Подарок для демона.

От Манира

. Я с трудом приходил в себя, ощущая боль в груди и тяжесть, словно на ней лежала глыба льда. Пытаюсь через боль понять, что меня ещё беспокоит? Тело болит, голова вообще раскалывается, уши словно заложило, но что-то было ещё, что, я пока понять не мог. "Наверняка какая-нибудь душонка снова придушить хочет," — мелькнула более менее разумная мысль. Открываю глаза и понимаю что я в своей спальне. Мда-а. Убранство здесь спартанское, в серых тонах. Имеется большая кровать с чёрным бельём, камин, шкаф с книгами, люблю почитать… иногда. У камина кресло, сундук, вот и всё имущество. Сейчас мой взгляд наткнулся на Асмодея, он сидел у камина и смотрел на пылающий огонь. — Ты чего тут делаешь? — прохрипел я. — Да вот, решил проведать, как ты здесь? — сказал он. "На Асмодея не похоже! Он ни о ком не заботиться, у демонов в природе нет сострадания. Так сколько же я был в бессознанке, если герцог решил проведать меня?" — лихорадочно пытаюсь сообразить я. — Живой вроде, — всё же отвечаю. — Ну да, живой, только навряд ли сможешь посетить сегодняшний шабаш, — заметил он. "Шабаш? Неужели так быстро время бежит? Хорошо же меня Эреб приложил. Надо кормить почаще." — задумался я. — Навряд ли! — соглашаюсь со словами Асмодея. — Что же, тогда я отменяю его, заметь всё ради тебя. — улыбаясь сообщил Асмодей. — Не стоит. Ни демоны, ни тем более ведьмы, не одобрят. Я присоединюсь к вам в следующий раз. — В следующий раз? Ты хоть видел себя? Эреб отхватил от тебя приличный кусок. Я наверное позеленел от перспективы стать ущербным, на мгновение позабыв об превосходной регенерации, но всё же скосил взгляд себе на грудь, там, от правого соска на лево к талии тянулся длинный шрам. "Красота!" — мелькнула мысль. — "Хотя, могло быть и хуже, хотя и в бессознанке я провёл не мало, могло уже всё затянуться". Асмодей улыбнулся и заметил: — У тебя наверное есть ангел-хранитель, коль ты так легко отделался. Обычно яд Эреба уничтожает жертву в считанные дни. — Ангел? Ты думаешь у демонов может быть хранитель? Герцог Ада задумался. — У обычных демонов, навряд ли, но вот у тебя? Я бы не удивился, если бы он у тебя был бы, а как по другому объяснить, что ты так легко всего добиваешься. — Моей целеустремленностью и трудом, — нахмурился я. — Да никто в этом и не сомневается. Ты главное хоть иногда отдыхай, а я поговорю с Андросом, чтобы он дал тебе небольшой отпуск. Отправишься к людям, немного развлечешься, может с кем замутишь. Отдых ещё никому не мешал, наоборот способствует продуктивной работе, — заметил Асмодей. — Отпуск? — "Я никогда ещё не брал отпуск, пока карабкался вверх из самих низов, но ведь сейчас можно?" — подумал я. — Да, отпуск не помешал бы, но кто грешников будет скармливать Эребу? — А это уже не твоя проблема, а Андреса. — сказал Асмодей, вставая с кресла. — А теперь поспи, говорят что сон лучший лекарь от любых недуг. — И тебе помогает? — усмехаюсь я. — Редко, но помогает! — сказал Асмодей. — Что ж, тогда постараюсь уснуть. Асмодей ушел, а я по видимому всё же уснул, размышляя над тем, где ангел и не привиделся ли он мне?

