Приятное тепло

            Спорить с тем, что Уэнсдэй довольно странная личность так же глупо, как доказывать то, что горгоны не могут окаменеть из-за себя же. Холодная, безэмоциональная, грубая. Так её описала бы большая часть академии. Те, кто не общались с ней один на один, а лишь смотрели со стороны. Обижало ли это девушку? Конечно нет. Игнорировать таких «умников» вошло в привычку с первых дней обучения. Вот только если для неё получать всякие колкие фразочки в след было нормой, то для её соседки по комнате, слышать, как кто-то в очередной раз осуждает Уэнсдэй — до злости неприятно. А услышав нечто подобное от объекта воздыхания и вовсе заставило задуматься над тем, стоит ли иметь отношения с таким человеком. — Аякс просил передать тебе, — Аддамс протянула коробку Энид. — Выбрось это. Я уверена, что там опять слезливые просьбы вернуться. Сделав так, как попросила подруга, Уэнсдэй вновь вернулась в центр комнаты. — Он же нравился тебе. — Видимо, у меня плохой вкус в парнях, — Синклер усмехнулась, — Я никому не позволю осуждать своих друзей. Даже если это тот, кто мне нравится. — Мне этого не понять, — всё с тем же безэмоциональным лицом произнесла девушка. — Неужели тебе не становится неприятно, когда проходя мимо кого либо, ты слышишь гадости в свою сторону? — волчица удивлённо перевернулась на кровати, дабы смотреть на лицо соседки. Это не имело смысла на самом деле. Уэнс меняла выражение лица реже, чем Энид цвет своих ногтей. — Мне нет дела до этого. Если их жизнь настолько скучна, что они решают обсуждать мою, то им стоит посочувствовать. Сказав это, Аддамс села за своё излюбленное рабочее место. Разговоры давались ей явно труднее, чем писательство. — Знаешь, — начала Синклер, — Аякс поделился со мной информацией об одном месте тут неподалеку. Сказал, что там довольно красиво ночью. И раз нам обеим нечего делать, то мы могли бы сходить. Оторвавшись от печатания, с неким удивлением, Уэнсдэй повернулась к сожительнице. — Откуда такая уверенность в том, что я свободна сегодня ночью? — Ну, если вся твоя занятость заключается в том, чтобы побегать по заброшенным зданиям в поисках монстра — это дерьмово. Не думаю, что что-то изменилось за день. А опять вытирать полы из-за того, что кто-то повалялся в грязи по дороге в академию — не моё любимое занятие. Так что мы идём на то место и после этого я оставляю тебя в покое, по крайней мере на день — блондинка сложила руки на груди ожидая ответа. — Звучать лучше не стало. — Это значит «Да, я иду»? — Это значит, что у меня появилось резкое желание утонуть в болоте где-то по дороге туда. — Я лично тебя утоплю в нём, если хоть ещё раз ты оставишь на полу кучу воды и грязи после своих прогулок. Вещь тоже недоволен этим, — Энид указала на руку, что согласно кивнула (по крайней мере это так выглядело). Ответа не последовало. Уэнс отвела взгляд куда-то в сторону, явно думая над тем, что сказать, но в конечном счёте просто вернулась за стол. Синклер уже привыкла к этому.

***

— Зачем мне это? Уже 10 минут Энид пытается заставить Аддамс надеть чёртову шапку. Выходит так себе. — Не думаю, что болезни обходят тебя стороной. Просто надень её и всё. Я даже перерыла весь свой гардероб, дабы найти что-то в твоём цвете! — Не стоило утруждаться. — Ты невыносима! — быстро сократив дистанцию между ними, Синклер всё же натянула другой на голову, проклятый в тридцатый раз, головной убор. Сделав пару шагов назад, отходя от ходячей волчьей катастрофы, Уэнс немного нахмурилась. Такое вторжение в личное пространство, хуже ножа в грудной клетке. — Пошли уже. Хватит смотреть на меня так, будто я её к тебе пришила. Как только вернёмся, можешь её даже выкинуть. Я такое не ношу, — попрощавшись с Вещью, девушка покинула комнату.

