Там, где горят пожары

Больше разговоров о Хёнджине не было. Хотя назвать это разговором было сложно. Минхо задал вопрос, а Мэй промолчала. Ли просто хватило этого немого ответа для того, чтобы понять, что сердце ей разбил именно этот человек. После той дождливой ночи они проводили на Чеджу каждый день своего отпуска вместе. Гуляли по пляжу, могли просто молча смотреть на волны, а после часами не замолкать, рассказывая друг другу истории из своей жизни. С Ли было весело, жёстко шутил он только над парнями из группы, а с Мэй превращался в милого и тёплого кота. Он был уютным и домашним, его хотелось вдыхать как тёплый летний вечер, хотелось заполнить им лёгкие и носить в себе. Когда они встретились первый раз, Минхо ассоциировался у Ким со снегом. Красивый, но такой холодный. Прикоснёшься и занемеют руки. Но этот снег растаял прямо на её губах. Мэй не могла не сравнивать его с Хёнджином. Это происходило само собой хотела она этого или нет. Они такие разные. Хёнджин был обрывом, с которого падаешь, как только подойдёшь чуть ближе к краю, а Минхо морем, что мягко берёт тебя в свои объятья и опускает на самую глубину. В обоих случаях выбраться из сложившейся ситуации обратно уже не можешь, просто потому что безнадёжно влюблена. Хёнджин был стихийным бедствием, Минхо летним дождём. Первый любил внимание и всегда им наслаждался, второй воспринимал это как издержки профессии и никогда не стремился его заполучить. Хёнджин всегда носил кепку козырьком вперед, а Минхо назад. Они такие разные. Вечера проходили в домике Ли. Мэй узнала, что парень очень любит готовить, поэтому после прогулки они заезжали в магазин и выбирали самые свежие ингредиенты для ужина. Ким нравилось наблюдать как он увлечен приготовлением еды, она же была только ассистентом в этом процессе, в основном нарезая овощи или подавая необходимую посуду. Из под его рук получались исключительно вкусные блюда. Когда Мэй в первый раз попробовала его чапче, то от восторга прикрыла глаза, чем вызвала на щеках Минхо лёгкий румянец и довольную улыбку, которая потом ещё долго не исчезала с его лица. После они выходили на улицу и проводили время у маленького костра, который Ли разводил сам. Вместе они могли просидеть около него час или два, слушая умиротворяющий треск углей. Минхо обнимал Мэй со спины, а она, облокотившись на его грудь забывала обо всём. Искры взмывали в воздух, красиво растворяясь в темноте летней ночи. Он целовал девушку в макушку и шею, прижимал крепче к себе, а потом мог взять на руки и унести в домик чтобы уложить на кровать. Там нежность к друг другу могла принимать разные формы, но абсолютно всегда самые приятные.

***

Сегодня был слишком тяжёлый день даже для Мэй. Фотосессию для рекламы бренда, с которым сотрудничала их группа, назначили на беспощадные 6:00, якобы свет в это время был идеальным. Сразу за этим в расписании шла тренировка, встреча с продюсером, предзапись и даже это ещё не всё. К концу дня Ким еле волочила за ноги, ругая себя за выбор жизненного пути. К счастью, обычно после отдыха такие мысли покидали голову, и она начинала вновь любить всё, к чему когда-то стала причастной. Девушка толкнула плечом дверь раздевалки. Последним в списке дел на сегодня было забрать домой вещи для тренировок в стирку и можно наконец-то отправиться домой. По помещению разносилось громкое щебетание, женские голоса что-то возбуждённо обсуждали и смеялись. - О, Мэй, а я как раз собиралась тебе написать! – как всегда искрящиеся глаза Кёнхи встретились с уставшими глазами Ким. Впервые за долгое время она где-то пересеклась с подругой. Весь месяц после той посиделки в её квартире они только изредка перекидывались парой сообщений. - Мы с девчонками собираемся в клуб. Пошли с нами, сегодня пятница, развеешься! – продолжила подруга. - Эм… Я, пожалуй, пойду спать. Дико устала, прости – ответила Мэй, выгружая вещи в сумку из своего шкафчика. - Ну как всегдаа – протянула Кёнхи – Очень зря, пару коктейлей помогли бы расслабиться. Сейчас мне поможет