Do you want fries with that?

Из дешёвых динамиков громкоговорителя доносится низкий голос: — Добро пожаловать в Марию. Могу я принять ваш заказ? — В моей спальне прямо сейчас проходит распродажа одежды: всё со стопроцентной скидкой. Твоя задница будет отлично смотреться в моих штанах, — на другом конце провода повисает тишина, и на мгновение я думаю, что, возможно, он решил, что я не стою его ответа. Не скрою, я буду немного разочарован, если это так, учитывая, что я действительно приложил много усилий. И под ними я имею в виду, что потратил целых две минуты, просматривая интернет в поисках подходящего подката. Наконец, на динамике загорается красная лампочка, свидетельствующая о том, что устройство включается. — Честно говоря, ты меня удивил, Йегер. Я думал, что хуже быть не может, но вот ты здесь, — я на девяносто девять процентов уверен, что это не комплимент, и мне стоит уехать, пока есть такая возможность, чтобы избавиться от дальнейшего позора. Но, опять же, я твержу об этом в течение последних двух месяцев. Моя мама настолько поражена моим упрямством, что однажды сказала мне, что не удивится, если я начну издавать звуки подобно ослу. Но что я могу сказать в своё оправдание? — и это даже не имеет никакого смысла, — и если есть один вопрос, на который мне бы хотелось получить ответ перед смертью, то это не «в чём смысл жизни?». Нет, это даже не «есть ли бог на самом деле?». А как Леви до сих пор не уволили, — ты даже не можешь видеть мою задницу, поганец, — нет, вычеркните это. «Как, блять, меня заинтересовал этот подонок?». Собрав всю смелость, что я приберёг для этой встречи, я начинаю: — А вот в этом ты ошибаешься, потому что я смотрел на твою задницу, — услышав эти слова вслух, я понимаю, насколько странно они звучат. Чёрт возьми. В голове они звучали определённо не так жутко. Мои глаза распахиваются, пока я смотрю в безликую неоновую вывеску с меню забегаловки, — э-ээ... в смысле, я видел, но не пялился на твою задницу. Это вышло случайно, — если у боженьки есть милосердие, то пусть дарует мне быструю и безболезненную смерть, о которой я сейчас молю. Я могу только представить невозмутимое выражение лица Леви, когда он произносит: — Ты странный маленький дурень, знаешь это? — не понимаю, риторический ли это вопрос. В любом случае, я уверен, что этот человек не ждёт от меня ответа. Я слышу громкий вздох, доносящийся из динамиков, — слушай, из-за тебя очередь увеличивается. И это рабство, которое я зову работой, не приносит достаточно денег, чтобы я имел с тобой дело, — мельком глянув в зеркало дальнего вида, я замечаю, что Леви прав; я задерживаю движение. Разочарованный стон вырывается из моей груди, когда я готовлюсь сделать заказ: — Я буду... — Двойной чизбургер, маринованные огурцы оставить, порцию соуса добавить, — Иисусе, не знаю, радоваться мне или огорчаться, что этот придурок знает мой заказ наизусть. Вероятно, ни то, ни другое, если брать во внимание моё регулярное появление здесь. Он делает ещё один вдох, и я уже знаю, каким будет следующий вопрос. Для нас это стало игрой... окей, для меня точно. Леви, судя по всему, просто какой-то ненормальный социопат, в которого я, к своему неудовольствию, втрескался по уши. Каждый раз, когда я приезжаю, он задаёт один и тот же вопрос, ответ на который никогда не меняется, — добавить ли картофель фри к заказу? Этот подонок знает, что я ненавижу картошку, из-за чего я, по-видимому, «совершенно бесчеловечный». Его слова, не мои. Может, мне стоит это изменить. Я уже успел удивить Леви сегодня, так что с ним сделает очередное потрясение? Я бормочу себе под нос, но достаточно громко, чтобы быть услышанным: — Да, я хочу твой картофель фри. — Подойди к грёбаному окну, дурень, — из динамиков доносится тяжёлый вздох.

