Two Lovers. Christmas

Солнышко бросает свои лучи на белёсую, словно снег за окном, простыню. Своим ярким светом оно попадает прямиком на мягко прикрытые веки Яна. Это побуждает его открыть свои очи.  Чонин просыпается. Легонько поворачивая голову влево, он глядит на мирно сопящего парня, лежащего рядом с ним. Тот размеренно дышит, чуть прихрапывая. Чонин умиляется такому виду Кима. Кажется, будто он рассматривает его уже целую вечность.  На улице светает, а коварные лучи всё ярче светят и заставляют зажмуриться. На электронных часах виднеется время: десять ноль один. Благодаря праздничным выходным парни могут позволить себе понежиться в постели. Судя по тому, как сладко посапывает Сынмин, сразу понятно, что он не собирается упускать ни минуты такого рода счастья.  Но раз уж наглое солнце посмело разбудить Яна, то смысла спать дальше он уже и не видит. Потому он тянется рукой к макушке Кима, аккуратно зачесывает коричневую прядку и с тихим вздохом встаёт с кровати. Напоследок ещё раз глянув на Сынмина, Ян выходит из спальни к ванной комнате.                           ♡︎ 🎄 ♡︎ Кима будит аромат сладкого кофе, что сносит голову, доносящийся откуда-то из кухни. Он чуть стягивает одеяло и, протяжно зевая, вытягивает ручонки вверх. Снова накидывая на лицо одеяльце, Ким вздыхает и падает головой на подушку. В коридоре слышатся шаги. — Минн-и, - протягивает Ян. - Вставай, любимый. Я приготовил нам завтрак.  — Вста-а-ю, - Сынмин вновь зевает. - Встаю! Минуточку.  — Жду, - и снова послышалось отдаляющиеся шарканье чониновых домашних тапочек о пол.  Ким откидывает одеяло и садится на постели. Потирая свои сонные глаза, он оглядывает комнату в поиске своей домашней одежды, которую, к сожалению, не находит. Он встает с кровати, одевая тапочки и попутно решая отправиться к Яну в своей розовой пижамке с щенками, не заморачиваясь о внешнем виде. Быстро заправляя постель, Сынмин зевая бредет в ванну.  — Ещё минуту, Нин-и! Я быстро, - и он скрывается за дверью.  Неспешно проходя к раковине, Ким хватает лежащую на ней расческу и начинает приводить свои волосы в порядок. Когда с прической покончено, он открывает кран и ополаскивает лицо ледяной водою.  Хватая первый попавшийся гель для умывания, Ким быстро наносит его на кожу, а затем в том же темпе смывает. Спустя немного времени Сынмин выходит, по пути вытирая свое лицо.  — Ты и вправду быстро, - Ян со стуком ставит тарелку на стол. - Садись, будем есть.  Сынмин послушно присел. Заглянув в глубокую тарелку, он усмехнулся:  — Хлопья? Я поражен твоими кулинарными навыками, Чонин, - с сарказмом проговорил Ким.  — А что ты от меня хочешь? Продуктов у нас нет, готовить не из чего, - присаживаясь за стол, он сделал паузу.  - Может поедем и купим чего-нибудь? У нас тем более нет украшений к Рождеству, - продолжил Ян. - Как смотришь на это?  — Я не против, - сказал Сынмин, поднося ложку ко рту. - Поедим и поéдем?  — Да, поéдем.  Дальше завтрак продолжается  в спокойной обстановке. Разговоры ни о чём, обсуждение только-только сваренного кофе, пересказы своих странных снов и смешные шутки в сторону друг друга.  ♡︎ 🎄 ♡︎ — Чонин, надевай шапку или я сам её на тебя одену! - возмущаясь, Сынмин не бросает попыток уговорить своего парня надеть на себя теплую шапку. И неспроста: на улице очень холодно, дует сильный ветер и идёт снег.  — Минн-и, там не холодно! - Ян не унимается и пытается выхватить из рук Кима вещь. - Не надо мне её надевать, правда!  — На улице уже не лето, милый мой, - потрепав его по голове, Ким нацепил на него шапочку. - Идём, ты же не хочешь стоять в очереди?  Чонин хотя и хотел ещё повозмущаться, но решил, что не стоит. Потому спокойно пошёл за Сынмином. Тот выпустил Яна на улицу и закрыл дверь ключом.  — Пошли быстрее, мы сейчас опоздаем на автобус, - он схватил младшего за руку и побежал в сторону остановки. Парни буквально полетели к транспорту.  