расслабиться только выстрел в голову. - Поверь, не поможет. Я буквально овощ – Мэй грустно улыбнулась. В какой-то момент ей стало даже немного обидно за то, что у неё не было сил на всю эту жизнь за пределами компании – Давай в другой раз, через пару недель расписание должно быть не таким загруженным. - Беру с тебя слово – Кёнхи улыбнулась и вышла вместе с остальными из раздевалки. В резко наступившей тишине звук входящего сообщения показался слишком громким. «Пожалуйста зайди в студию звукозаписи 10». Мэй непонимающе уставилась на экран телефона, еще раз перечитывая, но смысл оставался таким же. Номер, с которого было отправлено сообщение, она видела первый раз. Первое, что подумала Ким, это то, что кто-то перепутал её номер, но даже если так, то этот кто-то был из компании. Студию под таким номером она иногда проходила мимо, когда направлялась к продюсеру. «Кто это?» Девушка отправила свой вопрос, но ответа не последовало. Любопытство всегда было одной из подавляющих черт натуры Мэй. Правда, она так и не разобралась играет ли ей это на руку или создаёт проблемы. Так было и сейчас - её магнитом потянуло по написанному на экране адресу. Можно было бы кинуть телефон в сумку и со спокойной душой отправится домой, но теперь это сообщение не давало ей покоя. Может это Минхо? При мысли о нём по лицу растеклась улыбка. Если это был сюрприз, то ей уже не терпелось его получить. Но вспомнив, что сегодня Ли сразу после съёмки отправился домой, о чём написал ей в какао, Мэй поняла, что этот вариант точно отпадает. Подумав ещё минуту, девушка уверенно направилась в сторону лестницы на четвёртый этаж. Быстро преодолев два пролёта и приближаясь теперь шаг за шагом к нужной точке, Ким чувствовала, что начинает нервничать от неизвестности, что в целом было глупо. Это может быть банальной ошибкой, сейчас она войдёт и наткнётся на удивлённого человека, который ждал совсем не её. Рука отчего-то остановилась, сжав дверную ручку. Бред какой-то. Выбросив лишние мысли из головы и толкнув дверь вперед, Мэй уверенно зашла в нужную студию. В эту же секунду в горле резко пересохло, а глаза не могли сдвинуться с одной единственной точки в помещении – человека, который сидел на стуле рядом с рабочим столом. Этим человеком был Хван Хенджин. Сегодня он был так же прекрасен, как в принципе и каждый день своей жизни. Чёрные волосы оттеняют белую кожу, на красивой шее аккуратной линией лежит серебряная цепочка и даже мешковатая одежда не смогла испортить его идеальность. Это злило. - Мэй… Первая мысль Ким была выбежать из кабинета и бежать так долго пока не закончится воздух в лёгких. Она даже пошатнулась в сторону выхода пытаясь это сделать, но ноги примагнитились к полу, словно их прочно прибили гвоздями к тому месту, где она сейчас стояла. Человек перед ней (Мэй до сих пор не была уверена, что всё это не галлюцинация и Хвана просто не нарисовало здесь её воспалённое сознание) поднялся со стула и подошёл ближе. Пульс отдавался в голове глухими ударами. Нет. Это сон. - Я хотел поговорить с тобой… Всё получилось так… Да! Все получилось именно ТАК! Ты настолько прекрасно отпечатался в моей памяти, что осталась вмятина. Свои собственные вопли в голове заглушили слова Хвана, поэтому конец его фразы прозвучал как будто издалека: -…мне нужно было встретиться с тобой чтобы все объяснить. Мэй молчала. Она не произнесла ни слова с момента своего появления в этой комнате и на самом деле даже не знала, что именно должна ему сказать. Ну почему это происходит?! Все закончилось в тот день, когда он прошёл мимо неё, холодный и безучастный. Перестал замечать сразу после того, что между ними случилось. Прямо как настоящая сволочь. Она уже почти научилась с этим жить, справилась, подчистила из памяти что могла. Но вот Хван снова стоит перед Мэй, оживая в её вселенной, где она его уже похоронила! - Объясни - первое слово, слетевшее с её губ здесь, прозвучало подавленно, но как будто с вызовом. Обида, которую так долго затыкали, красуясь вышла