***

— Если будешь продолжать в том же духе, то растолстеешь, — Леви смотрит на меня через окно, удобно опираясь локтями на открытую раму. — Такого не случится, у меня высокий уровень эндорфинов или как их там, — его губы кривятся в брезгливой усмешке, когда он смотрит, как я пытаюсь пробормотать слова с набитым чизбургером ртом. Чёрт, я никогда не говорил, что я очарователен. Просто заинтересован. Леви ухмыляется, закатывая свои серебристые глаза. — Это называется метаболизм, тупица, — он снимает фирменную фуражку Марии и проводит по своим тёмным блестящим волосам, прогоняя, как я только могу предположить, разочарование, — и какого хера ты всё ещё здесь? Это драйв-ин, а не ресторан. — Думаю, настоящий вопрос в том, почему ты всё ещё здесь? — я пытаюсь пошевелить бровями как можно более многозначительно, пытаясь вызвать у него хоть что-то, кроме выражения безразличия. Свинцовые глаза темнеют, а брови хмурятся сильнее, чем я думал, что он способен. Отмена, отмена. Ёбтвоюматушку, прервать спецоперацию. — Это моя работа, если ты не понял. Клянусь, ты ни за что не получил свой грёбаный аттестат зрелости, — полагаю, мне следует обидеться на это, но, с другой стороны, я заслужил такое отношение своим поведением «невыносимого дурня». Опять же, это его слова, не мои. Раздражённый сигнал автомобильного клаксона вырывает меня из нашей дружеской беседы, на что Леви закатывает глаза, когда видит бордовый минивэн на экране напротив. Откашлявшись, он включает микрофон, — добро пожаловать в Марию. Могу я принять ваш заказ? — писклявый голос передаётся через динамик, надиктовывая позиции меню, а на фоне слышатся крики детей. Леви поворачивается ко мне и, нахмурившись, говорит, — если ты не хочешь, чтобы мамаша подрастающих звёзд футбола надрала тебе зад, то советую поторопиться, — когда я мельком вижу женщину с выпученными глазами, подъезжающую на минивэне позади меня, то решаю, что это один из лучших советов, что давал мне Леви. — И забери свой чек, поганец, — в глазах искрит, когда мои пальцы касаются его, чтобы забрать белый кусок бумаги. Краска заливает мои скулы, а я быстро киваю ему на прощание. Возможно, это было просто моё воображение, но, клянусь, я видел, как приподнялись уголки его губ, когда я начал отъезжать. Я верчу квиток в руке, погружённый в воспоминания об ощущении, которое в моём теле вызвало прикосновение к Леви. Чёрт, это так глупо, да? Так сходить с ума из-за какого-то мимолётного касания. Можно подумать, что я, блять, девственник... о, подождите, так оно и есть. Я опускаю взгляд на чек, плавно перетекающий между пальцами, обычно предпочитая экономить бумагу; потому что я «очевидно и так в курсе, сколько трачу». Думаю, ему просто нравится вести себя как мудак, однако это просто тщательно сформулированное наблюдение. Моё внимание привлекает просвечивающая небрежная тёмная строчка. Я переворачиваю его и... Ёбушки-воробушки. Леви дал мне свой номер. Леви дал мне свой номер. Спецоперация продолжается, это не учебная тревога.

