школьник по обмену

      Вы когда-нибудь опаздывали на урок геометрии? Если да, то без проблем представите сейчас те эмоции, которые сейчас испытывал запыхавшийся рыжий. Казалось бы, обычное дело, зачем париться. Но, к сожалению, геометрию сегодня вел Иван Петрович. Его не то что ученики, его и учителя боялись лишний раз потревожить. Свирепый взгляд серых глаз пробирал до глубины костей. Морщинистое лицо преподавателя за все его 17 лет работы, так и не изобразило что-либо на подобие улыбке. А теперь просто представьте, какая удача выпала парню, стать его самым не любимым учеником. Из всей школы он выбрал и так замкнутого, боявшегося лишний раз поднять руку рыжика. Конечно тихоней его тоже не назовёшь. Все таки прославиться на всю школу своей раздражительностью, это надо постараться. Хотя у Чуи определённо был на то талант. В первый же день все шептались о рыжим коротышке, что чуть не сломал руку парню под 190 см. Но сейчас он стоит перед дверью кабинета и уже пол минуты, никак не решиться войти. Собрав всю волю в кулак, коротышка поднял руку и сделав несколько не замысловатых движений, постучал в кабинет. — Здравствуйте, извините за опоздание. Можно войти? — на одном дыхание выпалил рыжик. — Накахара Чуя, кто позволил тебе опоздывать на мой урок?! Самый умный что ль? — лицо преподавателя покраснело от злости, что делало его похожим на помидор. — Нет, извините, такого больше не повториться. — Сел быстро.       Пройдя на свое место, Нахахара успел уловить некое напряжение в шепоте одноклассниках. Обычно Чуя сидел на последней парте рядом с окном. Его единственные друзья Гоголь и Достоевский сидели перед ним. Они что-то увлечённо обсуждали. Точнее Коля активно жестикулировал, впаривая это что-то Феде. Пока последний сидел со скучающим видом. Наконец заметив Накахару, когда тот уже успел разложить учебники, Николай обернулся. — Чуууя, а я уже испугался, что ты не придёшь! Ты уже слышал? — Слышал что?       В этот момент повернулся и Федор. — Этот идиот уже 20 минут мне впаривает про школьников приехавших по обмену, — страдальчески сказал брюнет. — Что еще за школьники? — а вот Накахару это наоборот заинтересовало. — Ты вообще чат читаешь? Нам же писали.. — Школьники из Японии приезжают к нам по обмену! И знаешь на сколько? Шесть месяцев. Представляешь они будут с нами учиться! — не дал договорить другу Коля. — Мм, и с какого дня они начнут ходить?       В этот момент дверь кабинета распахнулась. На пороге появились человек 10. Видимо, те самые школьники. Коля и еще несколько ребят стали разглядывать иностранцев. А Чуя? А что Чуя, ему сейчас было важнее повторить параграф, чем эти ни пойми откуда взявшийся японцы. Тут в класс зашла классная. — Доброго, всем, утра. С этого дня и по 10 мая, с нами будут учиться ребята из Японии. Прошу проявить уважение и надеюсь на вашу адекватность. По русски они говорят превосходно, — сказала классная и смерила всех строгим взглядом, — Можете занять свободные места.       Последнее предложение было адресовано японцам, которые также разглядывали учеников. Переговариваясь на своем, они заняли свободные места. К сожалению, место рядом с Чуей тоже заняли. Не то что бы он совсем против, но новые знакомства заводить не планировал. Тем временем шатен, что сел рядом, стал в наглую на него глазеть. "Ненавижу людей с таким взглядом, так ещё и смотрит в упор" — Привет, я Осаму Дазай. А ты..? — наконец сказал кареглазый. — Накахара Чуя. — Чуя? Не похоже на русское имя. — Оно и не русское. У меня отец японец. — Понятно.       