***

Просыпаюсь от дискомфорта, тяжести и возбуждения. Дискомфорт оттого, что мои руки связанны у меня над головой. Тяжесть оттого, что Зепар залез на меня сверху. А возбуждение оттого, что он старательно делал мне минет. — Ублюдок, ты что творишь? — прохрипел я. — Как что? Асмодей сказал что ты сегодня на шабаш не придёшь, а воздержание между прочим пагубно влияет на силу и настроение. — Тото я погляжу, что ты такой весёлый, и какого ты мне руки связал? — спрашиваю я, дёргая руками. — Тебе нельзя шевелиться, так что, расслабься и получай удовольствие, — сказал Зепар и снова склонился над мной. Его язык скользил вверх и вниз по моему члену. Он сосал мой орган с причмокиванием, лизал и даже прикусывал головку, но так, чтоб не поранить её. Его когтистые пальцы, мяли мне мошонку и скользили по промежности. Я выгибался от удовольствия, ведь кто как ни инкуб знает, как доставить наивысшее наслаждение. Зепар вбирает мой член глубоко себе в рот, водит по нему юрким языком, а то выпускает и целует уздечку, слизывает капельки проступившей спермы, что будоражило мою кровь ещё больше. Я тяжело дышу уже не сдерживая стоны, мои руки каждый раз порываются разорвать путы, чтоб схватить его за волосы и притянуть его как можно ближе к своему паху, чтобы была возможность хорошенько вытрахать его рот. Когда почувствовал, что ещё немного и переступлю черту, простонал сквозь стиснутые зубы: — Чёрт… Зепар… я сейчас… кончу. — Ну что ты, рано ещё, я ведь не приступил к самому главному, — лукаво промурлыкал инкуб и начал подниматься вверх по моему телу, прокладывая дорожку из поцелуев. Поцеловав мне грудь, в районе шрама, он приподнялся и я почувствовал, что его колечко ануса пристроилось на моей головке и начало медленно расступаться под давлением, уже только от этого я был готов кончить, но… Но тут же Зепар с приглушенным вскриком куда-то отлетел. Я же простонал от внезапного облома. Приподнимаю голову и вижу как белый вихрь вытолкнул инкуба из моей комнаты, сказав на последок: — Увижу тебя здесь ещё хоть раз, ни одна женщина не подойдёт и близко, или же кастратом сделаю. На выбор! Раздался громкий хлопок дверью, у меня аж сердце в пятки убежало от его выходки. "Бля, и что он удумал?" — подумал я, внимательно следя за приближающимся ангелом. — "Вот вроде ангел и даже хранитель, а вот выражения его глаз обещают мне мучительную и долгую смерть" — мелькнула мысль в голове. Решил напасть словесно, коль физически не могу. — Какого чёрта ты творишь? — А тебе не кажется что ты сейчас в невыгодном положение, чтобы возмущаться? — на его красивом лице появилась хищная улыбка. — Что ты собираешься делать? — спросил нахмурившись я, поскольку не понимаю, какого лешего ему надо? — Почувствуешь! — пообещал ангел, скидывая с себя белые одежды. Я прифигевши скользил взглядом по его телу. Светло-жемчужная кожа так и манила прикоснуться к ней. Атлетическое тело, без единого грамма жирка, и даже худобы нет, просто идеал, и этот ангел просто находка для ценителя красоты, такого как я. Ангел-хранитель был высок, но всё ж чуть ниже меня, но зато видно, что тело его гибкое, как у хищной кошки. Подойдя к кровати, первым делом он раздвинул мне ноги, пошире, а потом лег между ними. Я ошарашено пялюсь на возбужденный член ангела, и хрипло говорю: — Ты что, сдурел? Вам же нельзя! — Да ты не бойся, за свои грехи я отвечу сам, — сказал он, прежде чем накрыть мои губы своими. Несмотря ни на что, я как и прежде был возбуждён, через чур возбуждён и отказываться от того что мне дают был не намерен. Как же это было горячо, каждый из