не проще будет, с вашей стороны, подыскать ей достойную партию? - Боюсь, что из-за особенностей моей работы алиениста, я не настолько близок с сестрой дабы принять верное решение в столь деликатном деле. Тем более, как вы сами заметили, она станет совершеннолетний менее чем через полгода, а значит, будет иметь право отвергнуть представленную мною кандидатуру. И законы Империи подтвердят ее правоту. Поскольку брак требует добровольного согласия как жениха, так и невесты. - Согласен с вами, бакалавр. - произнес мистер Андерсон. – К несчастью, существуют некоторые поправки закона, которые... - директор сделал выразительную паузу. – Несколько опережают свое время. Из-за чего менее образованному большинству, порою, трудно правильно их интерпретировать. - Именно так. Не то, что людям получившим достойное образование и видящим рациональный элемент установленных законодательством правил. - согласился Алексий, тихо радуясь, что смог подобрать верную формулировку. Сам мужчина считал, что сестра имеет право самой решать кто станет ей мужем и кому она родит детей. Но говорить об этом «железному канцлеру» он не собирался. - Мне говорили, что магистр Боре, не так давно, дал вам мудрый совет, бакалавр? – задал вопрос директор. - Верно. И я намерен к нему прислушаться. – заверил Алексий. - А ваша сестра? – уточнил «железный канцлер». - Моя сестра, не является представителем Научного Сообщества. – заметил Алексий, которому не понравилось то русло в котором начал идти диалог. - Насколько я слышал, Виктор Франц крайне уважаемая личность в доме Новаков. – заметил бывший ( а бывший ли?) инквизитор. - Он помогал моей семье во время моего отсутствия. – ответил алиенист которому даже не пришлось изображать легкое недовольство. - Понимаю. – ответил директор после короткой паузы. – Должен заметить что магистр Боре, дав вам совет, не учел один немаловажный нюанс. - Какой именно? – задал вопрос Алексий. - Виктор Франц, ныне, персона общественная. Как и те, кто его окружает. – произнес мистер Андерсон. – Журналисты и ранее интересовались вашей семьей. Но ваш отец оказался достаточно мудр, дабы оградить себя и свою дочь от контактов с ними. Эти хищники пера и чернил ничего от них не добились. – слегка улыбнулся директор. – Данная позиция семьи Новак вполне устраивает колледж. Надеюсь, представители вашей семьи и далее будут проявлять мудрость в нынешние, не самые спокойные, времена - Можете в этом не сомневаться. – ответил Алексий. - Я рад, что не ошибся в своих суждениях. – ответил директор и неожиданно задал вопрос. – Ваша сестра, кажется, не успела закончить свое обучение в «Школе мадам Клеменс»? - Обстоятельства не позволили ей. – ответил Алиенист. - Ей будет тяжело догнать учебный материал, реши ваша сестра продолжить обучение - заметил директор. – Правила колледжа не запрещают школярам заниматься репетиторством. Более того, с разрешением ответственного декана, подобная деятельность может рассматриваться как практика. – продолжил «железный канцлер». – Думаю, у вас, бакалавр, не возникнет с этим вопросом никаких проблем. Что до «Школы мадам Клеменс» то у меня есть все основания считать, что они пойдут на уступки сестре нашего нового лектора и позволят сдать бывшей ученице экзамены без лишних затрат. Виктории Новак останется лишь дождаться экзамена и проявить на них семейную мудрость. - Благодарю вас, господин директор.- ответил алиенист. По сути своей, сказанное директором-инквизитором не было нарушением каких либо правил. Школяры (студенты не являющиеся гениями) действительно могли получить право заниматься репетиторством в частном порядке. А администрация «Школы мадам Клеменс» скорее всего выполнит скромную просьбу директора колледжа, по совершенно случайному стечению обстоятельств, являющимся третьим по влиянию человеком в городе. Но смысл был предельно прост и понятен – рассудительность вознаграждается. Алексию осталось только донести эту простую мысль до сестры. - На этом вы свободны, бакалавр Новак. – произнес мистер Андерсон. – Зайдите к секретарю и получите расписание лекций на следующую неделю. - Всего доброго, господин директор. – ответил алиенист поднимаясь со стула. - И еще одно. – услышал Алексий уже открывая дверь кабинета. – Шоколад, который любит декан Галанис. Называется «Поцелуй Венеры». Если вы вдруг забыли. «Дерьмо демона!» - мысленно выругался алиенст. Ему и в голову не пришло, что за ним следили. Шагая по коридорам кафедры биологии, мужчина задавался вопросами – известно директору о произошедшем конфликте с Робертом или нет? А если да, то почему он ничего не стал говорить по данному поводу? У Научного Сообщества были свои правила регламентирующие когда и при каких обстоятельствах гений имел право использовать свои способности. Тогда он немного отошел от них. С другой стороны, Сообщество всегда защищало своих Гениев. Это не значит, что их не наказывали свои, но каждый Гений мог рассчитывать на юридическую, медицинскую либо иную помощь от Сообщества. Более того, Гении ЗНАЛИ, что ее им ОКАЖУТ в любом случае. Если, конечно, Гений не совершил чего-то совсем уж глупого. Ренегаты, изменники, предатели – могли рассчитывать лишь на смерть. «Железный канцлер имеет репутацию педанта и перфекциониста» - напомнил себе алиенист, но тут же добавил. – «Но никто и никогда не назовет его глупцом». Немного подумав, Алексий решил, что директор посчитал инцидент с Робертом слишком незначительным дабы как-то реагировать на него. «Смертей нет, никто не ранен. Если вспомнить бутылку с зажигательной смесью и алкогольное опьянение у той троицы, то можно списать все на необходимую самооборону – не на что реагировать». – пришел к выводу Алексий. Как оказалось у миссис Галанис сегодня совмещенный урок с курсом Танатологии. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Прежде чем раскрыть секреты не-мертвой плоти, сперва, следует познать тайны живой. Школяры, заполнив две трети аудитории, с восхищением и страхом взирали на происходящее перед ними действо. С некоторой долей цинизма, алиенист мысленно разделил аудиторию на «первокурсников» и «старшекурсников». Вторые, хоть и уделяли внимание лекции миссис Галанис, но зачастую, осознанно или нет, но задерживали свой взгляд на знойной гречанке. «Даже и не подумаешь, что ей почти девяносто». - отметил алиенист взглянув на черноволосую красавицу. - «Выглядит лет на тридцать, не более». Как говорил один философ: «Все равны перед его величеством временем. Но парамедики - равнее». Алексий мог лишь добавить к этим словам, что такова особенность их Таланта. Сама Виолетта предпочитала «удобную» одежду, от чего носила рубашку с корсетом и не признавала юбки (пылесборники — как она их называла) отдавая предпочтение штанам и сапожкам на высоком каблуке. Естественно, что дураков хоть как-то попрекнуть главного парамедика Алигьеры в «неподобающем виде» не находилось. По крайней мере среди школяров вынужденных строго следовать правилам и во время учебы не появляться в классах не иначе как в ученических мантиях. А вот «первокурсникам» было безразлично то, во что одета декан. Возможно, проводи она занятия и вовсе беж одежды, им так же было все равно. Они широко раскрытыми глазами взирали на отрезанные человеческие головы лежащие на столе перед Виолеттой и к которым были подведены электроды. Виолетта рассказывала лекцию и попеременно подавала электрический ток заставляя лица покойников менять свое выражение от безразличного спокойствия до улыбок, грусти или даже ярости. В след за этими изменениями, менялось лица и школяров. Они то бледнели, то зеленели а кто-то из юнцов даже умудрился потерять сознание от увиденного. Заметив алиениста, миссис Галанис слегка кивнула ему, взглядом указав на свободное место в аудитории. «Подождем, немного» - подумал Алексий присаживаясь рядом с бессознательным юношей. Когда лекция закончилась, школяры разбежались а ассистенты унесли головы, алиенист смог наконец переговорить с парамедиком. - Добрый день, миссис Галанис. Должен признать, что вы с каждым годом становитесь все прекраснее и прекраснее. - произнес Алексий. - Бросьте этот церемониал, мистер Новак. Я такое каждый день слышу.- отмахнулась гречанка и в ее глазах промелькнули зеленые искры. - Кстати, на данный момент «мисс Галанис». - Сочувствую вашей потери. - ответил Новак. - О! Нет! Вовсе нет! - рассмеялась женщина. - Мой бывший муж жив. Чего, теперь уже, не скажешь о его «маленьком друге». Но жив. На несколько секунд Алексий просто впал в ступор. Он, конечно, помнил, что Виолетта личность прямолинейная, но это было уже просто за гранью. - Эмм? - Некоторые мужчины просто не знают как держать своего «жеребца» в штанах при виде молоденькой «кобылки».- развела руками женщина. - Ясно. - ответил алиенист и тут же решил уточнить. - Мы сейчас говорим о мистере Штефане? - Нет. С пятым мужем я еще несколько лет назад распрощалась. - ответила Виолетта. - Ну, раз так. То позвольте вручить это вам. - произнес Алексий доставая шоколад. «Декан Галанис» - алиенист вспомнил слова директора. - «Мог бы и предупредить, мерзавец!» Ни для кого не было секретом, что чем старше Гений, тем больше его мышление отличается от мировоззрения обывателя. И речь не идет о старческой деменции которой, кстати, Гении не страдали. Если говорить простыми словами, то чем Гений старше, тем больше в его голове тараканов и тем они крупнее. Виолетта считалась «старейшим» сотрудником колледжа. А значит и тараканы в ее головы были размером с Луну. По мнению Алиениста, гречанка страдала синдромом «второй молодости». Той самой, когда хочется жить, радоваться и любить! Что с ее Талантом, вовсе неудивительно. Проблема заключалась в том, что жизненный опыт почти в сотню лет никуда не делся. А если учесть, что все ее мужья, кроме первого, были младше ее самой, то... - Ой! Это же «Поцелуй Венеры»! И остальные тоже вкусные! - обрадовалась Виолетта принимая подарок. После чего оглянулась, удостоверившись, что их никто не видит, сделала шаг назад и послала Алексию воздушный поцелуй. Тот сделал вид, что поймал его и приложил к сердцу. - Подумать только. - задумчиво произнесла Виолетта. - А наш маленький Новак вырос. Так не интересно! Ты так забавно смущался когда я улыбалась тебе на парах. - Эмм... да. Было дело, мисс Виолетта. - ответил алиенист вспомнив себя студентом и отвернулся. - Вот! Именно так!- удовлетворенно произнесла мисс Галанис, но тут же ее глаза загорелись мягким зеленым светом. - У тебя явные следы недостатка сна. И совсем недавно ты пережил стресс. - закончила женщина совершенно серьезным голосом. - Мне снятся кошмары. - пожаловался алиенист. - Что до стресса, то у моего отца серьезные проблемы со здоровьем. Выслушав рассказ бывшего студента, мисс Галанис слегка покачала головой. - Я посодействую. На завтра не рассчитывай, но думаю, что в понедельник твой запрос уже подтвердят. - произнесла женщина и нечто написав на листке бумаги, протянула его алиенисту. - Это лекарство для тебя. Оно поможет не видеть кошмаров, но больше пяти дней его употреблять нельзя. - Благодарю вас, мисс Виолетта. - искренне произнес Алексий. - Если я чем-то могу помочь вам, то я всегда к вашим услугам. - Можешь сводить меня на бал. - улыбнулась гречанка. - Я плохо танцую. - сразу ответил алиенист. - Очень плохо? - спросила мисс Виолетта. - Очень плохо. - твердо ответил Алексий. - Врешь ведь? - Я бы не посмел, мисс Виолетта. - ответил алиенист. - Я слишком сильно вас уважаю. - Все вы, мужчины, такие нерешительные. - вздохнула гречанка. - Ладно, беги, Новак. Сделаю вид, что поверила. - улыбнулась женщина. - В понедельник увидимся. Попрощавшись, Алексий направился домой. И по приезду, его ожидала несколько непривычная картина: рядом с его домом стояла карета а перед входом дежурило двое крепких мужчин в серых костюмах. Таких часто можно встретить на улицах Термитника. Чуть в стороне стояло трое жандармов и, как показалось алиенисту, с некоторым раздражением следили как за мужчинам в сером, так и за группой из пяти человек стоящих чуть дальше по улице. «Серые», когда