Красивая кукла

Кира проснулась утром раздражённая и с чешущимся носом, типичные ощущения после кокаина. На полу лежал стек, который был приготовлен для сегодняшнего дня. Девушка умеет бить больно им, а точнее хлестать, как бешеная, но сначала надо привести себя в порядок. Покурив, чтобы не беситься от каждого лёгкого шума за окном, она пошла готовить себе еду. Варит курицу, потому что привыкла сидеть на правильном питании, это осталось у неё от прошлой жизни, но сейчас это бессмысленно, ведь она употребляет половину таблицы Менделеева. После того как спокойно поела, она хлопнула себя по лбу и на всю кухню было прозвучало: — Блять! Лиза не кормлена уже сколько времени, в таком темпе она у неё будет отрубаться из-за голода от пощёчин. Кира налила бульон, что остался от курицы в бутылку и пошла в подвал. — Я реально забыла тебе кляп засунуть ночью? — Кира задала риторический вопрос, приподняв бровь, и посмотрела на девушку, что смотрела в одну точку. Лиза даже не подняла глаз, взгляд был настолько пустой, будто сидит живой покойник. — Я тебе похлебать принесла. Даже головой не повернула. Кира начала щёлкать перед её лицом пальцами, никакой реакции. Потрясла за плечо и опять нет эмоций. — Эй, блять! Ты чё?! Пощёчина. Лиза повернула не сильно голову, когда удар обжёг щеку, но не издала ни звука. — Сука, ты издеваешься надо мной?! — опять вопрос без ответа. Кира психанула и вышла, хлопнув дверью. А по больной щеке Лизы прошла слеза. Она сломалась настолько, что не могла сказать и слова. Ведь после того, что с ней сделала ночью Кира, хотелось просто умереть, чтобы больше не чувствовать ту боль, что давит на грудь. А ведь ещё девушка прекрасно понимает, что с ней это сделают ещё, а может что-то пострашнее, просто потому что могут. Любые извращения, что хранятся в самых потаенных уголках больного сознания Киры, с лёгкостью могут воплотиться в жизнь при использовании бедной Лизы. Раньше Андрющенко очень боялась смерти, ведь работа на кладбище показала ей, что смерть постигает людей часто неожиданно, а приведение в порядок могил молодых девушек усиливало фобию, но теперь окончание её жизни стало бы большим подарком. Кира тем временем курила, чтобы успокоиться, листая ленту в телефоне. В глаза попалось объявление о пропаже какой-то бабушки в областной деревеньке, такое часто случается, потому что старики заблуждаются в лесу, когда уходят туда за ягодами или грибами, но эта новость заставила блондинку ввести в поисковике «Пропала девушка Нижний Новгород». За промежуток времени, пока Лиза находится у Киры, новых объявлений не появилось, Андрющенко просто не ищут. — Хуйня какая-то. — буркнула Кира, затушив сигарету. Вообще, блондинка не переживает о том, что Лизу будут искать, даже если и полицейские выйдут на Киру, им же будет хуже намного, однако, должна же быть у Андрющенко мама, бабушка, кто-нибудь ещё из родственников, ну или хотя бы просто подружка, которая заволнуется, что та не выходит на связь. Кира быстро зашла в дом и поднялась к себе в комнату. Когда Лизу привезли к ней, у той была поясная сумка, в которой были вещи, в том числе и телефон. Телефон под паролем, но видно пропущенные на экране. — Какого хуя?! — Кира разозлилась, увидев, кто звонил. Это был только один человек, который подписан, как «менеджер Вика». Та самая подчиненная Киры, что учила Лизу работать и искала кандидатку на работе по описанию. Звонила она ей 8 раз за эти дни, в которые хозяйка телефона сидела на цепи. Значит, сегодня вечером Кира появиться у себя в баре. *** Вика переживала, когда в один из дней Лиза резко перестала выходить на работу. Менеджер нашла её страничку в соцсети и видела, что она онлайн, значит Кира с ней ничего не сделала, что успокоило, а потом Лиза перестала заходить и туда. Беспокойство за миловидную девочку, которую усердно искала начальница, а потом притащила сама, усилилось. Её было очень жалко, потому что она совсем как ребёнок, такая добродушная и наивная, такие люди должны не должны в жизни пересекаться с Кирой. Девушка звонила Лизе, всё надеясь после гудков услышать «алло», но такого не было. Хотелось надеяться, что всё хорошо с ней, да не получалось. Кира зашла в бар вечером, когда Вика была на работе. Лицо блондинки было как всегда хладнокровным, однако