Этой поездки они определено ждали очень долго, ведь из Рождественских украшений у них есть разве что завалявшийся на полке имбирный пряник. Сынмин не является большим фанатом новогодних праздников, но ради своей любви он готов им стать. Чонин очень любит Рождество и всё, что с ним связано.  Первого декабря прошлого года, ровно в ноль ноль он забежал в спальню к смотрящему десятый сон Киму и заявил: «Мы идём ставить ёлку». К великому сожалению недосмотренному Сынмином сну, но отказывать Яну он не умел, и видимо, никогда уже не научится. Потому спустя несколько минут прямо посреди большой гостиной стояла большая, ещё не нарядная ель.  Однако простояла она так недолго. Чонин в ту же минуту притащил с чердака коробку с игрушками и повелел Киму украшать её. Естественно, сам он в стороне не стоял и помогал парню, но всё же основную работу делал именно старший.  Как только первая снежинка еле успела коснуться земли, Ян уже бежал к парню и пел, хоть его пение и походило больше на крик, новогодние песни.  Всех этих украшений Яну было очень мало, и именно из-за этого парни едут за новыми. Но не стоит думать, что Сынмин этим недоволен, нет, напротив. Киму очень нравится видеть эти огоньки в его глазах, когда он воодушевлено рассказывает о своих планах на новогоднюю ночь. Или например вешает шарик в форме снеговичка на ёлку.  Сынмин до одури любит своего Чонина и готов выполнить любое его желание, будь-то поставить украшенную новогоднюю ель на луну. Ким не против  звезду ему с неба достать и на ёлочку повесить, а в качестве подарка вручит ему весь этот мир. Нет, лучше сразу всю вселенную.   Вот его вселенная уже несется впереди, а его шарф красиво развивается на ветру. Ким по уши в любви и никогда не станет отрицать это.  — Хён, мы почти добежали! - смеясь, Ян сильнее потянул на себя Сынмина, а он чуть не упал, но не подал никакого вида, тоже засмеявшись. Влюбленные мальчишки хохоча забежали в приехавший автобус, занимая места рядом с друг другом прямо у окна.  Поудобней рассевшись, Чонин выискал в своих карманах проводные наушники и вручил левый Киму. Он взял его из холодных от мороза рук и мягко вставил в ухо. В этот момент заиграла излюбленная Яном last christmas. — Любишь её? - зачем-то спросил Чонин, прекрасно понимая, что «Нет» он не услышит.  — Тебя больше, - улыбнувшись, сказал старший.  — Ким Сынмин! - Ян засмеялся и легонько толкнул его плечом. - Так и быть, поверю. Похихикав ещё минутку, он невзначай начал подпевать музыке, что играла в наушниках. Бабушки, сидящие сбоку, косо глядели на мальчишек, а Киму оставалось лишь слушать и восхищаться негромкому вокалу парня.  В плейлисте сменилось около пятнадцати самых разных, конечно же рождественских, песен и вот, конечная.Чонин спрятал свои наушники в куртку и вместе с Сынмином вышел из транспорта.  — Куда дальше? - поинтересовался он. - Я уже все здесь забыл, давно мы тут не были, - он глянул вперед. Его взгляд обошел магазинчики, которые находились на этой большой улице. Каждый из них был украшен по особенному, прямо как любит Ян - по новогоднему. Ким немного подумал и ответил:  —  Нам нужны продукты, да? - Чонин кивнул. - Тогда нам налево, - Ян повернулся и собирался идти, но - Стой, подожди. Может на обратном пути? Так будет удобнее, - он снова кивнул. - Значит идём прямо.  Чонин постоял ещё пару секунд убеждаясь, что Ким больше ничего выдаст и затем пошел в нужном направлении.  По пути к магазинчику Чонин проговаривал все новогодние атрибуты, которые должны сегодня оказаться у них в пакетах: ёлочные игрушки, дождики, мишура, гирлянда, фигурки, да и просто то, на что парни взглянут.  Как только они вошли, глаза младшего тут же начали разбегаться. Ему на помощь подоспел его парень:  — Давай начнём с мишуры? Посмотри, там целый стенд, - кивнул в сторону Ким. Чонин, будучи  в восторге, словно маленький ребёнок, начал рассматривать различные полки. Они переливались всякими различными цветами, что отражались в его бездонном взгляде. — Давай выберем одну цветовую гамму? Например,- он сделал небольшую паузу, размышляя. - Красный! - предложил идею Сынмин, замечая то, как беспомощно глядел на полки Ян. — Слишком избито. — Голубой? Зелёный? - продолжал накидывать варианты Ким. — Давай возьмем сочетание золотого и синего? Мне кажется очень даже лаконично.  