карета Алеския приблизились к дому, явно насторожились. Пятеро людей, увидев как он выходит из транспортного средства устремились к алиенисту, но перед ними, не подпуская оных к Гению, встали двое жандармов с дубинками в руках. Между полицейскими и журналистами (а кто еще это мог быть?) началась ругань. Адепты пера и чернил кричали о «свободе слова» а жандармы дипломатично намекали собеседникам, что нарушение общественного порядка карается посредством дубинок. И если уважаемые «шакалы и падальщики» будут надоедать честным гражданам, то смогут посмотреть на работу полиции прямо из глубин камеры. Во время их культурной беседы, некоторые журналисты, вспомнив о своем долге перед родным изданием, пытались вовлечь в беседу самого алиениста дабы узнать его мнение в столь важных вопросах как: «Мистер Новак! Как давно вы знакомы с Виктором Францем!? В каких отношениях находятся ваши семьи!? Как вы относитесь к «профсоюзу»!? Что скажет Научное Сообщество? Это правда, что Виктор Франц собирается с супругой, дабы взять в жены вашу сестру!?» «Что?» - удивился алиенист последнему вопросу. К счастью, журналистам хватало такта задавать свои вопросы на расстоянии. По крайней мере одного замечания по печени со стороны жандармов хватило, дабы остудить пыл слишком общительных джентльменов и вернуть диалог в конструктивное русло. Третий полицейский сделал шаг к алиенисту и слегка склонил голову в коротком, больше похожем на простой кивок головы, поклоне. «Интересно. Очень интересно». - отметил Алексий. А вот «серые», перегородив ему дорогу, потребовали ответа: - Ты еще кто такой? - задал вопрос один из них. «У него серые глаза. Скорее даже, серо-стальные». - машинально отметил алиенист. - «Это скорее типично для Восточной Европы, чем для нашего региона». - Куда направился? - спросил второй, с небольшим шрамом над левым глазом. На это алиенист лишь хмыкнул и задал встречный вопрос: - А кто спрашивает? И что вы, двое, делаете рядом с моим домом? - Твоим домом? - переспросил первый. - А? Так ты братец малышки Виктории! - проявил чудеса сообразительности «человек со шрамом». - Тот который маг? - удивился первый и добавил, обращаясь уже к алиенисту. - Так может, покажешь нам магию? А? - Да, покажи! - потребовал «шрам». «Магия? Невежды!» - мысленно фыркнул алиенист у которого сложилось впечатление, что он присутствует на какой-то глупой постановке. Научное Сообщество не любило этот термин. Поэтому Гении, для обозначения своих способностей, предпочитали использовать слово «манифестация». - Могу заставить ваши зубы, джентльмены, исчезнуть. Такая «магия» подойдет? - решил уточнить Алексий. - Вы, двое недоумков, еще долго собираетесь надоедать мистеру Новаку? - вмешался в разговор третий жандарм. - Или давно в «клетке» не сидели? Думаете, что если в «профсоюзе» теперь, то можете общественный порядок нарушать? Если «да», то я вам быстро мозги на место вставлю! - Ой! Да ладно тебе, командир. Мы же не со зла и не от помыслов зловредных. - ответил ему «шрам». - Работа у нас такая. Важного человека ведь охраняем. - Проходите, господин Новак. Не смеем вас больше задерживать. - произнес второй «серый», делая шаг в сторону. - Прошу вас, не обращайте внимание на наше присутствие у вашего дома. Мы просто ждем когда наш начальник выйти соблаговолит. Проблем ни вам, ни вашей семье, смею заверить, мы не создадим. - Тьфу на вас! Канальи. - ответил им жандарм. «Действительно. Очень интересно». - вновь пронеслось в голове у Алексия. Не обязательно быть Гением, дабы понять, что Виктор Франц сейчас находится в доме Новаков. Отсюда и столь резкое внимание как жандармов, так и журналистов. Все хорошее настроение Алексия, возникшее после посещения колледжа, куда-то исчезло. Глава 3 Если Виктория и видела сцену на улице, то никак не стала ее комментировать. - С возвращением брат. - произнесла девушка, встретив Алексия в прихожей дома. - Нас посетил гость и я позволила себе оказать ему гостеприимство, не дожидаясь вашего возвращения. «Хоть платье надела. Не в штанах». - отметил Алексий. - Я уже догадался. - ответил алиенист. - Я так понимаю, мистер Франц сейчас в гостиной? - Дядя Франц выразил желание дождаться вашего возвращения и выразить свое почтение. - ответила девушка. - Тогда, не будем заставлять твоего гостя ждать. - ответил мужчина, намеренно выделив мистера Франца как гостя сестры. У алиениста совершенно не было никакого желания общаться с этим человеком. По крайней мере, не после того как ему доходчиво объяснили, почему этого общения лучше избегать. С другой стороны - вышвырнуть гостя на улицу было, как минимум, некрасиво. Особенно, если учесть насколько сей джентльмен близок сестре и отцу. И дело даже не в семейной соре, которая последует вслед за необдуманным действием, а в репутации. Прослыть неблагодарной свиньей у Алексия намерений не наблюдалось. - Мне поставит чайник? - спросила Виктория никак не отреагировав на подтекст сказанных братом слов. - Будь любезна, сестра. - ответил Алексий снимая плащ. Виктор Франц выглядел как немного худощавый, высокий молодой мужчина в деловом костюме не самого высокого качества. Единственное, что выбивалось из типичного образа "джентльмена средней руки" это наручный хронометр в серебряной оправе. Хронометры, достаточно компактные дабы носить их на руке либо в кармане, вещь сама по себе не дешевая, даже без учета стоимости оправы. Из-за чего возникал небольшой контраст между одеждой и этим «аксессуаром». - Мистер Новак. - произнес Виктор Франц увидев Алексия. - Позвольте, пусть и с опозданием, поздравить вас с возвращением в город. А так же выразить свое искреннее сочувствие по поводу постигшей вашу семью трагедии. Ваш отец является благородным джентльменом и вы можете рассчитывать на любую помощь с моей стороны. - закончил мужчина протягивая руку для джентльменского рукопожатия. Меньше одного удара сердца потребовалось алиенисту, что бы вновь объединить два мира. Когда человек испытывает сильные эмоции, будь то гнев, волнение, наслаждение или