наружу и требовала ответа, хотя Ким даже не собиралась открывать рот. - Моё поведение не было моей инициативой, поверь – Хван смотрел прямо в глаза, а Ким заставляла себя в этот момент всеми силами от них не отворачиваться. Это было дело принципа. - После той ночи – он споткнулся и отпустил взгляд вниз, но быстро вернулся обратно к её лицу – Я попросил добыть Чана через Кёнхи твой номер. Я не хотел тебя будить, поэтому попросить лично не получилось. В этот день, когда я собирался написать, у меня был такой жёсткий график, что я отрубился прямо в студии, а на следующий день директор вызвал меня к себе… - Хван запустил руку в волосы и откинул их назад. Мэй заметила, что он сильно нервничает. Это удивило. - Ему сообщили о нас… О том, что между нами было. Мне поставили жёсткий ультиматум и угрожали серьёзными штрафами. Ты знаешь все эти правила… - Хёнджин развернулся и сделав пару шагов в сторону, присел на угол стола – Запретили как-либо связываться с тобой и контактировать любым способом. Сейчас повсюду шумят скандалы вокруг айдолов, контроль за мной стал в несколько раз серьёзнее. Компания не может позволить, чтобы на их репутации возникло хоть одно подобное пятно… - Но почему тогда ни у кого не было вопросов ко мне…? – в голове у Мэй шумело, она не понимала, верить или нет всему, что он сейчас говорит, но очевидно, что смысла врать у него не было. - Никто не знал имя той, с кем я был, поэтому тебе и не устроили допросов. На самом деле конкретный человек их особо не волновал. Был важен сам факт. Я пытался сказать о том, что это всего лишь пустые наговоры, но меня это не спасло. И тогда в коридоре я прошёл мимо только потому, что этим бы сразу выдал и тебя. Он меня видел. - Почему… Почему ты не связался со мной через кого-то чтобы сразу всё рассказать? – слова вырывались вместе с болью, обжигая губы. Говорить с ним в реальности было сложно. Смотреть на это лицо невыносимо. Другое дело у себя в голове, где Мэй много раз проигрывала сцену, в которой высказывает Хвану какой он бесчувственный придурок. - Потому что остальных из нашей группы тоже начали проверять. В один день пришли и подняли переписки всех, забрав телефоны. Я не мог подставить и их… Чан посоветовал подождать пока всё успокоится. Сейчас я написал тебе с его номера, от них уже отстали. Это его студия, он разрешил здесь встретиться с тобой. - Но кто… - тихий голос Мэй оборвался - Кто мог знать о нас? Пазл в голове никак не складывался в единую картину. Такой объём новой информации перегрузил мозг, мысли метались из угла в угол. - Не представляешь, как долго я пытался это выяснить… - Хёнджин наклонил голову вниз, рассматривая свои кроссовки - Начал подозревать абсолютно всех и даже мемберов, хотя они ничего не знали и никогда не смогли бы так поступить, в них я всегда был уверен. Мне было важно знать кто это сделал. Злость не давала нормально думать, съедала с утра до ночи… - он сжал переносицу большим и указательным пальцем – Но мне удалось. Сейчас Ким больше всего хотела узнать ответ, но другая её сторона так сильно противилась этому, что затыкала уши и напевала дурацкую песню, только чтобы ничего не услышать. - Это Кёнхи, Мэй. В глазах резко потемнело. Девушка прижалась спиной к двери чтобы сохранить устойчивость, ноги начали предательски слабеть. Тело пробрал озноб. Где-то на задворках сознания ответ пришёл чуть раньше, чем Хван его произнёс, но она откинула его от себя как неприятное насекомое. Всё знали только Кёнхи и Хван. Так просто. Кёнхи, почему? Вопрос звенел в голове и от этого звука становилось больно. Да, сейчас они могут не общаться так много как раньше, но всегда были близки. Мэй почувствовала, что по щекам пробежали мокрые дорожки, слёзы и обида душили за горло, не давая возможности набрать воздуха в лёгкие. Но понимание того, что виной всему стала она сама было ещё больнее. Это она рассказала про ту ночь. Почему Кёнхи так поступила было отдельной темой. Хёнджин каким-то образом вдруг оказался слишком близко. Он взял руку Мэй в