Часть 1
17 июля 2023 г., 09:51
В первый раз, когда Серена по-настоящему открыла глаза, мир показался ей неправильным.
Все было не так, как казалось — цвета, которые казались тусклыми, стали ярче; люди, которыми она восхищалась, стали казаться шаблонными, а люди, которые ей нравились, стали вызвать презрение или безразличие.
Это было... странное чувство.
Она попыталась сосредоточиться на замешивании теста, помня о шоколадной крошке, которую добавляла, поскольку чем больше она замешивала, тем быстрее мука заканчивалась.
Но ее мысли продолжали возвращаться к гонке, когда она наблюдала, как Эш улыбается и смеется со своим Райхорном, и что-то внутри нее умерло.
В этот самый момент он не казался тем сильным обходительным мальчиком, за чьим прыжком с самого высокого здания в Калосе она наблюдала. Он даже не был похож на того маленького мальчика, который много лет назад перевязал ей колено в лагере.
Он просто-
Серена вздрогнула, отдернула руку и подула на костяшки пальцев, глядя на миску, о стенки которой она случайно ударилась рукой.
Подождите, она уже добавила ваниль?
Черт.
Тихо вздохнув, она решила надеяться на лучшее и начала раскатывать тесто, позволяя своим мыслям лениво болтаться в своей голове, пока равномерно выкладывала тесто на противень.
Эш был похож на любого другого подростка, которого она встречала раньше. Не такой глупый, конечно, но все еще полный идиотизма, отваги и такого энтузиазма, что, она была уверена, в один прекрасный день он навредит себе.
Но у него также было это... боже, Серена даже не знала, как это назвать, но он, казалось, порой выглядел как взрослый, который просто слишком устал, не выглядя усталым. Как будто годы, которые он прожил, протащили его к Ивелталю и обратно.
Она всегда видела в нем... героя? Друга? Может быть, больше — но внезапно, после одной гонки, он казался ей не более чем странным мальчиком, которому нужен друг.
Ее пальцы прошлись по миске в поисках остатков теста, прежде чем она вздохнуть и положила миску в раковину, сполоснув руки, ожидая, пока духовка разогреется.
Насколько же она была глупа? Она безуспешно пыталась привлечь внимание кого-то, кого она не видела много лет, все еще чувствуя себя несчастной из-за самого доброго человека, которого она когда-либо встречала, когда им было сколько? Семь лет???
Теперь у Серены были стандарты, у нее были обязанности, ей нужно было определиться с карьерой, а вместо этого она тратила свое время на какого-то... какого-то незнакомца!
Ее рука слепо потянулась к противню, она опустила дверцу духовки, прежде чем немного резко положить противень и закрыть духовку.
Серена вздохнула, сев на стул у кухонного стола, установила таймер, поставила его и положила голову на знакомую сосновую доску.
Но могла ли она действительно назвать Эша незнакомцем? В конце концов, это она искала его, как какая-то влюбленная идиотка, он даже не вспомнил ее в самом начале!
Было ли уже слишком поздно просить разрешения остаться дома? Было ли уже слишком поздно просить его, чтобы он забыл об их общем путешествии?
Должна ли она это делать?
Конечно, Серена не слишком хорошо помнила Эша, как и он ее, но когда-то давно она также не знала Калема, или Лейси, или любого из своих друзей здесь, в Калосе, которые уже давно отправились в свои собственные путешествия.
Разве не так начинается дружба? Когда она в последний раз разговаривала с кем-то из своих ровестников?
Но... но Эш совсем отличался от нее — Ивелталь, она даже понятия не имела, что она хотела делать!
— Серена?
Она резко вскочила, широко раскрыв глаза, когда Эш осторожно выглянул из-за угла, его Пикачу тоже почти робко копировал его движения. Моргая, она склонила голову к плечу, когда он шагнул в комнату, переминаясь с ноги на ногу.
— Эй, где здесь ванная? — робко спросил он. — Я собирался спросить твою маму, но она пошла в... э-э... соседский дом?
— Ты что, не помнишь? — выпалила она, внутренне поморщившись от того, как грубо это прозвучало.
Его щеки покраснели, но он все равно застенчиво улыбнулся.
— Я... возможно, меня отвлекся на партнера твоей мамы, Флетчлинга, он просто казались такими спокойными, что я прослушал. Я бы спросил Клемонта, но, по-моему, он занят каким-то проектом.
