Настоящий Друг

Как все успеть? Это не декабрь, это какой-то… Ну, вы поняли. Столько дел: и домашних, и нет. Еще друзья болеют кто чем, да и самому не хочется свалиться с температурой. Так переживаю за Колю. Он не говорит всей правды, как и я обычно, что у него именно случилось. Многое тоже в себе держит, но жалею, что зашел в Инсту и увидел пост в Super.ru, как он с трудом стоит на сцене. Бедный мой друг! Эти журналисты вечно кучу водяных знаков на видео нашлепают: нифига не видно человека. Звонил ему — не берет. Написал 100500 сообщений — полный игнор. И как вот теперь ехать сниматься? Вдруг все очень плохо? Благо у меня есть номерок его диреХтора. «Он дома. Лечиться!», — выпалили мне за пару секунд ответ и положили трубку. Ващеее! Где уважение, а? Дома так дома. Так, сейчас черкану Тёме, что сегодня вечером карнавала не будет и к Николя! — О да, я же Санта! Надо взять подарочки, — непонятно кому (а точнее самому себе) сказал и, взглянув на своего водителя, попросил развернуться назад домой. — Господи, хоть бы пробок не было! — посмотрел на небо я. — Не хочется провести этот снежный вечер в машине на дорогах, — проговорил это вполголоса, поставив в мессенджере в диалоге с Колей очередной знак вопроса. А снег идёт и идёт В городе нашем любовь не живёт Он растает однажды, но это не важно… По радио звучала музыкальная новинка Сереги с Евой. Колюня, пожалуйста, возьми в руки телефон… Это был бы я ни я, если бы не добился того, чего хотел. Стоял реально как Санта Клаус (правда, в фиолетово-серых цветах одежды) с объемными пакетами у двери квартиры Баскова, нажимая на кнопку звонка. — Коля, это я! Открывай! Я знаю, что ты дома! Блин, а если он спит? Если уже его нет дома, а врачи увезли в больницу?! В голове одна за другой вспыхивали как вспышки плохие мысли, играя на моих нервах. — Спокойно! — приказал я самому себе и, взяв девайс, снова стал звонить Коле. В сотый раз мимо кассы. Абонент не абонент. Послышались звуки дверных замков. Ура! Он дома! — Что ты шумишь? — услышал его слабый голос. Дверь открылась. Передо мной стоял Николай, облаченный в домашний халат с принтом кораллов от «Дольче…», опираясь на трость. Мое внимание захватили алые замшевые тапочки с вышивкой. — Филипп? — А? Ой… Привет! — мгновенно переключившись с ног на лицо Колюни, расстроился. Выглядел он не очень хорошо. Видимо, на уколах сидит… — Ну, как ты? — Заходи… — Басков пригласил жестом меня войти. — Как я? Делаю что могу, но со съемок соскакивать не в моих правилах. — Да, тебя понимаю. Сам такой. Я за тебя дико переживаю, Коль, вот и приехал. — А, ты, наверно, звонил… — замялся он. — Да. И не раз. — Ну, я тот телефон выключил. Держу под рукой другой гаджет. Для срочных звонков. Мало ли… — Так, нос не вешай! Вылечишься! Скоро Новый год и, кстати, я тебе кое-что привез… — Господи, ну, ты как всегда с пакетами! — Ага… «Праздник к нам приходит! Праздник к нам приходит», — напел я, расплывшись в улыбке. — Короче, это тебе. Включаем радость, выключаем грусть! Такие вещи только у меня и теперь у тебя! Держи! — Филипп, ты прям на крыльях моды прилетел ко мне! — Естественно! И на крыльях дружбы тоже! Хочешь — сейчас смотри, хочешь — потом… Правда, потом и суп с котом. Кстати, а где киска? — Не знаю, где-то спит. Ты проходи. Я там чай себе заварил, но лимонада у меня нет, правда, зато есть сыр и колбаска. — О, это по мне. Повесив свою фиолетовую куртку от LV, прошел дальше по коридору и увидел в его гостиной украшенную пушистую серебристую искусственную елку. Повсюду стояли свечи и горели желтые искусственные огоньки. — Коля, как у тебя красиво! — восхитился увиденным. — Только начали украшать. Хочу своей квартире подарить волшебство, как и ты своему дому. — Ой, мои детки-конфетки в восторге до сих пор. — Пошли на кухню. Может, Шанель там. — Тебе помочь? — увидев, как он тяжело сделал шаг, предложил я. — Нет, я сам. Мне наоборот, надо двигаться. Устал уже лежать. Едва мы вошли на кухню, как я увидел его пушистую хвостатую девочку. — Да ты же моя киска! Мур-мур-мур… Во мне теперь проснулся кот, а Санта