Хан Джисон, который все испортил

      То, что мы правда будем открывать премию, я смогла осознать лишь на следующий день, увидев расписание своими глазами. Стоя в гримёрной комнате стадиона "Kyocera Dome Osaka", я глупо уставилась на несколько листов, приклеенных к стене. Порядковые номера располагались один за другим, а напротив них были прописаны имена исполнителей и названия их песен. Мы не были под номером "один", но, чёрт, мы входили в первую тройку! В начало и конец программы всегда ставят самые сильные номера. Неужели мы были в их числе?       Восторг и воодушевление смешались в неприятную смесь с тревогой. Это выступление такая ответственность! Мы должны оправдать ожидания, а ещё лучше – превзойти их. Переодевшись в костюм для выступления, я только и могла, что нервно теребить рукава кофты и закусывать губы.       В свете сегодняшнего выступления вчерашняя ситуация с Бан Чаном и моя реакция на неё казались такими незначительными. Больше всего сейчас я хотела порадовать фанатов, показать себя в надежде на большее количество новых проектов. Однако одного голоса Ан Ёнми, пришедшей к нам, чтобы записать закулисный влог, хватило, чтобы я недовольно сжала челюсти.       Чего она вообще ходила за нами? Конечно, мы новички, и нам ещё не всё можно доверить, но снять несколько видео было проще простого.       Сделав пару глубоких вдохов, я постаралась сосредоточить внимание на своём отражении в зеркале. И что только Бан Чан нашёл в ней? Я выглядела ничуть не хуже! Если бы не пятна аллергии...       Включив музыку на телефоне, я заняла исходную позицию. Руки в карманы брюк, ноги расставлены на ширине плеч, одно колено слегка согнуто, а корпус наклонён назад – я могла стоять так часами. Но вот медленное начало сменилось более ритмичной мелодией, означающей приближение моей рэп-партии.       Я ловила каждый взгляд, каждое движение рук и ног Им Мины, смотрящей на меня из зеркала. Она двигалась хорошо, возможно, даже отлично, но этого было недостаточно. Пришлось включить песню заново.       В этот раз ко мне присоединилась Хэри-онни. То ли она и сама была не против повторить движения, то ли её вниманием завладел мой остервенелый взгляд, но она танцевала в шаге от меня раз за разом, сколько бы я не отматывала музыку на начало.       Как много раз я повторила одни и те же действия оставалось загадкой. Вот только когда менеджер отправила нас на прогон в костюмах, я даже не сразу смогла сделать нормальный шаг с места. Мышцы отказывались воспринимать обычную ходьбу.       Правая нога, левая, снова правая – в такие моменты нужно было сосредоточиться на чём-то простом, понятном. И так, шаг за шагом я оказалась за кулисами. Кажется, нас позвали слишком рано, потому что до нашей очереди было ещё номеров пять. Интересно, это вышло непреднамеренно, или они настолько не доверяли нам, думая, что мы можем опоздать? И вообще, почему прогон не в том же порядке, что выступления? Наверное, успешная репетиция более известных исполнителей приоритетнее. Их бы и ставили в начало концерта!       Закатив глаза, я устроилась около задней части сцены рядом со стеной. Моя группа при этом разместилась в самом начале, внимательно наблюдая за репетирующими. Я недовольно цокнула языком, когда у той группы не всё получилось с первого раза, так что музыку им включили с начала. Сколько нам тут ждать?!       Я втянула голову в плечи, когда моей головы, преимущественно ушей, коснулось что-то. Вокруг разлилась приятная медленная мелодия. Обхватив уши руками, я прикоснулась к чьим-то холодным пальцам. Повернув голову вбок, заметила улыбающегося Хан Джисона, который надел на меня большие наушники.       