свою, а после этого прижал её всю к себе отрывая от двери. Тонкий аромат его духов ударил по сознанию волной воспоминаний. Этот запах ещё долго держался на её подушках после той ночи. Держался до того момента, пока она со злостью не затолкала постельное бельё в стиральную машину желая стереть его навсегда. - Пожалуйста не надо… - его голос был тихим и успокаивающим. Ким чувствовала как бьётся его сердце под серой толстовкой. Она не знала сколько прошло минут, с того момента как оказалась в его объятиях, но всё это время Мэй уничтожала себя за то, что не смогла сохранить их секрет. Всё могло бы быть иначе. Он не виноват ни в чём. Ким думала об этом до того момента, пока ладонь Хвана не обняла её сзади за шею и его губы не оказались на её губах. А дальше всё исчезло. Хёнджин целовал аккуратно и очень робко, словно боялся, что разобьёт что-то хрупкое. Всё, что было между ними до этого – страсть и дикое желание обладать друг другом. А сейчас это нечто иное. Сопротивляться такому невозможно, у Мэй не хватило бы сил. Для сознания такой поворот событий стал катастрофичным. Она растеряла остатки себя, перестала чувствовать тело, не могла пошевелиться. Только его губы на своих. Только эта минута, час, день. Как больно, что всё случилось так. Даже если её сердце каждый раз совершает смертельный прыжок рядом с Хенджином, теперь она не может вырвать из своей жизни Минхо. Забыть его, соврать себе, что ничего к нему не чувствует. Это было точкой невозврата. Губы начало обжигать. - Прости… Я не могу - Мэй мягко отстранилась. Слёзы ручьями бежали по лицу. - Я буду ждать - Хёнджин стёр влагу с её лица тёплыми пальцами. Нежно и мягко. Одним движением открыв дверь, она вышла из студии. В глазах плыло, а где-то внутри в грудной клетке зияла одна большая воронка. Мэй подумала о том, что, наверное, это был их последний поцелуй. Поэтому он был самым прекрасным и горьким, как и всё последнее на свете. С печальным послевкусием, с бесконечным восторгом, навсегда оставаясь в памяти. Как ещё один ушедший день. Как пожары заката над морем.

***

Сеул блестел. Ночью город превращался в калейдоскоп из ярких пятен вывесок, фар машин, окон небоскрёбов и заведений. Люди выходили из одного бара и сразу заходили во второй, празднуя наступившие выходные. На заднем сиденье такси Мэй пыталась привести себя в порядок. Губы все ещё горели от поцелуя Хвана, но её сейчас переполняла такая боль и обида, что они заслоняли собой даже это. Ким поправляла волосы, припудривала лицо, в надежде скрыть красные пятна, выступившие от слёз. Яркий макияж с сегодняшних съёмок всё ещё держался, появилось только пару подтёков, которые стёрлись лёгким движением пальцев. Все эти действия она выполняла на автомате, параллельно собираясь с мыслями и заталкивая в дальний угол сознания пылающую злость. Но на самом деле только благодаря этой злости Ким сейчас могла двигаться и соображать. Смогла позвонить Кёнхи и наплести историю о том, что она всё же решила пойти в клуб и сбросить усталость именно таким образом. - О, ты всё-таки одумалась! - удивилась подруга, перекрикивая громкую музыку - Давай подъезжай к нам, мы в Made, за барной стойкой. Проблем с фейс-контролем на входе в клуб не возникло. Мэй любила выглядеть стильно в любой день недели, поэтому сегодняшний образ отлично вписывался в формат заведения. Уверенными шагами она отправилась вперед, пробираясь через толпу беснующегося народа. Громкие басы ударяли по голове и вибрировали в теле. От светомузыки на мгновение закружилась голова, кто-то больно пихнул локтем в плечо, но Ким было не до этого. Сейчас ей было крайне важно найти одного единственного человека. Кёнхи сидела за барной стойкой и что-то увлечённо объясняла бармену. Судя по движениям и мимике, не забывая при этом флиртовать. Как всегда. - Кёнхи, нам надо поговорить – Мэй подошла к подруге и попыталась перекричать музыку. - Ура, ты всё-таки пришла! – подруга всплеснула руками и притянула Ким в свои объятия – Что ты сказала? Я не услышала! - Надо