Сынмин никак не мог отказать своей любви, потому он взял несколько штук из рук Яна и они продолжили гулять по рядам. На своём пути они натыкаются на различные елочные игрушки, самых интересных форм и размеров.  — Мы берём его, - Чонин поставил Кима перед фактом, показывая какого-то небольшого снеговичка с петелькой на шляпе. - Повесим его на двери!  — Ты уверен? Может купим что-то более примитивное? В той корзине лежит венок, - он указал куда-то в сторону. - Как тебе?  — Минн-и, нет, я уже всё решил, - Чонин прижал игрушку к груди. - Он мне уже как родной, я не могу бросить его здесь! Ким вновь согласился, поддавшись щенячьему взгляду своего парня, и они снова пошли дальше. На этот раз Ян больше не предлагал ничего экстраординарного и кидал в их тележку только самые нужные вещи.  Таким образом у них оказались стеклянные шарики, большой бело-красный шарф (Ким клянется, он без понятия, для чего он ему, у него и так целый шкаф таких шарфов), парочка новогодних носков, карамельные трости и ещё куча всяких безделушек.  — Смотри! Это же омела! - тыкает Сынмин через весь магазин на какие-то веночки, хватая Чонина за рукав и ведя в ту сторону.  — Что? Чего тебя на такие сентиментальности потянуло? - он покорно следует за парнем, с неподдельным интересом на лице.  В углу магазина, куда его привёл Ким, висят венки из омелы украшенные парой новогодних шаров. Не очень примечательное украшение, если не знать, для чего оно предназначается.  Чонин складывает руки на груди и с нежной улыбкой смотрит на своего возлюбленного, который уже выбирает самый аккуратный веночек.  — Мечтаешь о бесконечной любви со мной? - усмехается Ян  — Только дурак не мечтает об этом. Они тихонько посмеиваются, пока Ким не достаёт самый опрятный из тех, которые там оставались. — Подожди, мы правда потратим на это деньги? - смеётся младший.  — Мы потратим деньги на нашу вечную любовь. Пошли скорее к кассе, - снова тянет его Ким.  — Ты такой романтик, Ким Сынмин! Жду не дождусь, когда же ты сделаешь мне предложение, - хихикая, сказал Ян.  — Поверь, милый, это будет лучше предложение всех времён, - подхватил Ким.  — Без спойлеров! - фальшиво возмущаясь, сказал ему Чонин. Они оплачивают покупки и с полными пакетами различного новогоднего барахла выходят из магазина. По пути они заходят в продуктовый и набирают ещё пару пакетов их любимой еды. На это уходит ещё около часа и вот, когда уже наступила кромешная темень, они выходят на заснеженную улицу, намереваясь поскорее добраться до любимого дома.  Однако перед ними предстаёт волшебная картина украшенного города: столбы изящно соединены золотыми гирляндами, кое-где расставлены фигурки оленей, откуда-то доносится ненавязчивая новогодняя песня, мотив которой знаком каждому.  Но главной красавицей этой композиции становится ёлка. Она сразу притягивает к себе всё внимание: в её крупных, разноцветных шарах можно увидеть отражение всех этих многочисленных гирлянд, развешанных вокруг неё, с макушки вниз опускаются завораживающие дождики, гирлянда на ней горит серебряными огоньками, а на самом верху красуется звёздочка.  Чонин не остаётся равнодушным к этому виду. Он умиротворённо выдыхает и довольным взглядом осматривает улицу. Ким, стоявший у него под боком, мягко улыбается и пытается запомнить этот волшебный момент, чтобы навсегда сохранить в памяти эти блестящие и любимые глаза.  — Пойдём к ней! - просит Чонин.  Стоя у ёлки они опускают пакеты на землю и забывают о них на какое-то время, сосредотачиваясь только друг на друге. Чонин достаёт одну руку из кармана и аккуратно поправляет выбившуюся прядку из-под шапки Кима. Тот улыбается, ловит его ладонь в свою и продолжает проглаживать её большим пальцем. — Ой, смотри! – смеется Ким. -  У тебя снежника на ресничке.  