страх, они отбрасывают в астрале тень по форме ауры. И чем сильнее эмоции - тем отчетливее видна аура. Виктор Франц оказался совершенно спокоен. - Благодарю вас, мистер Франц, за теплые слова и за ту поддержку, которую вы оказали моей семье. - ответил Алексий сжимая протянутую руку. "Когда-то, давным давно, мы с "малышом Францем" играли в "рыбалку" у берегов Дита. Привязывали к палкам длинную нитку или обрывок веревки и закидывали "удочки" подражая взрослым" - вспомнил алиенист. - «Теперь, того малыша даже не узнать». - Должен признать, вы заметно выросли, с нашей последней встречи. - усмехнулся алиенист. На лице мистера Франца появилась легкая улыбка. - Как и вы, мистер Новак. - дипломатично заметил Виктор. - Мы с вами оба уже умудренные жизнью старики. - Не преувеличивайте, мистер Франц. - покачал головой алиенист. - Не такие уж мы и старые. Мне чуть больше тридцати. Вам и того меньше. - Думаю, моя жизнь просто слишком насыщена на события. И это заставляет чувствовать себя старше своего возраста. - мужчина сделал короткую паузу.- Вам же довелось многое повидать. А это оставляет свой отпечаток который невозможно скрыть. - произнес Виктор. - Вы сражались с врагами рода людского. Теми из них, которых нельзя увидеть или потрогать. Значит и пустить им кровь невозможно. - Лишь Разум сразит тех, против кого бессильна сталь. - прокомментировал алиенист. - Думаю, Церковь имеет на сей счет иное мнение. - дипломатично заметил Виктор. - Церковь на многие вещи смотрит иначе. - ответил алиенист. - Должен заметить, что у нее есть основания для этого. Вторая Ночь показала человечеству, что полагаться на один лишь Разум, порою, недостаточно. - произнес Виктор. - На тот момент Ордену Разума не хватало знаний дабы остановить эпидемию вампиризма, это верно. - произнес алиенист. - Но, как по моему мнению, лучше рассчитывать на собственные силы и логическое мышление, чем на прихоти потусторонних существ. - Как говорил один из ученых: «Разум, не имеющий знаний подобен ружью без единого патрона». - процитировал мистер Франц. - А знания, мистер Новак, имеют цену презренного металла. Вы прекрасно знаете, сколько стоит получить высшее образование в колледжах Имперского Научного Сообщества. - Знаю. - согласился алиенист. - Так же, как ведомо мне и об контрактной практике. - После заключения подобного контракта, учащийся должен будет десять лет отрабатывать свою учебу. Там куда его направит Научное Сообщество. Иначе отправится на каменоломни. - заметил мистер Франц. - И эти десять лет ему будет насчитываться полная заработная плата. Как и положено дипломированному специалисту. - добавил алиенист. - Да. Это так. - ответил Виктор Франц. - Однако, каждый год колледж берет на обучение лишь ограниченное количество подобных «контрактников». - Это уже, мистер Франц, вопрос к экономике. - ответил Алексий. - А она, в реалиях нашей Империи, очень деликатная тема. Конечно, определенный процент от налогов уходит на спонсирование Научного Сообщества, однако, это не означает, что казначейство может позволить себе слишком большое количество «должников». Несмотря на все совершенство человеческого Разума, мы остаемся существами из крови и плоти. Представители Сообщества так же нуждаются в еде, питье и комфорте. Если точнее: все в том же презренном металле. - Все, так или иначе, упирается в материальные средства. - усмехнулся Виктор Франц. - Подобный подход вынуждает многих талантливых молодых людей влачить жалкое существование чернорабочего либо искать удачи в не самых законных организациях. В то время, как существуют частные школы, обучение в которых менее требовательно, но так же слишком затратно в финансовом плане, для большей части населения Алигьеры. Алиенист насторожился, поскольку поднятая тема оказалась слишком «скользкой». Виктор Франц, тем временем, продолжил: - Эти школы, вынуждены тратить большие суммы для продления лицензий выдаваемых Научным Сообществом. В следствии чего и формируются столь высокие цены на обучение. Думаю, нашему городу пошли бы на пользу некоторые реформы в образовательной системе. «Что он несет?» - удивился алиенист. Этим разговором Виктор Франц напрямую затрагивал сферу интересов Сообщества. «И как говорит красиво! А о том, что помимо получения денег Сообщество следит не только за качеством обучения в подобных школах, но так же и за другими нормативами — как-то забывает. К примеру: за соответствие зданий установленным требованиям. Или санитарным нормам. Никто не даст лицензию школе в которой нет системы отопления, учителя не проходят экзамены на проф-пригодность, протекает крыша или по коридорам которой бегают крысы а учеников кормят некачественной пищей!» Алиенист даже представлять не хотел какой именно может быть школа без надзора со стороны Сообщества. Более того, Алексий, теперь, был просто обязан доложить директору колледжа о самом факте подобного разговора. Понимал ли Виктор Франц это? Алиенист считал, что мистер Франц прекрасно это понимает. Между двумя мужчинами не было каких либо доверительных отношений на данный момент. А у дипломированного алиенисты имелись свои обязанности перед Сообществом. «Чего он добивается?» - задался вопросом Алексий. - «Спровоцировать Сообщество? Передать через меня послание? Я не понимаю». - Профсоюз, на данный момент рассматривает несколько идей как можно поднять уровень образованности в городе. Думаю, вскоре мы опубликуем наши выводы и обратимся к властям дабы.... - Я наслышан как о вашей деятельности, так и о «профсоюзе». - прервал его Алексий. - И должен признать, что у меня нет никакого желания принимать участие ни в первом, ни во втором. Поэтому, если вы намерены поднимать данную тематику, то я буду вынужден попросить вас покинуть мой дом. - решил прямо заявить алиенист. - Брат! - возмутилась Виктория зайдя в гостиную с подносом в руках. Три наполненные чашки ароматного чая на нем и легкие закуски явно указывали на намерения сестры присутствовать при разговоре мужчин. - Да, сестра? - холодно спросил Алексий. Девушка