Часть 21
30 июня 2023 г., 18:10
Сидя в кресле визажиста, я неспешно потягивала свой айс американо. Аккуратно, через трубочку, чтобы блеск для губ никуда не съехал. Визажисты тем временем кружились над моими подругами, словно пчёлы над цветами. Выпрямить волосы одной, собрать другой, кому-то сделать акцент в макияже на губы, а кому-то на глаза – от такого многообразия можно легко сбиться. И это нас всего четверо в группе, каково приходилось стаффу с TWICE?
Под назойливое жужжание фена я погрузилась в свои мысли, уставившись в зеркало напротив. Не на своё отражение, куда-то сквозь него. На ту самую Им Мину, которой довелось побывать на свидании с Хан Джисоном. На единственном свидании, по правде говоря, несмотря на семьдесят семь дней отношений. Не хотелось грустить из-за того, что мне совсем не подвластно, но всё же, не видеть своего парня неделями и не иметь возможности поговорить наедине, оказалось сложно. Вот бы я могла залезть в рюкзак Хан Джисона и больше никогда не расставаться с ним! Ездили бы вместе в другие страны и проводили вдвоём всё своё время в Корее. Кажется, я совсем отчаялась, раз всерьёз задумывалась о подобном. Но мы ведь даже не смогли обсудить произошедшее между нами, впопыхах расставшись через пару часов и погрузившись с головой в работу со следующего же дня.
Среди той ночи я проснулась в тёплых объятиях Хан Джисона, и было это не совсем добровольно. Из коридора общежития послышались громкие голоса сонбэнимов, не позволяющие и дальше нежиться в сильных мужских руках. Вдруг они захотят зайти в эту комнату? Даже если им не открыть, всем всё станет понятно. И как смотреть старшим в глаза?
Резко сев на месте, я постаралась унять бешено колотящееся сердце. В глазах плясали цветные точки, разбавляя темноту, стоявшую в спальне. Джисон-оппа, не особо понимая причину внезапной суеты, с трудом разлепил глаза и попытался утянуть меня назад под одеяло. И я бы этого хотела! Но как потом видеться с сонбэнимами в агентстве, заметь они с утра моё заспанное лицо и вчерашнюю одежду?
— Бейби, ты куда? — Джисон-оппа широко зевнул, почёсывая руку.
— Мне… мне стоит вернуться к себе на ночь, вдруг менеджер приедет рано утром или девочки будут переживать, — выпалила я, вставая на ноги и собираясь впопыхах.
Но вот за дверью стало тихо.
— Спокойной ночи, и не переживай за меня, — прошептала я, целуя Хан Джисона на прощание, — напишу, как приеду.
Сонный и растрёпанный, он встал с места и поплёлся за мной до двери, наверняка не особо отличая реальность ото сна. Когда я крадучись выбралась на улицу, меня уже ждало такси. От волнения из-за возможности быть пойманной начало подташнивать, и мне пришлось считать до десяти, чтобы прийти в норму.
Сейчас же я была абсолютно спокойна. Расстроена, да, но спокойна. Просто время такое, когда нам обоим нужно сосредоточиться на своих группах, дальше должно стать легче.
— И о чём же задумалась наша фея концовки? — лукавый голос Ан Ёнми заставил вернуться с небес на землю.
С камерой в руке она замерла позади меня, снимая через зеркало. Я училась скрывать свои эмоции не первый год как раз для подобных случаев. Профессионально натянув беспечную улыбку, я отсалютовала напитком. RAY не должны знать, что лидера их любимой группы что-то тяготило.
— Вы смотрите этот влог, когда наш альбом уже вышел. Он ведь понравился вам, правда? Мне не терпится скорее поделиться всем, что мы приготовили!
Я помахала на камеру, и, спустя несколько секунд, маленькая лампочка на ней перестала гореть. Запись окончена, можно снимать маски. Сделав ещё глоток напитка, я приветственно поклонилась старшей.
— Хотела сказать, что новый цвет волос тебе очень идёт, — тепло улыбнулась она, повесив устройство на шею, — но почему-то с ним ты кажешься очень грустной.
Что ж, в очередной раз всё оказалось написано на моём лице. Не во время съёмки для влога, а сейчас, когда я не пыталась что-то состроить из себя. И пускай хотелось верить, словно я не подавала виду, едва ли это было так.
— Всё хорошо, — в подтверждение своих слов закивала я, — устала из-за съёмок, думаю.
— Понимаю, — Ёнми-онни погладила меня по плечу. — У вас уже готовы клипы и снимки для продвижения, позволь себе немного расслабиться, пока не пришлось ходить по шоу каждый день.
На лице старшей залегла тень, а улыбка точно была не из ряда весёлых. Ан Ёнми прекрасно знала, о чём говорила. Не первый день работала с айдолами, замечая регулярный упадок сил, а сейчас в числе несчастных также был её парень. Мы не общались на эту тему, но наверняка ей тоже давалась непросто разлука с любимым человеком. Вот бы я могла поговорить с ней об этом. Мы бы излили друг другу души, глядишь и полегчало бы. Правда, Ёнми-онни наверняка не знала о моих отношениях. Уверена, ей можно рассказать о них без лишних опасений.
— Мина, ты готова. Отлично! — в гримёрной появилась наша менеджер с планшетом в руках. — Иди на площадку, начнём с индивидуальных снимков.
