Хан Джисон, который все испортил

      Я молчала, пока Хэри-онни тихо всхлипывала. Я молчала, когда Ынбёль-онни пересказывала, как всё было. Я молчала, а Суа тем временем грозилась разобраться с обидчиком. В моём горле застрял густой ком обиды, не позволяющий вымолвить хоть слово. Сердце сжималось, и всё, что я могла делать, это успокаивающе гладить колени подруги, около которых сидела.       Всё случилось совсем близко к общежитию. Мы регулярно покупали разные мелочи в продуктовом магазине нашего района. Сегодня Хэри-онни вызвалась сходить туда за снэками, пока остальные выбирали фильм на вечер. Каждая из нас знала дорогу, как свои пять пальцев. Когда из тени показался силуэт незнакомца, Хэри-онни напряглась. Она не испугалась, но маску натянула повыше. "Мало ли" – подумалось ей, и она прибавила шагу.       — Хэри, — в тишине улицы раздался до боли знакомый голос.       Подруга остановилась. Этот момент оказался для неё слишком неожиданным. Разве можно быть готовой ко встрече с человеком, оставившим шрамы на твоём сердце? Первая мысль – бежать. Однако на это не оказалось времени. Пальцы парня кольцом сомкнулись на запястье.       — Отпусти, — прошипела Хэри-онни, поднимая взгляд полный боли.       — Выслушай меня, пожалуйста, — попросил парень.       Хэри-онни сглотнула, стараясь заглушить растущее внутри чувство разочарования и злости. Ей пришлось выслушать целую тираду, знать которую она совершенно не хотела. Только когда парень смолк, ответила:       — Мне нужно идти.       Он говорил, что хотел вернуть её, а она боялась отказать. Только не здесь, не на этой безлюдной улице. Но и подыгрывать ему не было сил.       — Медвежонок, пожалуйста, — парень потянул Хэри-онни на себя.       Рефлекс. Она не хотела устраивать конфликт, но толкнула его быстрее, чем успела обдумать это действие. Осознав, ринулась бежать. Сильные руки слишком быстро вцепились в плечо, не позволяя вернуться назад в общежитие. Парень притянул Хэри-онни к себе, резко срывая маску и намереваясь вернуть себе девушку при помощи поцелуя.       Их губы соприкоснулись, а когда руки парня двинулись вверх по бёдрам подруги, у неё пропали все страхи. Короткий удар коленом между ног – и она побежала прочь, чтобы скорее забыть случившееся, словно страшный сон.       Я провела рукой по её волосам, открывая взгляду родное лицо. Таким коротким движением мне хотелось забрать всю боль воспоминаний этого вечера. Хэри-онни не смотрела в ответ.       — Суа, — я прочистила горло и попросила, — завари чай, пожалуйста.       Младшая осторожно посмотрела на меня. Я твёрдо кивнула ей, после чего она смиренно встала с места и направилась на кухню.       — Он позволял себе ещё что-то? — бесцветным голосом уточнила я.       Хэри-онни молчала, а мне с каждой секундой было всё страшнее получить ответ на заданный вопрос.       — Нет, — наконец ответила она.       Мы с Ынбёль-онни переглянулись. Правда это или нет – мне придётся с этим разобраться.       Спустя минут десять Суа принесла кружки с дымящимися напитками. Комнату моментально заполонил расслабляющий аромат трав, стремясь избавиться от повисшего в воздухе чувства страха. Хэри-онни не отказывалась, послушно делала глотки, согреваясь изнутри. В то же время у меня на душе скребли кошки. Если бы только я обладала способностью забирать боль других людей, сделала бы это сейчас без малейших раздумий.       — Всё будет хорошо, — подала голос Ынбёль-онни.       — Конечно, у тебя нет другого варианта! — воскликнула Суа. — Только для начала я этому… Ай!       Я не дала младшей договорить, ущипнув её за бок. Она непонимающе уставилась в ответ. Конечно, я и сама всем сердцем хотела найти этого мудака и разобраться с ним по-своему, но разве такая роскошь нам доступна? Мы айдолы, из-за чего действовать стоило особенно осторожно. Одно неаккуратное движение, и нашей карьере придёт конец. Должны быть другие способы влияния.       — Тебе стоит отдохнуть, — я подбадривающе кивнула Хэри-онни, — умойся и выспись хорошенько.       — Я очень хочу в кровать, — призналась подруга, а у меня по телу мурашки пробежали.       Она практически молчала до этого, но теперь, кажется, выдохнула с облегчением. Тёплый душ и мягкая кровать – это действительно то, что могло помочь расслабиться вдобавок к горячему напитку. Мы с девочками одарили Хэри-онни поддерживающими взглядами, на что она тускло улыбнулась и встала с места. Мне безумно хотелось обнять её, но разве можно сделать это после того, что с ней случилось? Вряд ли она хотела сейчас, чтобы кто-то снова пересёк её личные границы. Когда мы остались одни, а со стороны ванны послышался шум падающей воды, я устало легла на пол.       — Я убью его, — в голосе младшей не было ни намёка на сомнение.       — Только при Хэри этого не говори, — предостерегла Ынбёль-онни.       — Почему?! Думаю, она будет только рада, — губы Суа расплылись в коварной улыбке.       — Потому что действовать надо тихо, — я села на месте, — Хэри-онни стоит отвлечься и отдохнуть.       Суа смолкла, тем самым соглашаясь с моими словами. Конечно, много времени на отдых не было. Нам стоило зафиксировать отметины на теле Хэри-онни, пока те отчётливо видны. Совершенно не кстати завтра предстояла съёмка новогоднего шоу. Мне необходимо переговорить с менеджером до того, как на нас наденут костюмы с короткими рукавами.       Мы посидели ещё какое-то время вместе, но стоило Хэри-онни выйти из душа, как все отправились в свои спальни. Я долго лежала и смотрела в потолок, думая, что делать. Как ни странно, не было грустно, и я даже не злилась. Мне нужно защитить подругу – из-за этой мысли всё остальное ушло на второй план.       Хэри-онни всегда казалась мне сильной, даже самой сильной среди всех нас. Если у неё не получалось выполнить какое-то движение в танце или взять особо высокую ноту, она начинала сначала. Никто из группы не сдавался, добиваясь лучшего результата, но то, как это делала Хэри-онни, впечатляло. Сжав руки в кулаки так сильно, что ногти впивались в мягкую кожу, она работала днём и ночью, лишь бы стать лучшей версией себя.       Глядя в её потускневшие глаза наутро, я почувствовала, как сжалось моё сердце. Вопреки тому, что подруга улыбалась и вела себя, как обычно, было ясно – она сломлена. Этот парень и без вчерашней выходки оставил свой след в истории Хэри-онни. Я раньше не задумывалась над этим, но, как оказалось, не все люди способны радоваться успеху своих близких. Чем большего добивалась Хэри-онни, тем сильнее её бывший обесценивал результат стараний. "Тебе повезло", "Это потому, что у тебя красивое личико", "Думаешь, ты будешь нужна кому-то, когда они узнают настоящую тебя?" – и ещё множество подобных высказываний, каждое из которых подруга принимала на свой счёт. Ынбёль-онни рассказала об этом, а у меня просто в голове не укладывалось, почему Хэри-онни сразу не послала такого придурка. Но, как и всегда, подобное легче замечать со стороны, чем когда ты сама замешана в этом.       Только мы приехали на площадку, как я отвела менеджера в сторону для столь внезапного для неё разговора. Злость и грусть, такие простые эмоции, но как нельзя кстати подходящие в этой ситуации, тенью скользнули по её лицу. Следом она поджала губы, и больше ничего не выдавало её истинных чувств. Не до этого было, нужно думать, что делать.       — Мы подадим на него в суд, — спокойно резюмировала менеджер Ким, — за выслеживание и нанесение увечий. Но ты же понимаешь, что нам будут нужны показания Хэри.       — Да, мы поговорим с ней об этом, но не сегодня, пожалуйста. Хэри-онни стоит сначала прийти в себя, — я немного задумалась, вспоминая, что ещё стоило обсудить. — Вам наверняка нужны снимки в качестве улик. Что, если их сделает стилист, чтобы не привлекать лишнего внимания? Во время подбора костюма это может остаться незамеченным Хэри-онни.       — Я позвоню директору, не переживай, а пока будете работать с Хаын, — предупредила она о смене стаффа.       Я усмехнулась про себя. Учитывая, как неформально Чон Хаын общалась с Чанбин-сонбэнимом, секреты она хранить умела. Нам не стоило волноваться о том, что слухи о синяках Хэри-онни коснутся не тех ушей.       — Проконтролируй, чтобы никто не передвигался без охраны, пока мы не разберёмся с этим. И на Рождество вам придётся остаться в общежитии, перемещения без надзора пока что опасны, — менеджер Ким принялась давать наставления.       — У Суа запланирована поездка с родителями в Японию, — вспомнила я.       — В Японию, — задумалась менеджер. — Хорошо, но все передвижения в Корее только с охраной.       — Конечно, — согласно кивнула я.       Мы приступили к работе. Я не могла описать своё состояние, оно просто было странным. Одно дело, когда мне плохо, но нужно работать, и совершенно другое, когда это касалось близкого человека. Хэри-онни точно не была готова улыбаться и подмигивать на камеру, однако смиренно стояла, пока ей подбирали повязку на плечо. Она выглядела, словно кукла, основная задача которой – быть красивой.       — Всё хорошо? — спросила я подругу, когда до выхода на сцену оставалось совсем мало времени.       — Да, — кивнула Хэри-онни, — вся эта суета помогает отвлечься.       Я понимающе кивнула в ответ. У нас была пара дней до того, как агентство выпустит заявление. Хэри-онни нужно быть к этому готовой, но сейчас, тем более когда наступали праздники, нам всем стоило отдохнуть.       В канун Рождества мы остались втроём. Ынбёль-онни заказала доставку, и в общежитие привезли четыре комплекта самых глупых клетчатых пижам. Засунув подарок Суа ей под подушку и переодевшись, мы принялись готовить праздничный ужин. Вернее, готовили старшие, я лишь сидела на кухонной тумбе и болтала ногами, рассказывая самые глупые истории, которые только могла вспомнить.       — И потом Минхо-сонбэним схватил меня за капюшон и как потащит в сторону кафе! — воскликнула я, имитируя сцену в качестве единственного актёра. — Там же люди кругом, а он меня, как котёнка потащил! Ну, я думаю, покажу ему!       — И что, показала? — усмехнулась Ынбёль-онни, убирая тыльной стороной ладони выбившиеся волоски со лба.       — Ага, — я довольно хмыкнула, вспоминая, — минут пять себе кофе выбирала, пока сонбэним чуть не вскипел.       Я рассмеялась, когда в голове возникло суровое выражение лица Ли Минхо. Стоило мне его спародировать, как подруги следом разразились хохотом.       — И о чём вы говорили? — не переставая улыбаться, спросила Хэри-онни.       Я почувствовала, как начали розоветь щёки. Кажется, история, выбранная мною в этот раз, оказалась не самой удачной.       — Мы говорили про Хан Джисона, — я неловко замялась.       Девочки многозначительно переглянулись.       — Что? — простонала я.       — Вы с сонбэнимом… — начала было Хэри-онни, но Ынбёль-онни её перебила.       — Когда вы с Хан Джисоном уже начнёте встречаться?       У меня буквально отвисла челюсть в этот момент. Пару раз глупо моргнув, я наконец уточнила:       — А мы должны?       — Конечно, — Ынбёль-онни повернулась ко мне лицом, облокотившись о кухонную тумбу, — только не говори, что вы с ним до сих пор не обсудили это.       — Неужели настолько очевидно, что между нами что-то есть? — взмолилась я.       — Да, — усмехнулась Хэри-онни, — то, как вы смотрите друг на друга и как общаетесь, тут и ёжику всё понятно будет.       — Ёжику? Серьёзно? — переспросила Ынбёль-онни, стараясь подавить приступ смеха. — Ты сама признала этот факт, только когда мы с Суа подняли тему.       — Но я догадывалась! — в свою защиту бросила Хэри-онни. — Просто не лезла не в своё дело.       — Допустим, — Ынбёль-онни многозначительно посмотрела на меня, лишь взглядом говоря о том, что всё было совсем не так.       За последние несколько дней я впервые решилась подумать про Хан Джисона. Он хотел встретиться в выходные дни и пообщаться, возможно, о статусе наших отношений. Если я правда нравилась ему, и мы начнём встречаться, насколько эгоистично это будет по отношению к Хэри-онни? Я нервно сглотнула, понимая, что мне нужно пожертвовать своими желаниями хотя бы сейчас. Это совершенно не то время.       Мы смотрели рождественские фильмы и поедали только что приготовленное печенье, когда я позволила себе помечтать. Отношения с Хан Джисоном ощущались такими близкими, но в то же время далёкими. Мне вдруг показалось, что я готова отдать всё за прогулки вдвоём и его до безумия смешные шутки. Если в перерывах между ними он будет целовать меня, за это я отдала бы ещё больше. Когда главные герои на экране встретились, пройдя все преграды, я представила нас на их месте: медленно падающие хлопья снега, руки Хан Джисона на моей талии и взгляд глаза в глаза, наполненный любовью.       Позже девочки сдвинули кровати в своей спальне, и мы легли на них втроём. Как оказалось, много места нам не было нужно. Мы обнялись, прижимаясь ближе друг к другу. Уткнувшись носом в волосы Ынбёль-онни, я закрыла глаза и начала погружаться в сон. В Рождественскую ночь ведь можно загадывать желания? Чуть не забыла! Я не ждала Санту, но подарок мне был нужен. В этот момент я решила быть эгоисткой и загадала то, о чём мечтала больше всего.       

***

      День начался с обмена подарками, разговора по видеосвязи с Суа и звонков родителям. Закончив с этой приятной частью, я открыла сообщение, дожидавшееся меня с самого утра. Оно было от Хан Джисона.       08:21. Хан Джисон-оппа       — С Рождеством, бейби!       Эти три слова вызвали улыбку на моём лице, и я написала:       — С Рождеством, оппа!       Стоило мне только отправить сообщение, как телефон в руках зазвонил.       — Алло? — стараясь скрыть радость в голосе, ответила я.       — Привет, — в динамике раздался голос Хан Джисона, — с Рождеством.       — С Рождеством, — ответила я, не сдержав улыбку.       — Санта уже приходил? — рассмеялся Хан. — Принёс подарки?       — Нет, — усмехнулась я, — кажется, в этом году моё поведение было не очень.       Джисон-оппа хмыкнул в трубку, но никак не прокомментировал. Вместо этого он предложил:       — Встретимся сегодня?       Я очень хотела, но разве можно оставить Хэри-онни?       — Прости, — тяжело вздохнула я, — кое-что случилось, и я должна быть с девочками.       — Что-то серьёзное? Как ты? — всполошился Хан-оппа.       — Нет-нет, со мной всё в порядке, — заверила его я, — у группы не лучшие времена, нам следует держаться вместе.       Сначала ответа не последовало. Джисон-оппа молчал пару секунд. Он боролся с желанием узнать больше и необходимостью соблюдать чужие границы. Впрочем, возможно, мне лишь показалось так.       — Хорошо, — наконец сказал он, — если ты захочешь поделиться этим, то всегда можешь позвонить мне.       — Конечно, — согласилась я.       После этого мы попрощались. Стало грустно, но разве могла я что-то сделать с этим? Мой выбор был правильным – это настолько очевидно, что и думать не о чем. Будут более удачные дни, чтобы встретиться с Хан Джисоном. Обязательно будут! Просто не сегодня.       