моё спасение-Marlboro

Ночь. а блондинка вновь не спит, простить себя никак не может. мысли одолевают сознание. физически спать хочется, но не морально. морально хочется понять, почему же всё так вышло и как теперь это поменять. они расстались с Андрющенко в начале учебного года . Лиза хотела обсудить их разногласия, поговорить и спасти отношения, но Крис сказала лишь, что ей похуй и говорить она не хочет. старшую интересовал вариант "да-да, нет-нет" ,и не важно, что будет дальше. и не важно, что всё останется невысказанным и будет мешать их паре существовать. ей хотелось просто всё замять, чтоб было легко. Легко не бывает, Крис, это жизнь. 3 часа ночи, Захарова прокручивает в голове то, как они с Индиго играли в карты у неё дома. ≈ двухэтажная кровать, погрызанный котом червовый туз и десятка в рукаве, а значит, Шума снова выиграла поцелуй от брюнетки. доиграв, они ложатся на 1 этаж кровати в обнимку, слушают музыку, разговаривают, смотря прямо в глаза друг-другу. видно, любят. ≈ также блондинка вспоминает, как она курила за ларьком.. ≈туго затягиваясь ,Кристина с некой ухмылкой смотрит на Лизу и не долго думая, выдыхает дым прямо ей в лицо, чтобы увидеть ещё раз то, как девушка мило морщится от дыма. Андрющенко не курила никогда и не планирует. зачем себя разрушать изнутри, когда можно снаружи? да , это видно, за-то она здоровая. (физически) Индиго раздражало и то, откуда её девушка берëт сигареты. -неужели так трудно сходить и купить? денег я дам, мне не жалко, даже на эту гадость, но объясни, тебе нравится что-ли стрелять сиги у алкашей? Лиза не понимала, что всё наслаждение находится в разговорах с такими мужиками. они такую ересь пьяные несут, а цирк нынче дорогой. ≈ -чëрт, курить теперь хочу. -выбрасывает Крис после своих раздумий. Она плетëтся на кухню, наливает себе чай в пивную кружку брата и направляется обратно в комнату. мама ещё не спит, покурить не выйдет. блондинка включает свой единственный плейлист, который когда-то ей скинула Индиго. воспоминания лупят, становится больно даже от музыки, она очень скучает по девушке с каре-зелëными глазами. плакать она не может, ибо это слабость, сущая людям, но никак не Кристине Степанове. агрессия. вся боль Крис всегда уходила в агрессию. ей было проще избить человека, чем показать слабость. кричать она не может - какой нормальный человек ночью кричать будет? стены бить тоже-они тонкие,мама услышит. всё, что ей остаëтся - сложить руки в замок так крепко, чтоб выступали синяки. это был её вид селфхарма. режутся "глупые малолетки" , ногти короткие-исцарапать себя не получится, и она "не ебанутая", чтоб кидать таблетки. еë селфхарма никто не увидит, следов не остаëтся, боль проходит быстро, так что её устраивало. ей хочется закричать от собственных мыслей, в которых она сама себя топит. истерика. Захаровой кажется, что она сходит с ума. голоса в голове перекрикивают друг друга, чтоб не давать Кристине и малейшей возможности думать, что она полностью здорова. наконец все уснули. блондинка накидывает ветровку поверх спортивного топа, берëт сигареты, которые спрятала за тумбой в коридоре и выходит в подъезд. её внутренние демоны успокаиваются, как только она поджигает "ядовитую трубку" (как её лиза называла). мысли улетучиваются вместе с кубами дыма. запах, вкус, цвет-всë нравилось Кристине. даже не так. она не могла представить себе жизнь без красных Мальборо. её душа успокаивалась с каждой затяжкой всё больше, её руки уже не тряслись, следов на них уже почти не видно. сердце уже не колотится ,как птаха в клетке, скорее наоборот-очень размеренно и тихо постукивает. докуривая вторую, крис встаëт со ступенек, смахивает пепел в сторону и начинает спускаться по лестнице на свой этаж. уже почти подходя к своей квартире, видит женщину лет 50,среднего роста, с короткой стрижкой в покоцанных тапочках и тëплом домашнем халате. -мам...