Он подбадривающе кивал мне, а я лишь удивлённо смотрела в ответ, начиная расслабляться. Это был Хан-оппа. Всего лишь Хан Джисон. Я даже не заметила, как уголки моих губ потянулись вверх, ведь мелодия оказалась знакомой: "Close".       Я пока что не знаю о тебе ничего, но       Понемногу узнаю, не важно сколько времени это займёт.       "Я хотел бы понемногу сблизиться с тобой" –       Смелые слова труса, дрожащего внутри.       Каждое слово его песни отпечатывалось в сознании. То, как он читал свой рэп за множество совместных репетиций и прослушанных треков, было уже таким знакомым и даже близким. Мне стало очень комфортно, а когда напряжение окончательно спало, началась вокальная часть:       В моё пустое сердце пришла первая весна.       Она нашла меня и расцвела цветами в глубине.       Извини, если обременяю тебя,       Но боюсь, что упущу тебя, "сейчас или никогда".       Этот текст. Эмоции, которые Джисон-оппа старался передать через него, совершенно не совпадали с тем, что было у меня внутри со вчерашнего вечера. От этого резкого контраста в груди разлилось тепло осознания, что всё на самом деле хорошо.       Столько разных чувств, которые каждый человек пропускал через себя ежедневно: все они имели место быть, рано или поздно заканчиваясь и сменяясь на другие. Что, если меня впереди ждало что-то лучшее? Наверняка, так оно и было.       Не привык к такому, детка, не понимаю, что говорю.       Сердце трепещет, малыш, хоть и стараюсь успокоиться.       Мой голос дрожит, неуклюже себя веду,       Голос повышаю без причины, когда ты говоришь со мной.       Глядя на довольное лицо Хан Джисона, я улыбнулась уже более смело и осознанно. Песня закончилась и, сняв наушники, я протянула их ему. Это были те самые, синие, в которых я часто видела его в агентстве. Кажется, они были его спасением от этой навязчивой реальности.       Я прекрасно знала "Close". Она уже давно была в моём плей-листе. Интересно, кому Джисон-оппа посвятил её? Он ведь писал о ком-то конкретном? Я, в общем-то, не особо следила за личными жизнями других айдолов, но Хан Джисон с девушкой? Почему-то такую картину я упорно не могла себе представить.       — Спасибо, — выдохнула я, переводя взгляд в пол.       — Не волнуйся так сильно, — в его голосе послышалась улыбка. — Переживания только навредят тебе.       — Ты ведь поэтому так часто ходишь в них? — подбородком я указала на наушники в его руках, всё ещё не поднимая глаз.       — Ага. Убегаю от реальности.       Я наконец посмотрела в его лицо полное понимания. Он прекрасно знал, что я чувствовала. Хан Джисон выступал сотни, может, тысячи раз. И уж точно не перед каждым своим выходом на сцену он был на сто процентов уверен в себе.       — Radiant! — оповестил громкий мужской голос в микрофон, что означало одно – пора идти.       Хан-оппа подбадривающе кивнул мне, а я направилась на выход из закулисья.       Свет софитов ослеплял. Это нормально, нужно только дать глазам привыкнуть. Проморгавшись, я приняла уже до боли заученную позу для начала танца. Девочки тоже замерли, и вот со всех сторон зазвучала песня, которая мне уже скоро должна была начать сниться.       Сердце бешено колотилось где-то в горле. Это ведь не наше первое выступление, откуда такое волнение? Я вдруг представила Хан Джисона, который смотрел в эту секунду на нас. Он наверняка думал, как здорово мы сейчас станцуем, как я зачитаю свой рэп, не похожий ни на чей другой. Мне нельзя подвести его! Пожалуй, от этой мысли я стушевалась ещё сильнее.       Шаг, перенос веса, покачивания бёдрами, круговое движение правым плечом. Нет, то есть, левым! Нужно выполнить это движение правильно, а только потом переходить к следующему. Затормозив, я пришла на точку не вовремя, чем сбила Ынбёль-онни. Покосившись на меня, она не отошла назад, чтобы пропустить вперёд Хэри-онни и Суа. Девочки замерли, провожая взглядом старшую, наконец идущую на свою позицию. Тогда я и поняла – это полный провал.       — Стоп! — подтвердил мою догадку всё тот же голос. — Пять секунд перерыв и заново.       Я обхватила ладонями лицо, аккуратно потирая ужасно чешущиеся участки кожи, с самого утра скрытые слоем тональной основы. Шумно выдохнув, с опаской посмотрела в ту сторону, куда боялась взглянуть больше всего.       Джисон-оппа стоял ничуть не разочарованный. Он лишь снова подбадривающе кивал мне, слегка приподняв в воздух сжатый кулак. Мне нужно было постараться, он, кажется, правда верил в меня.       — Файтинг! — раздался голос Ан Ёнми из зала.       Усмехнувшись, я не почувствовала ни малейшей злости или раздражения, как это было после ситуации с Бан Чаном. Просто почему-то это всё показалось мне забавным. Двое старших и вовсе ощущались сейчас, словно две маленькие мухи в огромном мире. В моём мире, который крутился точно не вокруг них.       Заняв позицию, я позволила разуму отключиться. Просто слушать музыку, двигать телом, иногда считать до восьми, но не более. Посторонние мысли будто испугались моего внезапного напора, прячась в самый дальний угол сознания. Твёрдо шагая, набрав побольше воздуха в лёгкие, я справилась со всем куда лучше, чем на любой из прошедших репетиций.       Мелодия стихла, и нас отпустили на растерзание визажистам и парикмахерам. Довольные собой, мы понеслись прочь со сцены в сторону гримёрной комнаты. И только я, забежав за кулисы, заметила Хан Джисона, всё ещё стоящего там.       — Оппа! — стараясь не быть громкой, воскликнула я и подбежала к нему. — Вы ведь улетаете в Корею вместе с нами? Послезавтра?       — Да, — нахмурился он, не понимая, чего ожидать следом за таким вопросом.       — То есть завтра вечером вы будете в Японии. А какие-то интервью или съёмки у вас будут?       — Нет, у нас ничего не запланировано.       Он всё больше напрягался от неизвестности, а мне вдруг так сильно захотелось рассмеяться.       — Хан Джисон, давай напьёмся вместе, — наконец довольно улыбнулась я.       Он прыснул со смеху, прикрывая рот кулаком. Да, это было совершенно не то предложение, которое он мог ожидать от меня. Но ведь и я не ждала, что он придёт поддержать меня с этой своей песней. Почему он вообще включил мне её?       — Давай, — наконец согласился он.       Я так обрадовалась, что едва не кинулась ему на шею с объятиями. Ноги сами сделали первый шаг в его сторону, но, вовремя сообразив, я продолжила держать дистанцию. Одарив Хан Джисона лишь довольной улыбкой, я коротко кивнула и убежала вслед за своей группой.       

***

      Победа в номинации "Любимый новый артист" и... на этом всё.       В конце двухдневной премии мы всё же остались не с пустыми руками, но наших номинаций было намного больше. Я думала, что мы возьмём хотя бы три победы, молча надеясь на дэсан. Чёрт. Если бы я ни на что не рассчитывала, каким было бы моё счастье от этой победы! Но я, кажется, оказалась слишком самоуверенной.       Когда такие же новички, как и мы, забирали свои вторые и третьи награды, я могла лишь натянуть любезную улыбку. Не то, чтобы я не была за них рада, я просто не считала, что Radiant чем-то хуже. Мои девочки усердно работали, они заслужили того, чтобы купаться в лучах славы, а не просиживать всю церемонию в зрительном зале.       — Если с начала карьеры покорить все вершины, расти дальше будет некуда. — неизвестно подбадривала я этими словами их или себя. — Так очень легко поймать звёздную болезнь. Мы будем работать лучше и лучше и однажды соберём все награды.       — И дэсаны? — улыбнулась Хэри-онни.       — Да нам их ставить будет некуда! — воскликнула Суа.       — Я вас люблю, — улыбнулась Ынбёль-онни, а её глаза, впервые на моей памяти, слегка заблестели.       — Онни, ты чего?       — Всё хорошо, — закивала она. — Рада, что дебютировала именно с вами.       Встать и обняться во время программы мы не могли, но, как только всё закончилось, мы сразу же воспользовались возможностью. "Недостаточно старались" – скажет кто-то про нас. Возможно. Но, честно говоря, наш дебютный номер вряд ли сильно нравился кому-то из нас четверых. Может быть, мы не верили в него? Как было бы здорово выступить с песней, которую написали мы сами!       Вернувшись в отель, я смогла сменить сценический костюм на привычные худи и джинсы. Смыла яркий макияж, нанесла повседневный. Интересно, сколько новых пятен должно появиться на моём лице после двух съёмочных дней? Стоило сказать менеджеру, что запас мазей, кремов и лекарств нужно пополнить заранее.       Выйдя на улицу, я не смогла побороть желание приспустить маску и вдохнуть прохладный ночной воздух полной грудью. Я много раз слышала про тусовки после премий и концертов, и мне не терпелось побывать на одной из таких! Тактично улизнув от девочек, которые собирались посмотреть фильм и завалиться спать, я быстро зашагала в сторону арендованного бара. Но, конечно, я была не одна.       Телохранитель, верный спутник в жизни любого айдола, шёл сбоку от меня. Натянув капюшон посильнее, я старалась облегчить ему работу и не привлекать к себе слишком много внимания. Всё прошло без проблем. При входе в бар я заметила несколько охранников и припаркованные минивэны с тонированными стёклами.       А, зайдя внутрь, я с восхищением огляделась. Кого тут только не было! Айдолы разных агентств, их друзья из стаффа и даже некоторые менеджеры. Господи, спасибо, что моя надзирательница осталась в отеле! Я лишь надеялась, что никто из её коллег не будет активно следить за мной. Хотя я ведь не собиралась делать ничего такого.       Повнимательнее вглядевшись в лица вокруг, я обнаружила сидящих в углу Джисон-оппу и Минхо-сонбэнима. Они отделились от остальных, полностью довольные компанией друг друга. Смеясь, что-то активно обсуждали. Но я ведь не могла стоять и ждать, пока они закончат. Наверняка это могло длиться весь вечер! Сняв капюшон и расправив волосы, спрятанные под худи, я уверенным шагом направилась к ним.       — Здравствуйте. — кланяясь, я села напротив.       Хан-оппа сразу приветливо улыбнулся мне, а Ли Ноу-сонбэним внимательно оглядел меня. Он словно ожидал, что я должна пояснить, зачем подсела к ним и прервала, очевидно, очень интересный диалог.       — Мы с оппой собирались выпить. — невозмутимо пояснила я.       Брови Ли Минхо поползли наверх, а глаза округлились. Он перевёл вопросительный взгляд с меня на своего друга.       — Вы с оппой собирались выпить?       — Ага, — согласно кивнул Джисон-оппа, немного нервно поправляя волосы.       Мне показалось, или он смутился? Когда цепкий взгляд Минхо-сонбэнима вновь вернулся ко мне, я гордо улыбнулась. Он что, думал, я тут мимо проходила?       — Сколько тебе лет? — его неожиданный вопрос вогнал меня в ступор.       — Двадцать. — я постаралась придать лицу непринуждённый вид.       Ли Ноу-сонбэним вдруг рассмеялся.       — Ты хоть алкоголь когда-нибудь пила?       — Да, — в этот ответ мне хотелось вложить всё возникшее внутри недовольство.       — И что ты пила?       Облокотившись о стол и сцепив кисти рук в замок, Минхо-сонбэним опустил на них свою голову.       — Серьёзно! — воскликнула я, не выдержав. — Сонбэним, я словно с папой разговариваю!       — А я могу передать твоему папе, что ты там пила. — Ли Минхо рассмеялся так злорадно, что по коже мурашки побежали.       — Не надо!       Пожалуй, я выглядела особо жалко. Он снова рассмеялся, наконец вставая с места и похлопывая Хан Джисона по плечу.       — Не буду вам мешать. — с этими словами Ли Минхо удалился в сторону сидящих не так далеко Stray Kids.       Обернувшись и проследив за ним взглядом, я, к своему счастью, не обнаружила там Бан Чана. Почему-то я совершенно не подумала о том, что он мог быть здесь. Чёрт, было бы так неловко увидеть его сейчас! К счастью, я сидела спиной к общему залу и, в случае чего, могла остаться незамеченной.       Я повернулась в сторону Хан Джисона, беря в руки бутылку соджу. Честно говоря, раньше я пила только пиво. И то, всего одну банку по случаю своего двадцатилетия.       Ловко открутив крышку, я наполнила две рюмки почти до самых краёв. Взяв одну из них в руки, протянула Хан Джисону. Задумавшись на пару мгновений, он принял выпивку. Взяв вторую порцию и отвернувшись от стола, я постаралась выпить горячую жидкость за один глоток.       В горле защипало, на глаза выступили слёзы. Я попыталась побороть подступающий кашель, но, в итоге, закашлялась только сильнее.       — Ты никогда не пила соджу, да? — усмехнувшись, уточнил Хан Джисон.       — Ага, — вытирая рукавами худи глаза, согласно кивнула я.       Потянувшись снова к бутылке, я уже собиралась наполнить пустые рюмки, когда Хан-оппа прикоснулся к моим рукам, останавливая. Я подняла на него вопросительный взгляд. Мы же тут собрались для того, чтобы напиться.       — Тебе необходимо делать перерывы и заедать чем-то, если не хочешь всю ночь провести в обнимку с унитазом.       — Хорошо, — согласно кивнула я, поскорее отправляя в рот кусок куриного филе из большой миски, стоящей на столе.       — Кстати, поздравляю с первой наградой на "MAMA". — улыбнулся Джисон-оппа. — Вы хорошо выступили.       — Спасибо. Ваше выступление мне тоже понравилось!       Вместо ответной благодарности, он лишь одарил меня ещё одной улыбкой. Я же усердно жевала курицу, выполняя рекомендацию. Между нами с Хан Джисоном тем временем возникла немая пауза. Интересно, я уже достаточно много съела, чтобы выпить ещё раз?       Кажется, Хан-оппа понял ход моих мыслей. Или увидел мой блуждающий взгляд по зелёным бутылкам. Причина была не настолько важной. Он вытянул руку, самостоятельно разливая соджу. После того, как пригласительным жестом он указал на мою рюмку, я немедленно осушила её. В этот раз моё тело восприняло эту задумку с меньшим отвращением.       — Та песня, — вдруг я вспомнила игравшую из его наушников "Close" перед утренним прогоном, — ты ведь сам написал её?       — Да. — Джисон-оппа не отставал от меня, набивая щёки едой.       — О ком она?       Наверное, это было не то, что можно спрашивать вот так. Хан-оппа замолчал, пережёвывая пищу и не встречаясь со мной взглядом. Неизвестно, ответил он в итоге честно или ушёл от правды, но, наконец, я услышала ответ на свой вопрос:       — Я не всегда пишу о том, что было со мной в настоящей жизни. Иногда мне хочется описать эмоции, которые я хотел бы пережить. — он выдержал паузу. — Ты слышала "Wish You Back"?       — Конечно! — воскликнула я, тут же добавив: — Она ведь про "Твоё имя".       — Ты смотрела? — в этом его вопросе слышались нотки удивления.       — Да! Это аниме входит в топ пять моих любимых, — закивала я, снова разливая соджу.       Джисон-сонбэним усмехнулся, откидываясь на спинку стула:       — А что понравилось тебе больше всего?       — Оппа, — понизив голос, прошептала я и оглянулась по сторонам, — вдруг нас услышит кто-то, кто ещё не посмотрел этот шедевр? Я лучше тебе потом расскажу.       — Хорошо. — Хан-оппа громко рассмеялся, согласно кивая и принимая из моих рук рюмку.       — Я тоже хочу выпустить свою песню, — опустив взгляд на стол, пробурчала я.       — Какую?       В голосе Хан Джисона послышался неподдельный интерес. Неужели он правда хотел узнать?       — Не знаю, — вздохнула я. — Тяжело выбрать одну.       — Понимаю, — засмеялся он. — Можешь отправить их мне, я помогу выбрать.       — Правда?       — Правда.       Хан Джисон хотел послушать песни моего авторства? Я много времени проводила с Бан Чаном, но ни разу так и не осмелилась попросить о подобном. Он тоже не поднимал эту тему. Хан-оппа же так легко сказал об этом! Словно он был мне гораздо ближе, чем Бан Чан.       Погрузившись в свои мысли, я сбилась со счёта, сколько бутылок соджу мы осушили. Чувства немного притупились, в груди разлилось приятное тепло. Подперев подбородок рукой, я старалась посчитать хотя бы кусочки куриного филе, что мы ещё не успели съесть, как вдруг Джисон-оппа спросил:       — О чём ты пишешь свои песни?       — По-разному, — протянула я. — Бывает, просто о людях, о подругах, о парнях.       — О парнях?       — Ну, — я перекинула распущенные волосы на одну сторону, — об одном конкретном парне.       — А-а, о Бан Чане.       Я согласно кивнула, крутя в руках пустую рюмку. Капли, оставшиеся от соджу, стекали по краям, падая на стол. Это зрелище завораживало.       — Он так сильно нравится тебе?       Что за вопрос? Сам ведь сказал раньше, что по мне видно.       — Да, — кивнула я, вытирая деревянную поверхность рукавом. — Но, кажется, у него кое-кто есть.       — Кто? — удивился Хан Джисон.       — Ан Ёнми.       — Ёнми? — Джисон-оппа усмехнулся. — Почему ты так решила?       — Видела их вместе вчера.       — А-а. — протянул он. — Ну, ты не так поняла то, что увидела. У неё, наверное, так можно сказать, есть кое-кто. Правда, это не Бан Чан.       — Точно?       — Точно.       Я до последнего верила, что увиденное неправда, что я всё себе надумала. Мне так хотелось найти подтверждение! И вот, я получила его. Казалось, в этот момент с моих плеч камень должен был упасть. Но количество выпитого алкоголя притупило реакцию, и я не испытала каких-то особенных чувств.       Последовала небольшая пауза. Хан-оппа внимательно смотрел на меня. Я чувствовала этот пристальный взгляд даже сквозь пелену опьянения. Если ему хотелось, пусть хоть смеётся надо мной. Что мне сделать с тем, какая я? Переведя взгляд на капли соджу, с которыми я играла, он словно собрался с мыслями:       — Устроим двойное свидание?       Я отвлеклась от своего завораживающего занятия, наконец уставившись на Хан Джисона в ответ. Он был полон уверенности.       — Двойное? — недоверчиво улыбнулась я.       — Я, ты, Чан и Хэри.       Что ж, идея была неплохой! Возможно, даже хорошей. Он поможет мне, а я помогу ему. Как мы и договаривались. Одна встреча была способна принести пользу нам обоим.       — Идёт.       В какой-то момент всё начало особенно неприятно плыть. Закрыв лицо ладонями, я потёрла глаза. Но, когда вернулась к реальности, лучше не стало. Захотелось скорее попасть в свой номер и залезть под одеяло, чтобы проспать до самого утра.       — Хочу в отель. — собственный голос прозвучал откуда-то издалека.       Встав с места, я двинулась в сторону выхода. Рука, которой я опиралась о стол, согнулась в локте, соскальзывая и отпуская меня в свободное падение. Кое-как ухватившись за деревянный край, я постаралась аккуратно присесть на корточки.       Джисон-оппа быстро оказался рядом. Он протянул руки, намереваясь поднять меня на ноги, но отчего-то остановился. Я не знала, почему он вдруг передумал помогать мне, но через минуту или две перед нами появился Бан Чан.       Я не видела его сегодня вечером в баре, но вот он стоял всего в шаге от меня. Его взволнованный взгляд был прикован ко мне.       — Мина, что случилось? — Чан-оппа опустился на пол рядом со мной.       — Мы с Хан Джисоном собрались, чтобы выпить, — кивая головой в подтверждение своих слов, ответила я.       