Подруги включили дораму. В начале я смотрела с ними, но главные герои слишком долго не могли осознать чувства друг к другу, так что мне наскучило это занятие. Подключив наушники к телефону, я открыла игру на нём. Сегодня принципиально не хотелось работать и, к удивлению, оказалось, что мне практически нечем заняться в свободное время.       — Земля вызывает Мину, — спустя время прошептала мне в ухо Хэри-онни, вынув из него наушник.       — Хорошо, только доиграю, — попросила я, не отрывая взгляд от экрана.       Раздался звонок в дверь.       — Мина, открывай быстрее, у нас самый интересный момент, — принялась ворчать Ынбёль-онни.       — Почему я? У меня тоже интересный! — я отвлеклась и проиграла. — Чёрт.       Одарив старших недовольным взглядом, поднялась с места.       — Вы поесть, что ли, заказали?       Мой вопрос остался без ответа. Я подошла ко входу и посмотрела на маленький экран, показывающий пришедшего. Глаза округлились от удивления, и я тут же открыла дверь.       — Привет, — парень, стоящий на пороге, улыбнулся мне.       — Что ты тут делаешь? — спросила я.       За спиной послышалось шуршание. Обернувшись, я заметила, что девочки смотрели в мою сторону. Кажется, не такой уж и интересный момент был в дораме.       — Приехал забрать тебя, — Джисон-оппа неловко поправил шапку.       — Но я правда не могу сегодня, — прошептала я, многозначительно указав глазами вбок.       — Тогда поехали все вместе, — он звонко рассмеялся.       Подруги так быстро оказались рядом, что я даже вздрогнула, когда рука Ынбёль-онни коснулась моего плеча.       — Мы едем кататься на бордах! — воскликнула старшая.       — Что? — переспросила я, не понимая, на кого мне смотреть.       — Мы сняли домик на сутки, — оповестил Джисон-оппа. — Я подумал, что всем не помешает отвлечься. И, перед тем, как ты завалишь меня вопросами про вашего менеджера, мы уже обо всём договорились.       — Так вы были в курсе? — уточнила я у девочек.       Они кивнули, хитро улыбаясь. Ну и что мне делать? Я планировала провести этот день с Хэри-онни, и она будет со мной, как задумывалось. Да, не в общежитии, а непонятно где, но раз Джисон-оппа будет с нами, и менеджер всё одобрила, разве мне стоило волноваться?       — Мы быстро соберёмся, проходи, — я улыбнулась Хан Джисону.       — Там парни в машине, подожду с ними.       Коротко кивнув, я закрыла дверь за внезапным гостем. Мы с девочками собрались впопыхах, накидав в рюкзаки всё самое необходимое. Поймав Хэри-онни перед выходом, я решила уточнить:       — Всё нормально? Мы можем не ехать.       — Нет, — она покачала головой, — я хочу отвлечься, и это отличная возможность.       Я улыбнулась, в два счёта выдавая свою радость. День в компании Хан Джисона – это звучало настолько идеально, что даже не верилось.       В минивэне нас ждало ещё несколько мемберов Stray Kids, помимо Хан Джисона: Хван Хёнджин, Ким Сынмин и Ян Чонин, а также пара сотрудников охраны. Мы с группой вклинились в планы сонбэнимов или Джисон-оппа специально всех собрал? Поздоровавшись, я заняла место в конце салона рядом с Хан Джисоном и тихо спросила:       — Куда мы едем?       — На базу отдыха. Она всего в паре часов езды от Сеула. Там классный склон, покатаемся на бордах. Лыжи у них тоже есть. Хотя, может, ты предпочитаешь тюбинг?       — Эй, — я рассмеялась, толкая его плечом, на что он по-доброму улыбнулся мне. — Но как ты смог договориться с менеджером?       — Это не было слишком сложно, — задумчиво потёр подбородок Джисон-оппа. — Запереть вас на все праздники в общежитии – даже Гринч на такое не решился бы. Менеджер Ким просто сказала, что вы не должны передвигаться без охраны или без кого-то из Stray Kids.       — Так и сказала? — я одарила этого вруна скептическим взглядом.       — Ага, — кивнул он, даже не пытаясь скрыть улыбку.       — Давайте включим музыку, — предложила Ынбёль-онни, — а то так и уснуть можно.       — О, я хочу послушать одну песню! — воскликнул Сынмин-сонбэним и подключил телефон к аудио-системе.       — Только не Stray Kids, — взмолилась я.       — Эй! Что ты имеешь против? — возмутился Джисон-оппа так громко, что у меня чуть ухо не заложило.       — Да ты мне уже сниться начал, ещё и песни твои слушать?! — прошипела я.       Остальные обернулись в нашу сторону. Под этими взглядами я неловко заёрзала на месте, чувствуя, как покраснели уши. Только когда все вернулись к своим делам, Хан-оппа подметил:       — Знаю я, какие сны тебе снятся со мной.       — Не такие, — закатила глаза я.       — Заметь, я ничего не сказал, — снова рассмеялся он.       В машине заиграли песни DAY6-сонбэнимов. К счастью, не Stray Kids. На самом деле, я была вовсе не против возможного выбора, вот только вряд ли бы у меня получилось не подпевать. За такое Джисон-оппа полжизни дразнить будет. Так что я счастливо подпевала под "Shoot Me", ничего не стесняясь.       — Бам, бам!       Пусть пули, пули, пули, — пела я от всей души.       — Ну, стреляй, стреляй!       Это так легко!       Бам, бам! — не отставал от меня Сынмин-сонбэним.       Или это я не отставала от него? Он оказался таким фанатом DAY6-сонбэнимов, что мысленно первенство в этом вопросе я уступила ему.       Так мы и ехали до гостевого домика, включая любимые песни и подпевая под них. Чего только стоил наш с Хан Джисоном танец на местах под "Bang Bang Bang". Казалось, пока мы прыгали, минивэн трясся во все стороны. Только я спела первые строчки припева самым высоким голосом, на который была способна, как Хан-оппа разразился таким хохотом, после которого точно должен был охрипнуть.       Мы вспомнили, что вообще куда-то едем, только когда машина остановилась. Я выглянула в окно, но там всё было белым.       — Почему так много снега? — воскликнул Хёнджин-сонбэним, и остальные тоже припали к окнам.       — Настоящий снегопад, — восхищённо выдохнул Чонин-сонбэним.       — С детства так много не видела, — Ынбёль-онни зачарованно разглядывала каждую падающую снежинку.       — Кажется, у нас не получится покататься, — грустно подметила Хэри-онни.       — Давайте сначала всё разузнаем, — предложила я.       Все натянули маски и опустили пониже кепки, направившись в здание администрации. Ветер на улице неприятно продувал пуховик, забираясь через куртку к тонкой коже. Я поёжилась, прибавляя ходу и скорее прячась в помещении. Такое количество снега было редким явлением, но, в компании с ветром, им было невозможно насладиться. Как и ожидалось, кататься в такую погоду запрещено.       Нам выдали ключи от дома, объяснили, как заказать еду и где взять настольные игры. На склон можно будет выйти, как только погода вернётся в норму. Делать нечего. Получилось так, что мы с девочками сменили одну клетку на другую.       Внутри было три спальни: две для сонбэнимов и одна для нас. Сняв верхнюю одежду в прихожей, мы немного огляделись и разложили вещи. В доме приятно пахло деревом, а когда в общей комнате я нашла камин, на душе от одного его вида стало теплее.       — Хочешь зажечь? — спросил Чонин-сонбэним, подходя ближе.       — Да, — согласно кивнула я, сидя на полу, — нужно найти что-то для этого.       Сонбэним прошёлся взглядом по выступающей части камина сверху и взял с неё упаковку со спичками.       — Спички? — восхищённо выдохнула я. — Сто лет их не видела.       — Думаю, тут всё стилизовано под натуральность, — Чонин-сонбэним присел рядом со мной, — видишь, даже телевизора нет.       Я оглянулась. И правда! Здесь не было даже музыкальных колонок. Хорошо хоть имелся туалет. Он ведь был здесь? Я не успела проверить, от чего смущённо опустила взгляд в пол. Ходить в туалет на улицу совершенно не хотелось. Однако в доме хотя бы было электричество, и это обнадёживало.       — Готово, — резюмировал Ян Чонин, когда носа коснулся аромат горящих брёвен.       С детским восторгом я придвинулась ближе, подставляя руки к огню. Его тепло приятно щекотало голую кожу, от чего по телу забегали мурашки. Ай Эн-сонбэним достал телефон и сфотографировал танцующие языки пламени. Я и сама была в восторге от увиденного, а потому тоже сделала пару снимков.       — Интересно, тут есть сауна? — к нам вышел Хёнджин-сонбэним, на ходу завязывая волосы в низкий хвост.       Мы с Чонин-сонбэнимом переглянулись, но ответа у нас не было. Лишь пожав плечами, я уставилась в сторону QR-кода с меню гостиного комплекса.        — Может, закажем поесть? — предложила я.       — Давай, — согласился Хван Хёнджин, — с самого приезда Джисон-и мне все уши прожужжал, насколько он голоден.       Я спрятала свою улыбку, приложив к лицу раскрытую ладонь. Если Хан Джисон хотел чего-то, он говорил об этом постоянно. Чонин-сонбэним направил камеру телефона на код, и меню отразилось у него на экране. Мы собрались втроём, внимательно изучая его. Я не знала, кто должен был платить за этот вечер, но мы заказали всё, что только было. Остальные вышли к нам, и все собрались вокруг камина.       — Чем займёмся? — Ынбёль-онни обвела взглядом столь разношёрстную компанию. — Поиграем во что-то?       — В "Крокодил", — предложила Хэри-онни. — Весело и подумать можно.       — Только давайте усложним, — глаза Сынмин-сонбэнима подозрительно блеснули, — говорить можно только по-английски.       Все поддержали эту идею, а я шумно выдохнула. Так себе у меня с английским было, честно говоря. Мой диапазон едва ли не ограничивался на "бейби" от Хан Джисона. Я взглянула в его сторону. По улыбке на лице поняла – он вовсе не против заданных условий. Заметив лёгкое стеснение собравшихся, Хан-оппа вызвался быть первым участником.       Хёнджин-сонбэним уставился в сторону камина, придумывая другу что-то поинтереснее. Когда его лицо озарила лукавая улыбка, я поняла, Хан Джисону вряд ли понравится. Стоило ему услышать загаданное, как он разочарованно прикрыл глаза.       