Синяки и горящие задницы

             — Не трогайте Эрена, а то…              — А то что, Аккерман? Ты ни на что не способная соплячка, даже с такой силой, — насмехается мужчина, резко встряхивая Йегера еще раз, чтобы не смел отключаться. Он еще не закончил. — Перестань наконец вести себя как идиотка! Этот кусок мяса чуть не убил те… — Леви задыхается от удара в живот, которым эта сумасшедшая дура с горящим от ненависти взглядом награждает его. Что ж, он заслужил. Однако она снова нарывалась на серьезный разговор, на этот раз — без убогих свидетелей.              Ах да, Йегер. Аккерман каким-то чудом умудрилась выхватить тяжелую тушу парня и теперь надменно возвышалась над капитаном, со всей своей девчачьей наивностью думая, что победила его и теперь может так нагло задирать нос.              Наверное, нужно было её разочаровать. Избить любовь всей её жизни, а после выбить дурь из нее самой. Надо. И Леви хотел… Жаль, что какая-то его жалкая часть отказывалась участвовать в этой постановке. Господи, за что ему это? Разве стольких смертей недостаточно для того, чтобы он перестал чувствовать?              Это мешает.              Аккерман перестает скалиться, когда понимает, что он не собирается отнимать её игрушку. Даже расстраивается немного. Странная она. А может, просто мазохистка — не зря же так опекает своего братика, которому она как женщина совершенно не интересна.              Лучше бы оторвалась от созерцания этой тощей задницы и обратила внимание на более достойного кандидата. Кого? Леви задумался. Микаса не особо ладила с ребятами своего возраста, на новичков смотрела как на кусок дерьма, откровенно зазнаваясь, а старшим постоянно перечила. Ну, ему. К Смиту и Зое она относилась с уважением, чем еще больше бесила. Отвратительная девка.              Видите ли, он для нее не авторитет. А кто тогда? Она слишком высокого о себе мнения. Все-таки надо было в их первую встречу сразу поставить её на место, а не потакать, откликаясь на её просьбы не бить Йегера. Без необходимости — кажется, такого компромисса они достигли, но она его нарушила. Их временное перемирие кончилось, когда Микаса пренебрегла его приказом оставаться на месте. Блять, вот надо ей было тащиться в пекло за Йегером!              — Я пойду. Эрену нужно отдохнуть…              Нет, он не предоставит ей такого идеального шанса. Ему тоже нужно отдохнуть — выплеснуть куда-то накопившуюся энергию… На кого-то?              — Стоять.              Она с опаской оглядывается на него, хмуро склоняя голову. Понимает, дура, что натворила. Раскаивается ли?              «Вряд ли», — ухмыляется про себя Леви. Он бы разочаровался в ней, если бы Аккерман так легко сдалась. В Разведкорпусе дни тянулись как один, за исключением вылазок за Стену, после которых он напивался в своем кабинете так, что вообще терял счет проведенным в заточении часам. Зачем жить, размышлял он в пьяном угаре, если все люди вокруг тебя умирают? Ради кого — или чего?.. Цели у него не было. Наверное, поэтому Леви так завидовал Йегеру. У парня была мечта. Мечта, которая придавала его жизни смысл.              — Отведи его к медикам и возвращайся. Устроим спарринг, — он не предлагал: ясное дело, откажется, если поставить вопрос ребром. Гораздо более заманчиво сторожить Йегера. Охранять его сон… тьфу, что может быть отвратительнее этих романтических слюней. Особенно от нее. Аккерман заслуживает большего. Она может добиться — Леви знал.              — Я буду через десять минут, — сверкнула глазами Микаса. Он только кивнул, скрывая предвкушение от предстоящей бойни. До первой крови?.. В любом случае, завтра они оба будут в синяках…              