нас хотел вести. Мы врывались друг другу в рты языками, терлись ими, покусывали губы. Я хотел подчинить его своим желаниям, хотел обладать и просто трахнуть в конце концов. Мы оторвались друг от друга лишь когда в лёгких катастрофически стало не хватать воздуха. Тяжело дыша, смотрим друг другу в глаза. Я в его голубые, а он в мои алые. На мгновение, я словно пришел в себя от сна и попытался вывернуться из его обЪятий, но он улегся на меня, всем телом придавливая к постели, говоря: — Ты же этого хочешь, так же сильно, как и я. — Нет! — вскрикнул я, чувствуя его плоть упирающуюся в мой член. — Врёшь! И я тебе докажу, — сказал ангел и начал целовать мне скулы, уши, шею, спускаясь всё ниже и ниже, а когда он коснулся моей раны, я вздрогнул. Нет, не от того, что его пальцы начали теребить мой сосок, а оттого что его губы скользили по моей ране, словно… словно я был фарфоровым. И главное - боль уходила, а рана становилась тоньше, менее заметней, пока совсем не исчезли, оставляя чистую кожу и целые мышцы. Я удивлёно уставился на свою грудную клетку, потом перевёл взгляд на крылатого. — Это ты меня оттуда вытащил? — спросил удивленно я. — Кто же ещё? Я же твой ангел-хранитель! — ответил он между поцелуями. — А почему не помог с Цербером? — спросил я. — Ты и сам с ним справился. — ответил ангел и начал посасывать мой правый сосок. Его рука легла мне на внутринию сторону бедра, и он пальцами начал водить круги. Другой рукой он провёл мне по животу, а оттуда заскользил вниз и накрыл мой налитый кровью член. Из моего горла вырвалось рычание, оттого, что по телу пробежали мурашки. Какое непривычное ощущение. Как же мне хотелось зарыться пальцами в его белоснежные волосы, но к сожалению, руки мои так и были связаны над головой. Ангел наигравшись с моими сосками, начал прокладывать дорожку из поцелуев через живот, пупочную впадину, к возбуждённой плоти. Слизывает капельку выступившей смазки, после чего целует головку. Кайф, кайфом, но я понимаю что его движения были робкие, словно он… — Ты что, в первый раз? — удивляюсь я, приподнимая голову. — И что? — нахмурившись спросила он. — Тогда не заставляй себя, — сказал я, сделав ему великое одолжение. "Хотя конечно по пользовать ротик этого святоши, мне очень хочется, но…" — А я и не заставляю себя, — сказал ангел, медленно беря мой член себе в рот. Замираю отдаваясь во власть его рук и рта. Все его движения были медленные, но с каждой минутой он наращивает темп, чем доводил меня до исступления. Я метаюсь по постели, крепка сжимаю простынь, а когда я уже был готов пересечь черту и наконец насладиться блаженным удовольствием, он взял и остановился. — Чёрт! — прорычал я, выгибаясь всем телом, ближе к ангелу. Да, техника у него была не такой как у Зепара, но заводила гораздо сильнее, нежели у прирождённого инкуба. А зная, что я первый кому он делает минет, доводило меня до точки кипения крови в венах. Прогибаюсь так, что рогами упираюсь в подушку, тем самым разрываю её. Ангел вновь берёт мой член себе в рот и начинает его посасывать и целовать. Чувствую что ещё немного и кончу. — Я сейчас… — Угу. — пробурчал он, начиная проглатывать мою сперму, когда я всё-таки излился ему в рот. Приподнимаю голову и встречаюсь с его голодным взглядом. Его язык медленно проскользил по губам, слизывая остатки моей спермы. — Эм. Прости! — извинился я. — "Для ангела такое наверное слишком." — мелькнула мысль. — Не за что! Было вкусно! — сказал улыбаясь он и начал целовать мою грудь. Опускаю голову на разодранную подушку и прикрыв глаза, погружаюсь в блаженную негу, но через