25 дней до чуда

Штат Вашингтон. Сиэтл. 1905 год Уже наступившая предрождественская пора окутала город, как некий колпачок от стеклянного шара, внутри которого красовались небольшие домишки. На каждой улице был радостный ор и смех. Из пекарен манил запах свежеиспеченного багета и имбирных пряников. Почти в каждом окне можно было улицезреть рождественские украшения. Все были в ожидании какого-нибудь чуда. Но к сожалению где находился детский дом, эта пора не коснулась и пальцем. Ни детских криков, ни смеха, песен, не было слышно. На здание падала большая тень, не давая празднику и свету пробиться через стены и окна. Всё это досталось девочке по имени Айви. Перед кануном Рождества, её подкинули под дверь этого адского строения. Злые и мерзкие женщины взяли дитя, хоть и не сильно желая этого.Им было не очень то и в радость кормить ещё один рот. Но и оставлять малышку было бы слишком жестоко. Детский труд никогда не помешает. Особенно для работы по дому. В свою очередь, Айви росла там. Увы, счастье обходило ее стороной. Каким-то немысленным образом, девочку никто не хотел к себе брать. Что-то всех отталкивало. Но что? Не было известно никому, даже самой Айви. Годы шли, а она росла будто по не по годам, а по секундам. Всё больше и больше близился день совершеннолетия. И как ни странно, девушку взяла одна, очень даже состоятельная семья. Наши дни. Сиэтл. 1922 год. Снова канун Рождества. Опять этот глупый праздник. Рождество, для многих, было волшебным. Будь ещё ребёнком, в новогоднюю пору, рассказывали разные истории, сидя у камина. В этот праздник, люди не только готовили и дарили подарки своим близким, но и проводили весело время вместе. Этот праздник их сближал. Из года в год, из поколения в поколение… Праздник в честь рождения Иссуса Христа, был чем-то сказочным (и не только для верующих).Была мысль, что в такие дни появлялось некое волшебство. Просыпались духи, в воздухе летала самая настоящая магия. Почти все, без исключения, поддавались какому-то искушению. Всех заколдовывал праздник. И порхающий дух Рождества не угасал все семь дней. А что насчёт семьи, то всё было просто. Глава семейства—Эдгар Морган работал адвокатом и также интересовался меценатством Он был очень любящим мужем и хорошим отцом. Жену, в свою очередь звали Бертой Морган. Она всегда любила детей и очень хотела иметь двух. Но к сожалению, лишь через несколько попыток у них получилось и появилась на свет долгожданная Скарлет—младшая сестра Айви. Девочке было всего 6 лет, но она была очень любознательная и энергичная. Как только появилась девушка, та очень полюбила ее и считала своей старшей сестрой. Также, была ещё одна замечательная особа в этой семье. Это бабушка Софи. Как и к Скарлет, она к ней относилась с пониманием и доброжелательностью. Они быстро нашли общий язык. Особенно, когда друг с другом делились впечатлениями о разных книгах, которые прочли. Раньше, ещё в молодости, Софи была прозаиком, а девушка ещё с детства увлеклась литературой. Поэтому, им не было трудно быстро найти общий язык. Айви относилась к своей новой семье очень бережно. Всегда будто бы потакала им, делая всё, что попросят. *** Из соседней комнаты доносился звук детских ножек. —Сестра, сестра! , —прибежала девочка с хвостиками. —Да, что случилось? ,—с некой вялостью подняла глаза Айви, смотря на младшую. Та, не могла устоять на месте. Только и делала, что прыгала. То ли от радости, то ли просто сегодня у нее хорошее настроение. —Ты знаешь какое сегодня число?, —хихикнула Скарлет. —Конечно знаю. Сегодня 28 ноября, —не понимая намёка ответила старшая. —Правильно! А как думаешь, какой скоро будет праздник? —Рождество, —девушка снова зарылась глазами в книгу, делая вид, что она занята. —Давай уже попросим папу, чтобы он принёс елку? Мне не терпится ее украсить!, —девочка хлопала в ладоши