поговорить, давай отойдём ненадолго. - Но я только что заказала свой любимый коктейль. Здесь его не делают, но этот лучший на Земле бармен согласился смешать его специально для меня – расстроенно протянула Кёнхи и игриво стрельнула в сторону парня за стойкой глазами, на что тот ответил улыбкой. - Это очень важно, Хи. Видимо серьёзное выражение лица Мэй сыграло свою роль, потому что подруга хоть и состроила обиженную гримасу, но всё-таки спустилась со стула и направилась следом за ней. - Тебе точно нужно выпить, нельзя быть такой запаренной вообще постоянно – сейчас в относительно тихом туалете стало заметно, что у Кёнхи слегка заплетается язык. Ким стояла напротив, впиваясь ногтями в ладони и пыталась найти лучшее начало для разговора. Было очевидно, что какая бы фраза не стала первой, в итоге ничего не поменяется, но почему-то сейчас это казалось важным. - Ты помнишь когда мы познакомились? – Мэй пыталась унять дрожащий голос и надеялась, что за гулом баса, доносящегося из-за двери этого будет не слышно. - Ну конечно помню, что за вопрос - брови Кёнхи сдвинулись к переносице – Лет семь назад, когда я перевелась в твою школу. А что? – она улыбнулась и в шутку надула губы - Мы же лучшие подруги вроде, я думала ты сама такое помнишь. От словосочетания «лучшие подруги» у Мэй в усмешке искривились губы. - Да, точно… Мы же так давно знакомы, я думала, что спустя это время могу тебе доверять… - Я вообще не понимаю о чём ты. Я собиралась выпить коктейль, а ты ведёшь меня в туалет и задаёшь какие-то странные вопросы – Кёнхи прижалась спиной к стене и картинно закатила глаза. - Зачем ты рассказала о нас с Хёнджином стаффу, Кёнхи? – слова получались стальными, словно их отчеканивали на станке. Мэй смотрела в глаза напротив, словно пытаясь силой мысли вытащить из них ответ. Назови хоть одну вескую причину для предательства. - Что? – вопрос дошёл до подруги не сразу, но по мере того, как смысл слов укладывался у неё в голове, улыбка начала медленно сползать с лица – Я не пон… - Нет, ты всё понимаешь. Расскажи мне, почему ты так поступила со своей «лучшей подругой». Для чего был весь этот цирк у тебя в квартире? Для чего был вопрос «Ты рада, что здесь Он?» Для чего, Кёнхи? Зачем ты вообще меня тогда позвала?! – Мэй всеми силами сдерживала срывающийся от злости голос. Получалось не очень, потому что свой последний вопрос она практически выкрикнула. Кёнхи молчала. В слегка мутных от алкоголя глазах читались испуг и растерянность. Но эта эмоция практически сразу сменилась на противоположную. Подруга поджала губы. - Думаешь одна ты запала на Хёнджина? Как, по-твоему, я должна была к нему подобраться? Я просто использовала первую попавшуюся возможность – Бан Чан обратил на меня внимание, мы начали общаться и это стало отличным поводом позвать всех в гости. Я знала, что ты захочешь оказаться так рядом с Хваном, хотела тебя порадовать, но не рассчитывала на то, что ты сразу залезешь ему в трусы! В этот момент Мэй готова была дать ей пощёчину, руки мелко тряслись от сжатых с силой кулаков. Она как могла держала себя в руках, а Кёнхи продолжала: - Всегда всё достаётся тебе! Карьера, способности, даже он! Когда ты рассказала мне о том, что между вами было, я разозлилась. Было больно. - Но даже если так, то зачем нас сдавать?! - Тебя я не сдавала! - Ты действительно думаешь, что это что-то меняет?! - Да, потому что тебя могли бы выкинуть за такое из компании. - Ох, спасибо, Кёнхи. Какая жалость, что я не оценила твой добрый жест. Мэй искренне не могла понять, как так получилось, что на протяжении стольких лет общалась с подобным человеком. Разочарование ощущалось горьким привкусом во рту. Подруга отвела глаза и посмотрела куда-то в сторону. - Я не смогла в моменте с этим справиться, ты знаешь какая я вспыльчивая. Теперь я жалею. Правда. Кёнхи посмотрела в глаза Мэй ища там поддержки и словно прося прощения. - Это уже не важно. Твои слова не решат ничего. Мэй вышла из туалета, оставляя бывшую подругу наедине с самой собой.