Оставив стакан с кофе у зеркала и кинув обречённый взгляд на Ан Ёнми, я поспешила на площадку. Рекламировать косметику ощущалось противоречиво, учитывая очередное обострение моей аллергии. К счастью, в век фотошопа никто не посчитал это проблемой. Так что оставалось лишь догадываться, можно ли верить хоть одной из рекламных кампаний брендов.
Чёрный топ, державшийся на честном слове, а вернее только на моей груди, то и дело норовил сползти. Пока я сидела на одном месте, это не доставляло сильных неудобств, но, стоило мне начать двигаться, как я тут же сжалась от дискомфорта. Если фотографу удастся запечатлеть кадр, когда этот жалкий кусок ткани упадёт, у бренда точно вырастут продажи.
В центре стола около белой циклорамы меня ждал тюбик с жидкими блёстками. Такие же сияли на моих веках, добавляя лицу свежий и отдохнувший вид. То, что нужно, чтобы скрыть недосып и усталость от бесконечной работы.
Я опустилась на низкий стул перед камерой, и рядом моментально появилась визажист. Она поправила завитые волоски у лба, красиво раскладывая их по сторонам, и тут же недовольно сощурилась, глядя на съеденный блеск в центре губ. Я поклонилась в знак извинений, когда мой макияж был снова в первозданном виде.
— Попробуй сначала не смотреть в кадр, — попросил фотограф. — Представь, что у тебя в руке хрупкий цветок. Прислони к коже и почувствуй его нежное касание.
Ладно хоть тигрицу показать не попросили. Я бы вжилась в роль так, что о какой-то невинной концепции для Radiant можно было бы забыть навсегда.
Расслабив мышцы лица и мечтательно улыбнувшись, я прислонила блёстки к скуле. Тюбик оказался увесистым, выполненным из дорогих материалов, и в первые секунды холодил кожу. По бокам мелькнули вспышки студийных ламп, короткими щелчками нарушая тишину вокруг.
— Хорошо, но нужно нежнее.
Поборов желание кивнуть, я продолжала держать позу. Только слегка приоткрыла губы, дополняя образ. Нужно представить, как тонкие лепестки касаются моей кожи. Будто нормальные люди суют бутоны себе в лицо. И я приложила все усилия, но после пары снимков вновь раздался голос фотографа:
— Ещё нежнее.
Куда ещё-то?
Ну, допустим, я принцесса из мультфильмов Disney. С утра меня будят птички, из одежды только платья с воланами, я занимаюсь вышивкой… а, и в туалет хожу радугой.
— Нет, — устало выдохнул фотограф. — Забудем про цветок. Может, взбитая подушка? Подумай о чём-то мягком.
Если я вспомню о постели, то едва ли выражение моего лица кого-то устроит. В последнее время на сон оставалось так мало времени, что мечты о нём начали казаться каким-то бредом сумасшедшего. Несложно представить, как при мыслях об отдыхе усталость выступит, несмотря на слои макияжа. Хотя в кровати я бы, конечно, понежилась сейчас. И желательно не в одиночестве, а вместе с Хан Джисоном.
Я подумала о ласковых объятиях и тёплых поцелуях, согревающих, но вызывающих волну мурашек по всему телу. Разве его губы не самое нежное, что только существовало в мире? Прикрыв глаза, я поразительно быстро вспомнила это чувство, расплываясь в улыбке чуть сильнее, чем было задумано.
— Отлично, — аккуратно прошептал фотограф, боясь спугнуть мой настрой, — зафиксируй.
Сквозь опущенные веки мелькали вспышки, а тихие щелчки будто отбивали ритм размеренно бьющегося сердца. Созданная атмосфера оказалась настолько приятной, что даже спустя пять минут и смену нескольких поз было довольно грустно услышать "снято".
Я вышла со съёмочной площадки, стараясь не смотреть никому в глаза. Потеряла всякую связь с реальностью, словно и вовсе отсутствовала здесь. Произошедшее в кадре ощущалось слишком личным, чтобы мгновенно перестроиться на рабочий лад. Пока перед фотографом села Ынбёль-онни в роскошной розовой блузе с открытыми ключицами, а остальные девочки замерли в ожидании своей очереди, я прокралась в пустую гримёрную.
Кажется, Джисон-оппа сейчас должен лететь в Манилу. Я изначально не успевала следить за расписанием Stray Kids, как это делали их фанаты, а потом и вовсе выпала из жизни с собственными бесконечными съёмками. И всё же, помнится, Хан Джисон говорил именно про этот город, когда мы виделись в агентстве не так давно.
Найдя свой рюкзак среди кучи вещей, я достала телефон и открыла переписку. Не было никакого желания прощаться с наполнившими меня приятными ощущениями. Так что я намеревалась продлить эту сказку и услышать любимый голос. Спросить своего парня, как у него дела, и узнать, чем он завтракал сегодня. Глупо улыбаясь, я нажала на кнопку видеозвонка, в нетерпении заёрзав на месте.
Раздался первый гудок, и тут меня осенило: надо принять красивую позу! Такую, чтобы Джисон-оппа увидел меня и не смог на месте устоять. Отодвинув телефон подальше от лица и захватив ракурс немного сверху, я мило улыбнулась.
Но следом не послышалось уже привычное "привет, бейби". Только бездушный второй гудок, третий, а что же дальше? Четвёртый. Я раздосадовано вздохнула, когда вызов прекратился. Джисон-оппа просто занят, как была и я десять минут назад. Он точно не решил избегать меня, тут нечего расстраиваться. Задумчивым взглядом пройдясь по входящим сообщениям, я оставила несколько новых.