— А его сестра?
Он странно посмотрел на нее, сдерживая улыбку, и саркастически упер обе руки в бока.
— Ей шесть лет если бы я спросил ее, она бы почуяла слабость, а дети становятся очень жестокими, когда чувствуют слабость.
Она медленно моргнула, склонив голову набок, пока обдумывала то, что он на самом деле сказал, прежде чем засмеяться.
— Ты же не серьёзно!
— Я серьёзно, Серена, маленькие дети очень злые!
— Она практически младенец!
— Младенец с кладбищем за спиной! Посмотри на ее милые маленькие глазки, она может разорвать тебя на части!
— Это глупо, — фыркнула она, отчаянно пытаясь прикрыть нос от отвратительного звука, который вырвался у нее. — О, Зернис, не волнуйся, Эш, я защищу тебя от злобной третьеклассницы, идем.
Он оживился, улыбнувшись, когда Пикачу захихикал у него на плече.
— Каким образом?
— Я покажу тебе, где находится ванная, — закатила она глаза, игриво толкая его в плечо. — Не дай Зернис, сестра Клемонта узнает об этом.
— Спасибо тебе, — Эш театрально поклонился. — Я у тебя в долгу.
— Правда?
— Теперь я внезапно жалею об этом.
Серена снова фыркнула, прикрывая лицо другой рукой.
— Я придумаю, чего от тебя хочу, попозже. Идем, чудак.
***
После этого Серена смирилась с тем, что Эш, возможно, был не тем парнем, с которым она хотела бы прожить всю свою жизнь, он был просто- — Хочешь посмотреть, как я делаю сальто назад с дерева? Действительно глупым подростком, таким же, как она. — Ты сумасшедший, — пискнул Клемонт, смущённо наблюдая, как их друг взбирается на высокий клен, чтобы спрыгнуть. — И трус, — выпалила Бонни, бежа к дереву, словно собиралась последовать за Эшем. — Сделай тройное сальто назад! — Как ты вообще делаешь сальто назад? —проворчала Серена, скрестив руки на груди и надув губы. — Я с трудом могу сделать даже сальто вперёд. — Я могу тебе показать? — Абсолютно нет... — Да???? Оказалось, что было достаточно просто отказаться от ее восхищения и любви ради дружбы, позволяя им раствориться в дружеском обожании и столь же дружеской любви. Она поняла, что Эш был глупым, глупым подростком с концентрацией Мэджикарпа. Он чаще терялся, чем нет, и, если ему позволяли, он переходил от одного места к другому, чтобы повеселиться и помочь, где мог. — Эш, мы не можем... — О, да ладно, это всего лишь семейство Скаттербагов... — Ты же знаешь, что они окукливаются, как у Катерпи, верно? Они не застряли. — Ну, может быть, им нужна еда? — Нет, нет, нет, иди сюда, чтобы я мог надрать тебе задницу за то, что ты посмел попытаться! — Ах, да? С твоими ножками-прутиками? Ты собираешься надрать мне задницу? Тебе лучше сделать так, чтобы это было больно. Тебе лучше сделать так, чтобы я это вообще почувствовал! — Тебе меня не напугать! Он был полон юмора, который был настолько устаревшим, что Серена могла вспомнить по крайней мере семь различных случаев, когда он смеялся над вещами, которые не имели смысла ни для нее, ни для Клемонта, ни для Бонни, но взрослым, по крайней мере, это нравилось. — Эй, Эш, — медленно и задумчиво начала она, пока как ее друг неловко зашивал заднюю дыру в своей сумке. — Я знаю, что в Канто мы должны были бы начинать путешествовать в десять лет. Если бы ты стал чемпионом, ты бы это изменил? Эш хмыкнул, поднимая нитку, чтобы порвать ее зубами, как животное, но дело было сделано, желтая нитка выделялась на синей сумке, когда он слегка растянул ткань, чтобы убедиться, что та не порвется. — Думаю, да, — кивнул он, ставя сумку, чтобы посмотреть на нее. — Мне нравилось путешествовать, но я не был готов, а Гэри постоянно находился в безопасной машине... Думаю, если бы я еще год или два просто сосредоточился на выживании, со мной все было бы в порядке. — Это было так страшно? — спросил Клемонт, осторожно прижимая отвертку к боку их друга. — Мне всегда говорили, что дети Канто любят такую свободу. — О да, определенно приятно быть свободным, — Эш улыбнулся ему, прежде чем поморщиться. — Но так много из