Ян моментально распахивает глаза, стараясь не моргать, дабы удержать её на своих длинных ресницах и делает максимально сосредоточенный вид. Сынмин продолжает мило хихикать над ним, согревая душу Чонина своим хриплым и мелодичным смехом, заставляя проявлять румянец на щёчках вовсе не от холода.  Когда младшему надоедает эта непонятная игра со снежинкой, он чуть наклоняется и чмокает своего парня в холодные губы. Ян неловко отстраняется, но легкая улыбка не желает покидать его обветренные уста, а сцепленные руки абсолютно забыли про щипающий мороз и отсутствие перчаток.  Сынмин не хочет отпускать его так просто. Он быстро наклоняется к лежащим на снегу пакетам и достаёт тот самый веночек омелы.  — Ты чего? Разве это не может подождать до дома? - с полным непониманием в голосе спрашивает Чонин, наблюдая за действиями парня. Тот возвращает Чонина в свои объятия и поднимает правую руку над их головами, другой рукой прижимая парня к себе за талию. Теперь над их макушками действительно «висит» тот самый венок.  — Вау, мне теперь готовится к «любви до гроба», да? - с насмешкой спрашивает Ян, поднимая взгляд на омелу.  — Как будто ты против.  — Я такого не говорил, но раз уж начал соблюдать традиции, так соблюдай до конца.  Сынмину не надо повторять дважды, ему и с первого раза всё вполне понятно.  Их губы мягко касаются друг друга, по телу пробегает волна мурашек, дыхание вдруг затихает, а внутри разливается приятное тепло. Неторопливо двигаясь, каждый из них будто желает навсегда запомнить мягкость их нежных уст.  Сынмин легонько обхватывает нижнюю губу Яна, а затем слегка оттягивает не переставая улыбаться уголками рта. Спустя несколько секунд он чуть поддается вперед, наконец сокращая расстояние между ними до минимума.  Чонин лишь сминал столь желанные губы, получая тоже самое в ответ, что не могло не радовать. Замок из ледяных рук раскрылся и длинные пальцы Яна запутались в темных волосах Кима.  Они приближаются к друг другу вновь, хоть кажется, что ближе некуда.  Углубляя поцелуй, парни таяли каждой частичкой тела, словно маленькая снежинка на ладони.  Продолжая играть с прядями Сынмина, он начинает толкаться языком внутрь, а его любезно пускают. Горьковатый вкус кофе чувствуется на языке. Тот самый кофе, что был выпит минутами ранее. Но вдруг они резко отлипают друг от друга, слыша в свою сторону: — Мальчики! Чем вы тут занимаетесь? - прокричала какая-то женщина, прикрывающая своим сыновьям глаза ладонью. - Чему вы учите детей моих маленьких? Как вам не стыдно!  Чонин переводит взгляд с неё на своего парня, будто ища ответа на вопрос «Что происходит?» Ким, будучи хоть и воспитанным, но малость дерзким парнем, кричит ей в ответ:  — Не ваше дело, дамочка! - и хватает Яна под руку, уводя в сторону. Про пакеты он конечно же не забывает, поднимая и их тоже. В догонку они слышат парочку матерных слов, на что усмехаются.  — А сама то что, - Чонин звонко смеется, затем продолжает. - Чему детей своих учит?  ♡︎ 🎄 ♡︎ Хоть за окном уже давным-давно стемнело, парни лишь сейчас забегают домой, будучи очень усталыми. Практически с самого утра они стояли на ногах. Поэтому каждый из них сейчас вяло пытается развязать свои шнурки ледяными руками. Выходит это из ряда вон, ведь кисти словно неуправляемы.  Первым справляется Ян, хватает пакеты и радостно бежит в гостиную. Себе в догонку он слышит просьбы Кима не открывать ничего без него. Он послушно присаживается на диван, молча дожидаясь парня.  В памяти обрывками мелькают воспоминания о сегодняшнем дне. Запомнились ему лишь самые яркие моменты: большая ёлка, миленький снеговичок и…поцелуй. Чонин легонько касается своих губ, замирая в таком положении.  Он все глубже и глубже погружает во свои мысли, размышляя о этом прекрасном моменте и понимает - ему бы очень хотелось вновь это повторить.  — Какой послушный мальчик! - в комнату вошел Сынмин, улыбаясь. - С чего начнём? Может, - он указал на голую ёлку. - Украсим её?  — Хорошо! - Ян в мгновение вскочил и подбежал к самому большому из пакетов.  