— Оппа, как у тебя дела?
Что делаешь? Что будешь делать потом?
Позвони мне, когда освободишься.
Придирчиво оглядев написанное, добавила, что сильно соскучилась. Вот бы у Radiant и Stray Kids совпадало расписание. Такое, конечно, невозможно, но одна влюблённая пара была бы намного счастливее. Хотя даже не одна.
Из соседней гримёрной комнаты послышался тихий голос Ан Ёнми. Было не разобрать, о чём и с кем она разговаривала, да и подслушивать не хотелось. Однако, если на том конце Ли Минхо, я могла попросить старшую, чтобы он передал телефон Хан Джисону. Они ведь сейчас не на концерте? А если именно там, и Ёнми-онни общалась не со своим парнем? Я могла сойти за одержимую. Так себе у меня будет репутация.
Коротко усмехнувшись, я ввела в поисковике название нужной мне группы. Первый же новостной источник гласил об их вечернем вылете из Сеула. Открыв приложенные фотографии, я улыбнулась, видя Бан Чана в несменяемом чёрном образе, Ли Минхо с непривычно длинными волосами, Со Чанбина в очень милом кардигане в цветную полоску и Хван Хёнджина с множеством колец. Дальше по возрасту должен был идти Джисон-оппа, но на снимке с уставшим видом замер Феликс-сонбэним. Из-за странного предчувствия я скорее пролистала следующие фотографии, ни на одной из которых не было моего парня.
Что с ним? Где он? Почему не со всеми? И множество других вопросов, заставляющих начать переживать, крутились в моей голове. Я попробовала позвонить Хан Джисону ещё раз, уже не по видео, но его номер и вовсе оказался недоступен.
Откинув рюкзак куда подальше, я скорее пробралась в соседнее помещение. Ёнми-онни, по своему обыкновению, в клетчатом пиджаке и с забранными волосами, выглядела сейчас не очень сосредоточенной на работе. Сдвинув брови и закусив нижнюю губу, внимательно слушала собеседника, держа телефон около уха. И только увидев меня, коротко улыбнулась, а после завершила диалог.
Если она правда общалась с Минхо-сонбэнимом, Stray Kids уже приземлились на Филиппинах, но новостей об этом ещё не было. Получается, Ан Ёнми стушевалась, боясь быть пойманной. Она же не в курсе, что про её отношения я знала уже давно. Стоит скорее убедить её, что я никому не расскажу об этом, пока ещё был хоть какой-то шанс перезвонить Минхо-сонбэниму.
— Онни, — позвала я, забираясь к ней на диван вместе с ногами, — с кем ты разговаривала?
Не выпалю ведь я ей сходу: давай скорее звонить твоему парню, чтобы он передал телефон моему!
— Это, — она уставилась на смартфон в руках, будто невзначай выходя на основной экран, — так, ничего особенного. Тебе чем-то помочь?
Я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться. Интересно, Ли Минхо знал про "ничего особенного"?
— А-а, — наигранно разочарованно протянула я, — думала, это твой парень.
Ёнми-онни искусно держалась, не желая раскрывать все карты. Она удивлённо приподняла брови, будто я говорила о чём-то невозможном.
— С чего ты решила, что у меня кто-то есть?
— Нет, не то, чтобы я видела тебя с кем-то, просто… — в этот момент я была готова поклясться, что старшая стала чуть бледнее. — Если бы у тебя был парень, который близко дружит с моим парнем, ты бы помогла мне?
Я сказала это очень тихо. Тем не менее, Ёнми-онни, без сомнений, поняла, о ком речь. А также о том, что мы с ней в одинаковом положении: расскажи она кому-то про мои отношения, и я расскажу про её. Айдол-новичок и рядовой сотрудник компании: у нас обеих не останется ничего. Однако я чувствовала, что могу довериться ей, не зря же Ли Минхо выбрал именно её в качестве своей девушки. Невозможно представить, что на эту роль возьмут кого-то недостойного.
Ан Ёнми тяжело вздохнула, пройдясь по мне не самым счастливым взглядом. То ли она знала, что с Хан Джисоном действительно что-то случилось, то ли просто сочувствовала, что я не влюбилась в кого попроще. А может всё было очевиднее, и она не хотела, чтобы кто-то знал про её отношения. Моё сердце забилось быстрее в ожидании. Вдруг она действительно что-то знала, и новости эти не были приятными.
— Ты слышала, я только что разговаривала кое с кем. Вот только я не до конца поняла некоторые вещи, — шёпотом начала Ёнми-онни, пока я ловила каждое её слово. — Но сейчас, когда ты заговорила об этом, всё встало на свои места. Как бы глупо это не звучало, но тебе не о чем переживать.
Я ждала, пока она скажет ещё что-то, назовёт причины, почему мне не стоит нервничать, но старшая молчала. Вперив в меня серьёзный взгляд, не вымолвила больше и слова.
— Ты ведь понимаешь, — первая начала я, — что это так не работает? От подобных слов тревожность обычно только повышается.
— Да, — моментально кивнула она, — это полная хрень. Но я правда ничего не знаю и лишь передаю слова того, кому привыкла доверять.
Джисон-оппа не появился со всеми в аэропорту – он мог опоздать, полететь чуть позже из-за личного расписания, просто не попасться папарацци, да что угодно! Но когда Ан Ёнми стала так серьёзно передавать слова Ли Минхо, закрались подозрения, что с Хан Джисоном что-то случилось.