***

      — Он снова смотрит! — Саша хихикает, тыча раскрасневшуюся Аккерман в бок.              — Могу поспорить, он просто хочет задушить меня после того, как я опять чуть не испортила нашу миссию из-за моего помешательства на Эрене…              Армин хмурится, участливо ловя её расстроенный взгляд:              — Не вини себя. Капитан, наверное, волнуется за твое состояние…              — Если он так переживает, пусть не выбирает меня в качестве противника на тренировках! — вспыхивает Микаса, как вдруг на её плечи покровительственно падает тяжелая мужская рука:              — Что, сидеть больно, Аккерман?              Ребята непонимающе переводят взгляды с его руки на её потемневшее от злости лицо. Микаса не находит, что ответить. Зачем он выдает их?.. Чтобы унизить её? Она никому не сказала об их вчерашней внештатной драке, не желая признавать вслух свое поражение. Наутро всё тело ломило так, что идти на завтрак было её последним желанием. К сожалению, Саша слишком обожала еду, а Микаса не умела отказывать людям, так что она вылезла из-под одеяла и попыталась привести себя в порядок, стараясь не обращать внимания на синяки.              Не дождавшись от нее вразумительного ответа на свое оскорбление, Аккерман наконец отвалил. Она тоже не собиралась оставаться здесь, слишком много глаз смотрели на нее с явным интересом. Армин подбадривающе улыбнулся, но Микаса лишь закатила глаза, поблагодарив друзей за компанию, и, оставив полный еды поднос благодарной Блаус, трусливо сбежала. Ей срочно нужно на воздух!              Но карма в который раз её подвела: Леви Аккерман собственной персоной наводил круги по тренировочному полигону. Микасе стало даже интересно, что такого она сделала в прошлой жизни, что судьба решила повернуться к ней спиной.              Как будто нарочно капитан тоже отвернулся от нее, вытерев капли пота со лба. Какой уже круг он наматывал, когда решил остановиться и отдохнуть? Микаса восхищенно вздохнула, забывая, что еще минуту назад кляла своего начальника и ненавидела себя за слабость быть избитой таким, как он.              Бесстрастным, равнодушным, презрительным и напыщенным ублюдком. «И, черт подери, сексуальным», — добавила к своему списку Микаса, чувствуя, как текут слюни от одного его вида.              Видимо, он заметил её заинтересованный — мягко сказать — взгляд, потому что ухмыльнулся ей понимающе, раздевшись до пояса. О. Нет. Капитан флиртует с ней? Ей не мерещится? Может, вчера она стукнулась головой во время их жесткого спарринга?              — Вам же холодно, зачем так рисоваться? — пробурчала Микаса, утыкаясь мерзнущим носом в шарф: столовая заметно опустела, и на улице теперь было слишком много народа, а конкретно — девушек, чересчур громко вздыхающих по мужчине перед ней.       — Не переживай, я закаленный.              Как будто желая ей доказать собственную непобедимость, он — старый дурак — решил, вероятно, рвануть следующий круг, однако Микаса оказалась быстрее. «И умнее», — похвалила себя девушка, когда успешно захватила цель вовремя снятым со своей шеи шарфом.              — Попались! — она рванула ткань на себя, и Леви, не рассчитав равновесия, завалился назад, приземлившись на пятую точку. Микаса истерично захихикала. Естественно, она не собиралась ловить его в кольцо своих рук — это было бы слишком ванильно.              Однако месть оказалась слаще известной пряности.              — Жаль, что вы не сняли штаны — так бы ваша задница примерзла ко льду и я смогла бы наслаждаться более интересным видом… — поделилась своим наблюдением Аккерман, но Леви, к огромному её стыду, не терял самообладания даже лежа у её ног:              — Видом моего члена, ты это хочешь сказать?              Микаса, вспыхнув, зарылась в шарф по самую макушку. Он же не видел её красных щек, правда?!              Бог с ней, с этой задницей! Лучше бы его язык к чему-то примерз, честное слово.