хотела нечто ответить, но спустя миг отвела взгляд и тихо произнесла: - Дядя Фран пришел в ваш дом с просьбой. Не могли бы вы, брат, выслушать его? - Это так. - произнес мужчина посмотрев на Алексия. - Я понимаю ваше желание держаться как можно дальше от политики. Вы человек подневольный и вашему руководству может не понравится связь одного из Гениев с моей... гммм... деятельностью. Я прекрасно это понимаю. Поэтому моя просьба не имеет никакого отношения к "профсоюзу". - закончил Виктор. Секунду, алиенист колебался, но приняв решение, произнес: - Тогда, я с удовольствием выслушаю друга семьи. - С вашего позволения, брат, я накрою на стол. - произнесла Виктория ставя поднос. - Мне неизвестно, какой именно чай вы предпочитаете, брат. Я заварила черный, с бергамотом. - Благодарю, сестра. - ответил Алексий беря чашку и устраиваясь в кресле напротив гостя. - Как вы любите, дядя Франц, без сахара. - произнесла девушка ставя чашку перед гостем. - Благодарю вас, мисс Виктория. - ответил Виктор. - Перед тем, как мы перейдем к моей просьбе, я прошу у вас прощения за то, что своим приездом, привлек журналистов к вашему дому. - Не стоит извиняться, дядя Франц, мы понимаем, что вы персона публичная. - ответила девушка бросив быстрый взгляд на брата. - Внимание вашей охраны, оказалось более раздражительным чем нападки мастеров пера и чернил. - произнес Алексий делая маленький глоток. Чай оказался недостаточно сладким. - Вы, вероятно имеете в виду мистера Тома и мистера Фина? - уточнил Виктор Франц. - Смею вас заверить, это не охранники. Просто сии джентльмены по какой-то причине решили, что я нуждаюсь в сопровождении. - Думаю, что я могу понять их опасения. - произнес алиенист и дабы избежать неудобной для него темы, продолжил. - Оставим это мелкое недопонимание. У меня нет претензий к этим людям. - Очень этому рад. - ответил Виктор и сделав маленький глоток из чашки, продолжил. - Скажите, мистер Новак, вам известно имя - Глория Райт? - Звучит знакомо. - алиенист задумался. - Да. Это имя упоминалось сегодня в утренней газете. Это шестнадцатилетняя скрипачка пользующаяся популярностью в Паноптикуме. И это все, что я могу сказать о ней. - Признаюсь, ваша осведомленность оказалась выше моих ожиданий. - улыбнулся Виктор. - Хм. Раз вы упомянули эту юную мисс, то и ваша просьба должна быть как-то связанна с ней. - пришел к выводу Алексий. - Верно. - ответил Виктор. - Так сложилось, что моя драгоценная супруга и миссис Райт довольно близки. И в последнее время у юной Райт, как бы мне выразиться... - мистер Франц замялся подбирая слова. - Думаю, правильнее будет сказать, что младшую Райт преследуют жуткие кошмары. Этот факт беспокоит ее матушку - Николь Райт. А значит, беспокоит и мою дражайшую супругу. - В кошмарах нет ничего приятного. - ответил алиенист. - Но при чем тут я? Виктор вздохнул. - Понимаете, мистер Новак, Глория считает, что источник ее кошмаров имеет прямое отношение к потустороннему. - ответил Виктор. - Мисс Райт обращалась в Сообщество? - сразу задал вопрос Алексий. - Да, обращалась. - произнес Виктор. - Гении провели обследование и не нашли никаких признаков одержимости. - Заражения. - поправил его алиенист. - Простите? - Мы говорим - «заражение». - пояснил Алексий. - Эмм... да. Во общем, следов заражения обнаружено не было. - исправился Виктор. - Дайте я попробую угадать. - предложил алиенист. - Слова специалистов юную мисс Райт не убедили? - К несчастью. - вздохнул Виктор. - А что говорят обычные психологи? - поинтересовался Алексий. На это Виктор пожал плечами. - Ничего конкретного, мистер Новак. Предполагают, что так сказывается переутомление и юное воображение. Церковь так же не нашла следов темной магии. «Даже удивительно». - мысленно усмехнулся алиенист. - Понятно. Девушку мучают кошмары. - подвел итог Алексий. - Но я все еще не могу понять, при чем здесь я? - Моя супруга надеется, что вы, учитывая вашу специализацию, сможете точно определить являются ли кошмары юной Райт проявлением нечистой силы или это действительно не более чем игры слишком развитого воображения? «Нечистой силы? Ну и варварство». - подумал алиенист. - Судя по вашим словам, девушку уже осмотрели специалисты Сообщества. Их выводы отвергли. - заметил Алексий. - Почему вы считаете, что к моим словам прислушаются? - Думаю, мистер Новак, здесь все дело в том, что вы вернулись из столицы и вы экзорцист. - ответил мистер Франц. - Алиенист. - произнес Алексий. - Не экзорцист. Экзорцисты это у церковников. Я алиенист. - Прошу прощения. - ответил Виктор. - В любом случае, если после общения с мисс Райт, ваши выводы совпадут с заключением Сообщества, у меня лично не возникнет вопросов. Зато, я надеюсь, это сможет, как минимум, ослабить беспокойство моей супруги.- закончил мистер Франц. - Думаю, я понимаю. - ответил Алексий после короткого размышления. Перед ним не стоял вопрос — браться за просьбу этого человека или нет? Даже после всего произошедшего Алексий воспринимал себя как алиениста. Проверять подобные вещи было частью его обязанностей. Долга, если угодно. - Я согласен. Я поговорю с мисс Райт. - дал ответ мужчина. - Рад это слышать. - произнес Виктор. - Я договорюсь о вашей встречи с миссис и мистером Райт и пришлю к вам извозчика ближе к вечеру. Если, конечно, вас устроит это время? - Вполне. - коротко ответил Алексий. - Тогда, за сим отклоняюсь. Был рад пообщаться с вами, мистер Новак. - попрощался Виктор Франц с Алексием и посмотрев на мисс Новак, продолжил. - Всего доброго, мисс Виктория. - До свидание, дядя Франц. - ответила девушка провожая гостя. Когда Виктор Франц покинул дом Новаков, Виктория вернулась в гостиную. - Как прошла ваша поездка в колледж, брат? - Вполне удовлетворительно, сестра. - ответил мужчина. - Если не случится ничего непредвиденного, то во вторник или среду придет парамедик осмотреть отца. - Это очень радостная весть, Алексий! - обрадовалась Виктория, но тут же взяла себя в руки. - Прошу прощения, брат. - Так же, у тебя вскоре должен появиться