Дазай обратил внимание на учителя, в то время как Чуя отметил, что шатен и вправду превосходно знает язык. Хотя, если посмотреть на других иностранных гостей, те и два слова связать не могут. Чуя и сам не заметил, как стал рассматривать парня. Мягкие волосы цвета горького шоколада, хорошо дополняли бледную кожу. Подбородок заострен, нос ровный, аккуратный. Глаза какого-то не обычного карего, а скорее цвета янтаря переливающегося на солнце. Заметив на себе чужой взгляд, тонкие губы сложились в ухмылке. Рыжик отвернулся, слегка покраснев. Геометрия, казалось бы, в первые пролетела незаметно. Японцы сидели тихо, изредка перекидываясь несколькими фразами. Видимо Дазай и, вправду, лучше всех по-русски говорит. Ну и слава богу! Меньше слов, больше дела. И все таки надо признать, шатен был симпатичным. Выделялся он только бинтами, которыми был чуть ли ни с ног до головы обмотан. Но ладно, может стиль такой..       Следующие четыре урока прошли спокойно. Видимо, наставление об адекватности сработало. Или просто хорошее впечатление производим. Осаму только несколько раз попросил учебник. В остальное время либо молчал, либо музыку слушал. Чуя тоже сидел себе тихонько. Рисовал. Он не любил говорить о своей страсти к живописи. Об этом знали только Федор и Коля. А остальным и не надо. Вообще рисовал он красиво, хоть и не признавал это. Рыжику постоянно казалось, что что-то не так. Что он может лучше если постарается. Но рисовать людей и вправду сложно. А рисовал он именно людей. Круто, наверное было бы нарисовать Дазая.. Вы не подумайте, просто внешность у него подходящая, как-никак красивый он. Из размышлений его прервал легкий удар в локоть. — Эй, Чуя, — не сложно догадаться кто это. — Чего? — Послушай, а может расскажешь про школу, да и в целом? — Ну школьной формы у нас нет. Вся информация у нас в школьном чате. Каждый понедельник «Разговоры о важном». Как по мне бессмысленный урок, хотя мы там гимн поем. Но вряд ли и вас заставят. Как минимум надеюсь. Из учителей.. самая добрая историчка. Англичанка иногда пораньше отпускает. У химички списать легко. Самый строгий геометрик. Он мне оценки занижает.. — Оценки занижает? — Да, но только мне, мы один раз там поссорились и понеслось. В общем, я сам виноват. — Ничего не сам виноват. Ты не пробовал пожаловаться? — Пожаловаться? Не знаю как у вас, но тут так не работает. Пожалуюсь —мне же хуже. — Но это не справедливо! — Ну да. — Ладно.. А что на счёт города в целом? — Знаешь, я так не объясню. Можем как-нибудь погулять, я тебе все покажу. — Давай! Ты когда сможешь? — Вообще, я планировал уйти сейчас, так что если ты со мной, можем и погулять. — У вас уходить раньше конца уроков можно? — Нет, но последними физ-ра и английский. Я их постоянно прогуливаю. — Ок, тогда я с тобой.       Выйдя из класса, они сразу же направились к раздевалке. У Чуи была черная куртка, ботинки на высокой подошве и перчатки. Так-то сейчас только октябрь. Но Чуя сильно мерзнет, особенно его руки. Даже находясь в школе, приходиться надевать теплую толстовку, чтоб не дрожать. Дазаю, видимо, повезло больше. У него была лишь легкая курточка и кроссовки. — Я думал, вы тут уже привыкли к холоду, — задумчиво протянул шатен, глядя как Чуя надевает, слишком теплые, по его мнению перчатки. — Так то да, есть те кто все еще в летних кроссовках ходит. Сейчас то всего лишь -5, но я мерзну, так что это оптимальный вариант, — чуть сморщив носик протянул рыжий.       Несмотря на куртку и толстовку, выйдя из школы, Чуя поёжился. Ветер был холодным, пронизывающим. Хотелось в тёплый дом и чашку черного чая с лимоном. Но домой, например, к Федору. Чуя часто оставался у него допоздна. Гоголь тоже приходил. Они играли в карты, болтали ни о чем. Было спокойно и тепло. В отличие от дома Чуи. — Ауу, Рыжик. Ты чего завис? — Глубокие карие глаза, что на солнце становились почти янтарными, смотрели с некоторой нежностью на задумавшегося рыжика. — Прости, просто задумался, — Чуя пошёл вперед, а шатен за ним.       