Бан Чан перевёл взгляд на Хан Джисона, вставая на ноги. Теперь его взгляд не был тревожным. Скорее, он был недовольным. Ему точно не понравилось, что мы не позвали его с собой.       — Джисон, я понимаю, Мина, но ты ведь уже взрослый парень. — Чан-оппа протараторил это так быстро, что я едва разобрала каждое слово. — Ты должен нести ответственность за младших, если решил напиться с ними.       — Без проблем. Мина, пошли.       Он явно переоценил мои способности. Я сидела, рассматривая рукава своей кофты, намокшие от пойманных капель соджу. Забавный получился узор. Я всё не могла решить, было это больше похоже на волны или на облака, когда пара сильных рук подхватила меня под мышки, ставя на ноги.       Повернув голову в бок, я с удивлением обнаружила лицо Хан Джисона в паре сантиметров от своего. Такая у него эта родинка красивая всё же. Мне очень сильно захотелось лизнуть её, а лучше укусить... Я уже потянулась к его щеке, когда Джисон-оппа перекинул мою руку через свою шею и вывел на свежий воздух.       — Дыши глубже.       Его голос был таким тихим, словно он шёл по другой стороне улицы. Но я слушала его, шумно выдыхая и втягивая свежий воздух настолько сильно, насколько были способны мои лёгкие. Голова закружилась пуще прежнего.       Так вот зачем тут дежурили минивэны.       Усадив меня на заднее сиденье и застегнув мой ремень безопасности, Хан-оппа занял соседнее место. Машина двинулась, а я принялась рассматривать огни ночной Японии: красные, синие, жёлтые. Спустя минуту все они смешались в один цветной клубок, двигаясь вверх-вниз. Я почувствовала, как съеденная сегодня курочка решила расстаться со мной.       — Еда, — выдохнула я, — хочет выйти.       — Что? — переспросил Джисон-оппа.       — Стошнит меня сейчас.       Прикрыв рот ладонью, я закрыла глаза, не в силах больше наблюдать за этими коварными огнями.       — Подожди, я дам пакет! — закричал Хан-оппа.       Но, спустя бесконечные звуки шуршания и одно вырвавшееся ругательство Хан Джисона, я поняла, курочке придётся остаться в машине. Пусть уже и не в моём животе.       Словно услышав мои мысли, несогласный с ними водитель остановился. Дверь сбоку открылась, и Хан-оппа буквально вытащил меня на улицу. Пройдя всего пару шагов, я оказалась около идеально выстриженного куста. Он был моим спасением.       Звуки, которые я издавала, наверное, на всю Осаку, были далеко не так прекрасны, как мой рэп. Меня это нисколько не волновало сейчас, я лишь пыталась не испачкать свои длинные волосы. В какой-то момент, они перестали мешаться. В перерыве между содроганиями, я повернула голову в сторону, заметив вытянутую руку Хан Джисона. Он крепко держал мои волосы.       — Давай-давай, — кивнул он.       Словно по команде я вернулась к тому, на чём остановилась. Мне, конечно, было жалко того, кто увидит этот бедный куст следующим утром, но это было последнее, о чём я волновалась сейчас.       Наконец мой желудок опустел. Я сделала пару глубоких вдохов, разворачиваясь к Хан Джисону. Силы решили покинуть меня и всё, что я могла сделать, упереться лбом в его плечо.       Кажется, Хан Джисон понял, что больше на меня не было никакой надежды. Он подхватил меня на руки. Оказывается, мы были уже около отеля. Я старалась разглядеть родинку на щеке Хан Джисона, но она словно испугалась меня и убежала.       Тяжело вздохнув, в следующее мгновение я осознала себя уже в кровати.       — Спи. — Джисон-оппа откинул с моего лба мешающиеся прядки волос.       — Побудешь здесь, пока я не усну?       — Да.       По поводу правильности последней своей фразы я была не полностью уверена. По крайней мере, в моей голове мысли сложились во что-то подобное. Хан-оппа понял, что требовалось от него, и сел на пол. После я погрузилась в сон.