Виталий Глиномесов

Как-то раз в одном гей-клубе (Адрес я вам не скажу, Но как будто даже в центре И возможно, что Москвы), Отдыхая от работы, То есть, сделав перерыв, Вячеслав искал соитий С кем-то гендерно родным. Он придирчиво проверил Каждый темный закуток Но по Сеньке себе шапку Не сумел, увы, найти. В кабинет зашел он темный, Томно выдохнул и сел: Понял он, что трогать нынче Будет только сам себя. Только в том же кабинете Неприметен, гол и жирн, В ожиданьи жертвы юной Притаился Леонид. Вячеславу руки-ноги Крепко путами связав, Леонид уста сырые К Вячеславу прислонил. И активного согласья Не ища и не спросив, Приготовил гениталий Для насилия и зла. НО ВИТАЛИЙ ГЛИНОМЕСОВ Вдруг почувствовал беду. Он был нижним: в смысле, в клубе Он был ниже этажом. И, сорвавшись мигом с кресла, Он примчался в кабинет И с размаху Леониду Сел на пухлое лицо. Вячеславу руки-ноги, Смазав, вытащил из пут, А потом сказал такие Очень важные слова: Уважаемые геи! Твинки, трансы, fem-boy’цы, Вячеславы, Леониды, Германы, Андреи… - все! Если вам партнёр приличный Не достался - не беда, Отправляйтесь восвояси, Завтра будет новый день. Ну а в темных кабинетах Счастья вам не отыскать, Ведь таких вот Леонидов Там - как в бочке огурцов. Постарайтесь это, геи, Никогда не забывать. Потому что рядом, геи, Я Могу Не заседать.