Оттуда он достал коробочку с новыми игрушками и поставил на пол. С улыбкой взглянув на Кима, Чонин принялся открывать её. В ней красиво расположились двадцать три игрушки: пять прозрачных в форме синих конфеток, девять синих стеклянных шаров и девять таких же, только золотых. Лицезрев такое сочетание цветов ему резко вспомнилась совсем недавно купленная мишура и Ян поспешил отыскать и её среди всех покупок.  Сидя чуть в стороне от младшего и развешивая поставленные Яном игрушки, Сынмин параллельно наблюдал за ним. Он что-то очень усердно искал. Ким потянулся за спину, схватил оттуда мишуру и тихонько сказал: — Ни это ищешь? - он протянул ему вещь.  — Ой, да! Она всё эти время была у тебя? - будто самому себе, Ян задал этот вопрос.  Мальчишки продолжили украшать небольшую ель. Как бы ни было печально, но во время этого серьезного времяпровождения разбился один небольшой, но очень красивый синенький шарик. Ян успел недолго погрустить, ровно до того момента, пока Сынмин не принёс метлу и не прибрался на месте разбитой игрушки.  Закончили они лишь спустя полтора часа, когда устали окончательно. Ким свалился на диван совершенно без сил, а Чонин прыгнул рядом с ним. Пора реализовать свой план.  — Посмотрим фильм? - Ян нежно взял руку Кима и начал поглаживать. - «Рататуй», например.  — Хорошо, милый, - он натянул улыбку. - Но не обещаю, что буду увлеченно смотреть, - Сынмин погладил Чонина по голове. - Сам видишь, я устал.  Чонин радуясь прижимается к боку Кима и обвивает его торс руками, пока тот устало ищет пульт. На экране телевизора мелькают первые сцены мультика, а комната понемногу наполняется уютом. По крайней мере именно так ощущал себя Сынмин. Его глаза начинают моргать медленнее и норовят закрыться насовсем,  а сам он полностью расслабляется.  Чонин в это время практически полностью теряет интерес к своему любимому мультику и  переключается на своего парня. Он начинает действовать, на пробу укладывая ладонь под кофту Сынмина, прямо на его оголенный живот. Ким особо не реагирует на это, ведь для них это довольно привычное дело, прикасаться друг к другу подобным образом.  Ян не собирается на этом останавливаться и поворачивает голову в сторону Сынмина, кладя подбородок на его плечо. Он застывает на пару секунд, наслаждаясь прекрасными чертами Кима. Хоть Чонин и выучил их вдоль и поперек, но именно в этот момент ему кажется, будто такую красоту он видит впервые.  Ян легонько чмокает Кима куда-то за ушко и немного отстраняется. Тот лишь умиротворено прикрывает глаза, а на губах появляется лёгкая ухмылка. Чонин снова ластится к шее Сынмина и оставляет уже более ощутимый поцелуй.  Он продолжает осыпать его кожу поцелуями, опускаясь к самым ключицам, пока ладонь под одеждой Кима начинает наоборот подниматься вверх по торсу, поднимая кофту и оголяя живот.  —Милый… Ким зовёт Чонина, но тот, если честно, не особо слышит его. В его ушах отражается только сильный стук собственного сердца. —Чонин, подожди! Сынмин начинает уворачиваться от прикосновений, но практически безуспешно.  —Чонин!  Слыша своё имя в таком приказном тоне, он сразу отстраняется от Кима и смотрит на него непонимающим взглядом. —Я же сказал тебе, что очень устал, ты меня не слушаешь?  Ян не знает, что ему ответить, поэтому продолжает недоумевать и смотреть на Сынмина.  —Я думал, что, - он опустил взгляд. - Сегодня был такой потрясающий день и ты захочешь, возможно.. —Нет, не захочу, - отрезает Ким. – Я иду спать. Ким встаёт с дивана чуть резче, чем стоило бы, и угрюмо шагает в комнату. В младшем начинает закипать злость. Он пока не совсем понимает почему, но обида растёт в нём с ужасающей скоростью.  Почему он разговаривал с ним в таком тоне? Чонину это очень не понравилось. Ян чувствовал себя провинившимся ребёнком, которого отругали родители и поставили в угол. И его это очень не устраивало.  Почему нельзя было спокойно всё объяснить, а не испепелять раздражённым взглядом?  Почему надо было портить конец такого счастливого дня?  