***

Как люди обычно начинают этот разговор? Э-ээ, ты действительно горячая штучка. Пересечёмся как-нибудь? М-да, почему-то я сомневаюсь, что Леви понравилось бы подобное предложение. Чёрт, я сомневаюсь, что Леви вообще понравилось, если ему сделали бы предложение. Я смотрю на экран телефона, проигрывая в голове миллион сценариев, которые могут свернуть не туда. Может быть, стоит написать одну из тех глупых фразочек, что я вычитал? В конце концов, они не так уж и плохи, раз я получил его номер. Уверенность, Эрен. Да, я должен прислушаться к внутреннему голосу и просто собраться с духом. Я просматриваю свои контакты, пока не нахожу нужный. Привлекательный подонок. Ах, победа, победа вместо обеда. Улыбка расползается по моему лицу, когда я решаю пофантазировать, как Леви записал меня. Улыбку тут же сменяет гримаса, потому что в голове всплывает нечто унизительное, вроде «дурня» или «маленького поганца», хотя я на тысячу процентов уверен, что маленький здесь не я. Но подождите. У него же нет моего номера, точно. Потому что я так и не осмелился написать ему. Перестань трусить, поганец. Стоп, с каких это пор моя совесть стала копировать потрясающую личность Леви? Похоже, это какая-то фигня с предчувствием, во что превратится моя жизнь, если Леви станет появляться в ней на постоянной основе. Что ж, к чёрту совесть, потому что я согласен только на настоящую сделку. Когда я смотрю на яркий экран, то не могу избавиться от нервозности, которая скручивает в узел мой желудок. Честно говоря, никогда не думал, что мой телефон сможет привести меня в ужас; пальцы буквально дрожат из-за моего состояния. Боги, как же это нелепо. Интересно, что сказали бы мои друзья, если бы увидели, как я переживаю сейчас. Ничего хорошего, так ведь, Эрен? И, знаете что? Нахуй это. [Отправлено в 19:26] эм приветули Я нажимаю клавишу отправки, прежде чем успеваю передумать. Как называется это чувство после того, как вы сделали что-то совершенно глупое? Сожаление? Да, это именно то слово, которое я искал. Потому что, чёрт возьми, это было последним, что я мог бы отправить. Широко раскрытыми глазами смотрю на включённый экран, каким-то образом надеясь развить способность удалять сообщения из киберпространства. Это глупо. Я глупый. Грёбаное текстовое сообщение. Это ещё не конец св... [Отправлено в 19:31] Кто это? Моё сердце подпрыгивает в груди, когда сообщение высвечивается на телефоне. Честно говоря, я не обдумывал дальнейшие действия, поэтому немного сбит с толку тем, как мне следует вести нормальный разговор с этим человеком. Я не хочу показаться слишком нетерпеливым, но и не хочу казаться незаинтересованным. Чёрт, почему текстовые сообщения такие сложные? Подождите. Это поражает меня, как грёбаный скоростной поезд, и внезапно мне становится не так стыдно за то, что я читал подростковые журналы для девочек Микасы. Это же относится к интернет-этикету или как там его — заставить другого человека ждать ответа столько же, сколько вам пришлось? Да, я точно помню, что читал это перед советами не использовать стрёмные подмигивающие смайлы, только если вы не хотите перепихнуться... что делало каждое сообщение от моей мамы суперстранным. Я как-то пытался ей объяснить ей это, но, конечно, она продолжала спамить проклятыми смайликами. И ещё удивляется ведь, в кого я такой упрямый. Итак, я собираюсь сидеть здесь и пялиться на дурацкое сообщение в течение пяти минут. А потом напишу ответ. И Армин ещё говорит мне, что мои идеи тупые. Как скажешь, кокосоголовый. Экран снова подсвечивается, прежде чем я успеваю сосредоточиться на победе в челлендже «как заставить свою пассию ревновать». Спасибо тебе, «ELLE girl». [Отправлено в 19:33] Подожди, я знаю только одного человека, который писал бы как грёбаный карапуз. Это Эрен Йегер, да? Ладно, к чёрту все, что я читал в этих дурацких журналах для подростков. Во всяком