***
— Виль, где Даша? — оглядела местность Лиза, вернувшись с Аляской. — Уехала, у неё возникли дела, — Виолетта погладила собаку по бархатной спинке. — Всё в порядке? Ты как будто расстроена чем-то, — присела на корточки Андрющенко. — Да-да, всё путём, — рассеянно кивнула шатенка, — устала просто. Побудем здесь ещё немного и уедем. Тем более там компания нарисовалась, — указала она в сторону, где только что остановилась машина, а из неё вышли четыре шумных молодых человека и начали выгружать из багажника раскладные стулья и удочки.***
Вечером Виолетте пришли сообщения от Даши. вил извни менч я юольше не будк лехть в ващм оьношнияТы пьяна?
дпДаш, поговорим завтра
ты первач кто помле развода Увидев, что девушка продолжает набирать сообщение, и догадавшись, о чём пойдёт речь, Вилка заблокировала телефон и откинула подальше. Легла в кровать и закрыла лицо руками. Глубоко вдохнула, размышляя о тупейшей ситуации. Вроде ничего кошмарного не произошло, но почему так неспокойно на душе. И от Лизы скрывать совсем не хочется. Всё будет нормально, нужно всего лишь сменить спонсора. На кровать запрыгнула собака, покрутилась на одном месте несколько раз и улеглась рядом с хозяйкой, устроив голову на её животе. — Что вы тут? — заглянула в комнату Лиза, которая только закончила мыть посуду. — Аляска, кто разрешал! Кыш. Терьер спустился на пол и с обиженным видом покинул помещение. — У тебя голова болит? — взволнованно и негромко спросила Андрющенко, ложась рядом. — Не, разве что от мыслей разных, — отозвалась Виолетта, убирая руки от лица и поворачиваясь к девушке. — Ты будешь злиться, если кое-что узнаешь. — Расскажи, вдруг нет, — подложила под щёку ладонь Лиза и приготовилась слушать. — Ну короче, — закатила глаза Вилка, — Каплан меня сегодня поцеловала. Но я этого блять не хотела и сразу отшила. Честно, Лиз. — Хорошо. — Это всё? — приподняла брови Виолетта. Брюнетка кивнула сдержанно. — Ты не сердишься? — Сержусь, но не на тебя, — провела Андрющенко пальцем по молнии на щеке девушки, не прекращая любоваться зелёными глазами. — Смысл? Ты это не утаила. Я верю, что ты не хотела. Значит, это не измена, — Индиго сама внутри удивлялась своему спокойствию в данной ситуации. Она зареклась устраивать скандалы, и пока это успешно удавалось. — Я лишь переживаю, тебя это... ну, травмировало? — Не назвала бы это так, — махнула головой Вилка. — Но доверие подорвано. Я, если честно, не ждала от неё подобного, типа... Не замечала никаких сигналов. — Ну, смотрела она на тебя сегодня как будто с нежностью, но я решила не делать поспешных выводов. Походу зря. — Бля, да когда ты успела стать проницательнее меня? — с долей грусти усмехнулась Малышенко, притягивая Лизу в объятия. — Если вспомнить, как всё начиналось, ты была довольно сдержанной. Хотя крайне заботливой. — О да, особенно я была сдержанной терпилой, когда ты меня о шкаф лбом уебала, — засмеялась Андрющенко. — Бля, не напоминай, до сих пор стыдно, — Вилка дотронулась губами до места над бровью, где когда-то красовался синяк. — Кстати, ты днём заикнулась про какой-то подбородок, может расскажешь подробнее? — В общем, — кашлянула Лиза в кулак, — была у меня обидчица классе в шестом, Юля. — Чикина? — Нет, конечно, другая. Ставила мне подножки, плевала в еду, воровала вещи и раскидывала по классу, циркулем в спину тыкала. И подначивала других ребят, в ней почему-то многие авторитет видели. — Я бы ей самой циркуль запихнула знаешь куда, — Виолетта погрозила кулаком, как будто задиристая малолетка сидела сейчас напротив неё. — Да что с детей взять, я ей хорошо отомстила, — прикрыла стыдливо глаза Андрющенко. — Однажды она навалилась на меня вместе с тремя ребятами, мне держали руки, ноги, а в живот пинали, ничего не оставалось, кроме как пустить в ход зубы. Я ей прокусила подбородок так, что даже швы накладывать пришлось. — Лиз, я в ахуе, — отодвинулась Малышенко, оглядывая девушку, которая открылась ей с новой стороны. — Я, конечно, знала, что ты та ещё штучка, но настолько свирепой тебя не представляю. — Это скорее было отчаяние, казалось, что толпа малолетних дикарей меня четвертует или отобьёт все органы, если что-то не предпринять. На самом деле жалко её немного, шрам на всю жизнь остался, — совесть Лизы — удивительная вещь, кажется, никогда не засыпает. — Но может лазером уберёт. — Ничё не жалко, правильно, это ей клеймо. — Зато именно благодаря тому случаю мы с Кирой подружились. Раньше я для неё была скучным ботаником, а когда характер проявила, она сразу со мной закорешиться решила.***
