Я скучала, Шарлотта

... Вечер. На часах показывало 22:19, а четверка друзей так и не собиралась домой, оправдываясь, перед собой же, "еще детским временем". Рея не видела смысла оставаться здесь дальше, как не видела смысла ехать домой так поздно. Если пройти всего лишь пару-тройку метров длинного и просторного коридора ее ждала комната отдыха, которую она с уверенностью прозвала "ночлегом на эту ночь". Заранее предполагая такой результат, она отнесла свои вещи в комнату еще до всего пиршества. В этом коридоре таких комнат было около 10, а может и больше. И именно эта комната ей приглянулась больше всего, ее расположение на данный момент было ей сильно привлекательно. Комната находилась в самом конце коридора, некая уединенность и покой ей был бы сейчас совсем кстати. Осталась самая важная и сложная задача - добраться до туда. Вечный шум и крики, лишь отдаленно напоминающие смех, ее приятелей негативно отпечатывался на ее самочувствии. Из-за чего, ей и хотелось покинуть это помещение поскорей. Все комнаты отдыха были идентичны. Небольшая комната с двуспальной кроватью по середине. По двум сторонам кровати были не высокие тумбочки. На них были две лампы, которые выполняли функции ночника нежели яркой лампы, возле которых всегда была гора мелких вещиц. Левее кровати стоял широкий, угловой шкаф. Еще сантиметров пятнадцать и он бы доставал до потолка, а пока на нем скапливалась, всеми забытая, пыль. А справа было расположено окно, с большим подоконником, на котором покоились классики прошлых веков. Слева от входа находилась высокая лампа вместе с еще одной мини-тумбочкой для обуви и подставкой для зонтов. Справа от входа стоял угловой стол с небольшой пачкой бумаги, рядом с которой несколько простых карандашей и ручки с стандартными цветами чернил в подставке. И рядом стояла крохотная настольная лампа. На полу, перед кроватью, мирно покоился мягкий ковер светло-кофейного цвета, прикрывая почти весь пол. В следствии сквозняка, по температуре он стал схожим с кубиками льда, все никак не таявшими. Минимальный уют чувствовался, даже несмотря на пронизывающий насквозь сквозняк, под воздействием которого, тело легонько подрагивало и покрывалось сотнями мурашек. Рее все таки удалось прорваться, несмотря многочисленные уговоры остаться еще на "немного". Авторы сиих слов были, по большей части, Демиан и Финн. Доминик после первой попытки, буквально прочитал в глазах причину побега. Теперь же он уговаривал парней отстать от их совместной подруги, чем и воспользовалась девушка, чтобы прошмыгнуть в дверной проем и быстро скрыться с поля боя. Вымученная, она шла по коридору, девушка до сих пор слышала радостные вопли, имитирующие смех. Несмотря на расстояние между Реей и ее дружками, смех был четким, словно она никуда и не уходила вовсе. Прикрытыми, глазами Рипли поглядывала куда-то в пол. Медленно переставляя ноги, она приближалась все ближе к цели. Головная боль и состояние полудрема оставались с ней до тех пор, пока чья-то рука резко не потащила ее спиной в дверной проем двери. А она была так близка к победе. Мертвой хваткой рука прижалась к пухлым губам, тем самым пресекая попытки издать какой-либо внятный или, хотя бы, громкий звук. Другая рука незнакомки, что было предположено по тонкой кисти руки и длинным ногтям с маникюром, потянулась к дверной ручке. Заперев проход на два замка, рука начала оттягивать от себя назойливые мускулистые руки, которые, судя по эмоциям брюнетки, готовы были порвать любого, кто только прикоснется к ней еще хотя бы раз. На удивление Реи, движения были не грубыми или эгоистичными, а наоборот нежными и осторожными, словно человек не хотел навредить или обидеть ее. Спустя минуту, под поглаживаниями бархатных и нежных, но в тоже время, сильных рук, брюнетка уняла свой пыл и стала спокойнее, что положительно повлияло на ее рассудок, ведь здраво мыслить ей не помешало бы. Она не знала, что делать ведь хватка была слишком сильна, даже для нее. Почувствовав спокойствие со стороны коротко стриженной, незнакомка медленно ослабила хватку и плавно