***

Прошла уже минута с момента как Ким отправила сообщение Минхо о том, что им нужно расстаться. После всего, что сегодня произошло Мэй решила пройтись пешком, тем более что от клуба до дома было всего около трёх километров. Ерунда для того, кто хочет стоптать свои чувства. В горле стоял колючий ком, болезненно царапая. У меня нет выбора. Рано или поздно всё может вскрыться и тогда отношения между Хёнджином и Ли обострятся. Мэй будет в ответе за конфликты и натянутые отношения в их группе. Только она будет виновна в произошедшем. Но было не только это. Контракт, который связал их жизни согласием забыть о себе. Прямо сейчас она подвергала опасности Минхо, сразу после того, как Хван уже прошёл через это. Внутри все крошилось в пыль при мысли о том, что она больше не сможет быть с ним, но видимо так было нужно. Они подписали эти чёртовы бумажки, выбирая такую жизнь. Сейчас Мэй не променяла бы его ни на какую сцену. Фирменная хитрая улыбка Ли стояла перед глазами. Его тёплые объятия у костра на Чеджу. Стоит привыкнуть, что всему хорошему приходит конец, в её случае это происходило слишком быстро. Ким зашла домой и словно заведённая кукла, не останавливаясь двинулась в спальню. На ходу она ещё раз посмотрела на экран телефона, проверяя не пришёл ли ответ. Буквы расплывались от слёз. Собственное сообщение било по глазам: «Нам стоит все закончить. Потом будет сложнее. Прости.» На контрасте с его милым «Спокойной ночи» оно выглядело ещё страшнее. Нет, она не надеялась, что Минхо ответит ей простое «Ок», но хотела, чтобы этот разговор прошёл как можно быстрее чтобы она не успела изменить своё мнение. Не снимая одежды, Мэй упала на кровать, зарылась лицом в подушку и заорала во весь голос. Это был крик о помощи, отчаянный и безумный, потому что сердце в этот момент превратилось в уголь и слишком больно обжигало грудную клетку. Телефон издал звук уведомления. Как страшно смотреть. «О чём ты, Мэй?! Почему?» Она не будет отвечать. Не сможет объяснить причину, сломается под его словами словно щепка. Эти слова точно будут утверждать, что всё будет хорошо. Нельзя, нужно перестать смотреть на экран и убрать пальцы с клавиатуры. Она будет скрываться от него сколько сможет. Ещё один долгий крик в подушку. Слёзы душили бесконечным потоком, а в лёгкие никак не набиралось достаточное количество воздуха. Теперь так будет всегда? Наверное да. Как вообще дышать после такого? Мэй не заметила, как отключилась от усталости и истерики. Неизвестно сколько прошло времени, но прямо сейчас неприятный звук настойчивой трелью вбивался в мозг. Наверное, она умерла от разрыва сердца и так её приветствуют в аду. Ким открыла глаза и постаралась сфокусироваться. Звонок в дверь. Это ещё кто. Уговорив себя встать, девушка спустила ноги с кровати и отправилась в прихожую, кое-как на ходу поправляя одежду и растрёпанные волосы. Подойдя ближе к двери, она посмотрела в глазок. На площадке, нервно отдёргивая рукав толстовки, стоял Минхо. По телу прошёлся электрический разряд. Как же она могла забыть, что Ли знает её адрес. Но даже если бы она вспомнила об этом раньше, то ни за что бы не подумала, что он решит приехать. Нет.Нет.Нет. Нужно сделать вид, что её нет дома. Она же обещала себе бегать, скрываться, так почему сейчас рука сама повернула замок и потянула вниз дверную ручку?! Чёрт! Ли поднял глаза к её лицу и тихо сказал: - Привет. - Привет. - Я могу зайти? Пожалуйста не надо. - Да - Мэй сделала несколько шагов назад, давая ему пройти в квартиру. Её непослушное тело делало всё наоборот. Он остановился в прихожей. Во взгляде читалась самоуверенность и что-то похожее на страх. Девушка заметила, что у него дрожат губы. - Мэй, почему? Пожалуйста, объясни. Это прозвучало как мольба. Несколько секунд они просто стояли молча. Ким решила, что жестоко так поступать с этим человеком, он достоин того, чтобы