Дураки и дороги

      В раскрытое окно лился одуряющий запах сирени, а за ним входили звуки русского вальса. Воздух неподвижно замер в маленькой комнате под крышей, пока за окном неотвратимо наступал майский вечер.       Половицы скрипнули под ножками стула. Это Алексей не смог удержаться и качнулся, мурлыча под нос мелодию. Читающий с подобранными на кровать ногами Павел повёл ухом. У кого-то проходил бал. Корешок очередного романа скрипнул под безжалостно распрямившими его руками — Павел отбросил книгу в сторону и склонил голову к окну. Прислушался к звукам музыки. Быть может, фортепиано?       Мимо него, кружась на ходу, прошёл Алексей. Глухо стукнул кувшин о стол. Стояла редкая для мая жара, вода за пару часов стала неприятно тёплой, оседала на языке.       — Нравится вальс? — нависшую над Павлом тень нельзя было не заметить.       — Да.       На рубашку Алексея упала пара капель — у ворота осталось влажное пятно. Он с излишней тщательностью взялся его осматривать.       — Хорошо танцуешь, да?       Дно кувшина ударило о доски стола. Алексей бросил укоризненный взгляд на распростёртую книгу, но смолчал.       — Нареканий пока не было.       — Тебя звали в этот раз?       Вальс влетал в их комнату, заставляя неподвижный воздух звенеть.       — Звали.       Ногой Алексей легко отбивал такт. Но пауза не успела стать неловкой.       — А чего не пошёл?       — Нет желания в очередной раз выслушивать пересуды, — Алексей пожал плечами и глянул с проснувшимся любопытством.       — А ты умеешь танцевать?       — Нет.       — А хотел бы?       Тёмный взгляд выдержал его под прицелом.       — Не знаю. Это увлекательно? Вряд ли я где смогу его потанцевать.       — Это весело, — глаза Алексея загорелись. — Хочешь со мной? Я мог бы показать тебе фигуры, — краткая пауза полная мыслей, а не предложил ли он лишнего, — если захочешь?       — Давай, — Павел поднялся одним плавным движением.       Протянул две руки и, смутившись, убрал их за спину. Он не знал, как браться. Но Алексей подал ему руку, только складки у глаз выдавали сдержанную улыбку. Павел вложил ладонь в ладонь. Он успел сделать полшага вперёд, когда его аккуратно взяли за талию. Голову пришлось задрать. Но не успел Павел освоиться, как Алексей отпустил его и отшагнул назад с алеющими ушами, оставив Павла с нелепо поднятой рукой. И, встретив непонимающий взгляд, ответил.       — Я неправильно взялся, хотел же тебя научить. Вытяни руку и предложи мне, а другую положи на талию.       Павел спустя мгновение промедления перестроился и протянул руку. Немного неловко, но Алексей сделал вид, что не заметил, и принял. Выдохнул, когда его крепко взяли за талию, и посмотрел вниз. Смотреть с такой позиции в лицо было неудобно — шею начало ломить. Рука Павла аккуратно лежала на боку. На лице было написано ожидание, он впервые танцевал с кем-то и ждал дальнейших указаний. Алексей постарался сориентироваться в новой позиции и положил руку на плечо Павлу.       Ладонь не давила, а голова Павла была закинута вверх, чтобы не смотреть Алексею в шею. Алексей не выдержал и улыбнулся. Ну до чего же сосредоточенный вид. Даже забавно.       — Только не смотри под ноги, когда танцуешь, а теперь шагай на меня.       Он едва успел убрать ногу из-под шага Павла и потянул его, кружась на носке.       — Поворот и шассе, — заметил непонимающий взгляд. — Придвинь ногу. Вот так.       Алексей легко продемонстрировал и отметил, как рука Павла надавила на талию.       — Хорошо, а теперь снова с другой ноги, — склонился к уху. — И когда будешь с дамой — держись легче, — выпрямился обратно, расправив плечи.       — Когда? — Павел хмыкнул. — Боюсь такого никогда не произойдёт.       Через ладонь Павел чувствовал тёплый бок. От ладони слегка увлажнилась рубашка, погода, и правда, была жаркой.       Алексей, которому было привычнее вести, ошибся в шагах и столкнулся с Павлом о грудь.       — Ты умный, ты дослужишься. А если и нет, то чем честные девицы хуже кокеток?       — Не дослужусь, ты же знаешь. И таких как я на баллы не приглашают. Мою репутацию ничто не спасёт.       Павел разорвал дистанцию, чтобы они не сталкивались грудью и наступил Алексею на ногу.       Портить этот вечер не хотелось, и Алексей лишь вздохнул. Не сейчас, когда так чудесно пахнет сиренью и плывёт майский вальс. Рука ласково погладила Павла по плечу, Алексей склонил голову и заглянул ему в глаза:       — Тогда, пожалуйста, просто потанцуй со мной, — потёр ступню об икру и добавил: — И постарайся не отдавить мне ног.       — Радуйся, что я не в сапогах.       Спустя пару десятков тактов Павлу удалось поймать ритм и запомнить шаги, и он старательно принялся шагать за слабой мелодией.       Алексей мурлыкал ему в такт:       — Раз и два, раз и два.       Конечно, в том, что Павел весь взмок, была виновата жара и только она. Алексей старательно подстраивался под него, позволяя вести и мягко направляя. Однако и он порой сбивался и путался в руках и ногах. И как дамы так легко следуют в танце?       Павел почти вписался в стол, но успел в последний момент увести их в сторону и взялся покрепче от сосредоточенности.       Алексей легко похлопал его по плечу.       — Ты снова.       Ладонь тут же перестала давить. Они прошлись до стены, повернули, Алексей в очередной раз задел боком стол и, наконец, решился:       — Мы можем поменяться?       — Мне остановиться?       — Да. Я покажу как вести. Не против?       — Нет.       Пара расцепилась, и уже Алексей предлагал руку с лёгким поклоном. Принял руку Павла. Сдвинулся ближе и встал, подсчитывая под себя счёт. Ждал, когда затихшая было музыка станет громче. Алексей взял Павла за талию и сдвинул ближе к себе. Поймал внимательный взгляд и улыбнулся.       — Не напрягайся и иди вслед за мной. Раз-и-два. Раз-и-два.       Алексей качнулся и увлёк его в танец. Вальс зазвучал громче, и Алексей радостно закружил Павла. Тот едва успевал перебирать ногами и отчаянно пытался не наступать на чужие и не отставать. Алексей поднял руку вверх и легко направил Павла на поворот, поймал его и снова повёл. Павел не ожидал, но удержался. Поймал ищущий взгляд Алексея. Широкая улыбка не сходила с его лица.       — Повернись вокруг себя.       Павел повернулся всем телом, думая про себя, что дама сделала бы этот поворот изящно.       — Думал, с твоей ловкостью тебе будет легче.       — Первый раз танцую. Может сделаешь мне поблажку?       Ладонь Алексея сильнее надавила ему на спину, а локоть другой руки поднялся выше, вынуждая Павла принять правильную позу.       — Неужели и камаринскую не плясал?       — Не доводилось.       Алексей раскрутил принявшего верную позу Павла, перехватил руку, чтобы крепко держать за кисть, а второй легко подтолкнул в бок. Павел раскрутился по инерции, а потом был притянут за руку обратно. И даже догадался снова закрутиться и не наступил Алексею на ногу, а всего лишь впечатался прямо ему в торс. Алексей улыбнулся, схватил его крепче и широко шагнул вперёд, не оставляя Павлу путей, кроме как прогнуться в спине.       Павел возмущённо посмотрел на него снизу вверх.       — Это так вы танцуете этот ваш вальс в приличном обществе?       Крестик от резкого движения выпал из ворота рубашки и мотнулся на шнурке. Алексей смутился и выпрямился, подняв Павла.       — Нет. Я увлёкся.       Павел придержался за него, внимательно смотря на краснеющие уши.       — Вот как, — шагнул в сторону.       Алексей легко последовал за ним.       Они успели прокружиться по комнате ещё пару раз, пока музыка окончательно не утихла. Павел немного подзапыхался от усердия и с готовностью отпустил руку Алексея, который аж светился от радости и явно упустил планы научить Павла вести в вальсе. Вёл он сам, забыв про всё.       — Я забылся.       — Я так и понял. Ты любишь танцевать.       Алексей вежливо шаркнул ногой.       — Надо было дать больше времени вести тебе.       — Может в следующий раз, — Павел посмотрел ему в глаза и заправил крестик в ворот рубашки.