— Значит, не появись твой парень на снимках вместе со всей группой, но скажи кто-то, что с ним всё в порядке, ты бы приняла это?
На лице Ёнми-онни эмоции сменяли друг друга, хоть она и старалась сдерживать их. Кажется, прямо сейчас внутри неё шла борьба между тем, что правильно, и что бы действительно сделала она.
— Я бы дала ему время, — наконец выдохнула старшая. — Не то, чтобы я эксперт в этом плане, вовсе нет. Но насильно в такой ситуации ничего не добиться. Он должен сам всё рассказать.
Её слова не особо обнадёживали. Минхо-сонбэним хоть никогда и не был уличён мною в откровенной лжи, но вполне мог чего-то не договаривать даже своей девушке. Что, если он прикрывал Хан Джисона, пока того тащили на носилках через весь аэропорт? А если он и вовсе в больнице? Такими темпами я вполне могу сойти с ума от неизвестности.
Ёнми-онни накрыла мою руку своей и сжала пальцы. Её тёплое прикосновение заставило вздрогнуть и постараться отодвинуться, но она не отпускала. Заглянула в мои огромные от страха глаза, уверенно говоря при этом:
— Просто подожди, слышишь? Что бы там ни случилось, он в надёжных руках. И обязательно выйдет на связь, как только будет готов.
От её слов ужасно захотелось плакать. Я думала, мы с Хан Джисоном открыли друг другу души, и между нами больше нет никаких преград, но это оказалось не так. Если он сейчас не лежал без сознания, а игнорировал меня из-за невозможности довериться, всё было зря. Он продолжал держать дистанцию, не подпуская к своему сердцу.
— Эй, — старшая коснулась моего плеча, — давно вы вместе?
— С Рождества, — сглотнула я.
— Звучит романтично. Расскажешь, как это было?
Она хотела поговорить о более приятном – это очевидно, а я решила не сопротивляться. Что бы там ни было, едва ли я могла сейчас чем-то помочь Хан Джисону. Если он не ответил на звонок и сообщения, на то была причина. Мне стоило смириться с этим.
Ёнми-онни закрыла дверь в гримёрную прежде, чем я начала свой рассказ. Не так давно я злилась на неё из-за общения с Бан Чаном, а сейчас болтала, как с лучшей подругой. Это ощущалось немного странно, но правильно. Многое изменилось с тех времён.
— Ого, — восхищённо хмыкнула старшая, когда я смолкла, — я и не подозревала, что Джисон-оппа может быть таким чутким романтиком. Это на него не похоже.
— Разве? Он был очень внимателен ко мне с самого начала.
— Значит, ты особенная девушка, — она откинулась на спинку дивана, не переставая удивлённо разглядывать меня. — Усмирить его пыл могла только такая.
Я зарделась, не зная, куда спрятать глаза. Конечно, Джисон-оппа очень активный и амбициозный, но чтобы усмирять его, словно какое-то животное, разве это не слишком? Он правда бóльшую часть времени со мной был довольно спокойным.
— Онни, а с каких пор вы с Минхо-сонбэнимом вместе? — решила перевести стрелки я.
По неловкой улыбке Ан Ёнми стало очевидно – это увлекательная история. Я устроилась поудобнее, в предвкушении глядя на старшую.
— Мы… э… мы мило общались и ещё там всякое, знаешь… — она сглотнула. — А официально начали отношения перед "2022 KBS Song Festival", вечер тогда был такой дождливый.
Интересно, не тот ли это день, когда мы поцеловались с Бан Чаном? Это ведь тоже было перед фестивалем KBS, да и других особо дождливых вечеров в то время я не припоминала.
— А что было тогда? Вы первый раз поцеловались?
Я с детским восторгом ожидала подробностей, но Ёнми-онни лишь потёрла шею, не спеша делиться подробностями.
— Ты слышала "Limbo"? — спросила она совершенно не то, что я думала.
— Конечно, вокал Минхо-сонбэнима поразительно раскрылся в этой песне.
— Ну так... в тот день я впервые услышала её.
Ли Минхо посвятил свою сольную песню девушке. Конечно, так делали многие музыканты, даже Джисон-оппа, но почему-то я удивилась. Словно бы Минхо-сонбэним казался самым чёрствым человеком из всех, кого я знала. Однако лирика "Limbo" была поразительно печальной, полной личных переживаний автора, что также натолкнуло меня на мысль – история старших началась задолго до того дня.
За дверью послышался шум, оповещающий о конце наших внезапных откровений. Мы с Ёнми-онни понимающе переглянулись, когда в дверях появилась голова Суа.
— Что вы тут делаете? — она недоверчиво осмотрела нас. — Индивидуальные съёмки уже закончились.
— Отлично, — старшая первая встала с места, — давайте снимем пару челленджей сразу после групповой фотосессии.
Заболтавшись, я совсем позабыла, что рабочий день ещё не окончен. Хорошо, что хотя бы осталось совсем немного, и можно наконец понежиться в своей постели. Мечтая об отдыхе, я последовала на выход, но Суа остановила меня, удержав за предплечье.
— Онни, — позвала она, — тебе совсем не интересно, какой будет наша рекламная кампания? Спряталась здесь, пока мы фотографировались.