Все эти вопросы вертелись в голове Яна, а брови на его лице всё больше хмурились. Он выключил телевизор, сходил за подушкой и одеялом, погасил везде свет и лёг спать на диване. Сынмин так и не вышел из комнаты, показательно громко хлопнув дверью после своего ухода. Пожалуй, сегодня им стоит поспать раздельно.  ♡︎ 🎄 ♡︎ Утро Чонина начинается очень рано и, к сожалению, не с кофе. В доме стоит мертвая тишина, лишь часы неспешно тикают на кухне, а за окном изящно падают снежинки. Он потягивается на диване, выпрямляя все свои затёкшие конечности. «Все таки под боком Сынмина теплее и удобнее» - проносится мысль у него в голове. Черт, Сынмин. Ян распахивает глаза и вспоминает события прошлого вечера. Неприятные нотки обиды и ярости на парня начинают просыпаться вместе с ним.  Чонин садится на диване, раздумывая над своими дальнейшими действиями. Ему хочется как-то проучить Кима, иначе его обиженная душа ещё долго не успокоится. Много времени на раздумья не ушло, поэтому с целью реализовать свой план он собирается на улицу. Выходя из дома максимально тихо, чтобы не разбудить старшего, он оказываться на улице в довольно приподнятом настроении. ♡︎ 🎄 ♡︎ По возвращению домой он обнаруживает, что Ким все также мирно посапывает в комнате на теплой постели. Отлично, значит у него есть время для того, чтобы спрятать пакеты с весьма интересным содержимым. Всему своё время. Он уходит на кухню, решая приготовить им обоим завтрак. За готовкой он и не замечает, как из комнаты, шаркая своими домашними тапочками, выходит сонный Сынмин, с растрёпанными волосами и слегка опухшими ото сна глазами.  — Доброе утро, милый! - приветствует его Чонин с что есть самой милой улыбкой на лице. — Доброе, - слегка осторожно отвечает Ким, прощупывая почву.  — Погода просто прекрасная, не так ли? - смотря в окно, спрашивает Ян. —Да, действительно, - Сынмин подходит чуть ближе. - Слушай, насчёт вчерашнего вечера. Мне очень жаль, я понимаю, что тебе, может быть, обидно и неприятно, - он опустил взгляд в пол. - Я бы хотел извиниться. Я вспылил, не понимал, что говорю.  — Ничего страшного, я всё понимаю. Кушать будешь? - Чонин подходит к нему и оставляет на щечке невесомый  поцелуй, заглядывая прямо в карие глаза.  —Да, конечно. Ким заметно расслабляется под нежным взглядом своего парня и наконец успокаивается. Остальной день проходит в довольно обычном для них режиме. Он готовят, гуляют и просто болтают вместе. Единственная деталь, которую подметил про себя Ким это то, что Чонин весь день уходит от любого тактильного контакта.  Обычно они довольно много и часто прикасаются друг другу за весь день. Не с целью на что-то большее, а просто потому что это уже вошло в некую привычку для них. Но сегодня чувствовалось, что что-то идёт не так. Ян аккуратно выпутывался из объятий, уходил от поцелуев, не давал руке Кима долго задерживаться на его бедре, руке, да и в целом где угодно.  На вопросы «В чём дело?» он не давал четкого  ответа и сразу переводил тему. Сынмин не понимал что не так. Они же вроде разрешили все недопонимания.  Но у Чонина было своё мнение на этот счёт.  ♡︎ 🎄 ♡︎ Вечереет. Ян тихонько заходит в спальню и старается не менее беззвучно закрыть за собой дверь. На кровати мило устроился Ким, который уже несколько часов как выпал из реальности и гуляет где-то по просторам интернета. Чонин переводит взгляд с него на шкаф, что таит в себе страшные секреты. Точнее, его утреннюю покупку. Он подходит к их двуспальной кровати и ложится рядом с парнем. Ян мягко укладывает свою руку на волосы Кима и шепчет:  — Не хочешь развлечься, милый? - он проводит кистью до кромки штанов, как бы намекая.  Сынмин, совершенно не желающий повторять вчерашнюю ошибку, соглашается.  Ян продолжает:  — Тогда закрой глаза и не открывай, пока я не скажу, - приказным тоном сказал он.  Ким послушно прикрыл лицо руками. Чонин встал с кровати и направился к шкафу. Открыв его, немного поискав что-то в нем Ян всё-таки вытащил оттуда какую-то вещь. Сынмин сгорал от нетерпения. Он, возможно, уже начал догадываться о том, что же мог учудить младший. В их интимной жизни никогда ещё не присутствовало ничего необычного. Видимо, сегодняшний день стоит отметить красным в календаре.  