случае, ни одна из статей с советами из них не помогла смягчить мою кожу лица. Прищурив глаза, я совершенно забываю, что мне нравится этот придурок и, вероятно, мне следует пытаться продолжать подкатывать и в инете. [Отправлено в 19:34] я не переписываюсь, как карапуз, уёбок [Отправлено в 19:34] и да это точно Эрен Йегер птмшт у тебя не так много друзей, которые писали бы тебе учитывая твой ахуенный характер [Отправлено в 19:35] уёбок Ну что за придурок! Надеюсь, его это задело… о, подождите, нет... чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт. В такие моменты я испытываю максимальное отвращение к этой своей способности мозга действовать, прежде чем принимать во внимание возможные последствия. Ну почему я позволил раздражению вырваться наружу и в этот раз? Меня передёргивает, когда я снова перечитываю отправленное. К моему удивлению, мне приходит ответ. [Отправлено в 19:40] Приятно видеть, что ты всё тот же маленький дурень, что мешает мне на рабочем месте. [Отправлено в 19:41] & ты прав. Ты не переписываешься, как карапуз. Скорее как умственно отсталый тираннозавр рекс. По какой-то причине сообщения не излучают яда, который, как я был уверен, с минуты на минуту отравит меня через экран шрифтом 10 пт. Это звучит забавно, даже дразняще. Но, может быть, я всё это неправильно понял. Может быть, Леви втайне сожалеет, что вообще дал мне свой номер, и прямо сейчас стоит в своём подвале и придумывает заклинание, чтобы стереть мою память. [Отправлено в 19:42] это личка а не розеттский камень я не обязан печатать правильно граматически [Отправлено в 19:42] & тебе должно быть всё равно птмшт ты мне дал свои цифры [Отправлено в 19:43] уёбок Разве кто-то однажды не сказал «будь самим собой» или что-то в этом роде? Да, будь собой. Так что я просто собираюсь быть совершенно немногословным умником, коим и являюсь, пока Леви не решит перестать быть подонком. Флирт не работает так, не так ли? [Отправлено в 19:46] *грамматически* Если только ты не считаешь «граматически» существующим словом. Тогда ты больший тупица, чем я думал. И это преодоление довольно большого препятствия, так, чтоб ты знал. [Отправлено в 19:47] И спасибо, что напомнил о себе. Однако я дал тебе свой номер не просто так, невоспитанный поганец. Причина… причина… чёрт, я хочу сказать, что Леви дал мне свой номер, потому что он так же заинтересован; но я не собираюсь стрелять себе в колено, если ошибаюсь. Честно говоря, какая ещё может быть причина? Если только этот человек не скрывает, что он мазохист, которому нравится, когда его бесит малолетка, только что закончивший старшую школу. Возможно. [Отправлено в 19:49] что ты имеешь в виду & если кто-то хам так это ты Мне даже не приходится ждать и тридцати секунд для ответа. [Отправлено в 19:49] Я беру свои слова обратно. Удали мой номер. Даже я не могу справиться с таким количеством идиотизма. Ладно, если он хочет быть мудаком, тогда... тогда ладно. Я удалю его грёбаный номер. Уверен, что в море есть рыба покрупнее или что-то в этом роде. Просматривая его имя в своих контактах, мой большой палец зависает над мусорной корзиной в правом нижнем углу. Телефон подсказывает мне "вы уверены, что хотели бы удалить этот контакт?" Ну да… почти. Как только мой большой палец успешно подтверждает удаление, я получаю сообщение с неизвестного номера. Блять. [Отправлено в 19:54] Ты действительно удалил мой номер, не так ли? Я прищуриваюсь, глядя на экран, надеясь, что каким-то образом моё раздражение материализуется в непосредственной близости от Леви. Иисусе, должен ли я вообще удостоить это ответом? Может быть, мне стоит хоть раз заставить Леви почувствовать себя неуютно в его собственной шкуре. Да, к чёрту этого саркастичного коротышку. Возможно, я не тот...