мгновение широко раскрываю глаза, оттого, что во мне уже три его пальца и он растягивает мне проход. — Ты чего творишь, придурок? — рычу я, пытаясь отодвинуться от него. — А что не понятно что ли? — удивился он. — Я не разрешал! — возмущаюсь я, поскольку он удерживает меня за талию. — Все вы не разрешаете, а потом хотите добавки. — усмехнулся ангел. Я ошарашенно смотрю на него. "Как так можно было ошибиться. Я всегда считал ангелов чистыми, непорочными, даже девственниками, а этот явно лицемерный ублюдок." — мои раздумия резко оборвались, когда я почувствовал, что в меня пытаются всунуть толстую палку. — Ублюдок! Вырвусь и убью… больно же! — рычу я скалясь. — Расслабься, мне тоже больно. Ты узкий! — кряхтя и сдерживая себя из последних сил, заявил ангел, хотя какой он ангел, садист натуральный. Стараюсь расслабиться, скрипя зубами и вонзая в свои ладони когти, чтоб хоть как-то отвлечь себя от чувства, будто меня разрывают на части. — Ну вот и всё, — сказал он полностью впихнув в меня свой член, при этом развалившись на мне, только чувствую как он целует пульс на моей шее, который бешено стучал, вторя ударам сердца. Конечно для меня это было в новинку, но не лежать же всё время бревном. — Какого чёрта развалился? Шевелись давай! В глазах светлого появились смешки, но он ничего не сказал, а начал медленно, наращивая каждый раз темп, двигать бёдрами. Закидываю свои ноги ему на талию, от чего его проникновения стали ещё глубже. По комнате разносились различные звуки, то шорох постельного белья, то движения тел, рычание, стоны, и я тонул в этих звуках, как и в своих ощущениях. Я тяжело дышу, из моей груди вырываются то ли стоны, то ли всхлипы. Мне хочется выть и рычать от переизбытка эмоций. Неужели секс с каким-то ангелом может быть таким… таким улётным. Каждое его движение достигало нужной точки, от чего я вздрагивал, плавился и желал ощутить всё что я чувствую снова и снова. Я метался по кровати, мечтая сорвать эти пресловутые верёвки, хотелось подмять под себя этого лицемера и оттрахать так, чтобы он не мог встать с кровати несколько дней, а лучше пару неделек. Чувствую что уже на грани, подаюсь ему на встречу и… кончили мы одновременно, он в меня, я на его живот. Закрываю глаза, шевелиться совсем не хочется, хочется, наверное впервые в жизни, хочется летать в небе, среди облаков и птиц. Но, как обычно появляется это пресловутое, но. Как только мое сердцебиение и дыхание приходит в норму, я с раздражением замечаю: — Ты меня изнасиловал! — Это было по обоюдному желанию, — сказал крылатый, поднимая голову с моего плеча — Нет! Я между прочим там девственником был, а ты… — чувствую что сейчас взорвусь от праведного гнева. — А я сделал то, что ты хотел! — говорит ангел смотря мне в глаза и приподнимается на кровати упираясь в неё локтями. — Да как я мог хотеть того, чьё имя я даже не знаю? — возмущаюсь я, пытаясь его спихнуть с себя. — А? А! Меня зовут - Исрафил! — виновато улыбаясь сказал он. — Исрафил? Но… — "Но разве этот высший ангел мог захотеть меня, он же посланник Бога? Да нет, такого не может быть! Этот ангел должен возвестить грешников об пробуждении Армагеддона, и при этом сам же и должен пробудить его, а пока, он собирает слёзы раскаивающихся грешных душ и передаёт их самому Всевышнему. Но если я прав, и это тот самый ангел, то что он тут делает?" — подумал я, смотря в эти невероятно голубые глаза. — "Разве у меня может быть ангел-хранитель, тем более такой? Навряд ли! Просто кому-то надоело жить!" В мгновение ока, я разрываю верёвки, стараясь не думать, почему я этого