всё объяснить и расстаться не уходя по-английски. И она объяснила. Это был сбивающийся в интонации монолог, при котором Мэй практически не смотрела ему в глаза. Было слишком сложно. —С чего ты решила, что о нас что-то узнают? – На лице Минхо промелькнуло облегчение. Один уголок губ поднялся выше в лёгкой ухмылке - Я вроде говорил, что умею быть скрытным. Если захочу, об этом не узнает никто, поверь. Мэй не могла ему объяснить, почему всё сложнее, чем он думает и почему не всегда всё зависит от тебя. Кто-то случайно увидит их вместе. Услышит пару сказанных друг другу слов. И всё начнётся заново. - В любом случае это слишком большой риск для нас обоих. Просто в один момент мы об этом забыли… - сердце Мэй сжало тисками. Это было попыткой апеллировать страхом не только за его будущее, но и за свое, подумав, что на Минхо такое может сработать эффективнее. На саму себя ей было совершенно наплевать. - Я ничего не забывал. Я просто сам согласился пойти на это и для меня гораздо проще искать пути выполнения, чем отказаться от чего-то совсем – сейчас взгляд Ли стал жёстче и увереннее. После недолгой паузы он продолжил: - Помнишь тогда на пляже ты спросила меня любил ли я когда-то? Мэй посмотрела ему в глаза. Такие красивые пушистые ресницы. Такие блестящие зрачки. Минхо почти плакал. - Тогда я не смог ответить на этот вопрос, потому что и правда не знал. Но сегодня я просто оказался перед твоей дверью. Я даже не заметил, как это произошло. Всё что знал, это то, что хочу быть рядом прямо сейчас, пока не случилась одна большая ошибка. Что просто должен быть с тобой, чего бы мне это не стоило, а стоило это немало – он как-то горько усмехнулся, но продолжил – Всё потому, что видимо, это и есть любовь… Я люблю тебя, Мэй. Сердце зашлось в неровном ритме. Ким закрыла руками глаза, чтобы хоть на секунду исчезнуть из этой вселенной. Сколько можно плакать. Эти слёзы, что, никогда не закончатся? Так больно внутри ещё никогда не было. Горячей кочергой ей прошлись между рёбер, прожигая насквозь. Что она может ему ответить? Что больше всего на свете хочет прямо сейчас слиться с ним и пропасть в его руках? Ответить, что л… - У тебя ведь ещё есть к нему чувства, я прав? – прозвучал в тишине голос Минхо. Молчание. И в этом молчании столько её слов. Возможно, всё что было между ней и Хваном – неконтролируемое физическое притяжение, но иногда и от такого фатально сносит крышу, а иногда ты в один момент понимаешь, что это уже не просто физика. В случае Мэй их недолгая связь в десять раз усилила её давнюю влюблённость в Хвана и это не может исчезнуть бесследно в один момент. Ким с трудом приоткрыла губы, чтобы дать свой ответ, но Минхо её опередил: - Наверное, я поступаю как эгоист. Врываюсь в твою жизнь, в твою квартиру, туда, где меня не ждут. Признаюсь в любви и жду этого же в ответ. Это неправильно, но у меня всегда были проблемы с самоконтролем. Я ничего не смог с этим сделать. Я должен был понять… Прости. Он развернулся к двери и сделал шаг. Что-то внутри Мэй с треском упало и разбилось от вида его спины. - Останься. Прошу… – её голос дрожал. Минхо замер, держа дверную ручку, и простояв так несколько секунд, повернулся посмотрев на Мэй: - Зачем? Она будет проклинать себя за то, что в конце концов сломалась. - Потому что я люблю тебя. Так сильно, что боюсь этого. Да, всё очень сложно, но это я знаю наверняка. Просто останься… Пожалуйста. Этого оказалось достаточно, чтобы Минхо за два шага оказался в сантиметрах от неё и один вздох, чтобы почувствовать мягкое прикосновение его губ. До этого момента Мэй не знала, что от такого внутри случаются фейерверки. Обняв руками лицо девушки, он прижал её всю к своему телу, от чего дышать стало ещё труднее, но точно приятнее. Как же с ним тепло. Спустя несколько мгновений он разорвал поцелуй и тихо, смотря прямо в глаза произнёс: - Я никуда не уйду.