Lamore sepolto

я умирал сто раз, в огне тоски сгорев, любя и ненавидя, и тотчас воскресал, гася, как пламя, гнев, чтоб только раз тебя увидеть. Губы обсохли полностью. Корочки больно трескаются и вновь выпускают прежде высохшую кровь на некогда прелестные лепестки. Феликс несильно морщится и продолжает алой жидкостью окрашивать разные участки измученного тела. Он медленно отскрёбывает оболочку ранки и облегченно выдыхает, прикрывая ресницами глаза. - Так лучше любовь выходит из меня! – уверяет Джисона Ликс, принужденно улыбаясь и сразу кривясь от адской и ноющей боли. Но ведь ложь открытая. Джисон знает, но вмешиваться не будет. Феликса как в бесконечное море кинули, а тот лишь добровольно закидывает в карманы камни, окунаясь глубоко в пучину односторонней любви. Поэтому парень просто будет рядом, ведь спасти друга из такого состояния невозможно. Чувства Феликса - неминуемая смерть Широко раскрытые глаза наполняются слезами вновь и вновь, не смотря на то, что последний такой их приход был относительно недавно. Феликс не задумывался об этом. Слезы сами приходили вместе с отвратительным комом, который отнимал дыхание и возможность говорить. Приходили вместе с бешеной дрожью и с уймою плохих мыслей. Но кто же стал причиной этих измученных и растертых глаз? Кто стал тем, из-за кого Феликс спать не может, не порезав свою плоть? Кто настолько смог изменить сущего ангела на Земле? Ведь парень, казалось бы, тот самый заботливый партнер и любимый своими детками отец. А он чахнет и гнеет от чуждой своему кумиру любви. Хван Хенджин Человек, без которого убийственного кислорода для Феликса бы не существовало. Что-то вроде наркотика. Прекрасно знаешь, что убьет, но легкие словно сами наполняются дрянью уже с некоторой привычкой. Хенджин всегда говорил, что если парень захочет поболтать, прогуляться или позависать в чате, то он не против и только с радостью, – но Ли против. Знает, что вновь признàется в любви, снова обнимет теплое тело и пришлет двусмысленные сообщения во время безмолвной минуты. Он не хочет может отказывать себе в этих маленьких попытках все же привлечь внимание старшего. Даже после прямого отказа смириться и отбросить свои чувства парень не сумел. Ведь отказать самому себе куда сложнее. И Феликс злился, и отворачивался от Хвана. Оскорблял и проклинал, но вдруг ловя себя на этих мыслях, словно пойманный на преступлении пытался загладить вину: очищал содеянный грех слезами, прижимая холодное лезвие к синеватым венам. Без малейшего сопротивления уверенно идет на эшафот, кладя смиренно голову для своего любимого палача Хвана. - Оу, Феликс, прости я не чувствую к тебе ничего. То, что случилось весной было лишь по вине нашей близкой дружбы тогда. Поэтому и с чувствами твоими поделать ничего не могу..– Хенджин неловко посмеялся и, почесав затылок ,спешно отправился в сторону универа. Он просто отказал и ушел. Так и должно быть. Ведь это нормально, правда? Это ведь нормально, когда Феликс готов вынуть из грудной клетки сердце, дабы просто показать что работает оно только ради Хенджина, а тот в свою очередь лишь неловко посмеется и уйдет? А ведь Ли любит его безотказно всем телом и душой. Любит безостаточно, любит до безумия. Когда Хенджин громко смеётся и шутит не всем понятные шутки- он любит. Когда тот так грубо воспользовался им в тот самый вечер - он любит. Феликс сохранил в памяти каждую его родинку, знал, как самые святые молитвы все ужасающие стороны Хвана, но не одну из них не призирал. Но что поделать! Люди, подобно Феликсу забывают про страховку. Слепо верить, что Хенджин имеет и щепотку чувств – глупо, но иначе невозможно. И потому, после удручающего приговора-отказа, внутри начался отсчет. - Ликс, ты уверен, что у тебя есть силы продолжать посещение занятий? – Джисон взволнованно смотрит на светловолосое чудо рядом с собой, у которого из сердца кровь водопадом льется – тебе, как-никак, сердце разбили. Ты так его любишь, он что, ради приличия даже не может тебя рассмотреть в качестве пары!? Урод. – Друг еще раз окинул взглядом мученика, получив еле слышный ответ хриплым голосом издыхающего тела. -Я не понимаю, почему это называют только разбитым сердцем. Такое чувство, что мои кости сломаны тоже, а тело гниет изнутри. Оказывается, Хенджин еще в апреле своим поцелуем отравил Ликса.