… самый язвительный человек в его окружении, но я чертовски упрям. [Отправлено в 19:57] Твой мозг, вероятно, не осознал того факта, что я пошутил. [Отправлено в 19:59] И того, что я не был серьёзен. [Отправлено в 20:03] И того, что ответь мне, ты, маленький дурень. [Отправлено в 20:04] Я собираюсь плюнуть в твой чизбургер, когда ты приедешь в следующий раз, кстати говоря. Мои глаза расширяются, когда я перечитываю его последнее сообщение. К чему я отношусь серьёзно, так это к еде. Так что лучше не грози аппетитному централу, попивая сок у себя в квартале. Боги, я точно заработаю около миллиона долларов на шантаже, если отправлю этот скрин руководству Марии, которые они заплатят за моё молчание. В том смысле, что это ведь противозаконно — плевать людям в еду или люди просто делают вид, что этого не произошло? В любом случае, я чувствую, что это древнее пророчество или какая-то ещё чушь, в которой предписано, что у вас нет никакого морального права осквернять слюной чужие чизбургеры. [Отправлено в 20:05] ТЫ НЕ СДЕЛАЕШБ ЭТОГО! ЭТО ОСКВЕРНЕНИЕ ФАСТФУДА ДАЖЕ ПОХУЖЕ ЧЕМ КОГДА ТЫ ЗАСТАВИЛ МЕНЯ ПОДНЯТЬ БУРГЕР КОТОРЫЙ Я УРОНИЛ МИМО ОКНА И ЭТО УЖЕ БЫЛ ПИЗДЕЦ К ТВОЕМУ СВЕДЕНИЮ Но подождите одну грёбаную минуту. [Отправлено в 20:05] подожди ты же мистер чистюля ты бы не стал делать что-то настолько грязное.. не шути со мной дурак Я вздыхаю с облегчением, осознав, что Леви никогда бы не сделал ничего настолько порочного. По крайней мере, я не думаю, что он стал бы… он бы не стал. Тревога наполняет меня, когда я думаю о том, что больше никогда не вернусь в Марию. Чёрт, хотел бы я насладиться тем последним чизбургером вместо того, чтобы переживать из-за того, что Леви дал мне свой номер. Придурок играет в подлую игру. [Отправлено в 20:06] слушай, я оставлю тебя в покое, только не впутывай мои чизбургеры в этот пиздец Я скрещиваю пальцы в надежде, что, возможно, Леви согласится на компромисс и даст мне возможность беззаботно поедать бургеры без тревожной проверки каждой чёртовой булочки. [Отправлено в 20:09] Ты же не был серьёзен, да?  [Отправлено в 20:09] Для протокола, я не беру назад ни одного слова о том, что ты идиот. [Отправлено в 20:10.] Я не хочу, чтобы ты оставлял меня в покое. Что? Экран телефона снова светится. [Отправлено в 20:12] Иисусе, ты мне нравишься, дурень. Оу... оу. Мои щеки начинают гореть от улыбки, о которой я и не подозревал. Я нравлюсь Леви. Так и знал, что эти фразочки сработают. [Отправлено в 20:14] ну ты мне вроде как нравишься но я думаю ты и так в курсе Гладко, как попка младенца. Вот кто ты такой, Эрен Йегер. [Отправлено в 20:16] Так что же ты собираешься с этим делать? Честно говоря, я не должен был ожидать от Леви ничего другого. Он танцует вокруг факта нашей взаимной симпатии, словно кот, который боится воды, но видит рыбу в пруду. Что ж, придурок, я собираюсь бросить тебя в воду. [Отправлено в 20:17] ты мог бы быть джентльменом & мб позвать меня куда-нибудь Проходят минуты, и я начинаю думать, что, возможно, я спугнул кота. [Отправлено в 20:23] Ты маленький дурень. Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил это? Я практически могу видеть это выражение раздражения на его лице. [Отправлено в 20:24] Замечательно. Эрен, блять, Йегер, ты не хочешь выпить со мной чашку кофе? Думаю, мне бы хотелось получить более приятное приглашение на свидание от этого человека. Он не принц Чарминг, совсем нет; с другой стороны, я и не ждал чего-то другого. [Отправлено в 20:25] я подумаю....... раз ты так мило спросил [Отправлено в 20:25] Пошёл нахуй.