личный репетитор из школяров. С его помощью ты сможешь сдать экзамены в своей школе и получить достойное образование. - произнес Алексий не обратив внимание на фамильярность сестры. - Благодарю вас, брат. - ответила девушка. Алексий на это лишь вздохнул. - И еще кое что, Виктория. - произнес алиенист. - В колледже мне ясно дали понять, что политическая нейтральность вознаграждается. А участие в делах мистера Франца нет. Как нынешний глава семьи я попрошу тебя не участвовать ни в каких мероприятиях связанных с данным джентльменом. Как публичных, так и частных. Некоторое время Виктория молчала, прежде чем ответить: - На хлопчатобумажной фабрике мистера Гувера был такой приказчик — Хьюз. Он любил трогать девочек, тех кто постарше, ниже спины. Однажды, одна из работниц, юная Хлоя Уильямс, осмелилась пожаловаться на него мастеру цеха. Мастер велел ее выпороть. Тогда Хьюз сильно избил ее палкой. Бил по рукам, спине, голове. Он избивал ее пока мы все, мальчики и девочки, смотрели на это в страхе. Когда бедняжку унесли она едва дышала. Ее голова вся была в крови. Больше мы ее не видели. - Ее родители обратились в полицию? - задал вопрос Алексий. - Хлоя из детдомовцев. Если кто и обращался, то на ублюдке это никак не отразилось. Он все так же продолжал трогать девочек. - произнесла Виктория. - Он и тебя трогал? - Нет! - ответила сестра, слишком поспешно. - Нет. Словом, я рассказала дяде Францу о случае с Хлоей. Через пару дней Хьюз не вышел на работу. Говорят, что ночью его ограбили и избили до смерти. Просто хотела, что бы вы знали, брат. - девушка замолчала. - Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. - произнес алиенист. - Мне тоже, жаль. - ответила Виктория. - Пока папа не выздоровеет, вы глава семьи. Я буду делать так, как вы скажете. - Знаешь, сестра, я ведь не родился сразу Гением. - задумчиво произнес Алексий. - Что? Простите, брат. Я не поняла. - До того как мой дар Пробудился, мне довелось поработать мусорщиком на такой же хлопчатобумажной фабрике. - Никогда бы не подумала. - искренне удивилась девушка. - Когда отец отвел меня на фабрику, мне шесть лет было. Тогда фабрикаторы еще опасались злить рабочих и не пришли к идеи, что можно обойтись лишь детьми. Но мусорщиками, как ты знаешь, могут быть только дети. - Но зачем? Простите, но я не могу представить, что бы папа добровольно отправил ребенка на фабрику! Тем более мусорщиком! Это же опасно! - Опасно. - согласился алиенист. - Ты ползаешь под колесами собирая куски хлопка а они все время двигаются. Неправильно рассчитал время и твою голову просто раздавит. Причина в том, что тогда движение по Диту перекрыли, не помню почему, многие, в том числе и наш отец, остались без работы. Спустя шесть долгих месяцев, когда все вернулось в норму, отец запретил мне приближаться к фабрике. - Алексий усмехнулся. - Этот твой Хьюз получил по заслугам. Если кто-то позволит по отношению к тебе недостойное поведение — обращайся ко мне, сестра. Но не стоит считать себя самой умной. Я прекрасно знаю, что из себя представляет жизнь в Алигьере и за ее пределами. И укоры совести, после твоего маленького рассказа меня не посетят. - Прошу прощения, брат. - Виктория склонила голову. - Так же я дам тебе один совет, сестра. Если мистер Франц причастен к смерти этого человека, на что ты так явно намекнула, то лучше об этом никому не говорить. Если, конечно, ты не желаешь создать для столь скандальной личности еще больше проблем. Девушка удивленно посмотрела на брата. *** Семья Райтов принадлежала к тому виду аристократов коих, среди высокородной публики, принято вежливо именовать «нобелями». Данное слово можно условно перевести как — неудачник. Когда закончилась Вторая Ночь, оказалось, что вампирская чума скосила не только чернь и быдло, но так же знатно прошлась по представителям высшего общества. Что в крайней степени несправедливо. Кому-то повезло больше, кому-то меньше. Некто решил, что сделка с отродьями ночи более выгодна, чем лояльность роду людскому. Последние закончили жизнь на кострах инквизиции. Так или иначе, как уверяет народная молва, «свято место пустым не бывает». На место старой аристократии пришли амбициозные «новички». Особо предприимчивые и амбициозные молодые рода увидели во втором Ренессансе шанс которым и воспользовались. Те же, кто не оказался достаточно расторопным или пострадал наиболее сильно, потерял все что имел. Кроме благородной крови текущей по их венам, разумеется. Таких дворян, некогда могущественных, но не сумевших сохранить свое и именовали «нобелями». В прошлом Райты были влиятельным родом от богатств которого ныне остался лишь дом в Паноптикуме. Лишь некоторое время назад, благодаря таланту Глории, о роде Райтов заговорили вновь. Кто бы мог предположить, что так произойдет? Чета Райтов встретила алиениста с затаенной надеждой и аристократическим достоинством которое так легко спутать с брезгливой отстраненностью. Сама же юная мисс Райт оказалась длинноволосой блондинкой с нежными чертами лица и яркими зелеными глазами. Единственное, что портило ее идеальное лицо — едва заметные под макияжем круги вокруг глаз. Явно возникшие из-за недостатка сна. Цвет глаз юной девушки заставил сердце алиениста на мгновение сбиться с ритма. Увы, но вовсе не от светлых чувств влюбленного мужчины. А скорее от предчувствия грядущих неприятностей. Среди простого люда издревле ходило поверье, что зеленый цвет глаз, особенно у женщин, это знак темных сил. В самых далеких уголках Империи от таких детей, по слухам, предпочитали избавляться сразу после рождения. Научное Сообщество к подобному мракобесию относилось с явной враждебностью. Однако, старый наставник Алексия, в свое время, говорил следующие: «Запомни, Алекс. От людей с зелеными глазами, по возможности, следует держаться как можно дальше. Особенно от женщин. Сообщество никогда этого не признает, но многие ведьмоловы и инквизиторы верят, что женщины с зелеными глазами для потусторонней нечисти являются желанным деликатесом. И если нетленный учует