Она сверлила меня взглядом, недовольно насупившись. И хоть младшая была не сильно ниже меня, сейчас наша разница в росте казалась огромной. Суа, слово маленький недовольный ребёнок, едва ли не начала пыхтеть в ожидании моего ответа. Но разве я виновата в чём-то? В моих планах было поговорить пару минут с Хан Джисоном и вернуться на площадку. Всё закрутилось очень быстро, не оставляя выбора. Личная жизнь казалась сейчас важнее обычной съёмки для бренда.
— Понимаешь, — я решила быть откровенной, — Stray Kids появились на снимках из аэропорта не в полном составе, разве это не вынуждает переживать за них?
Мы были не настолько уединены, как пятью минутами ранее с Ёнми-онни. Оставалось лишь надеяться, что Суа разгадает смысл сказанного, потому что переходить на имена было сейчас невозможно. Сначала она продолжала хмуриться, но вот мимическая морщинка на её переносице разгладилась.
— Конечно, — выдохнула она, улыбаясь, — мне стоило сразу догадаться в чём, а вернее в ком проблема. Можешь больше ничего не объяснять.
Она потрепала меня по плечу, а после развернулась и ушла в сторону съёмочной площадки. Пусть мне и стоило быть благодарной за понимание со стороны подруги, что-то тут казалось не так. Как-то поразительно быстро она приняла новости без желания уточнить детали.
Мы закончили с групповыми снимками и начали обсуждать сюжет челленджей. Ёнми-онни была безумно вовлечена в процесс, предлагая нам различные варианты и выслушивая наши предложения. У неё получалось невероятным образом перестраиваться с личной жизни на рабочий лад, чему мне определённо следовало поучиться.
Ради уважения ко всем собравшимся я не прикасалась к телефону всё время съёмок. Руки чесались скорее проверить переписку с Хан Джисоном, но, как выяснилось в итоге, новых сообщений в ней не прибавилось. Стоило только оказаться в гримёрной комнате и обнаружить этот факт, как на глаза попался свежий новостной пост о том, что Stray Kids приземлились в Маниле. В приложении к записи шло видео, которое я сразу открыла дрожащими руками.
Охранники сменяли друг друга, пока за ними не появились Stray Kids. Только я увидела Хан Джисона и следующего за ним Ли Минхо, как от сердца сразу отлегло. С ним всё хорошо! Он в порядке и под присмотром друга. Его ещё ждёт взбучка за то, что не ответил на звонок и всё ещё не перезвонил, но это другое. Главное – вот он, Хан Джисон, целый и невредимый.
***
Несмотря на хорошие новости перед сном, спала я беспокойно. Всю ночь мне снился аэропорт Сеула. Даже не пытаясь скрыть свою личность, я носилась по нему без маски или очков. Хватала за плечо каждого светловолосого парня и разворачивала на себя, заглядывая в лицо. Первый из них оказался моим одноклассником из младшей школы, второй персонажем аниме, да и третий был далеко не Хан Джисон. Я то просыпалась, жадно хватая ртом воздух, то снова засыпала в надежде увидеть другой сон. Но он был одним и тем же. По-настоящему уснуть у меня получилось, только когда кто-то из девочек прошёлся по комнате и открыл окно, впуская свежий воздух. Холодный ночной ветер мгновенно проник в спальню, позволяя глубже дышать. И тут сработал будильник. Хотелось спрятать телефон под подушку, выкинуть в окно или разбить о стену, но когда Суа включила прикроватную лампу, шансов на дальнейший сон не осталось никаких. Нужно вставать и собираться. Сегодня предстоял особенно загруженный день для тех, кто уже имя своё не помнил из-за навалившейся работы. Укутавшись в самое огромное худи, которое только удалось найти в шкафу, я вжалась в угол между сиденьем минивэна и окном. На часах не было и шести утра, а потому я молча довольствовалась правом поспать по дороге на съёмки. Теперь мне ничего не снилось. Я в принципе едва ли осознавала, кто я и где я, когда машина остановилась, оповещая о начале рабочего дня. — Так плохо спала? — нахмурилась Хэри-онни, замечая мои бесконечные зевки. — Просто отвратительно, — прохрипела я. — Это всё из-за новостей? Джисон-сонбэним перед сном звонил? Не стоило ему делать этого. Тебе нужно отдыхать и заботиться о себе. Уверена, с ним всё будет хорошо. Она приобняла меня за плечи, двигаясь в направлении высокоэтажного здания. Прохожих в такую рань на улице практически не было, лишь редкие автомобили то и дело проезжали позади нас. Слова старшей пронзили повисшую тишину, заставляя меня напрячься. — О чём ты? — я замерла, не обращая внимания на удаляющуюся съёмочную команду. Хэри-онни тоже остановилась. По её бегающему взгляду и закушенной губе стало ясно: она сожалела о сказанном и явно знала больше меня. — Ничего страшного, на самом деле! — принялась махать руками старшая, но я уже полезла в рюкзак за телефоном. Взяв меня за запястье и не позволив разблокировать смартфон, подруга коротко выдохнула, явно готовясь к не самой приятной теме для разговора. — Что с ним? — мой голос задрожал. — Энтерит. У него и у Сынмин-сонбэнима, согласно заявлению JYPE. Я устало прикрыла глаза, не зная что чувствовать. С одной стороны, было множество болезней намного хуже энтерита, так что