***

Последние пять минут я играюсь с обёрткой от соломки и теперь могу точно сказать, что каждый ютуб-туториал по оригами, который я видел, это полная туфта. Несколько туго свёрнутых шариков из белых обёрток лежат передо мной на столе, достаточно хорошо отвлекая меня от невозмутимого взгляда, который заставляет меня чувствовать себя не в своей тарелке. Звук деланного кашля вырывает меня из неловкого состояния избегания. Я поднимаю глаза, чтобы встретиться или с ним и... о чёрт. Хьюстон, у нас проблемы. — Так может ты хочешь рассказать мне, зачем притащил свою задницу сюда, если просто собираешься притворяться немым? — его пальцы непрерывно постукивают по столешнице, глаза ищут ответа на моём лице. Он выглядит рассерженным; и если уж на то пошло, это очень мягко сказано. Разъярён. Да, так-то лучше. Хорошо описывает подёргивание его бровей, блеск в его прищуренных глазах. Но знаете, что? Я никогда не претендовал на звание прекрасного партнёра для свидания. Чёрт, я никогда не претендовал даже на то, чтобы быть приемлемым партнёром. По правде говоря, я совсем не знаю, чего от меня ждут. Я никогда не был... в отношениях. И совсем не знаю, как люди ведут себя в них. Бросив смятую обертку от соломинки на стол, мои руки опускаются под стол. Я не должен избегать зрительного контакта, не так ли? Хорошо, я рискну. О, нет, нет, нет. Моя голова снова опускается, потому что знаю, что мои нервы ни за что не выдержат пристального взгляда святой инквизиции имени Леви. Я пытаюсь прочистить горло, но это получается крайне стрёмно и я закашливаюсь. Чтобы не выглядеть полным идиотом, я прикрываю рот руками в попытке убедить Леви в своей нормальности. Глянув на него краем глаза, я понимаю, что попытка провалилась с треском. Чёрт возьми, я знал, что мои актёрские способности отвратительны с тех пор, как провалил пробы в школьном театре. — Я просто... мне... — я стону, запуская пальцы в волосы, — я никогда не делал этого, ясно? И, чёрт возьми, я в курсе, что, скорее всего, побил все рекорды в твоём списке худших свиданий. Но ты мне действительно нравишься... даже несмотря на то, что ты придурок. Подожди! Нет, чёрт! Я имел в виду, что ты придурок, но ты очаровательный придурок... ладно, нет, ты просто придурок, — как же бессвязно я это всё говорю; но по прошлому опыту знаю, что как только я сажусь в вагон словесного поезда, авария — единственный способ, благодаря которому я смогу сойти. Грандиозная катастрофа с жертвами в виде моей совести и чувства собственного достоинства, которая заканчивается обычно обилием слёз и фразой «пошёл нахуй». Где-то под конец речи мои руки поднялись в воздух, яростно жестикулируя, — так что, если ты хочешь уйти, то я пойму. Я даже перестану приезжать в «Марию ... хотя бургеры там действительно лучшие. Я просто... — Эрен, — звук собственного имени заставляет мой поезд резко остановиться, но я всё ещё не уверен, что он не взорвётся, — заткнись нахуй, будь добр, — я смолкаю, терпеливо ожидая, когда Леви скажет мне, что я могу заплатить за свою чёртову еду и засунуть себе в задницу. Но этого не происходит. Во всяком случае, прежнее раздражённое выражение лица сменилось на странный удовлетворённый вид. Я принимаю его просьбу близко к сердцу, беспокойно ёрзая на месте, когда беру одну из булочек из нашей корзины. Он поднимает свой стакан с водой, делая паузу, прежде чем поднести его к губам, — это не худшее моё свидание, если тебе интересно. Моя рука с булочкой дрожит, и вскоре та падает на пол. Встречаясь с ним взглядом, я задаюсь вопросом, следует ли мне продолжать его блестяще сформулированному приказу. Ах, к чёрту это. Я никогда не был из тех, кто делит всё на черное и белое. — Вот же ж! Ты знаешь, когда выбрать подходящий момент, — не думаю, что это обязательно относится к моей оплошности, но уголки губ Леви приподнимаются в лёгкой ухмылке. — Наверное, ты прав. Так почему я здесь с тобой? Все мои прежние переживания развеялись будто по мановению палочки. — Потому что ты считаешь меня симпатичным. Кстати говоря, у тебя что, солнечные ожоги? Или ты всегда такой горячий? Леви пытается скрыть улыбку за поднесённой ко рту ладонью, но глаза выдают его. — Ты такой идиот, знаешь это? — я толкаю его ногу под столом. Ухмыляюсь, когда он переплетает наши лодыжки. — Ага, я знаю.