На следующий день Виолетта увиделась с Дарьей, ведь хотелось поставить точки над «i» как можно скорее. — Привет, — поздоровалась Каплан, садясь на их привычное место встречи — скамейку в парке. — Привет, ты как? — Малышенко взгромоздилась на спинку лавочки, упираясь ногами в сиденье, и смотрела на наставницу сверху вниз. — Похмелос мучает? — Да, есть такое, — хрипло ответила Даша. — Слушай, я правда сожалею, что перегнула палку вчера и нарушила твои границы. Вы с Лизой очень гармоничная пара, а мне просто не повезло, что чувства возникли к занятому человеку. Сама не знаю, почему не сдержалась. Слишком сильная буря эмоций, давно её не испытывала. — Хорошо, но я всё-таки хочу найти другого спонсора. Не уверена, что нам обеим будет комфортно продолжать видеться где-то помимо общих собраний. — Виолетт, ты раздуваешь из мимолётного поцелуя драму, — Каплан перевела взгляд вниз. — Но твоё решение я уважаю и принимаю. Я договорюсь с руководителем группы. — Что ему скажешь? — Это будет уже моя забота.***
Нового наставника Вилки звали Артём. Ему было под тридцать лет. Внешне это был худощавого телосложения парень с рыжеватого цвета бородкой и в хипстерских очках. В целом с ним было комфортно, но переходить на дружескую ступень общения желания не было. С Дашей иногда пересекались на групповых встречах, просто здоровались, обменивались парой фраз, на этом всё.***
Весна уже была в самом разгаре, уровень нервяка перед ЕГЭ зашкаливал. Малышенко всё ещё не передумала поступать на лингвиста, поэтому ей предстояла сдача русского, иностранного языка (в её случае — английского) и литературы. Ну и математики, как обязательного предмета. В своих знаниях языков девушка была более-менее уверена, а насчёт литературы переживала, но готовилась усердно, читала нудные классические книжки, старалась вникать, решала пробники. Лиза, в свою очередь, тоже готовится потихоньку к сессии в конце предпоследнего курса, но не в таком диком стрессе, как бедные одиннадцатиклассники. — Уверена, что хочешь отложить поступление до следующего года? — спросила Андрющенко, прогуливаясь за руку с Виолеттой в конце буднего дня. — Да. Я ничего не потеряю, баллы действительны три года. Но хочется накопить денег. — Сегодня снова смотрела вакансии? Что-нибудь понравилось? — Есть парочка на должность су-шефа. Уже договорилась о собеседовании, переживаю, вдруг я им не понравлюсь... — Вилка нервно закусила губу. — Брось волноваться, ты талантлива и быстро учишься новому, и это не только кулинарии касается. — Они ведь могут и из-за внешнего вида сразу послать куда подальше. Кому нужен работник с «партаками» на роже? — Так, прекрати, — остановилась Андрющенко и притянула девушку за руку, разворачивая лицом к себе. — Если они из-за своей зашоренности потеряют такого перспективного работника — им же хуже. На них свет клином не сошёлся. И между прочим, у тебя прекрасное лицо с идеальным профилем, татуировки его ничуть не портят. — Я так люблю тебя, — Виолетта закинула руки за шею Лизы и привстала на цыпочки, дотрагиваясь своим носом до её. — А я тебя сильнее, — Индиго, обхватив девушку за талию, прижала к себе и поцеловала в губы со всей нежностью, на какую способна. Ласковый поцелуй плавно перетёк в страстный, увлечённая Малышенко отпрянула от губ и прикусила кожу на шее Лизы. — Стоп, не забывайся, мы же на улице, — слегка отодвинула её Андрющенко, словно преступник глядя по сторонам. — Тем более в нашем районе. Тут недолго и пиздюли получить. — Когда-нибудь я увезу тебя в другую страну, — взяв Лизу за ладонь, Вилка повела её в сторону дома. — И будем мы там не только свободными гражданами, но и полноценной ячейкой общества, не то что здесь. — Я бы не сказала, что сильно ущемлена в правах в России из-за ориентации, — задумчиво произнесла брюнетка, размеренно шагая рядом. — Серьёзно? — кинула на неё удивлённый взгляд Ви. — Ну-ка давай я тебе объясню все преимущества. И началась долгая лекция от Виолетты Игоревны с кучей аргументов, почему в европейских странах им было бы лучше. Андрющенко не являлась ни патриотом, ни ненавистником России. Чисто теоретически, ей было бы интересно попробовать пожить в другом государстве, с более современными ценностями и совершенно иным менталитетом. Но в то же время перемены и сложности, без которых не обойтись, её пугали. В том числе незнание языка, конечно же. Но Малышенко уверенно заявила, что уж с этим поможет.