он казался ещё меньшим из зол. Но с другой, насколько сильным было воспаление, что агентству пришлось выпустить заявление? И меня никак не отпускал тот факт, что Джисон-оппа решил не делиться этим со мной. Наверняка ведь не думал утаить, в век интернета рассчитывать на такое глупо. — Эта новость не попадалась мне, — призналась я, попутно открыв новостной канал, — и правда. Stray Kids приземлились в Маниле к одиннадцати, а заявление было выпущено уже в час ночи. Я вполне могла увидеть его, если бы не уснула. От Хан Джисона при этом всё также не было и сообщения. Почему, ну почему он ничего мне не сказал? Казалось, я уже сделала всё возможное, чтобы заслужить его доверие, но он решил держать в себе такие важные вещи. Я думала, наше единение душ и тел дало трещину только из-за меня, не сумевшей открыться физически. Но вот и Джисон-оппа сделал шаг назад. Всё разваливалось прямо на глазах. Была ли я виновата в этом? Если бы мы переспали, чувствовал бы он себя иначе? Рассказал бы о том, что с ним произошло сразу, как почувствовал неладное? Чёрт знает. Я злилась. На Хан Джисона, на себя, на ситуацию в целом. Мне нужно поговорить с ним и всё прояснить, но вместо этого шла уже вторая половина дня и седьмая запись танцевальной практики на "I have me". Атмосфера в зале царила напряжённая. — Мина, ты отсутствуешь, соберись, — не выдержала хореограф, словно я одна была виной неудачным дублям. Её замечание осталось без ответа. В очередной раз я постаралась выдавить лучшее из себя, лишь бы скорее закончить, но тут же оступилась Суа. Следом Хэри-онни перепутала стороны, а Ынбёль-онни сделала движение не по музыке. Мы даже перестали прогонять всю песню целиком, раз за разом начиная заново. Если ошибки были уже на первых секундах, танцевать дальше нет никакого смысла. В очередной раз всё начиналось с прямой линии. Подруги обыденно замерли плечом к плечу, пока я общалась со зрителями по ту сторону камеры. Подмигнув перед вокальной частью, я спиной двинулась к остальным. — Ты можешь быть чертовски крут, но какой в этом толк? Мой трофей уже выбран. Я видела в зеркало, как нервно Хэри-онни качнула бёдрами на своей партии. Короткий взгляд в потолок выдал – она недовольна собой. Тем временем Ынбёль-онни, окружённая нами с Суа, наматывала длинный локон на палец, с прищуром глядя в камеру. Хотя бы эта часть вышла что надо. Сразу после мы выстраивались в колонну, из которой первой выходила младшая. Моё дыхание уже успело сбиться, и я предвкушала несколько секунд отдыха перед чужой сольной частью, во время которой можно немного отдохнуть. Намереваясь в один шаг спрятаться за Ынбёль-онни, двинулась в сторону, больно ударяясь о Суа. — Ай, — схватилась за плечо я, не в силах продолжить запись. Музыка играла дальше, когда в зале повисло ощутимое разочарование. Этот дубль, как и предыдущие, не последний, придётся записывать ещё. — Ты разве не пропускаешь? — мой недовольный голос смешался в какой-то раздражающий шумный ком с громкой музыкой. — Почему лезешь вперёд? Младшая отошла на шаг, проходясь недовольным взглядом по моему лицу. Только я открыла рот, чтобы повторить вопрос, как она вспыхнула. — Онни! Это ты меня пропускаешь! Почему так самонадеянно переводишь стрелки? Думаешь, ты всегда права? В твоих мыслях сейчас вовсе не забота о группе, верно? Её слова повисли в воздухе, пока весь стафф и мы со старшими подругами затаили дыхание. Разгорячённая младшая с прилипшими ко лбу волосами, гневно смерила меня взглядом, из-за чего по спине мороз пробежал. Неужели она так злилась на меня из-за какой-то ошибки в танце? Полный бред. Суа нередко ругалась с Ынбёль-онни, но было это настолько несерьёзно, практически сродни шутке. Сейчас же её слова оказались очень острыми. Я очевидно обидела её ранее, понятия не имея чем. — Суа… — выдохнула я, направляясь к младшей. — Не надо! — она вскинула руки в протестующем жесте, оглядываясь по сторонам. Всеобщее внимание было сосредоточено на ней, и это оказалось не так просто вынести. Младшая сорвалась с места и выбежала из студии. И я хотела побежать за ней следом, но вот в дверном проёме скрылся силуэт Ынбёль-онни, а Хэри-онни взяла меня под локоть. — Можно нам перерыв? — попросила она менеджера и, получив сдержанный кивок, повела меня в сторону другой двери. Мы очутились на лестничной площадке. Сырой холодный воздух заставил наполнить собой лёгкие. Привалившись к стене, я устало спрятала лицо в ладони, собираясь с мыслями. Я очевидно делала что-то не так. — Подожди меня здесь пару минут, — попросила Хэри-онни и побежала вниз по лестнице. Хотелось уйти. Покинуть здание, вернуться в общежитие и провалиться в сон. Забыть всё, что заставило переживать сегодня, а на утро проснуться в объятиях своего парня. Здорового, открытого и честного Хан Джисона. Снова у него в общежитии, но на этот раз уже никуда не сбегать. Старшая вернулась поразительно быстро и, слегка запыхавшись, протянула мне мой же телефон. Я удивлённо уставилась на неё в ответ. — Позвони ему, — предложила она. — Ты думать ни о чём другом