***

— Добро пожаловать в Марию. Могу я принять ваш заказ? — Я не очень религиозен, но когда увидел тебя, понял, что ты — ответ на все мои молитвы. Наступает пауза, прежде чем динамик хрипит: — Они не стали ни на процент лучше, дурень, — я смеюсь в устройство, совершенно не удивлённый реакцией Леви, — прошло почти два года. Можно было подумать, что у тебя появился хоть один приличный подкат к этому времени, — два года. Вау, неужели это было так давно? Не слишком ли банально впадать в сантименты? Моя грудь начинает трепетать при мысли о том, как я впервые проехал мимо только для того, чтобы быть очарованным этими серебристыми глазами. Боги, я становлюсь таким сентиментальным на старости лет. Снова обращаю снова внимание на громкоговоритель, точно зная, что ответить. — У меня есть достойный на этот раз, — практически вижу, как румянец окрашивает щёки Леви. Как бы ему не хотелось, чтобы все поверили, что его ничего не может смутить, я знаю, что любое упоминание о наших занятиях в спальне окрасит его лицо в красный цвет. На самом деле действительно странно, что это так его смущает, учитывая, что у него было никаких проблем, чтобы рассказать мне о своих походах в уборную. Со всеми подробностями. Дрожь пробегает у меня по спине при воспоминании о том последнем разе, когда он почувствовал необходимость обсудить процесс дефекации. Честно говоря, всё было бы не так плохо, если бы не тот факт, что мои, блять, родители ужинали с нами. И, подождите, нахуй-ка его. Мои пикап-фразочки стали лучше. — Я гарантирую, что у тебя больше не будет шанса испытать меня, если не поторопишься, чёрт тебя дери. У меня уже готов твой заказ, маленький поганец, — громкоговоритель отключается, и я знаю, что он не собирается больше отвечать на мои подколки. Вздыхая, я завожу машину, моя рука касается бархатной коробочки, расположенной на центральной панели. Я заворачиваю за угол «Марии», делая глубокий вдох, когда мои пальцы сжимают коробочку. Два года, верно? Чувствую, как уголки моих губ начинают приподниматься. Да, два года. Недовольное лицо встречает меня, на его щеках всё ещё виден слабый румянец. — Ты до сих пор маленький поганец, просто держу в курсе, — красноречив, как всегда. Проходит несколько секунд, прежде чем Леви поднимает тонкую бровь, очевидно, ожидая моего столь же красноречивого ответа. Но я ничего не говорю, с трудом подбирает слова в голове, — не знаю, чего ждёшь, но из-за этой улыбки ты выглядишь глупее, чем обычно, — моё сердце стучит так, будто я только что пробежал марафон, балансируя на грани истощения. Внезапно коробочка кажется такой тяжёлой в моих руках, неся в себе смысл моего существования на сегодняшний день. Мои пальцы машинально сжимаются вокруг неё, а я молча молюсь, чтобы мир не разрушился на моих глазах в следующие минуты. Два года, верно? Рука Леви скрылась за окном выдачи, отчего он выглядит более нахальным, чем обычно. Да, два года, — что, чёрт возьми, с тобой не так? Ты же знаешь, что я не могу отдать тебе твой заказ бесплатно, дурень. Мои глаза встречаются с его, и, чёрт возьми, он никогда не выглядел более красивым. Черные волосы, выглядывающие из-под логотипа Марии, затуманенные блестящие глаза, сужающиеся в подозрении, тонкие губы слегка приоткрыты, пальцы нетерпеливо постукивают по узкой талии. Может быть, серьёзность того, что я собираюсь сделать, заставляет его выглядеть таким сногсшибательным, потому что я уверен, он бы сказал, что забрызганная жиром футболка — не лучший его образ. Но дело не в этом, не так ли? Он великолепен, просто потому что он Леви. Потому что независимо от того, как он выглядел, я все равно думал бы, что он был самым великолепным существом во всей галактике. И, чёрт возьми, я думаю, что был прав насчет того, что стал излишне сентиментальным. Мой голос дрожит, когда я говорю ему: — Я.