взгляд на менеджера был тяжёлый, заставляя отвернуться. Вика отошла на перекур и ещё раз набрала Лизу. Кира, которая сидела в своём кабинете, с ухмылкой сбросила звонок. Холодок прошёлся по спине девушки, которая держала дрожащими руками телефон, это в первый раз, когда гудки не дошли до конца. Вышла молоденькая официантка и невинно сказала: — Вика, тебя Кира Андреевна вызывает к себе. Тошнота подступила к горлу, все опасения оправдались, но вечно бояться Киру нельзя, она такой же человек, как и все, просто считает, что может всё. Вика докурила и уверенно пошла в кабинет. — О чём хотели поговорить, Кира Андреевна? — Вика встала напротив Киры, которая стояла у стола, опираясь на него. — Да так, ни о чём, как дела? — прокуренный голос был спокоен. — Нормально, это всё о чём вы хотели поговорить? — Может хочешь что-то спросить? — Кира выпрямилась, смотря прямо в глаза менеджеру. Молчание около минуты, в ожидании, кто первый начнёт эту тему, обе понимали всё, но открыто говорить Вика не может, в отличии от Киры. — Меньше лезь не в свои дела. — прервала тишину Кира. — Что с ней? — Вика пыталась спросить это уверенно, но голос предательски задрожал. — Ебать тебя не должно. — Кира опустила глаза, рассматривая ноги девушки, которые слегка дрожали. — Я обращусь в полицию. — Вика прекрасно знала, что Кира этого не боится, это вырвалось непроизвольно. Смех, который заставил внутри Вики всё сжаться. Сколько бы не пыталась быть смелой, а боялась её до ужаса. Кира резко схватила девушку за шею и прошипела ей в лицо: — Повторяю ещё раз: не лезь не в своё дело. Забыла, как я подобрала тебя с трассы и дала тебе шанс жить заново? Помни, сука, кому ты обязана и молчи, иначе вернёшься сосать хуи за копейки. Вика помнила это, такое никогда не забудешь. Её снял парень, пока вёз обещал накормить и быть нежным, в итоге она оказалась на каком-то поле за городом, а там их ждали ещё 7 мужчин. Дальше всё, как в тумане, в себя она пришла уже где-то около дороги голая и еле живая. Она ползла, в прямом смысле этого слова, до дороги. А Кира ехала домой и увидела в свете фар что-то движущееся. Так и познакомились. — Не надо меня этим попрекать. — ответила Вика, уводя взгляд. — Какие мы смелые. Иди отсюда. Вика ушла, понимая, что заработала себе огромные проблемы, Кира просто так посягательства в её дела не оставляет. *** Когда Кира вернулась домой, она зашла проведать Лизу. Там была та же картина, поэтому трогать её не хотелось от слова совсем. И с утра тоже самое. Лиза стала словно робот, который завис. — Я ухожу по делам, зайду поздно. — говорила девушка, стеля чистую пелёнку. Тишина. Уже вторые сутки идут, как она молчит, а Кире нужны чужие эмоции. — Может тебе что-нибудь принести? — попытка привлечь внимание сменой гнева на милость тоже не увенчалась успехом. Была мысль хорошенько её избить, но Кира поняла, что это только ухудшит положение. — Ты даже не пьёшь. — Кира села на корточки перед девушкой. Кира не знает, что чувствует от происходящего. Беспокойство? Навряд ли. Бессилие? Скорее всего. Она пытается получить то, что сама не в состоянии добыть. — Скажи хотя бы слово. Ждала минут десять, пока на неё даже не смотрели. Теперь нужно привыкать к тому, что её кукла безмолвна. *** Если бы Лиза знала, что её ждёт, то она наслаждалась бы каждой секундой на свободе. Сейчас ей хотелось пройтись по улице после дождя, а до этого она много вспоминала, как тяжело переносила зиму, потому что много болела, тогда это казалось чем-то невыносимым, но воспоминания о том, как она дома лежала под пледом с чашкой чая, шмыгая носом, кажутся лучшими, ведь тогда никто не мог придти, сорвать плед, раздвинуть ноги и начать пихать в девушку, что вздумается. А ещё Андрющенко пытается не спать, потому что ей снится это, но веки тяжелеют, поэтому приходится держаться из всех своих сил, что получается плохо. Но бодрость придал скрип двери, а вслед за ним неожиданно мужской голос. — Аккуратнее, блять. — сказал мужчина со шрамом на лице Кире, которая шла сзади. У мужчины на руках связанная девушка, которая находится без сознания, она выглядит очень знакомой, поэтому Лиза начала пытаться вглядеться в её лицо. — Вот сюда. — блондинка указала на пол у стены напротив Лизы. — Короче, как и просила, накачал её, она