не можешь, только изводишь себя. Хэри-онни не сказала, что обстановка накалилась из-за меня, но видимо, так оно и было. Мыслями я была далеко не здесь ещё со вчерашнего дня, вот и ошибалась из раза в раз, вдобавок ко всему совершенно не выспавшись. Подруги почувствовали повисшее напряжение, поддаваясь ему и также сбиваясь с толку. — Он не ответит, — пожала плечами я. — Стоит попробовать. Её голос прозвучал довольно мягко, учитывая ситуацию. Она не винила меня, хотя очевидно хотела, чтобы всё скорее пришло в норму. Подбадривающе улыбнувшись напоследок, Хэри-онни вернулась в танцевальный зал. Оставшись в одиночестве, я несколько секунд молча смотрела на заблокированный экран смартфона. Перерыв должен был скоро закончиться, и если я хотела поговорить с Хан Джисоном, делать это нужно сейчас. Экран вдруг загорелся, словно прочитав мои мысли, и оповестил о входящем звонке. Я нажала на зелёную кнопку до того, как успела до конца прочитать имя своего парня. — Алло, — постаралась придать голосу непринуждённости, будто и не ждала этот звонок второй день. — Бейби, — раздалось в динамике, а у меня аж сердце защемило, — прости, что не перезвонил. Меня наполнила безумная радость, ведь с ним всё хорошо настолько, что он смог позвонить. Сейчас мы всё обсудим, я позабочусь о нём, а он пообещает скорее поправиться. — Ничего, ты занят, я думаю. У меня сейчас тоже мало свободного времени. В этот момент мне пришла гениальная мысль: не говорить, что видела новости. Дать возможность самому признаться во всём. — Мало… — повторил Хан Джисон, а после впопыхах добавил, — я сейчас на Филиппинах, ты знаешь? — О, правда? — совсем не наигранно удивилась я. — И как там? Нравится? Мне показалось, словно Джисон-оппа выдохнул с облегчением. — Тут, знаешь, — начал тараторить он, — все очень милые! Местный стафф хорошо заботится о нас, мы вкусно едим, а ещё… Он продолжал говорить о всякой ерунде, но только не про самого себя. У меня внутри тем временем всё неприятно сжалось из-за разочарования и бессилия. Почему Джисон-оппа не говорил про своё самочувствие, когда я в любой момент могла зайти в интернет и увидеть новости? Кого он пытался обмануть? — … так что я очень жду сегодняшний концерт, чтобы встретиться с местными STAY. — он сделал паузу, пока я глупо пялилась на свои кроссовки. — Алло? — Да, я здесь, — стоило колоссальных усилий сделать вид, что всё в порядке. — А как ты сам? У тебя всё хорошо? Вопрос в лоб, для ответа на который Хан Джисону потребовалось несколько секунд. — Почему ты спрашиваешь? — его голос стал не таким уверенным. — Просто. Ты наверняка мало спишь в последнее время, и ещё эти перелёты. — У меня всё хорошо, я много отдыхаю и принимаю витамины, тебе не о чем волноваться, — он явно не осознавал, что мне всё известно. Хорошо, я могла бы подыграть. — Это отличные новости, — улыбнулась я, чувствуя, как защипало в носу. — Оппа, прости, но мне нужно бежать. На сегодня очень много дел. — Ох, подготовка к камбэку – это всегда непросто, — тяжело вздохнул Джисон-оппа, — но эйфория после выпуска альбома того стоит. Обязательно много кушай и отдыхай, когда только появится возможность. Перед США я буду в Корее чуть дольше, чем обычно, мы можем сходить в парк развлечений или в какое-нибудь модное кафе. В общем, куда ты захочешь. Договорились? — Договорились. Когда мы попрощались, я несколько секунд бездумно смотрела в стену. Джисон-оппа явно чувствовал себя неплохо, раз был способен врать. Но именно из-за его желания скрыть правду, внутри меня образовалась настоящая дыра. Слёзы выступили на глаза и, промокнув их рукавами толстовки, я поспешила обратно в зал. Сейчас у меня не было идей, что делать дальше, и лучше бы сосредоточиться на работе. Нужно время всё обдумать. Остальные уже вернулись в зал. Всю репетицию Суа держалась особняком, лишь отвечая на чьи-то вопросы, но никогда не говоря по собственному желанию. Это была ещё одна моя проблема. И справиться с ней я могла, не дожидаясь чьего-то возвращения в Корею. Так что вечером в общежитии, когда все приготовились ко сну, я залезла на кровать к младшей и стянула с неё наушники. — Я сделала что-то не так? Она сидела в своей мультяшной пижаме с забранными волосами и полным отсутствием макияжа. Смотрела на меня из-под нахмуренных бровей, откладывая в сторону блокнот и набор карандашей. — Да. Благодаря её ответу стало легче. Хоть кто-то был честен со мной. Несмотря на возраст, Суа в очередной раз доказывала свою мудрость, не проигнорировав меня. Её готовность к разговору впечатляла. Глядя на моё выжидающее выражение лица, она пояснила. — Я понимаю, что отношения – это классно, и на них уходит немало времени, — младшая недовольно выдохнула, — но мне бы хотелось, чтобы мы проводили больше времени вместе. Разве мы тоже не должны заботиться друг о друге? Вот в чём дело. Ну, конечно, Джисон-оппа сейчас занимал не только все мои мысли, я тратила каждую свободную минуту на встречу с ним. И откуда было взять свободное время, если от работы не избавиться? Только пожертвовать общением с