***

Место находилось и вправду не так уж далеко. Энид опять рассказывала какую-то сплетню, улыбаясь и почти прыгая. Аддамс же такой радости не разделяла. Она вечно тормозила и приглядывалась к деревьям и к тому, что было за ними, ожидая увидеть там что-то. И каждый раз волчица тормозила и тянула девушку в след за собой. — Я не думаю, что это хорошая идея, — в первый раз за всё это время сказала Уэнсдэй. — Это ещё почему? — но тут же до неё дошла причина и перебивая, дабы не слушать очередную бредню, продолжила, — Чёрт, да нет там монстра! Аякс никак не связан с этим и никто не хочет затащить тебя в лес, чтобы потом убить. У тебя паранойя! Успокойся! — Почему ты уверена, что ему- — Замолчи! Если ты и вправду хочешь верить в то, что каждый в этой академии может быть монстром — верь. Но имей в виду, что так тебе никогда не начать нормально общаться с кем либо. — Мне это не нужно. Одиночество — это синоним к Уэнсдэй Аддамс. Ничего не ответив, Энид просто продолжила идти. Теперь была тишина. Только ветки и листья шуршали, создавая хоть какой-то шум. Синклер не могла найти слов. Для неё это было удивительно, ведь обычно её не заткнуть ни под каким предлогом, а тут простая фраза смогла вывести из колеи. «Одиночество — синоним к Уэнсдэй Аддамс.» Она не была согласна с этим. Какой бы холодной по отношению к другим не была соседка, всё же есть в ней что-то человечное и даже доброе.

***

— Мы на месте. Эдид радостно хлопнула в ладоши. Это место и вправду выглядело довольно симпатично. Небольшое озеро, фонарики на некоторых деревьях (девушка сравнила бы светильники со звездами) и место для костра, рядом с которым лежат брёвна, что используются вместо скамеек. Непонятно зачем и кто так заморочился, но это было мило. — Похоже на место, где по канонам ужасов убивают кучку подростков, что решили пойти в поход, — совсем рядом с Энид, произнесла Уэнс. Видимо, любуясь видом, она пропустила момент, когда девушка подошла ближе. — Умеешь ты портить момент, — блондинка недовольно хмыкнула, — У тебя есть зажигалка или спички? — Сегодня я никого сжигать не собиралась, так что нет. — Очень жаль. Мы могли бы посидеть у костра и пообщаться. — Для общения не нужен костёр. Или это был намёк на то, что ты меня в конечном счёте в него кинешь? — Скорее я бы в него прыгнула, — Энид потёрла лоб рукой, — Ладно. Нам стоило бы сходить сюда ещё раз. Посидеть у костра с маршмеллоу было бы неплохо. Ради тебя я бы поискала зефирки в форме черепов. — Очень мило с твоей стороны, но я бы в любом случае не ела бы его. — Я и не ожидала другого ответа, — волчица улыбнулась, — Что ж, тогда договорились. А теперь пойдём обратно. Холодно как-то. Когда воодушевление спало, то Синклер почувствовала, как неприятно ветер дует по ногам и как болят уши. Стоило надеть что-то потеплее. Главное шапку для Уэнсдэй она нашла, а додуматься взять себе тоже — нет. Неожиданное прикосновение к руке заставило её отпрыгнуть. — Бу, — спокойно сказала Аддамс подходя ближе. Сняв шапку, она надела её на голову подруги, что прибывала в шоке от действий знакомой, — Забота о других погубит тебя в один из дней. — Разве ты сейчас не позаботилась обо мне? — Энид ухмыльнулась смотря на лицо напротив. — Лишь вернула тебе её обратно. — Какая ты добрая. — В такие моменты хочется потерять слух, дабы не услышать такую глупость ещё раз. — Не волнуйся, я смогла бы найти ещё множество вариантов того, как тебе сказать об этом, — Синклер довольная собой, быстро сократила расстояние между ними. Сейчас, стоя напротив, она пыталась найти хоть какую-то эмоцию в глазах Аддамс. И то ли она поехала крышей, то ли это жар, который появился у неё из-за нарастающей болезни. Энид придвигается ещё ближе, теперь буквально чувствуя её дыхание. — Потом вернёшь, — произносит Энид и не чувствуя какого либо отталкивания или отрицания, она медленно накрывает чужие губы своими. Этот поцелуй длится меньше 20 секунд. Быстрая близость и такая же быстрая разлука. Синклер, всё ещё в каком-то полубреду, отходит от Уэнс и сразу же разворачивается в сторону академии. Она не бежит. Идёт быстрым шагом, зная, что никто не будет пытаться её догнать. Такое нарушение личных границ явно не входило в изначальный план. И им двоим придётся обсудить это. Может не сейчас, а позже, но все равно придётся. Как-никак, а долго прятаться не получится — они соседки по комнате. Может разговор будет перенесён на завтра, а может и на более дальние сроки. Им обоим надо обдумать всё это. Энид понять причину своих действий. А Уэнсдэй понять, что она чувствует.             Это будет сложно.