такую, то будет преследовать до тех пока его не уничтожат. А там и следующий на подходе. Поэтому, если судьба или случай сведут тебя с зеленоглазой пациенткой, то у тебя, как у честного мужчины, будет только два выхода: пустить ей пулю в лоб, что бы сама не мучилась и окружающих под удар не подставляла или жениться. Третьего не дано». Наставнику Алексий верил больше чем официальной позиции Сообщества в данном вопросе. По этой причине, разговаривая с юной Райт в уютной беседке, алиенист искренне, всем своим сердцем, надеялся, что у девушки просто слишком живое воображение. - Как давно вас преследуют кошмары? - задал вопрос Алексий после того как девушка и мужчина были друг другу представлены. - Кошмар. - поправила его девушка поглаживая лежащую у нее на коленях белую кошку. - Мне снится один и тот же кошмар. - Необычно. - задумчиво произнес алиенист. - И давно он вам снится? - Думаю, недели три. - ответила девушка. - Вы, кажется, не уверены. - заметил мужчина. - Первые несколько дней, я не могла вспомнить о чем он был. Просто знала, что мне приснилось нечто очень плохое. По этой причине я затрудняюсь дать четкий ответ. - девушка на миг отвела взгляд. - Но с каждой новой ночью деталей, которые я могла вспомнить, становилось все больше. - Юная Райт посмотрела в глаза алиениста. - У вас необычные глаза, мистер Новак. - Да? Почему же? - заинтересовался мужчина. - Когда я только увидела вас, они показались мне голубыми. А сейчас они карие. «Странно». - отметил алиенист. - Просто игра света. - улыбнулся мужчина. - Да, наверное. - согласилась девушка поглаживая кошку. Та в ответ мурчала словно маленький электродвигатель. - Я понимаю, это не очень приятно, но мне нужно, что бы вы описали свой сон. Желательно, максимально подробно. Девушка вздохнула, но начала свой рассказ: - Сперва даже и не скажешь, что это кошмар. - произнесла юная Райт. - Мне снится бал маскарад. Множество мужчин и женщин танцуют в просторном и роскошном зале. В котором нет ни факелов, ни электроламп. Танцующие кружатся в свете кристаллов переливающихся всеми цветами радуги. - девушка задумалась на мгновение. - Я никогда не слышу музыку под которую они танцуют. Точнее, не могу понять. Она похожа на шепот весеннего ветра. - произносит юная Райт. - Простите, но это первое, что мне приходит на ум. - Ничего страшного, мисс, продолжайте пожалуйста. - улыбнулся Алексий. - В какой-то момент, я понимаю, что играю им на скрипке. - произносит девушка с легким восторгом в голосе. - Я стою среди них, меня словно окружает столб света, мое, покрытое драгоценными камнями, платье излучает свет звезд. Я играю на скрипке и это, думаю, мое лучшее выступление. Музыка которую я создаю, ее нельзя описать словами, она... божественна. - выдыхает девушка. - Я никогда так не играла и никогда не смогу. Это, что-то за гранью возможного. Девушка умолкает и прекращает гладить белую кошку. «Мяу» - возмущенно заявляет последняя, явно недовольная от того, что ручная чесалка за ушками отлынивает от работы. Девушка вновь начинает гладить кошку и продолжает свой рассказ. - Все меняется, когда я прекращаю играть. - заявляет Глория Райт. - Когда мое выступление заканчивается, нечто толкает меня на пол и я падаю. Только тогда я замечаю, что на моей шее ржавый ошейник от которого идет такая же цепь. - девушка замолкает и более не говорит ни слова. - Кто держит цепь? - задает вопрос алиенист. - Мужчина. - отвечает девушка. - Он очень высокий и в золотых доспехах. Я не вижу лица, но у него длинные белоснежные волосы. Они почти касаются пола. Девушка вновь замолкает и отводит взгляд. «Что бы сказал сейчас шарлатан Фрейд на это?» - приходит Алексию неуместная мысль. - Что происходит дальше? - Он что-то говорит и люди в масках, которые только что слушали меня. Они смеются а мужчина бьет меня ногой в живот. - отвечает девушка. - Я знаю, что это сон но... - Если вам необходима передышка, мы можем продолжить потом. - произнес Алекси. - Нет. Я в порядке. Если что, то Мурка меня успокоит. - с этими словами девушка взяла кошку на ручки и прижала к себе. «Мяу». - прокомментировала та. - Мурка? Думаю, ей подходит это имя. - улыбнулся Алексий. - Как давно у вас эта кошка? - спросил алиенист дабы немного отвлечь девушку. - Лет шесть уже. - ответила Глория. - Не поверите, но я нашла ее на улице, совсем еще котенком. Правда, тогда она была немного легче. - улыбнулась мисс Райт. «Мяу». - ответила ей кошка. - Скажу вам по секрету, мистер Новак, но Мурке немного смущается, когда мы обсуждаем ее вес. - прошептала мисс Райт улыбнувшись. - Это зря. Она очень красивая кошечка. - ответил алинист. -Вот видишь. Даже мистер Новак считает, что ты красивая. - произнесла девушка обращаясь к Мурке. «Мяу». - ответила та. - Что же, пожалуй, я продолжу рассказ. - произнесла девушка после короткой паузы. - Все присутствующие начинают смеяться надо мной. Я не понимаю слов, но знаю, что они высмеивают мою музыку и мой талант. Плюют на меня. Бросают что-то... Думаю, яблоки.- девушка замолчала. - Неприятно. - произнес алиенист. - Очень. - согласилась девушка. - Но это только начало. - Что происходит дальше? - Мужчина в золотых доспехах начиняет избивать меня ногами. Он что-то весело говорит и смеется, но продолжает бить меня. - тихо ответила девушка. - Обычно, после этого он уходит а его гости поднимают меня с пола. Срывают платье. Кусают и зубами, похожими на иглы, сдирают с меня кожу. Я кричу от боли а они смеются. Смеются и продолжают срывать с плоть с моих костей. И смеются... смеются и смеются надо мной... - девушка замолчала и о чем-то задумалась. - Мисс Райт? - По крайней мере, так было до этой ночи. - произнесла девушка. - Кошмар изменился? - Да. Кажется. - ответила девушка после короткой заминки. - На этот раз, мужчина в золотых доспехах не ушел. Он начал на кого-то кричать в толпе. Я так же не понимала слов, но совершенно уверена, что он был в бешенстве. - Вы видели, на кого он кричал? - задал вопрос алиенист. - Да. Она появилась спустя пару мгновений. Точнее, толпа расступилась перед ней. - поправила девушка. - О ком вы говорите, мисс Райт? - задал вопрос Алексий. - О кошке. - ответила девушка. - Вернее, это была женщина в белом платье, но с головой кошки. «Бастет?» - удивился алиенист. - Вы можете описать платье? - спросил алиенист. - Белое и... - девушка отвела взгляд слегка покраснев. - И? - Неприличное. - ответила юная Райт. - Очень открытое и разрез от бедер до пола. Широкий. Ногу ничего не скрывает. Такое не надевают в приличном обществе! - подвела итог девушка. - Вы можете рассказать еще что-то об этом персонаже вашего сна? - задал вопрос алиенист. - Кожа, кажется, смуглая. Темнее чем у меня. Кошачье... лицо, наверное...