под мертвыми звездами

августовское небо пестрило звездами. они сыпались или разлетались, как разорванные жемчужные бусы, падающие на пол. звезды зажигались и умирали каждую секунду, но никто не заметил бы этого. звезда будет гореть еще сотни лет после смерти до того, как кто-то увидит, что она погасла.   — и они могли умереть очень давно, пока нам кажется, что они все еще горя… хенджин целовал руки феликса. нежными губами проходился по крошечным ладоням. целуя невесомо сначала подушечки пальцев, каждую фалангу, оставляя влажные следы на ладонях, переходя к костяшкам. нежно вёл языком, перевернув руку, прикасался теплым дыханием к длинной линии «жизни», и кончиком языка провел линию «любви». изнеможденное и задыхающееся тело хенджина полыхало. поцелуи становились более рваными, когда он поднимался выше от запястий, обрисовывая мышцы рук, и уже совсем смазано оставляя поцелуи на шее. феликс дернулся, но ничего не сказал.  хенджин страстно и как-то совсем по-хозяйски припал к его губам, заставляя приоткрыть рот, проникая в него языком. вылизывая, очерняя и убивая феликса. тот дрожал. не от холода, август все еще радовал погодой, и дух приближающейся осени почти не был виден, сквозь дымку приторно-сладкого месяца звезд.   — хенджин, я не договорил…  — ты думаешь, я тебя сюда поболтать привез?  парень бесстыдно лапал младшего, оглаживая разгоряченными ладонями все такое же холодное тело феликса, что смотрел вверх. на звезды.   — хенджин, я не хочу, не лезь пожалуйста.  — ты издеваешься? давай, раздевайся, — в этот момент в его лице от человека не осталось ничего, лишь животное желание и звериный оскал, — я что, зря два недели потратил на ухаживания за тобой? нет уж, феликс, я слил кучу денег на тебя, отрабатывай.  хенджин одним толчком повалил ли на плед и принялся быстро расстегивать ремень его брюк.  — отвали, — все сопротивление оказанное феликсом шло крахом, хван был больше и сильнее, — хенджин, отпусти меня. с каждой попыткой вырваться звериная хватка старшего лишь усиливалась, оставляя красные следы на белоснежном теле.   — расслабься, ты не хочешь, чтобы я сделал тебе больно? — хван рассмеялся непонятно от чего. от того, что заранее знал, что больно феликсу будет, то ли от того, что он всем сердцем хотел этого.  — хенджин, ты не можешь… ты же правда нравился мне, — голос феликса буквально умолял перестать, но хван был непреклонен, он всегда получал желаемое, несмотря ни на что.  в то время как феликс умолял прекратить, хван быстрым движением стянул с него джинсы вместе с боксерами, и, оценив масштаб работы, заявил:   — да уж, я что совсем не секси? малыш, а говорил, что я тебе нравлюсь, — он тянул это с мерзкой натянутой улыбкой, которую феликс никогда до этого момента не видел.  — я посмотрю как у тебя встанет, когда тебя насилуют, — гаркнул феликс, все еще находящийся под весом хвана.   — насилуют? не говори таких некрасивых слов, ну, или говори… меня это заводит, — он облизнулся. феликса затошнило. не только от хвана, но и от самого себя, от того что попал в такую ситуацию, от того, что не разглядел в этих ангельских глазах всю ту грязь, что таилась за ними.  хенджин провел рукой по внутренней стороне бедра, и, не заметив никакой реакции, резко засунул палец по вторую фалангу в феликса, тот болезненно проскулил.   — мда, ты слишком узкий, но растягивать я не люблю, может чтобы не тратить время, просто отсосешь мне? и разойдемся на этом.   — сука…  феликс понял, что просто так он отсюда не уедет, и уж точно он не хотел уехать отсюда в больницу и объяснять что произошло. ну а гордость свою он и так уже потерял, когда связался с этой сволочью. феликс кивнул.   —хороший мальчик, — хван потрепал его по волосам.  феликс поднялся, натянув джинсы обратно, пока хенджин, же наоборот встал на ноги и спустил штаны вместе с бельем до колен. член внушительных размеров, уже стоял и сочился смазкой.  он подтянул младшего, пока тот пытался понять, что с этим делать.  — ты чего ждёшь? не сосал никогда? — на отрицательное мычание, хенджина схватил ли за волосы и насадил на член, пока не слишком глубоко, — тогда без прелюдий, чем раньше я кончу, тем скорее поедем домой.  феликс покраснел, а из глаз полились ручьи, больно обжигающие щеки.  хван оттянул его волосы и с новой силой толкнулся в рот парня. тот закашлялся. он больно насаживал его на член, пока младший пытался втягивать щеки сильнее и глотать, лишь бы все это быстрее кончилось. спустя еще пару толчков, хенджин кончил глубоко в горло феликсу и, доставая член, испачкал его футболку. феликс откашлялся, сплевывая и пытаясь прогнать мерзкий вкус с языка.   — я не думаю, что ты когда-либо попробуешь сперму дороже с такими умениями. так что наслаждайся, — улыбнулся хван и пошел к машине. феликс поплелся за ним, обнимая плед. сел на пассажирское сиденье.   — тебя куда подбросить? 

***

звонок в квартиру джисона работал плохо, и палец белел до костяшки от усилий.   — бля, кто там? — кажется, джисон уже спал.  — это я.  — феликс? мать твою, ты что здесь делаешь? ты че такой зареванный, бля? — джисон начал тараторить, как только открыл дверь.  — ебаное блядство, давай заяву на него накатаем? — джисон сидел рядом с феликсом на кухне, наливая заварку по кружкам.   — он богатый и у него связи, да и что я ментам скажу: «он заставил у него отсосать?», да лучше уже сразу повеситься, — он закрыл лицо ладонями.  — никаких вешаться, — джисон дал другу легкий подзатыльник, — ты ни в чем не виноват, а эта мразь… — джисон тяжело выдохнул, — сука, ему кармой прилетит прям в лоб. феликса до сих пор била мелкая дрожь, а глаза невольно лили слёзы горя по собственному достоинству. феликсу было больно и обидно, а больше всего хотелось забыть все это.   — обними меня, джисон, пожалуйста, — джисон сгреб феликса в свои теплые объятия, вытирая слезы и поя его чаем, до тех пор, пока тот не вырубился.