Мрачный город

— Извините, мне нужно выпить воды Она встаёт с деревянного стула и подходит к раковине. Я бросаю взгляд на дверной проём, в котором в статичной позе стоит её муж, он разглядывает меня все двадцать минут, что я сижу на безумно неудобном стуле со сломанной ножкой, о которой стесняюсь сказать. Он уже рассмотрел всю мою одежду и, кажется, пора бы отвести взгляд хотя бы ради вежливости, но он продолжает смотреть, пытаясь разгадать мою тайну. — Я составлю договор и пришлю его вам на почту завтра, — она садится обратно на стул, он противно скрипит, — или через день, своих дел много. Как же усердно она старается не плакать. Мне, наверное, было бы жаль эту уже немного пожилую женщину в цветном халате, но ведь я точно такой же как и тот, из-за кого она сдерживает слёзы. Даже намного ближе к нему чем они все думают.

***

Я познакомился с ним случайно, уронил пластиковый стаканчик, полный кофе, и пытался извиниться. Но ему никогда ничего не нужно было от меня, поэтому я оставил ему свою почту, вдруг он надумает каким образом я смогу загладить свою вину. Я был в этом городе проездом, видел лишь две улицы: на одной поспал два часа после приезда, на другую забежал выпить кофе и поесть. И сразу же уехал. И я не ожидал, что одним скучным вечером, когда я собирался лечь спать, он напишет мне письмо. Ему было также одиноко, скучно и хотелось с кем-то поговорить ни о чём, поэтому он не требовал от меня ничего, лишь немного внимания его электронным письмам. А разлитый кофе лишь стал предлогом для начала диалога. Мы оба быстро поняли, что станем больше чем друзьями. Я обещал приехать в его холодный и мрачный город, а он хотел посмотреть на красочный закат у моря со мной. Он был немного странным, очаровательно странным. Таким же мрачным, как его город, иногда его задевали мои шутки и, пускай мне не хотелось извиняться за своё чувство юмора, я это делал для него. Порой он был сильно раздражён из-за шумных соседей, иногда слишком спокоен из-за неудачи, но я старался поддерживать его. Просил писать мне чаще если захочет, умолял не делать глупостей, а он так же не просил ничего.

***

В моей скромной квартире всё подготавливалось к его приезду, ведь он уже купил билеты и паковал вещи, когда я встретил другого. Он был таким манящим и завораживающим, что я забыл встретить его из аэропорта, ведь был занят телом другого. Свою ошибку я понял слишком поздно. После этого он исчез из моей жизни. Оставил только короткое сообщение в Скайпе и испарился. Как же долго я пытался вернуть его. Написал тонну электронных писем и ни на одно не получил ответа. Последним моим рывком была покупка билета в его город. Ничего не изменилось, а я ведь был здесь проездом и ничего не видел толком. Но серые и грустные тона никуда не исчезают даже со временем. Как он жил среди этого всю жизнь и не сошёл с ума от однотонности мира вокруг? Дверь мне никто не открыл даже когда я простоял у неё половину часа. Решил, что его нет дома и постучал соседям узнать о том, когда возвращается владелец жилья. — Тут уже никто не живёт, — говорит мне женщина в халате, который, кажется, есть у всех женщин её возраста, — раньше жил какой-то нелюдимый паренёк, да съехал, квартиру вроде как на продажу выставили. Пусть судьба сохранит таких болтливых женщин в цветастых халатах подольше, без них информация никак не распространялась бы и, наверное, все жили бы в своих маленьких закрытых мирах. Она же дала мне номер тех, кто продаёт квартиру, его квартиру. Ту, в которую я так сильно хотел попасть, узнать о его запахе, увидеть его вид из окна и обнять, уткнуться в его плечо, душу. Так сильно я всего этого хотел, что «завтра или через день» буду обладать этой квартирой. Его квартирой. Где всё пропитано им. Его мать сказала мне, что большинство вещей предыдущего жильца остались нетронутыми, она собиралась их выкинуть, но я настоял на том, что сделаю это сам. Я, конечно же, не буду избавляться от вещей, хочу узнать какой аромат он источал, прикоснуться к частичке его жизни.