нас не были готовы к этому. Я легко узнавал покемонов, но их имена вылетали у меня из головы, а описания и подавно. Сто пятьдесят коренных видов покемонов в Канто, и у меня было представление о каждом из них от среднего до выше среднего. Но у меня также есть мозг Мяута. Все, что только может, будет отвлекать меня, если у меня будет такая возможность, так что неудивительно, что мне было сложно. Он сделал паузу, ткнув Клемонта в спину и наблюдая, как блондин с визгом отскакивает в сторону, одаривая его дерзкой ухмылкой. — Очень много других детей были умнее меня, и даже у них были проблемы, — Эш сделал паузу и покачал головой. — Те, кто был относительно в порядке, были богатыми детьми вроде Гэри. Им не нужно было ходить пешком, они могли купить покемонов-телохранителей, могли увидеть весь региону за несколько недель, а не за много месяцев, которые на это уходили у остальных. Но я думаю, что даже еще один год тренировок, настоящие тренировки по выживанию, принес бы мне ГОРАЗДО больше пользы. Серена фыркнула, наблюдая, как Эш почти смущённо отвел взгляд, вспоминая время, что явно не был полон лишь солнечного света и радуги... Она бросила взгляд на Клемонта, прежде чем сесть на колени и наклонилась, прежде чем всем своим весом навалиться на Эша, смеясь, когда он удивленно вскрикнул. Клемонт последовал ее примеру, невольно заставив Эша потерять равновесие, и повалил их всех на землю. Оба калосианца смеялись, в то время как Эш бросал на них недовольные взгляды. — Думаю, — промурчала Серена, положив голову на руку, а локоть на его грудь. — Тебе нужно забыть об этом. — О чем ты говоришь? — Эш приподняла бровь, и внезапно до нее дошло, что она, возможно, поторопилась. — Не знаю, — она смущенно пожала плечами, но нервно заправила волосы за ухо. — Просто... звучит так, будто ты очень сожалеешь о том времени и смотришь на это как на неудачу, а не как на опыт? На самом деле это просто предположение... — Ты сожалеешь о том времени? — подтолкнул Клемонт, полностью положив подбородок на грудь Эша. — Или это как... неприятные воспоминания? — Мммм, — промычал Эш, откинув голову назад и позволив ей упасть на траву, глядя на играющих покемонов и Бонни. Серена проследила за его взглядом, подражая его тихому мычанию, пока ждала его ответа. — Не-а, — тихо выдохнул Эш, и улыбка осветила его лицо. — У меня есть некоторые сожаления, у кого их нет, но если бы я вернулся, я не думаю, что что-то изменил бы. Мне нравится моя жизнь, и, возможно, я бы кое-что изменил, сказал некоторым друзьям, что люблю их больше, но в конечном счете... Я бы ничего не стал менять. На мгновение Серена задумалась, изменила бы она что-нибудь, как он, умоляла ли бы свою маму остаться и жить в Канто. Тогда бы она росла вместе с мальчиком, который, по сути, помог и спас ее тем летом. Но... это означало, что она не встретила бы Райхорна, или Феннекин, или того нахального Флетчлинга, который доставлял ей проблемы каждое чертово утро. А как насчет Калема? Или Клемонта? Стала бы она вообще такой же, какой была сейчас, или была бы другой? — Кажется, я понял, — тихо пробормотал Клемонт, закрыв глаза. — Несмотря на то, что некоторые из этих воспоминаний причиняют боль... они все еще дают нам что-то хорошее... в некотором роде. Я тоже не думаю, что стал бы менять прошлое. — Я тоже, — улыбнулась Серена, часть ее была более спокойной, чем за последние годы. — Хех, я просто сентиментальный старый дурак, — усмехнулся Эш, откидываясь назад, чтобы лечь на траву, солнце едва касалось кончиков его волос, когда он вытянул руки. — Я занимаюсь этим дольше, чем любой из вас. Должно быть, на меня влияет старость. — Я старше тебя, — фыркнул Клемонт, ткнув Эша в руку. — А тебе в лучшем случае лет семнадцать-восемнадцать, — также фыркнула Серена, положив голову на предплечье Эша, глядя на листья и небо. — Ты едва ли старше нас. — Вы оба жестокие, и мне нужны новые друзья, — Эш вздохнул, как будто он страдал, но улыбка выдавала, что он действительно чувствовал. — А теперь перестаньте придираться ко мне!***
