Painful love

***

Джисон просидел в раздумьях примерно около четырёх часов за столом в кафешке. Перед ним стояла уже… Уже… Даже представить сложно сколько напитков он выпил, но остывший очередной чай выдал то, что жажду он явно уталил. Официанты косо смотрели на него, ведь явно не так часто посетители пьют столько напитков и смотрят в одну точку очень обреченными глазами. Возможно они бы уже выгнали его, со словами на подобии «у нас огромная посещаемость и за ваш столик с удовольствием сядет кто-нибудь, кто хочет покушать», но если честно, на него даже без жалости не взглянешь, поэтому его оставили. Бельченка отвлек телефонный звонок от мамы, которая видимо уже потеряла сына, так как никто её не предупреждал что Джисон задержится до поздна. — Привет, сынок! Ты где? Не загулялся ли ты? Кто уроки будет делать? Кому я старалась готовила? Что это за неблагодарность то такая? Надо же предупреждать! Ты… — Мам, прости, я засиделся в библиотеке за рефератом, — прервал наглой ложью бесконечный поток вопросов и обвенений. — Ааа ты был занят учёбой… Ладно, но в следующий раз надо будет меня предупредить и возвращайся поскорее домой! После этого звонок прервался. Видимо маме, не было интересно что же в итоге ответит её сын. Он это знал и не стал больше засиживаться в этом заведении. Во время оплаты он знатно прифигел с суммы, на которую он посидел, но скрипя зубами оплатил. Как только он прошёл шагов пять ему стало безумно плохо, ему показалось что он, потерялся в прострации и последнее, что он увидел перед отключкой, как капнула капля крови (видимо из его носа). «Видимо, сегодня я и правда умру» пронеслось у него в голове.

***

В это время Ли шёл с тренировок по танцам и его взгляд уловил как какой-то безумно бледный человек с кровью из носа уже почти падает, а на минуточку зрение у него было не очень хорошее из-за чего он не узнал в этом «ходячем трупе» своего Бельченка. Он подумал что это какой-то алкаш, но пригляделся и еле успел подбежать, чтобы Джисон не стукнулся головой о камень. Он сразу вызвал скорую и словил флешбеки с того самого школьного туалета. «все хорошо, он же говорил что все это из-за стресса» говорил про себя Минхо, но что-то слабо верил в эту лабуду.

***

В больнице, когда врач вышел из палаты Ли снова рванул, как и в тот раз, к нему. — Что с ним? — Молодой человек, я конечно понимаю что вы очень взволнованы, но кем вы ему приходитесь? — Агх… — Минхо был очень взвинчен. — Я его парень! Парень сам не понял почему так сказал, но он очень боялся, что просто друга не пустят и не скажут информацию. Врач с подозрением изучяюще зыркнул на Ли и в итоге начал говорить. — Я ещё не уверен, так как рельзутаты анализов будут только завтра, но состояние крайне тяжелое и не понимаю как он ещё держался на ногах… Я предполагаю, что это онкология… Врач посмотрел с сочувствие на парня, у которого в голове тот самый день из прошлого и уже стеклянные глаза. Собравшись с силами он выдавил. -… Я понял вас… А я могу к нему зайти? — с надеждой спросил он. — К сожалению нет, приходите завтра, анализы будут готовы и мы переведём его в определённую палату. Прошу меня извинить, но мне пора. И врач ушёл оставив парня стоять со слезами на глазах… Он ведь только хотел словить Джисона, и с шутками и нотками издевательства сказать, что тот тоже нравится ему.

***

Минхо так и не уходил домой, он правда боялся и жалел, что столько лет тратил впустую. И тут он видит как к нему подбегает какая-то женщина, она была довольно спокойна, только видно, что слегка нервничает. — Это ты, тот самый молодой человек моего сына? — она кивнула в сторону палаты Джисона. Минхо от такой хладнокровности даже поежился, ему казалось, что он волнуется раз в сто больше, чем она за своего же сына! — Ну, можно и так сказать… — Можешь меня немного ввести в курс дела? — женщина опять кивнула в сторону палаты. — Да конечно! Правда пока что, ничего точного нет.

***

Прошло около полу года, но Джисона до сих пор держали в больнице. В итоге, оказалось, что это был рак крови, а тогда врачи просто не стали ставить такие диагнозы, так как были не уверены. За пол года лечения улучшения не было, у него 3 стадия… Что может быть хуже? Врачи говорят, что ему осталось от силы ещё столько же, сколько он находится под их наблюдением (тобись пол года). Джисон знал все эти прогнозы и ему было бы все равно, если бы месяца 4 назад они с Минхо не стали парой. Да-да Ли даже зная, какой у него диагноз не отвернулся и не убежал от своего бельченка. И кстати, теперь Хан не против того, что он называл его бельченком. Мать, удивляла Минхо своей собраностью и спокойствием. Он правда не понимал, как можно быть таким пофигистом со своим СЫНОМ?! Для него это так и оставалось загадкой…

***

Так и прошли день за днём… Спустя три месяца Джисон проснулся ночью с ТАКОЙ болью, что хотел кричать и взбираться на стену! Он понял, что либо он умрёт мучительно от боли, либо он поможет себе. Он знал, что выжить ему не дано. Он кое-как насчупал листок, а точнее блокнот и ручку начеркал, корчась от боли и жмурив глаза. Отсоединил от себя капельницу (впринципе сегодня он попросил не подсоединить ему тот самый раздражительный пикающий аппарат, потому что у него крутил живот и он будет бегать очень часто в туалет) взял концелярский нож для под точки карандаша по вертел его, но после очередного резкого безумного приступа боли, он больше не медлил… Кровь струкой потекла по руке и несколько капель упали на пол. Всё закончилось, он умер улыбнувшись, от того что больше ничего не почувствует ни душевно, ни физически…

***

Тот самый образ безразлично го человека по мнению Минхо, разрушился, как и он сам. Он увидел как эта женщина, согнувшись на стуле и держа холодные руки измазаные в крови, плакала… Нет, она была в истерике… Так же как и Минхо. Он подскачил к бездыханому телу и начиная рыдать, пытался поцеловать его, тем самым как бы разбудить, но увы они не в сказочном мультфильме… Ли не принц, а Хан не спящая красавица. Записку они так и не смогли прочитать, так как подчерк был не разбираемый. Видимо в тот момент его боль была на пике и он пытался интуитивно написать, но вышло плохо. Минхо был сломлен. И будет сломленым через год и через пять лет. И в итоге из-за вечной душевной боли и терзания своего организма и тела, он заработает букет диагнозов несовместимых с жизнью. Он проживёт свои 47 лет любя одного человека… Который его любил сквозь ненависть, а тот не видя это издевался над ним все больше и больше. Будем надеяться, что они встретились и начали все сначала… Без ненависти, без издевательств и без обречености.