Задание нужно выполнять, и Хан-оппа замер перед нами. Обведя всех долгим взглядом, он вдруг подпрыгнул на месте и сжал руки в кулаки. Расставив их по обе стороны от себя, принялся делать круговые движения тазом. В этот момент я забыла, как моргать.       — А-а-а, — протяжно взвыл Чонин-сонбэним, явно не желавший видеть этот танец.       Хёнджин-сонбэним между делом присоединился к Хан Джисону, и теперь они уже танцевали вдвоём. Я отвела взгляд, приходя в себя после внезапного шока.       — Вы в караоке тоже так развлекались? — усмехнулась Ынбёль-онни.       — Ага, — подтвердила Хэри-онни.       — Это Пак Джинён PD-ним, — Ким Сынмин решил спасти положение, — "Groove Back".       Хан-оппа прекратил танцевать, пока Хёнджин-сонбэним всё ещё наслаждался процессом. Одарив снисходительным взглядом друга, он принялся подталкивать того в сторону дивана. Хван Хёнджин очень тяжело вздохнул, не скрывая разочарование.       Сынмин-сонбэним был следующим. Получив своё слово, он должен был описать его, а не показать.       — Чёрный, — я понимала отдельные слова на чужом языке, стараясь собрать из них общую картину, — громко кричит.       Ответ быстро пришёл мне в голову, пока остальные задумчиво смотрели на Ким Сынмина. Неужели они не догадывались, кого он объяснял?       — Любит блестящие вещи, — последний факт не оставил сомнений.       — Хан Джисон! — гордо воскликнула я.       Все обернулись в мою сторону, явно ожидая продолжения фразы. Я замешкалась.       — Что? — уточнил Джисон-оппа.       — Мой ответ: Хан Джисон, — уверенно сказала я.       Все уставились на Сынмин-сонбэнима, чтобы получить подтверждение, но тот лишь громко расхохотался.       — Это сорока, — наконец смог ответить он.       Комната наполнилась оглушительным смехом, когда я залилась краской. Хан-оппа спрятал лицо в ладонях, пока друзья подначивали его.        Игра пошла, вернее, понеслась дальше. Оказалось, уровень моего английского был недостаточным даже для подобного мероприятия. И хоть подтянуть его мне не мешало, когда присутствующие отгадывали Спанч Боба в моём исполнении, я всё прекрасно понимала.       Нам принесли еду. "Крокодил" сменился редким чавканьем и непринуждённой беседой.       — У вас ведь тур совсем скоро, — с восхищением вспомнила Хэри-онни, — переживаете?       — Кто не переживает, — усмехнулся Хёнджин-сонбэним, — но всё стало гораздо легче, чем когда мы только начинали.       — Точно, — согласно кивнул Ян Чонин, — раньше мы много ограничивали себя, боясь допустить ошибку. Скованность возводит стену перед фанатами.       — Хотелось бы и мне отправиться в тур, — мечтательно вздохнула Ынбёль-онни.       Я молча слушала всех, поедая свинину. С моей стороны низкого стола она очень быстро закончилась, и я показала взглядом Хан Джисону, чтобы он передал мясо с другого края. Вместо того, чтобы просто протянуть руку, Хан-оппа пересел ко мне на пол вместе с блюдом.       — Вы идёте в комплекте, правильно понимаю? — улыбнулась я, зацепляя новый кусок.       — Ага, — рассмеялся Хан-оппа.       Свинина была потрясающе приготовлена: очень нежная, распадающаяся на волокна во рту, при этом сочная. Я с наслаждением жевала, когда заметила, что Джисон-оппа смотрел на меня, не отводя взгляд.       — Чего? — спросила я с набитым ртом.       — Ничего, — улыбаясь, Хан-оппа покачал головой, — пить хочешь?       Я согласно кивнула, и Джисон-оппа протянул банку колы, предусмотрительно открыв её. Прожевавшись, я сделала пару глотков и с наслаждением выдохнула. Компания друзей и вкусный ужин – что могло быть лучше?       — Это слишком хорошо, — подметила я.       — Кушай, — Хан-оппа кивнул на тарелку, и тоже отправил себе в рот слайс мяса.       Мы сидели так, пока за окном не стемнело. Брёвна трещали в камине, и огонь приятно грел спину. Я зевнула, разморившись после ужина. Когда остальные увлечённо болтали о чём-то, я придвинулась ближе к Хан Джисону, касаясь плечом его плеча. Мне так хотелось положить на него голову и погрузиться в сон, или обнять его, уткнувшись носом в шею. В общем, сделать что угодно, лишь бы стать ещё чуть ближе.       Джисон-оппа повернулся лицом в мою сторону. Зацепив пальцами длинную прядь каштановых волос, заправил её мне за ухо. От этого маленького, но такого ценного знака внимания, тело покрылось мурашками. Хан-оппа ведь сделал это, потому что я нравилась ему? Опустив взгляд, я неловко закусила губу, на что в ответ послышалась тихая усмешка. Мне не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, как сильно порозовели мои щёки.        — Эй, — между нами оказалось лицо Сынмин-сонбэнима, и я подпрыгнула на месте от неожиданности, — мы вам тут не мешаем?       Словно испуганный маленький зверёк, я подняла взгляд на Хан Джисона. Он всеми силами отталкивал Ким Сынмина подальше от нас. Когда я посмотрела в сторону остальных, никто не казался заинтересованным в происходящем между мной и Хан Джисоном.       — Выйду на воздух, — я поднялась на ноги, поправляя одежду, — проветрюсь.       Схватив куртку в прихожей и обувшись впопыхах, я вывалилась на улицу. Ветер стих, и хлопья снега умиротворённо падали на землю. Во дворе никого не было. Всё же частная территория, на которой не требовалась дополнительная охрана. Сделав пару глубоких вдохов, я подставила лицо небу. Снежинки опускались на него, моментально тая и охлаждая щёки.       Сзади послышался звук открывшейся двери. Я обернулась. В мою сторону шёл Джисон-оппа, застёгивающий куртку на ходу.       — У меня есть для тебя кое-что, — сказал он, широко улыбаясь.       — И что же это? — вопросительно приподняла брови я.       Когда Хан-оппа убрал руку из-за спины и показал то, что в ней пряталось, я не смогла удержаться от смеха. Жёлтая форма для лепки уточек из снега никак не сочеталась с дорогой фирменной курткой, выбранной Хан Джисоном для поездки загород.       — Решил, что тебе понравится, — немного замявшись, пояснил он.       — Мне нравится, — улыбнулась я, — пошли, там снега больше.       Мы завернули за угол дома и сели на корточки. Джисон-оппа окунул форму в сугроб и сжал механизм – из этого, конечно, ничего не получилось. Он попробовал ещё пару раз, но перед ним оставались лишь бесформенные куски снега.       — Ты понятия не имеешь, как этим пользоваться, правда? — уточнила я.       — Ага, — кивнул он, передавая инструмент мне в руки.       Его пальцы были такими холодными, что вызвало контрастные ощущения от прикосновения к моей тёплой коже.       — Ты не замёрз? — я взволнованно прошлась по нему взглядом.       — Нет, всё в порядке.       — Тогда учись, — я перевела взгляд на сугроб.       Взяла небольшой кусок снега и скатала из него снежок. Затем, разместив его в центре формы, сжала механизм. Я раздвинула его в стороны, а снизу на меня смотрела маленькая уточка.       — Какая милая! — воскликнул Джисон-оппа, беря моё творение в руки.       Он провёл пальцем по её голове, поглаживая, что вызвало у меня улыбку. Разве можно так восхищаться куском снега? Я протянула форму назад Хан Джисону и предложила:       — Попробуешь?       Посадив мою уточку на землю, Джисон-оппа принялся создавать собственных. Я заворожённо смотрела, с какой ответственностью и серьёзностью он делал это. Чёлка падала ему на глаза, и мне захотелось поправить её, но я остановилась. Закусив губу, призналась себе: я не хотела бояться коснуться Хан Джисона, я хотела иметь возможность делать это в любой момент.       — Оппа, — позвала я его, привлекая внимание.       — Да?       Я встала на ноги. Джисон-оппа смотрел на меня пару секунд снизу вверх, но затем присоединился, выпрямляясь. Теперь задирать голову приходилось уже мне.       — Кажется, — я собралась с духом, чтобы закончить начатую фразу, — я влюбилась в одного парня. Скажи, что мне сделать, чтобы понять его чувства.       — Ты опять в кого-то влюбилась? — рассмеялся Джисон-оппа. — Я больше не хочу помогать тебе с этим.       — Пожа-алуйста, — простонала я.       Мне было необходимо получить совет от Хан Джисона. Он ведь скажет то, что понравилось бы ему самому! Тогда я с лёгкостью применю это на практике, и мы больше не будем просто друзьями.       — Этот парень так сильно нравится тебе? — Джисон-оппа слегка наклонил голову набок, изучающе глядя на меня.       — Очень, — выдохнула я.       Когда он понял, насколько серьёзным был мой настрой, улыбка спала с его лица.       — Почему просто не скажешь ему об этом?       — Боюсь испортить наши отношения, — моё сердце начало биться быстрее. — Мне проще сделать, чем сказать.       Джисон-оппа поднял взгляд к небу, на мгновение взглянув на падающие хлопья снега. Неужели не поможет? Я готова была на колени перед ним упасть, но в следующее мгновение он посмотрел мне в глаза и сделал шаг навстречу, сокращая дистанцию. Сердце от этого пропустило удар.       — Для начала подойди к нему так же близко.       Я скользнула взглядом по его тёмным волосам, слегка приоткрытым розовым губам и этой милой маленькой родинке на щеке. Затем Джисон-оппа взял мою руку и положил себе на шею. Я судорожно сглотнула, стараясь скрыть дрожь в пальцах.       — Тебе нужно коснуться его, как меня, — продолжал Джисон-оппа, — это будет приятно.       — Здесь? — взволнованно уточнила я, сильнее прижимая ладонь и чувствуя тепло его кожи.       Хан-оппа дотронулся до моих волос, снова заправляя их за ухо и открывая лицо взгляду.        — Да, — его голос перешёл на шёпот.       Между нашими лицами едва ли осталась пара сантиметров, когда Джисон-оппа наклонился ближе. Я с интересом смотрела на него, коротко дыша. Наши носы коснулись друг друга, и горячее дыхание дотронулось до моей кожи. Закрыв глаза, я растворилась в моменте.       — Теперь, — прошептал Хан Джисон прямо в мои губы, — нужно перестать думать.       Я совсем немного подалась вперёд, но этого оказалось достаточно. Джисон-оппа сам накрыл мои губы своими. Внутри взорвался настоящий фейерверк. От этого в голове всё поплыло и единственное, чего я хотела, это целоваться с Хан Джисоном на заднем дворе нашего гостевого домика.       