Город у них небольшой. Конечно не поселок, но и не Москва. В центре Чуя бывал редко, да и далеко это было. На метро 40 минут. Но их район тоже неплохой, тут и парк, и магазины, даже небольшой торговый центр. Ну как торговый центр, скорее совокупность рандомных магазинов, но после школы с друзьями самое то. Парк Чуя тоже любил вот и решил сначала его показать. От школы идти совсем немного. Около 10 минут. При входе висела уже ржавая табличка «Лебедь». *Какое оригинальное название* с сарказмом думал Чуя каждый раз заходя в парк, что было не так уж редко. Рыжий обычно не приходил домой раньше семи, иногда и до часу засиживался. Либо у друзей, либо гулял в том же парке. Лишь бы не домой. Чую догнал Дазай. — Что-то ты молчаливый, — нагло прервал его размышления шатен. — Вообще, город у нас небольшой, — проигнорировав фразу Дазая, сказал рыжий, — Странно, что вы сюда приехали, а не в Питер, например. В Питере красиво, и в Москве. Но я и в центре-то бываю редко, может там красиво. Обычно я тут гуляю. — У нас в Японии, если сакура цветёт, везде красиво будет. — Я всегда хотел поступить в Осаку учиться на дизайнера. — Судя по твоей изрисованной тетрадке, у тебя есть все шансы.       Они вышли из парка, и теперь ходили по дворам. Ото всюду видны панельки. Где-то мяукает кошка. Машин почти не было. Зато голуби летали туда сюда. Как у них только голова не закружилась.. Чуя рассказывал про город, Дазай про Японию, про сакуру, про их школу. — Наверно, это так красиво, увидеть это растение вживую, — вдруг подал голос рыжик. — Знаешь, я уверен, что ты обязательно увидишь.       Чуя не любит подолгу гулять. Но Осаму первый с кем это было комфортно, не смотря на холод. У шатена такой бархатный мелодичный голос, с гласными на распев. Так и хотелось слушать его и слушать. Рыжик даже специально задавал вопросы, лишь бы Осаму подольше болтал. А Осаму был совсем не против, он любил поговорить, если его слушали. Но все хорошее должно заканчиваться. Дазаю надо было домой. Он живет у Акутогав на эти шесть месяцев. Их дом был в другой стороне от дома Чуи. — Рыжик, тебя проводить? — Мм? Нет.. не стоит.. Тогда до завтра. — До завтра.       По дороге домой дрожь усилилась. Было холодно, хотелось есть. Лишь бы родителей дома не было. Особенно отца. Погруженный в свои мысли, Чуя не заметил как зашел в подъезд и теперь стоял у лифта. Дрожь чуть усилилась, пока рыжий нажал на кнопку шестого этажа. Ели достав ключи из кармана куртки и чуть не выронив наушники, парень тихо вставил в замок и провернул. Тихо. Слишком тихо. Он осторожно открыл дверь, разулся, повесил куртку. — М.. мать, отец? — ответа не послышалось.       Облегченно выдохнув Чуя направился к кухне. Родителей дома нет. Поставил чайник и открыл холодильник, в котором как оказалось кроме банок пива нечего нет. Придется обойтись чаем. Тоже не плохо. Чуя поставил телефон на зарядку. И медленно попивая напиток, просматривал сообщения в чате. Вдруг, ключ повернулся, кто-то зашёл в дом. Отец — узнал по шагам голубоглазый. Быстро вылив чай в раковину, Чуя прошмыгнул к себе и начал прислушиваться. На удивление тихо. Мать тоже старается домой не приходить. Но не из страха. Она ненавидит сына. Она готова оставаться у подруг и приходить лишь под вечер лишь бы не видеть его. Чуя, конечно, всегда понимал, что нежеланный ребенок, но знайте это не много задевает. Совсем чуть чуть, он уже взрослый и ему не к чему забота и любовь, чего у него и так никогда не было. Хотя иногда лежа ночью и пытаясь заснуть, так хочется, чтобы прям сейчас кто-то зашёл и обнял. Сказал, что он в безопасности, что никто не в бежит в комнату под алкоголем и не начнет избивать до полусмерти. Но это лишь глупые утопии. Надо быть реалистом, счастье — развлечение не для него. Вдруг раздался крик. — БЛЯТЬ, СЮДА ИДИ ЖИВО, — Отец видимо увидел, что Чуя заваривал чай. Это ему плохо обернётся...

***

      Лёжа на кровати уже под вечер и еле сдерживая слезы, Чуя пытался успокоить сбившиеся дыхание. Все еще было холодно, хотелось есть, но только теперь еще и боль по всему телу. Теперь там будут противные синяки. Лишь бы в школе не заметили. Чуя так и уснул — в слезах. В слезах от боли и навязчивого желания, чтобы кто-то зашел и обнял.