Серена медленно просыпалась, сонно моргая и заставляя свое тело сесть. Обычно она спала часами напролет только для того, чтобы быть грубо разбуженной Флетчлингом мамы. Те разы, когда она просыпалась самостоятельно, были редкими, но теперь, путешествуя с друзьями, казалось почти естественным просыпаться раньше, чем большинство, чтобы начать свой собственный распорядок дня. Подавив зевок, она направилась к выходу из палатки, споткнувшись о Феннекин, прежде чем неуклюже выбралась наружу, потянувшись, когда утреннее солнце начало подниматься над горизонтом. Только тогда она заметила Эша, сидящего на камне, возле которого они остановились по его настоянию. У него на коленях сидел Фроки, и Эш, и Пикачу яростно... что-то делали? Она пошла вперед, стараясь производить как можно больше шума, прежде чем тихонько хмыкнуть, наблюдая, как ее друг на мгновение напрягся, прежде чем оглянуться через плечо. При виде ее он сразу расслабился, и она послала ему усталую, но яркую улыбку. — Доброе утро, — тихо сказала она, садясь рядом с ним. — Что ты делаешь? Эш пробормотал в ответ "доброе утро", и только тогда Серена заметила, что он убирает фрозери с шеи и лап Фроки. —...выключен. Серена моргнула, застенчиво улыбаясь ему. — Прости, что? Он издал смешок и откинулся назад, чтобы показать Фроки, который, казалось, был доволен всем тем вниманием, которое получал. — Я узнал, что фрозери Фроки теряют свои свойства, если они слишком долго не использовались, — объяснил Эш. — Они становятся комковатыми, и это нехорошо, и хотя Фроки может избавиться от большей части их в бою, он не может дотянуться до огромного куска, так что этим занимаемся я и Пикачу. Мы просто снимаем все это с него. — Качу, — Пикачу кивнул, прежде чем отряхнуть лапы и прекратить уход за покемоном-лягушкой, к его большому разочарованию. — Я этого не знала, — призналась Серена. — Ты узнал что-нибудь еще? — Крылья Флетчлинга обычно очень теплые, так что гниющие перья можно определить на ощупь, — улыбнулся Эш. — Я уже некоторое время ухаживал за ним, то же самое и с Хавлучой. Похоже, они ценят нашу связь. Я пытаюсь узнать больше о Хавлуче, но пока не так много информации по уходу, которая не включает в себя рукопашную. Серена с любопытством склонила голову набок, медленно переваривая все сказанное. — Зачем ты всему этому учишься? — насколько она помнила, Флетчлинги большинства тренеров были не такими уж ухоженными. Ее мать не ухаживала за своим собственным и позволяла ему летать к живущим неподалеку Флетчлингам еженедельно, чтобы тот мог привевести свои перья в порядок. — Давным-давно, — начал Эш, потирая лягушку под подбородком и позволяя лягушке растаять от прикосновения. — Я узнал, что если человек хорошо тренирует своих покемонов, то это развлекает и стимулирует их. Но поддержание их в хорошем состоянии делает их счастливыми. Ты можешь отвезти их к заводчику, чтобы привести в порядок, но иногда ты можешь путешествовать неделями, не сталкиваясь с заводчиком. Поэтому я научился сам делать их милыми и счастливыми, и это хороший способ сблизиться. Серена мягко улыбнулась, глядя на свою подругу с легким обожанием. — Ты действительно готов на все ради своих покемонов, да? Эш усмехнулся, поднимая Фроки и Пикачу, чтобы обнять их, не заботясь о том, насколько промокнет его рубашка, несмотря на — вероятно — холодную температуру воды. Она заметила, как Пикачу уткнулся носом в объятия, в то время как Фроаки растаял в объятьях, довольный тем, что его любит кто-то вроде Эша. — Я бы сделал что угодно для своих друзей, — тихо промурлыкал Эш, так тихо, что Серена почти пропустила его среди звуков капающей воды. — Они — то, что делает меня счастливым, я должен как-то отплатить им тем же. — Ты возвращаешь услугу, оставаясь собой, — Серена мягко подтолкнула Эша, положив голову ему на плечо.