и мило хихикала себе под нос. —Скарлет, ещё рано. Елка ведь настоящая, так? Она осыпается. Если сейчас поставим, то до Рождества она не доживёт. —Ну, Айви! Пожалуйста! Давай хотя бы украсим дом о… зстро… —запнулась на одном слове малышка. Слишком сложное. В разговор резко врывается Берта: —Скарлет! А ну, не стоит беспокоить сестру! Ты же видишь, она читает… Хочешь остролистом украсить дом? Ещё же так рано?,—женщина изящно вошла в комнату. На ней было красивое темно-бардовое платье, с небольшой зауженностью в талии. —Да! Он такой красивый!,—от представления красоты в голове, у девочки светились глаза. —Дорогая, ты ведь знаешь, что Айви не любит этот праздник. Могла бы сказать мне обо всём. —Ну, мам… —Ничего, все в порядке!,—ввезалась девушка. Она закрыла книгу и положила ее на рядом стоящую тумбочку. —Девочки, тогда давайте-ка сделаем перерыв и выпьем чаю все вместе. Никто не против?, —женщина подмигнула. —Да, да! , —девочка подпрыгнула и побежала в сторону столовой. —Прости пожалуйста, Скарлет. Не думала, что она так будет тебя тревожить. Ты знаешь, мы не против, чтобы ты не праздновала с нами Рождество! Мы знаем что тогда случилось… —будто отчитывалась дочери Берта. К Айви она всегда относилась с добротой и пыталась ее понять. —Нет, нет! Ничего. Скарлет ещё ребёнок. Пусть веселится, —с грустью в глазах ответила девушка, —Я к Вам тоже присоединюсь. —Конечно, дорогая. Ждем тебя! , — женщина вышла из гостиной, направляясь в том же направлении, что до этого дочь. За столом девочка задавала много вопросов. —Мамочка, ну, когда будем украшать? Я хочу поскорее приготовиться к Рождеству! Это такой красивый праздник… —Конечно красивый. Помни, нам ещё в церковь надо идти. —А вот в церкви мне не нравится… там не удобно стоять, —девочка сложила руки на груди и надула губки. —Скарлет, солнышко. У нас такая традиция и нам надо ее придерживаться. Батюшка на тебя разозлится, за то, что такие слова говоришь. Это святой праздник! В честь рождения во плоти Иссуса Христа от Девы Марии. —Да… Я понимаю.Просто… —Не беспокойся. Давай потерпи пару денечков и будем потихоньку украшать дом, хорошо? —Да! Жду не дождусь!, —от радости Скарлет выпила залпом весь чай. —Дорогая! Ты не обожглась? , —засуетилась Берта. —Все хорошо, матушка! Не волнуйся за меня. Спасибо, чай очень вкусный!,—малышка облизнулась и встала из-за стола. Тем же вечером. День мой ярче дня земного, ночь моя не ночь людская, Мысль моя дрожит безбрежно, в запредельность убегая. И меня поймут лишь души, что похожи на меня, Люди с волей, люди с кровью, духи страсти и огня! (К. Бальмонт. «Жар-птица») За окном уже стемнело. Снег падал пушистыми хлопьями, падая на землю, укрывая белым пледом землю-матушку. Огонёк в камине горел мирно и тихо… Простилался своими горячими лучиками по пространству, освещая комнатку. Огонь—символ Духа и Бога. Он противоположен мраку светом, а жизни—смерти. Огонь как источник всего существования, как символ познания, света и движения. Напоминающий восход солнца, как начало нового дня, который несёт за собой что-то другое. То что не видано было вчера. —Бабуль! , —аккуратно уселась на пол девочка, —Можешь пожалуйста рассказать сказку? Или же какую-нибудь историю? Ты много чего знаешь! —Конечно многое, милая… А ты, что хочешь Скарлет? Ты сегодня какая-то грустная, —бабушка присела на кресло. —Нет! Все хорошо, точно. —Ладно… Ммм, как насчёт легенды? —Какой ещё легенды, бабуль? , —Скарлет уже нравилось. —Об одной девочке, в нашем городке. Старая ещё легенда… Я когда была такого же возраста как ты, —Софи указала пальцем на Скарлет, —Мне много чего рассказывали.Говорят, чистая правда. —А ты веришь, ба? , —спросила старшая. —Трудно сказать. Может и верю, а может и нет… —Расскажи, расскажи! , —девочка начала умолять. —Хорошо. Садитесь поудобнее. Это будет долгая история.