убрала руки. Рея резко развернулась и уже замахнулась, и только в последний момент смогла разглядеть золотистые, длинные локоны, свисающие с слегка бледноватого лица. Опомнившись она застыла, пытаясь понять: глазам это причудилось от усталости или же это правда она. ... Лежа на кровати, пальцы Рипли наматывали длинный локон золотистых волос. В полумраке комнаты не было каких-то четких граней предметов, все они будто плыли в голове. Но не она. Ее лицо, ее голос, ее волосы, ее руки, ее улыбку, ее глаза, всю ее брюнетка запомнит навсегда. Хоть теперь эти черты лица она видит только во снах. Хотя правильнее сказать кошмарах. Глаза блондинки сверкали от тусклого освещения настольной лампы, выражая заботу, нежность и любовь. Тишина. Но не та, что давит на разум человека. А комфортное, умиротворяющее молчание. То самое молчание, когда слов не надо, достаточно легкого блеска в глазах и нежной, топящей любую льдину в душе, улыбки. ... И тут тишина, но не та. А та, в которой повис один единственный вопрос: "Это правда ты?". Хотелось бы Рипли задать его, но единственное, что она могла - это бессмысленно двигать губами, пытаясь выдавить из себя хотя бы тихий звук. Но как бы она нк старалась, она просто безмолвно стояла, широко раскрыв глаза. Она ничего не слышала. Уши будто заложило - ты даже не слышишь неразборчивого мычания или же сбитого, после сильной паники, дыхания, ничего не слышно. Абсолютно ничего. Было чувство, что ты оглох или просто живой мертвец, который ничего не чувствует и не понимает. Единственное, в данный момент, различие ее и мертвеца - это то, что она хочет еще что-то понимать, а он нет. Опять все плывет перед глазами. Головная боль напомнила о себе как только все в комнате начало медленно поворачиваться, создавая некую воронку. Рея слегка зажмурилась и покрутила головой в стороны, чтобы отогнать тошноту. Взгляд снова прикован к женщине напротив. Опять осталась только она. Рея думает, что у нее галлюцинации. Не пробовав ни разу в жизни наркоту, она была уверена, что она под какими-то веществами. Думает силуэт человека напротив просто исчезнет, либо превратится в другого человека. Тишина давила на грудную клетку, стало трудно дышать. - Это... ты?.. - единственное, что может выдавить из себя Рея дрожащим голосом. После короткого вопроса дышать стало легче, словно эти слова застряли глубоко в горле, мешая вдохнуть. Ее шею быстро, но осторожно обхватывают холодные, слегка дрожащие руки. Но несмотря на их холод, касания плавили кожу, оставляя красные следы от ногтей, сильно впивавшихся в спину. Словесного ответа так и не последовало. Руки Рипли осторожно дотронулись до талии женщины. После чего заключили ее в некую прочную сферу из объятий, будто бы способную защитить ее от всего плохого в этом мире. Но по сути, для друг друга, они - это целый мир, в котором нет хорошего и плохого, есть только они. - Прости.. - тихо произнесла себе под нос, вместо ответа на, раннее заданный, вопрос, девушка, немного отстраняясь от младшей. Шарлотта плавно отстранилась от Рипли. Руки первой упали с плеч девушки и плавно легли на предплечья. Рея держала ее с той же хваткой, боясь, что если отпустит - Эшли сразу же растворится у нее на глазах. Слегка надавив на предплечья девушки напротив, Флэр безмолвно говорит отпустить ее. Рипли слушается и руки осторожно, медленно отпускают женщину. Шарлотта плавно ведет руками от предплечья до ладоней, обхватывая их. Большими пальцами она поглаживала дрожащие пальцы, при этом смотря, блестящими на тусклом свету, глазами. У Реи покатились слезы. Обжигая кожу, они оставляли мокрые дорожки на красных щеках. Истерика. Девушка характерно подрагивала при каждом рваном выдохе, каждый из которых отдавался звоном в ее голове. Эшли протянула руку к плечу брюнетки, намереваясь ее успокоить. Но не успела она дотронутся до Реи, как та резко сдвинулась с места, обняв женщину. Шмыгающим от плача, носом Рипли уткнулась куда-то в шею, зарываясь в блондинистых волосах. - Я скучала, Шарлотта! - уже более уверенно, но также робко произнесла Рея куда-то в шею.