заснул. — Ха-ха-ха, Филипп… — засмеялся Коля, наполняя чашку чаем. — Вот, ты смеешься… Супер. — Может быть, все-таки посмотришь? — подмигнул я. — Если ты настаиваешь, неси уже свои подарки… — Я не особо настаиваю, — протянул я. Я очень настаиваю, Коля! Вот, несу тебе пакеты, как курьер посылку. Твой Друг, чертов fashionable псих! Если бы ты знал, как достал их... — Короче, пока этих вещей в нашей стране еще нет, но я думаю, что ты оценишь… Вот смотри, эти из новой коллекции Gucci Good Game. Что наша жизнь? Игра! Добро и зло — одни мечты, my dear friend! Это вот кепочка, кофточка. Сумочки тут, в этом пакете, — указал я на второй. — Филипп, я не могу с тебя. Ты как ЦУМ. — Ха, я круче, чем ЦУМ! Понял? — подмигнул. — Понял. Садись, поешь. Вот все нарезано… — Как тебе, понравилось? — не унимался я. — Понравилось! — вздохнул Николай. — Точно? — Да. Дай мне маленькую сумочку посмотреть… — Ага, сейчас… — Так я не понял, ты по два экземпляра заказал? — Не совсем. Я купил почти всю коллекцию! Ты же знаешь, что шопинг это еще один мой эдакий допинг, поэтому, пока если есть возможность себя побаловать, то почему надо ограничиваться в получении удовольствия? — Филя, я не могу с тебя просто… Ты вот столько всего принес. Мне достаточно того, что ты вот так вот неожиданно пришел. — Я не мог прийти с пустыми руками, тем более скоро Новый год! Надо дарить подарки всем, кто тебе дорог! — Ой, сейчас расплачусь… — Дай я тебя обниму, — запихнув пару кусков салями в рот, встал с места и полез к нему обниматься. — Спасибо, что ты мой друг! — проговорил я и, проведя жирным указательным пальцем (шалость удалась!) по вороту новенького халата, от него отстранился. — Взаимно. Ты домой потом? — Да-а, наверное… Я попросил Артема договориться на завтра. — Хорошо. — Так рассказывай, что с тобой… — Филипп, пусть это будет только со мной… — Нет уж, выкладывай! Может я смогу чем-то помочь… — Филипп, я сам… — Что мне сделать, чтобы ты рассказал? — Ты, правда, готов на все? — с хитрецой произнес Басков. — Да! Я хочу знать, что с тобой! — Иди в душ. — Что? — В одежде иди в ванную. — Ты серьезно? А как же… — Одевай свою кепочку, курточку и в душ. Тогда я тебе все скажу. Блин! Я просто офигел от такого условия! — Расскажешь точно? — исподлобья на него посмотрел недовольным взглядом. — Да. — Ты хочешь, чтобы Я встал под воду в своих вещах от «Луи Виттон» и полез в твою маленькую ванную? — Вот именно, — сказал холодным тоном он, отпив чай из своей чашки. — Сумку-ведро тоже не забудь. — Коля? Это что такое? Do you need a scandal now? — Yes. I miss you so much. — You sure? — приподнял бровь я. Он смотрел на меня, а я на него. Тикали секунды. Напряжение нарастало. Ко мне подошла его кошечка и промяукала. В этот самый миг мы оба сдались и засмеялись… — Видел бы ты свое лицо, — заливался Басков. — Я пошутил. — Да не похоже это было на шутку… — Возможно, что и нет, но ты поверил. — Ладно, я скажу! Что-то еще хочешь? — Ну, что-то бы посытнее… — ОК. — Есть рыба и тушеные овощи. Булочки со злаками вон рядом с тобой. — Давай, корми меня. Хотя нет, не вставай. Я сам. — Справишься? — Да. Словом, мы говорили где-то час. Поделились друг с другом тем, что накопилось на душе с момента последней посиделки. Я рассказал ему то, что практически никто не знал, он — тоже. Все-таки хорошо, что в наше сложное время есть люди, которые готовы тебя выслушать и поддержать. Вниманием. Словом. Делом. Без лишних и тупых вопросов. Без селфи на камеру айфона. Просто так. По-настоящему что ли. Пусть даже на кухне. Пусть без напитков покрепче. Без того же лоска и пафоса, которым пропитались большие города. В такие редкие моменты чувствуешь себя живым. Шмотки вторичны, главное — наличие человечности. Говорить могут все, а слушать и выслушать — нет. Надеюсь, что скоро Николай будет в норме, и мы зажжем под Новый год при своих друзьях так, как умеем только мы! — Коля, а почему бы нам снова не повторить дуэт «Нас не догонят!» назло всем и вся? Усмехнувшись, он дал ответ: — Как ты часто говоришь: здесь мы ставим многоточие… — Тоже ответ. Но. Ты подумай… Все же повторяется. Ведь так?