Ян возвращается к их просторной койке и вновь усаживается к Сынмину. Что-то вытянув из пакета, он говорит:  — Подними руки вверх, любимый, - Ким покорно выполняет действие. Его кистей тут же касается холодный металл и в мгновение он оказывается пристегнут к железной спинке их кровати.  — Что ты.., - но он не успевает договорить.  — Тише, Минн-и, - Чонин проводит по его телу рукой, успокаивая. - Ты же хотел развлечься, не так ли?  Не придумав, что на такое ответить, да и вообще, ничего не придумав, Сынмин просто уставился на Яна. В этот момент он ни о чём не думал, все мысли будто в миг испарились.  Пока парень в изумлении молча лежал, Чонин просто так времени не терял. Он понемногу избавлял Кима от лишних элементов одежды. Сначала ему хотелось снять с него майку, но взглянув на руки, которые он пристегнул, то сразу отбросил эту идею, прошептал себе под нос «Так даже интереснее» Киму оставалось лишь наблюдать за тем, как его раздевают.  Когда из вещей на нижней части тела остались только боксеры, Ян потянулся к пакету. Оттуда он достал небольшой бутылек смазки. Но видимо пока ещё он не планировал его использовать, ведь тюбик тут же оказался в стороне.  Чонин приступил к кое-чему более интересному. Он одним движением стянул нижнее белье с парня и ухмыльнулся:  — Ты уже так тверд, сладкий, - Ян потянулся к плоти и провел по ней рукой пару раз. - А ведь мы только начали.  На такие махинации Ким издал еле-еле слышный стон и попытался продлить удовольствие, приподнимая таз. — Нет, Минн-и, - Чонин резко убрал руку. - Чуть позже.  Ян отодвинулся от Кима, потихоньку начиная снимать одежду и с себя. Сынмин, словно зачарованный наблюдал за действиями парня. Спустя ещё несколько ловких движений рук, Чонин предстал перед Кимом полностью обнаженным.  — Любимый, ты ведь не против, если я сам немного поразвлекаюсь? - сладко протянул он, поднимая с одеяльца бутылек лубриканта и вскрывая его.  Выдавив немного жидкости на пальцы, он приставил их к своему сфинктеру, заводя руку за спину. Взгляд Сынмина становится ещё более заинтересованным, а зрачки расширяются от осознания того, во что с ним решил поиграть его парень.  Ян растягивает этот момент настолько, насколько это возможно: его голодный взгляд скользит по напряженному телу своего возлюбленного, взгляд цепляется за изящные, но в то же время сильные руки, которые так красиво прикреплены к изголовью кровати. Затем скользит к искусанным губам, по трепещущим ресницам и вздымающейся груди.  Чонин довольно ухмыляется и наконец совершает первое и такое нужное движение пальцем, вводя его в себя наполовину и запрокидывая голову от переполняющих его ощущений. Из груди вырывается отчаянный хрип, который, по всей видимости, заводит Кима ещё сильнее. Он сжимает закреплённые ладони в кулаки и шумно выдыхает через нос, ни на секунду не отрывая взгляд от блаженного выражения лица перед ним.  В это время движения Яна становятся более уверенными и он решает добавить второй палец. Его бёдра непроизвольно начинают приподниматься, напрягаясь и покрываясь блестящими каплями пота. Он продолжает трахать себя двумя пальцами под испепеляющим взглядом своего парня, пока не находит заветную точку. Хрип сменяется на протяжный стон, а на лице появляется довольная улыбка.  Пока Чонин добавляет третий палец, в груди Сынмина разгорается настоящий пожар. Руки буквально чешутся от желания прикоснуться, почувствовать подушечками собственных пальцев эту бархатную кожу. Но всё, что он может на данный момент, это лишь наслаждаться прекрасным видом и звуками. Когда Ян понимает, что готов вот-вот кончить от собственных манипуляций, то постепенно останавливается, вынимая из себя все три пальца. Он открывает зажмуренные до этого глаза и натыкается на возбужденного до придела Кима.  — Что случилось, малыш? Устал, да? - с некой насмешкой спрашивает Ян. Он подносит чистую руку к лицу Кима, проводя ею по красной щеке. Тот ластится к долгожданному прикосновению как мартовский кот.  —С-слушай, я конечно всё понимаю, но может мы, - пытается собрать мысли в кучу Сынмин.  —Нет-нет, подожди немного, твоя награда ещё впереди.  Ким не может отрицать то, что ему безумно нравится, когда младший становится таким. Внутренности сжимаются от каждого его слова и малейшего движения.  Из своего затуманенного сознания он даже не сразу замечает, как Ян достаёт ещё кое-что из пакета. Он прячет руку за спину и нежно просит: — Раздвинь-ка ножки, милый.  Ким не сразу понимает, что от него требуют, но обжигающие поглаживания по коленке немного приводят его в чувства. Он нарочито медленно сгибает их в коленях и делает то, о чем его попросил Чонин.  Младший аккуратно ведёт ноготками по внутренней стороне бедра Кима, оставляя еле заметные следы на влажной коже.  Когда он достаёт руку из-за спины, глаза Кима заметно расширяются. В руке Ян держит самый настоящий фаллоимитатор. Пусть и выполнен он достаточно реалистично, всё равно доверия не внушает. Сынмин открывает и закрывает рот, не зная что именно нужно говорить в подобных случаях. — Видел бы ты своё лицо,- смеётся Ян. - Не переживай, нам же надо тебя подготовить, правильно? Ким не успевает ничего ответить, потому что в него сразу приникает смазанный палец. Кожу холодит, но это долгожданное прикосновение вызывает мурашки по коже, а бёдра непроизвольно подкидываются вверх. Однако Ян его быстро успокаивает, гладя руку на выступающую тазобедренную косточку.  Когда в нём свободно двигаются три пальца, Чонин решает перейти к следующему шагу. Он не жалеет смазки и обильно поливает ею игрушку. Ким прикрывает глаза в ожидании и полностью отдаётся своему партнеру. Он чувствует как ко входу прикасается прохладная головка искусственного члена, а рука Чонина помогает ей пройти дальше. Он сжимается, распирает от новых ощущений, но тёплые ладони Чонина, которые нежно гладят его по торсу, немного приводят в себя.  Руки в наручниках уже заметно ноют, но в данный момент он сконцентрирован на абсолютно других чувствах. Дыхание становится сбивчивым, а движения Яна только ускоряются.  В тот момент, когда Ким вот-вот кончит, Чонин резко прекращает все свои действия. Он медленно вынимает игрушку из парня и откладывает в сторону. — Моя очередь развлекаться, - с улыбкой проговорил Ян и придвинулся ближе к Сынмину. В мгновение он оказался над чужим органом и плавно опустился вниз, всовывая головку в свой сфинктер. Параллельно с этим Ян помогал себе рукою, пока другая расположилась на смятых простынях.  Член оказывается полностью внутри, приятно надавливая на простату. Чонин сладко стонет, запрокидывая голову назад и начинает размеренно двигать тазом в разные стороны. Горячая плоть идеально расширяет его стенки, пока он медленно скачет на ней.  Сынмин тихонько мычит, мечтая наконец прикоснуться к своему парню. Ян ускорил движения и по его лицу возможно было понять, что долго он не продержится. Так и случилось - в мгновение он излился на блестящий живот Кима.  Не церемонясь, Чонин слезает с органа и встает с кровати. Схватив со стола какие-то салфетки он подходит обратно и вытирает ими живот Сынмина. Закончив, он возвращается обратно на кровать, натягивает на себя одежду и покидает комнату.  Ким лежит в полном одиночестве, недоумевая, что сейчас произошло. Будучи все ещё возбужденным, адекватно размышлять у него не получается, поэтому он просто лежит. Ему определенно понравился сегодняшний вечер, за исключением того, что ему не позволили кончить.  Спустя несколько минут в комнату возвращается Ян, одетый в теплую одежду и держащий в руках стакан воды. Он подходит ближе, ставя воду на прикроватную тумбу и наклоняется к Киму, дабы отстегнуть его от постели.  Справляясь, он проговаривает: — Пойду прогуляюсь, - Чонин подошел к двери. - Выпей водички и оденься, милый.  Этот день определенно станет самым запоминающимся в жизни Кима.