не сделал сразу? Подминаю ангела под себя и рычу сквозь сжатые зубы: — А ну-ка говори, кто тебя ко мне подослал? Исрафил сначала смотрел на меня,потом поднял взгляд выше и чему-то улыбнулся. Усаживаюсь на его бёдра, и в ореоле летающих перьев, из разорванной мною же подушки, склоняюсь к его лицу и рычу смотря в его глаза: — Убью! — при этом хватаю уцелевшую подушку и целюсь в его лицо. Ангел мне ничего не успел сказать, поскольку в дверь постучали. — Нельзя! — рыкнул я, замирая. — Полагаю мне можно, — холодно сказал Андрос, вошедший в мою спальню, но тут же он замер на пороге. Представляю себе то, что он увидел. Два голых тела, моё и ангела. По комнате летают пух и перья, наволочка от растерзанной подушки висит у меня на рогах, а целой подушкой я пытаюсь придушить ангела, при этом мой безумный взгляд скользит по Андросу, будто я уже нашел себе жертву. Зная как ненавидит Андрос ангелов, он или присоединится к расправе, или же придушит сейчас нас обоих. — Эм. — замялся генерал, — Я тут хотел дать тебе пару дней отдыха, но передумал. Пару месяцев в самый раз. Отдохни, расслабься, слетай к людям на Землю, спусти накопившиеся желания, — сказал высший, скользя насмешливо-заинтересованным взглядом по моему телу. — Да меня и так тут нашел уже один ангел-извращенец, — буркнул я, продолжая душить подушкой ржущего не по-ангельски Исрафила. — Ну, ну не переусердствуй, — задумчиво сказал Андрос и собрался выйти из комнаты. — А как же грешники? — тут же спросил я, как то не хочется потерять своё место из-за одной крылатой заразы. — Грешники? Те которые так и не покаялись в своих грехах, отправятся к Эребу, а то он совсем одичал из-за голода. Новенькие же дождутся твоего возвращения. Я наконец облегченно вздохнул, когда за Андросом закрылась дверь. — Не понимаю я его, — говорю я смотря в голубые глаза Иса, почему-то именно так, я уже где-то в глубинах своей души заву своего ангела, да, да, именно своего, он же это сам хотел. Понятное дело, что задушить его подушкой не получится, да я уже и не пытаюсь. — То он бешенный деспот, готовый разорвать всех голыми руками, а то как сейчас, лоялен и дружелюбен, а ведь он на дух не переносит ангелов. Исрафил ухмыляется. — Он такой дружелюбный лишь потому-что я для него невиден. — Что? — не понял я. — Он просто решил что ты чокнулся. — поясняет хранитель. — Чего? — вскрикнул я, вскакивая с постели, намериваясь догнать высшего и объяснить ему, что я нормальный, но ангел схватил меня за запястье и потянул обратно на постель. — Ты ему потом всё объяснишь, а пока давай продолжим на том, где нас прервали. — На том что ты меня изнасиловал? — прорычал я. — Ты этого хотел! — Я хотел Зепара. Между прочим я - актив, а не пассив, а ты воспользовался тем что я был уже возбуждён, не тобой, другим. Исрафил нахмурился. — Ты хочешь убедиться в том, что ты хочешь именно меня, а ни кого другова? И что ты тоскуешь от одиночества, без меня? — приподнявшись шепчет он в мои губы. Вот не знаю, какого чёрта меня дёрнуло за язык, но я сказал: — Докажи! Докажи что моё тело желает именно тебя! И тогда… возможно… на долю секунды, моё сердце взвоет на луну, ну, если ты меня оставишь. Исрафил нежно улыбается, а я ещё никогда не видел чтобы так улыбались. Нежно, от чего где-то в сердце что-то ухнуло. В его глазах я увидел такой же нежный взгляд и надежду, на что-то большее, на что, я пока не понял, но обязательно узнаю. Мы тянемся друг к другу одновременно. Наши губы встретились в жарком, голодном, всепоглощающем поцелуе. И нам было не до Ада, и не до Рая, с их притирками и недомолвками.