… я не знаю, сколько должен за заказ, — это вопиющая ложь; и, если судить по недовольному взгляду Леви, он видит меня насквозь. Смотрит на меня несколько секунд этим своим непреклонным взглядом. Если и есть что-то, что Леви получил в обмен на свой рост, так это способность к такому взгляду. Любой другой понял бы намёк и подыграл бы в этом спектакле, но я уже привык к этому. Даже если этот взгляд почти прожёг пару дыр во мне сейчас, — я говорю серьёзно. — Один доллар, двадцать два цента, — он говорит сквозь стиснутые зубы с невозмутимым видом, звуча так же бесстрастно, что кажется почти вынужденным. Я сглатываю, размышляя, действительно ли я хочу пройти через это. — Эм... могу я увидеть свой, кхм, чек? Похоже, ты об-бсчитал меня, — Леви ждёт что я возьму свои слова назад, скажу, что я шучу. Я провожу несколько секунд, ёрзая под его пронзительным взглядом, прежде чем он понимает, что я говорю серьёзно. Рука, которая до этого покоилась на его талии, теперь сжалась в кулак. Я всё меньше уверен в реалистичности своего плана и начинаю сомневаться; может быть, следует просто забыть об этом и попросить прощения? Нет, Эрен. Ты справишься. Я делаю глубокий вдох, с выдохом избавляясь от всей неуверенности, которую чувствовал. Пока Леви разбирался с кассовым аппаратом, с его губ успело сорваться множество ругательств. И, чёрт возьми, я даже не мог подумать, что половина этих слов может употребляться подобным образом. Дрожащими пальцами я открываю коробку. Солнечный свет отражается от предмета внутри, подчёркивая его яркий блеск. Я всё ещё дрожу, когда протягиваю руку, чтобы опереться на подоконник. Меня так и тянет спрятать его обратно внутрь. Что, если он не готов? Что, если он скажет «нет»? Что, если он… если он меня не любит? Два года, говорите? Моя рука перестает подрагивать. Да, два года. — Клянусь богом; я надеюсь, что ты подавишься этим грёбаным чизбургером, невыносимый п.… — бумажка выпала из его руки, теперь улетает, подхваченная ветром. Весь прежний гнев исчез с его лица, на его месте появилось выражение абсолютного шока. Мои глаза распахиваются, когда резкая боль сковывает грудь, и я начинаю переживать, что это было слишком рано. Ни за что. Я только что испортил наши отношения, не так ли? Дрожь возвращается с удвоенной силой; и вскоре я слышу, как коробочка начинает постукивать о металлическую оконную раму. Я пытаюсь произнести заветные слова, но мой голос теряется в тревожном предчувствии, которое решило поглотить любую надежду на то, что это не было ошибкой. Я опускаю взгляд, слишком пристыженный, чтобы признать, что я только что разрушил наши отношения своим рвением. Это так глупо. Так глупо. Всё это скоро закончится, потому что я хотел сменить свою фамилию на его. Пытаюсь найти слова, и удивлён, что некоторые из них всё же удаётся произнести: — Я.… мы... я.… — его пальцы начинают поглаживать мою руку, из-за чего я прекращаю бормотать, снова поднимая взгляд, чтобы увидеть, что Леви... плачет? Мокрые полосы появились на его бледных щеках, внезапно я ощущаю, что облажался ещё крупнее, чем мог себе представить. Я никогда не видел, чтобы Леви плакал. Не тогда, когда у него украли машину. Не тогда, когда он потерял свою вторую работу. Даже не тогда, когда умерла его мать. Мне безумно хочется извиниться перед ним, но вдруг уголки его губ поднимаются в улыбке. Не привычной мне ухмылке. А знаете, зубы и всё такое. Она кажется инородной на лице, которое, кажется, вечно страдает от маски раздражения. Меня поражает, что он не злится; даже ни единого намёка на подобную эмоцию я не могу прочитать на его лице. Он счастлив. Все мои предыдущие сомнения вылетают в окно, когда я произношу слова, об которые запинался последние несколько минут: — Леви, ты выйдешь за меня? — требуется секунда, чтобы тяжесть вопроса осела в воздухе, и внезапно в его глазах сверкает что-то, чего я раньше никогда не наблюдал. Однако мне не удаётся как следует рассмотреть этот огонёк, потому что, прежде чем я успеваю опомниться, Леви вцепляется руками в мой воротник и вытягивает из окна машины, чтобы увлечь в поцелуй. Его губы двигаются на моих в страстной пляске, передавая каждую частичку нежности, которая теперь разливается по всему моему телу. Улыбаюсь в поцелуй, когда он начинает бормотать мне в губы «да, да, да». Мучительное чувство в животе пришло к кульминации, от чего я чувствую онемение и эйфорию от его ответа, что сейчас течёт по моим венам. Я игнорирую боль, которую причиняет дверь машины, впиваясь в бок, решив вместо этого утонуть в этом моменте. В этих глазах. И мне всё равно, что кто-то говорит о небесах как об источнике вечного счастья. Они нагло врут, потому что нет ничего на этой бренной земле, в этой вселенной, что могло бы сравниться с тем, что я чувствую к нему. Что я чувствую к нам. Леви притягивает меня для ещё одного поцелуя, и я чувствую, как он улыбается под этим прикосновением. Прежде чем отпустить меня, он шепчет ещё одну вещь мне на ухо, от чего пробегают мурашки. —Добавить ли картофель фри к заказу?