Его губы были такими мягкими и тёплыми, от чего мне вдруг стало мало лёгкого прикосновения к ним. Будто прочитав мысли, Джисон-оппа приоткрыл мои губы, желая взять больше. Я не сдержалась и простонала с наслаждением.       Хан-оппа вдруг медленно подался назад. Его щёки порозовели, и мне даже показалось, будто он смутился.       — Вот так, — он словно сглотнул на этих словах.       Это всё? На самом интересном моменте! Я с сожалением посмотрела в его глаза, пока Джисон-оппа разглядывал моё лицо. Нет, этого слишком мало, я хотела большего.        Его прерывистое дыхание обжигало, а в моих ушах слышалось лишь громкое биение собственного сердца. Это и был тот самый момент. Рука всё ещё находилась на шее Хан Джисона, и я притянула его ближе к себе, отчаянно целуя.       Он только этого и ждал. Обхватив обеими ладонями моё лицо, Джисон-оппа жадно ответил мне. Если в первый раз возникшее внутри чувство было сравнимо с фейерверком, то сейчас это был настоящий пожар. Хан-оппа принялся сминать мои губы, тем самым не оставляя пути назад.       Я замешкалась, когда он осторожно провёл языком по моей нижней губе. У меня не было никаких идей, что делать во время французского поцелуя. Одна рука Хан Джисона при этом обхватила мой затылок, а вторая скользнула к талии, сильнее прижимая к себе. Стоило почувствовать его каждой клеточкой своего тела, как губы приоткрылись, позволяя целовать меня так, как ему только захочется.       Джисон-оппа углубил поцелуй, и мои колени задрожали. Он делал это аккуратно, словно стараясь не спугнуть меня, но в то же время так страстно. Я и не подозревала, как сильно ему хотелось этого. Моментально переняв технику, я принялась целовать его в ответ.        Внизу живота разлилось приятное чувство возбуждения, и моя вторая ладонь накрыла плечо Хан Джисона, слегка сжимая его. Хотелось, чтобы этот момент не кончался, но воздух в лёгких уже был на исходе. Последний невесомый поцелуй, и мы отстранились друг от друга, тяжело дыша. У меня на языке осталось сладкое послевкусие колы.       — Так правильно, да? — мой вопрос прозвучал на выдохе.       — Да, — подтвердил Джисон-оппа, — правильно.       Было нестерпимо жарко, несмотря на холодную погоду. Казалось, близость наших тел способна согреть в любых условиях. Мы улыбнулись, глядя друг на друга. С этого момента всё обещало измениться.       Хан-оппа старался восстановить сбившееся дыхание, а мне вдруг стало так неловко от его внимательного взгляда. Я ведь всё сделала правильно, чего он так смотрел? Зарывшись лицом в ладони, постаралась скрыть возникшее смущение.       — Бейби, ты чего? — Хан-оппа выпустил меня из объятий и ласково коснулся рук.       Не отдавая себе отчёта в действиях, я поставила ногу за Хан Джисоном и толкнула его в сторону сугроба. От неожиданности он не успел среагировать и оказался прямо посреди этой снежной кучи. Его непонимающий взгляд прошёлся по рукавам, полным снега, и переместился на меня. Хан-оппа хлопал глазами, ожидая какого-то пояснения к случившемуся, но у меня его не было.       — Прости, — взмолилась я, наклоняясь к нему и протягивая руку.       Джисон-оппа ухватился за неё, но, вместо того, чтобы подняться на ноги, потянул меня на себя. Не ожидая подвоха, я в два счёта оказалась на Хан Джисоне. В голове промелькнула быстрая мысль, что я хотя бы не лежала на снегу. Радость оказалась недолгой. В этот же момент Хан-оппа обхватил мои плечи и аккуратно уложил рядом с собой в сугроб. Снег приятно хрустнул под весом тела, а вся моя одежда стала белой.       — Эй! — рассмеялась я, пытаясь встать на ноги, но только больше утопая в снегу.       — Ты ещё возмущаешься? — рассмеялся Джисон-оппа. — Первая ведь меня толкнула.       Я откинула голову назад, глядя на ночное небо и счастливо улыбаясь. Хан-оппа повторил за мной, придвинувшись ближе. Его рука нашла мою, и наши пальцы сплелись. Сердце снова забилось быстрее. Мы могли бы любоваться звёздами, как герои романтической дорамы, но падающий снег этого не позволял. Снежинки медленно опускались на лицо, и я приоткрыла рот, стараясь поймать их языком.       — Эй, голубки! — издалека раздался голос Хёнджин-сонбэнима. — Я нашёл, где тут сауна, догоняйте!       С грустью прикрыв глаза, я не хотела возвращаться ко всем. Лежать в сугробе с Хан Джисоном, целоваться и смотреть на падающие хлопья снега – разве можно мечтать о большем?       — Пойдём, — тихо позвал меня Хан-оппа, — заболеем ещё.       — Не хочу, — честно призналась я.       Джисон-оппа оставил мимолётный поцелуй на моих губах и прошептал:       — Мне понести тебя на руках?       Не успела я ничего возразить, как он встал на ноги и подхватил меня.       — Нас же увидят остальные, — ошарашено заозиралась я.       — А то они ничего не поняли, — рассмеялся Джисон-оппа, крепче прижимая меня к себе.