- замялась девушка. - Не запомнила. - Еще что-то? - Да. - задумчиво ответила юная Райт. - У нее был жезл в руках. Или скипетр. Я не уверена. - Можете его описать? - Серебреный, на конце странный символ. Алиенист достал из кармана блокнот и карандаш. - Можете нарисовать? - попросил мужчина протягивая их девушке. - Да. Конечно. - ответила та. Менее чем через минуту Алексий уже готов был проклинать Виктора Франца самыми последними словами — на листке был нарисован Египетский анкх с тремя горизонтальными линиями. - Что было дальше? - задал вопрос алиенист. - Мужчина в золотой броне кричал на женщину-кошку. А та, посмотрев на меня, произнесла одно лишь слово, после чего я проснулась. - Вы запомнили, что это за слово? - спросил алиенист. - Да. - ответила девушка. - Она произнесла: пикси. «Дерьмо». - кратко выразился алиенист в мыслях. Каждый, достаточно сильный Гений, способен покинуть пределы материального мира и отправиться за Грань в форме духа. Но лишь сноходцы могут воспользоваться Лунной Тропой и отправиться в измерение Гносиса. Реальность, что в запретных текстах Традиционалистов именуется «Царством Снов». Пройдя по Тропе, сноходец прибудет в город Ултхар. Это миролюбивое место населенное Лунными Кошками и каждый путник, уважительно относящийся к законам Ултхара, будет встречен как почетный гость. Правит городом царица Бастет. Именно ее символ нарисовала юная мисс Райт. Одна из немногих сущностей которых Сообщество рассматривает как «условно доброжелательных» для человека. Отчасти, из-за того, что Бастет практически не интересуется делами смертных. А сноходцы (коих во всей Империи три с половиной человека), это, возможно, единственные люди которые с ней контактируют. В теории. На практике, где-то дальше, в глубинах Гносиса, расположены острова Лэнга. А вот их обитатели, Сиды, к людям настроены куда более враждебно. И что самое главное: Сиды и Бастет ненавидят друг друга. Дабы понять причины сей вражды, стоит знать, что именно из себя представляют Сиды. А Сиды, это концентрированное высокомерие и презрение ко всем, в ком нет «серебряной крови Фэйри». Для того, что бы Сиды могли проникнуть на Терру, кто-то должен их впустить. Сами они не способны перейти Грань. А вот их слуги, Подменыши, на это вполне способны. Подменыши появляются в этом мире когда растет детская смертность в пределах ограниченной территории. Будь то мор, голод либо какая иная причина повышенной детской смертности, она открывает для Сидов лазейку через которую они выпускают мелкого демона-паразита. Он проникает в разум ребенка находящегося на пороге смерти и помогает ему выжить. Дабы позже сожрать изнутри. Сперва меняется разум, а за ним мутирует и тело. Как правило, сей процесс требует большого количества пищи и энергии. Подменыш восполняет ее убивая и сжирая семью своего донора. Когда Подменыш полностью сформировался, он (будучи отчасти человеком) способен открывать врата Лэнга для своих владык. Разумеется, для этого ему так же потребуется энергия. Но не обычная а та, что они именуют «вздохом Творения». Сиды, по какой-то непонятной причине, заинтересованы во всем, что связано с фантазией либо творчеством. А у кого самая развитая фантазия из людей, как не у детей? Эти создания появляются на Терре только по двум причинам: повеселиться либо забрать нечто приглянувшиеся. Поскольку человеческая жизнь ничего для них не стоит, то «игры» и «веселье» Сидов, как правило, заканчиваются массовыми убийствами. Ведь крики предсмертной агонии, по их логике, могут считаться такой же формой музыки как и игра на виолончели, к примеру. Порою, они забирают кого-то из смертных в свое царство и дальнейшая судьба несчастных остается неизвестной. А еще Сиды крайне мстительны. Если во время их «игр» кому-то из смертных удается дать отпор, то можно не сомневаться, Сиды потратят сотни лет но отомстят семье обидчика, городу, стране или просто всему роду людскому. За каждое нанесенное им оскорбление, за каждое причиненное зло — Сиды будут мстить в стократном размере. И они никогда не простят того, кто посмел назвать их уничижительным словом — пикси. Суть их вражды с Бастет заключается в том, что Сиды не видят разницы между людьми и кошками Ултхара. Считая последних чем-то вроде мелкой дичи. И очень сильно обижаются, когда дичь начинает убивать охотников. Просто Ужасающая Несправедливость! А сама Бастет относится к своим кошкам как к родным детям (впрочем, вполне возможно, что так оно и есть). Так же, ни одна из сторон не обладает достаточной силой, дабы уничтожить другую. По крайней мере, без серьезных последствий равнозначных поражению. Из-за чего, вся «война» между Бастет и Сидами сводится к попыткам «подергать кота за хвост». Порою, это имеет свои последствия в мире людей. «Если кто-то из Сидов заприметил себе эту девушку, то вмешательство Бастет вполне ожидаемо». - подумал алиенист посмотрев на кошку в руках девушки. Мурка ответила ему крайне серьезным взглядом. «Влияние Бастет в материальном мире крайне ограничено, но царицу Ултхара не просто так именуют «матерью всех кошек». Это следует обдумать». - Вы так же мне не верите? - спросила юная Райт у алиениста. - Не верите, что эти сны необычные? Алиенист посмотрел прямо в зеленые глаза девушки. В них, самым чудовищным образом смешались страх и надежда. - Я вам верю, мисс Райт.