подругами. В их число не повезло войти и Суа. Ынбёль-онни с Хэри-онни часто вместе, но даже если бы не были, они старшие, которым не особо важно получать заботу о себе. С младшей картина обстояла совершенно другая. Вдобавок она столько всего пропускала всё это время из-за возраста, только сильнее отдаляясь от нас. — Я хотела, чтобы мы вместе посмотрели кино, помнишь? И куда ты ушла? Очевидно, к Джисон-сонбэниму. Ты не участвовала в челлендже со Stray Kids только потому, что там не было Хан Джисона. И даже перестала обедать с нами, всё время пропадая непонятно где! — Прости, — взмолилась я, не в силах и дальше краснеть за свои ошибки, — не могу обещать, что мы снова станем так много общаться, как раньше. Джисон-оппа теперь действительно очень важный человек в моей жизни. Но и ты тоже! Я правда постараюсь не уходить с головой в отношения, продолжая приглядывать за тобой. Суа поджала губы, не до конца довольная моим ответом. Накрыв её ладони своими, я тепло улыбнулась. — Эй, ты ведь уже школу закончила. Расправимся с продвижением нового альбома и сходим в бар или клуб, только девочками, — лицо младшей посветлело, и я радостно продолжила. — Купим тебе самый вкусный коктейль! Или самый крепкий, тут как ты захочешь. — А крепкий не может быть вкусным? — удивилась она. — Это философский вопрос, смотря насколько тебе нравится вкус спирта. Мы принялись обсуждать алкоголь и другие прелести совершеннолетия, валяясь на кровати и посмеиваясь. Суа больше не злилась на меня, и это показалось настоящим достижением. Кажется, я и вовсе забыла про свои обязанности лидера. Что там с бывшим Хэри-онни? Продвинулось ли его дело в суде? А Ынбёль-онни? Её ведь наверняка тоже что-то беспокоило. Когда младшая начала клевать носом, мне пришла в голову такая простая, но гениальная мысль: почему бы и мне, подобно Суа, не обратиться к кому-то постарше? Не для работы над ошибками, а за помощью. И не к подругам, а к тому, кто знал Хан Джисона лучше его собственных родителей. В такое позднее время концерт Stray Kids уже закончился, и они наверняка отдыхали в отеле. Главное, чтобы Джисон-оппа не оказался рядом. В его присутствии выведать нужную информацию не получится. Я заперлась в ванной, слушая длинные гудки из динамика. — Здравствуй, Им Мина. Он ответил, когда я уже собиралась сбросить звонок. Голос Ли Минхо при этом не был запыхавшимся. Словно Минхо-сонбэним давно уже держал телефон в руке, но просто не хотел отвечать. Кажется, он успел пожалеть, что однажды дал мне свой номер. — Сонбэним, здравствуйте, — я решила начать издалека, — как ваши дела? — Мои дела, — протянул он, — если не учитывать всякую мелочь, отвлекающую ото сна, то вполне неплохо. Вот ведь. Неужели уснул после концерта, а я разбудила его своим звонком? Но его голос не казался сонным. — Что-то хотела? — спросил он скучающим тоном. Мне нужна помощь, а значит, стоит играть по его правилам и не ходить вокруг да около. — Я читала заявление агентства касательно Хан Джисона, и видела, что всё выступление он провёл, сидя на стуле. Если бы не интернет, я бы ничего не узнала! Он скрыл от меня правду о своей болезни. Перед глазами замерли кадры со сцены, где все сонбэнимы танцевали свои партии, а мой парень скромно сидел в стороне. Несмотря на его улыбку, сердце разрывалось от жалости. Ему было настолько больно, что он оказался не в состоянии держаться на ногах. И я ждала, что Минхо-сонбэним сейчас посмеётся надо мной или съязвит, но он оказался вполне серьёзен. — То есть ты звонишь мне ночью из-за подобного? — с каким-то восхищением в голосе переспросил он. Конечно! Где-то там Джисон-оппа корчился от боли и не признавался своей девушке. Кто-то должен рассказать мне всю правду. — Ну, да, — хмыкнула я, не понимая причины заданного вопроса, — Джисон-оппа сейчас может при смерти, иначе почему бы ему утаивать своё самочувствие? На том конце раздался протяжный вздох. — А ты не думала, — словно взрослый, разговаривающий с ребёнком, спокойно начал Ли Минхо, — что Хан-и просто не до этого сейчас? Может, он не хочет зацикливаться на своём самочувствии и слышать жалость в твоём голосе? Каким бы сильным ни было доверие, не все люди любят чувствовать себя слабыми. Об этом я и правда не подумала. Джисон-оппа мог просто не хотеть придавать болезни большое значение, если ему неприятно от одной только мысли о ней. Неужели доверие между нами в очередной раз подорвала я, а не он, не сумев принять его позицию. От этого осознания стало ужасно стыдно. — Если у тебя больше нет идей, как нарушить мой сон, то я иду спать, — недовольно процедил Минхо-сонбэним, напоминая, что он всё ещё здесь. — Спа… — я хотела поблагодарить его, но в динамике раздались короткие гудки, — …сибо. Вот и поговорили. — Мина, выходи давай! — неожиданный крик заставил меня вздрогнуть. — Чем ты так долго занимаешься? Не хватало мне ещё Ынбёль-онни разозлить сейчас. Её гнев не сравнится с недовольством Суа. — Выхожу, — буркнула я, взглянув на себя в зеркало перед выходом. У нас с Хан Джисоном всё обязательно будет хорошо.