долго ещё в таком состоянии будет. — уложив девушку, сказал мужчина. — Она от передоза не откинется? — Кира слегка пнула девушку и та издала что-то наподобие стона через заклеенный рот. — Ты издеваешься? Я профи в этом деле. — Хуёфи. — буркнула Кира. Лиза смогла рассмотреть лицо несчастной и ужас надавил на грудь, ведь это Вика. Кира решила убить двух зайцев сразу: и убрать девчонку, что собралась мешаться под ногами, и заработать. — Кипр? — мужчина повернул голову на блондинку. — В Турции дороже возьмут, у них светлые славянки в почёте. — Слушай, а это, можно я, так сказать, опробую товар? — мужчина ухмыльнулся и приблизился к Кире. — Ты охуел? — девушка нахмурила брови. — Да ладно тебе, жалко что ли? — На тридцать тысяч меньше получишь. — В сравнении сколько нам принесёт эта кобылка, это просто копейки. — Ну тогда делай, что хочешь. — Что? Прям при этой? — шрамированный указал пальцем на Лизу. — Она уже всё, не реагирует. — Быстро ты довёла её, ведьма. — Не выебывайся и делай уже своё дело. И только попробуй тронуть и пальцем её, хуй оторву и в глотку тебе запихаю. — Кира матнула головой в сторону Лизы. Мужчина расстегнул ширинку, а Кира развернулась, думая уходить. Лизе становится ещё хуже, сейчас на её глазах будут насиловать человека, который к ней отнёсся хорошо, когда это было нужно. Сердце бьётся так бешено, когда этот ублюдок переворачивает Вику на бок и собирается спускать бельё. Лиза не хочет видеть, как с другим человеком будут делать то, что делали с ней, это кошмар, который, кажется, нельзя остановить. Мозг заставляет вспоминать тот вечер, пока в поле зрения начинается эта мерзость. Она не выдерживает. Дикий крик заставил мужчину отпрыгнуть от девушки, а Кира, которая уже хотела открывать дверь, чтобы выходить, быстро спустилась обратно. — Быстро вышел отсюда. — скомандовала блондинка и мужчина послушался. Лиза не перестаёт кричать, Кира, которая в глубине души рада, что девушка «очнулась», пытается её успокоить, ну а точнее заткнуть. Пощёчина не помогла, затыкать рот рукой тоже, о кляпе, который лежит рядом, блондинка забыла напрочь, потому что ор сильно давил на мозги. Но резкое воспоминание, как в детстве бабушка успокаивала девочку, когда та громко плакала, заставило Киру, которая находилась в лёгкой растерянности пойти на этот шаг. Лизу схватили за голову и прижали к груди, гладя по спине. От неожиданности брюнетка замолчала, уткнувшись в ткань чёрной водолазки, от которой пахло дорогим мужским одеколоном, периодически подрагивая. Вырываться из рук не хотелось, ещё и гладят по спине так нежно, так в детстве Лизу успокаивала мама. Вспомнив об этом, слёзы полились ещё сильнее. Плач был бесшумный, но Кира чувствовала, что мокрое пятно на ткани становится больше, поэтому прижала крепче и начала тихонько говорить: — Тише, тише, моя девочка. — говорила Кира, смотря на кляп, в голове она материла саму себя. Лиза просидела так минут десять, пока не пришла в норму окончательно, когда брюнетка отодвинулась, они посмотрели друг другу в глаза. Обе не ожидали этого, но вот взгляд блондинка был максимально спокоен, а вот вторая глядела со стыдом. Стыд за саму себя, что поддалась, а не вырвалась из рук, тем самым окончательно унизив себя, хотя до этого казалось, что сильнее некуда. Кира взяла девушку за плечи и положила на бок лицом к спине. — Утром её уже не будет. — блондинка накрыла девушку пледом, а потом погладила по голове. Блондинка вышла, оставив девушку лежать в ужасе и непонимании. Сон, как рукой сняло, к тому же звуки, которая издавала накаченная дрянью Вика, давили. Но как же тепло было в руках Киры, Лиза давно не получала хоть какую-то ласку. Поняв, что мысли идут в неправильное русло, ведь этот человек буквально украл её, чтобы насиловать, когда захочет, было решено немного подремать, надеясь, что ей не приснится что-то связанное с похитительницей. — Завтра с утра приедешь. — сказала Кире мужчине. — Так понимаю, мне сегодня не светит? — Правильно понимаешь. — Кира была вся в своих мыслях. Что-то приятное в этом было, чувствовалась власть, когда Андрющенко, как запуганный ребёнок, уткнулась в неё, она даже не сопротивлялась, значит тактика понятна: её надо ломать под себя, делая вид, что пытаешься заботиться, привязать, как собаку.