***

Я впитывал его запах, спал на его кровати, проникался его городом и читал книги, которыми он наслаждался. Представлял его рядом с собой до тех пор, пока мой телефон не зазвонил, высвечивая номер той, кто продала мне эту квартиру. Номер его матери. — Простите за столь внезапный звонок, но, если к вам вдруг кто-то постучит в дверь, не открывайте, пожалуйста — Почему? — иногда эта женщина пугает меня. — Это мой сын, он немного не в себе, пожалуйста, не впускайте его ради своей же безопасности и, если он объявится, сообщите мне, прошу вас. По правде говоря, я не слушал её внимательно. Он где-то здесь и я могу увидеть его. Лишь стук в дверь оповестит меня о том, что он пришёл ко мне, но станет ли он стучать или же откроет дверь своими ключами и обнимет меня как обещал когда-то? И он постучал. Я подскочил с места и открыл ему. Он выглядит иначе, хотя не уверен, что помню как он выглядел раньше. Не уверен сколько времени прошло с тех пор, как я видел его и какими были черты лица, которые я так сильно полюбил, ведь моя любовь базируется не на внешности, а на внутреннем мире, манере письма и отношении к миру. Но что-то в нём говорит о том, что это не тот, кого я знал. — Кто ты такой? Он делает шаг через порог, я же не могу поверить в его существование передо мной. Ещё до подписания договора о собственности я вывел его мать на откровенный разговор. Она рассказала мне, что её сын ездил к своей девушке в какой-то солнечный город, но она разбила ему сердце и он решил свести все счёты с жизнью, из-за чего родители забрали его жить с ними. Однако, они слишком сильно не сходились характерами, на этом моменте она плакала, чем не вызывала у меня совершенно никого сострадания, и он переехал в своей двоюродной тётке. Я чувствовал лишь злость на себя за то, что своими действиями выселил его из собственной квартиры. Однако вот он. С красными от мороза щеками и суженными зрачками. Такой прекрасный и такой сломанный. Поломанный мною. — Я Артур, — в горлу подступил ком, а вдруг не помнит? — Артур? — он опирается на стену и оглядывает меня с головы до ног, — Ты когда-нибудь проливал на кого-то кофе? — Да, затем с этим кем-то я стал общаться по почте и несколько раз созванивался в Скайпе, потом я влюбился в этого кого-то, но однажды совершил безумную глупость, о которой сожалею до сих пор, — говорить мне стало труднее из-за не отступавших слёз, — не представляешь как сильно я бы хотел извиниться перед тем Мишей и постараться построить всё заново. — я поступил взгляд в пол, — По правде говоря, не знаю простит ли он меня. Я не так представлял нашу встречу и не готовил речь, слова вылились из моего рта и я уставился в голубые глаза, которые бегали по моему лицу, не знаю что они на нём ищут. — Миша из твоего рассказа случайно узнал от своей матери о парне, который купил его квартиру, — он стремительно усмехнулся, — и он не узнал Артура, когда встретил его несколько секунд назад, как же тот изменился, но как же рад Миша увидеть его в живую. Больше он не сказал ни слова. Лишь обнял меня. В нос ударил запах его тела, такой же, как и от вещей, окружавших меня последние недели. Но теперь этот аромат такой живой и настоящий, смешанный со свежестью, принесённой им с улицы. Это его запах и как же я счастлив вдыхать это. Я не стал останавливать его слёзы, посчитал это прощением за все мои грехи в прошлом. Теперь мы начнём новую страницу нашей истории, вместе. Миша отпустил меня, посмотрел в глаза и впервые за все эти годы, попросил меня лишь об одном: — Прошу тебя, больше никогда не оставляй меня.