встреча

-- генерал махаматра? о, да, я его знаю. зачем он тебе? -- тигнари расставляет на стол тарелки с овощным супом и нашептывает мелодию под нос. -- он нужен нам, чтобы узнать кое-что про академию. у нас сейчас что-то типа расследования, -- паймон подлетает к лесному дозорному и рассматривает еду в тарелках. выглядит аппетитно, пахнет вкусно, и малышка облизывается, хватая носом аромат свежих овощей и приятного наваристого бульона. -- вы давно знакомы? -- да, достаточно давно. он в принципе часто появляется в этих кругах, но редко заходит повидаться. это он привёл сюда коллеи, и именно он попросил меня за ней приглядеть. иногда он смотрит за ней издалека, думая, что никто его не замечает, однако же я слышу каждый его шаг. о, -- ухо дозорного дергается, и он поворачивается в сторону двери, улыбаясь с отчетливой нежностью и несильной тоской. -- пришёл. -- не хочешь увидеть его? -- путешественник тоже поворачивается, но звука чужих шагов, что понятно, не слышит. -- выглядишь так, словно ты скучаешь. -- я? скучаю? -- юноша хмыкает, а после, расслабившись, пожимает плечами, -- да. наверное, я все же немного скучаю по нему, -- говорит это чуть призадумавшись, но спустя всего мгновение одергивает себя и неловко улыбается, -- коллеи, еда готова! и вы тоже, садитесь за стол. генерал махаматра оказался человеком серьёзным. вспоминая тигнари, спокойного, рассудительного и заносчивого до знаний, путешественник невольно улыбнулся тому, насколько же эти ребята разные. -- сайно, а ты давно знаешь тигнари? мы недавно его видели. ты тоже там был, он тебя слышал! -- неугомонный компаньон крутится в воздухе и хлопает в ладоши. -- он вообще очень трепетно о тебе отзывается! -- тигнари..? -- юноша с волосами цвета снега, которого в пустыне не бывает, закусывает губу и оставляется в эмоции неуверенности. неловкое молчание витает в воздухе некоторое время, прежде чем путешественник кашляет в кулак, желая разрядить обстановку. -- вы... поругались? -- малютка смотрит с волнением и искренним переживанием, и сайно, видя это, отмахивается. -- нет, все не так. просто мы давно уже не виделись. а так просто проведать его я не могу. -- недавно он был в академии! и помог нам сбежать от одного неприятного чудика из фатуи. именно он и сказал нам, где тебя искать. он очень помог нам! завтра мы пойдём его благодарить. именно из-за него мы узнали намного больше информации. не хочешь с нами? -- с... вами...? -- кстати, сайно, а почему у тебя перебинтована рука? да ещё и так... неумело? -- паймон хотела было коснуться раны на руке, но генерал махаматра злостно взглянул на малышку, и компаньон, вскрикнув от неожиданности, отлетела от юноши, прячась за спиной путешественника. -- просто обычная рана. ничего серьёзного. нет поводов для волнения. -- а вот я думаю, что повод есть. ты из-за этого не появлялся? потому что боишься, что я опять начну читать тебе нотации? -- со спины раздаётся голос, и сайно разворачивается всем корпусом, чтобы взглянуть на источник звука. -- ты как ребёнок. я же не кусаюсь. ты вообще видишь, что с твоей рукой? рана скоро начнёт гноиться. тебя это вообще не беспокоит? лучше бы тебе засунуть свою гордость куда подальше и... тигнари не успевает договорить. в нос ударяет запах знойной пустыни, жгучего солнца и тёплого лета. руки окольцованы вокруг талии, и сайно готов задушить дозорного в объятиях, до того сильно он скучал. некогда нелюдимый и спокойный, сейчас излишне нежный, он словно подставляется под удар. будто бы прямо сейчас ему больше ничего не было нужно : лишь объятия, наполненные сожалением, печалью и одновременно с этим радостью от долгожданной встречи. тигнари выдыхает, успокоившись. с сайно все хорошо, и будет ещё лучше, он знает. даёт себе волю ответить на объятия, зарывается носом в белоснежные волосы, вдыхая аромат сумерских роз, тихо усмехается тому на ушко, показывая, как сильно счастлив, и сайно, на выдохе, обнимает еще крепче, заставляя тигнари смеяться и жадно ловить воздух губами. -- ну хватит! задушишь! постеснялся бы, с нами ещё люди! -- говорит сквозь смех, заставляя сайно отпустить и отвернуться от зрителей, скрывая смущение и бьющую через край радость. -- путешественник, паймон, коллеи сегодня ушла на разведку. не хотите к ней присоединиться? а я за это время немного подлатаю своего давнего друга. -- и почему ты так долго не объявлялся? я ждал, -- тигнари расставляет бутыльки с зельями и мазями, отматывает бинт и смотрит в этот момент прямо в глаза, словно пытаясь достать хоть крупицу честности из проворного взгляда. -- было много работы. свободного времени очень мало. обещаю, в свой выходной обязательно к тебе заскочу. -- да? -- тигнари начинает обрабатывать рану сайно, рассматривая её, -- я слышал, как ты приходил. наблюдал за коллеи. но ни разу так и не удостоился чести зайти и просто поздороваться. это после моего признания, так ведь? -- он откладывает в сторону мазь и приступает перебинтовывать увечье. -- ...ты же понимаешь, в чем конкретно кроется проблема. тигнари, я... ауч, -- закусывает губу от неожиданности, когда тигнари сжимает чужую руку, заставляя замолчать. -- что не так? -- все. все не так. я ощущаю себя полнейшим идиотом. почему тебе так сложно сказать, что мои чувства невзаимны? зачем ты заставляешь меня продолжать ждать твоего ответа? мне с головой хватает того, что я не вижу тебя месяцами, так теперь я ещё обязан нервничать, потому что ты никак не соизволишь открыто заявить мне, что я зря тебе признался. меня удручает это. заставляет чувствовать себя опустошенно и отчужденно. ты жесток, генерал махаматра. а я, видимо, чрезмерно наивен и глуп, -- откладывает в сторону остатки бинта и шикает. тигнари не любит ссориться. -- нет... подожди, -- сайно пытается сформулировать мысль, но именно сейчас его голова наполнена переживаниями, потому и слова никак не подбираются, -- я боюсь. я совсем не такой, как ты, и человеческие чувства мне чужды. ты другой, тигнари. открытый, заинтересованный, углубленный, падкий. я не ровня тебе. у меня каждый день - решение проблем, мы и так видимся совсем редко, но тебе же нужно меня видеть. будет очень нелегко, я не хочу этого. -- ты думаешь, что сейчас очень легко? я не видел тебя три месяца с нашей последней встречи, только слышал твои тихие шаги. ещё и до того непринужденные, что мне становилось тошно! хочешь увидеть коллеи - зайди и проведай, а не наблюдай издалека, выворачивая все мои органы наружу. я был зол каждый раз, когда слышал, что ты пришел. зол и опечален. я устал уже печалиться! ты дорог мне! -- я приходил не только для того, чтобы понаблюдать за коллеи, как ты не поймешь? я труслив. и каждый раз, когда я хотел узнать, как эта девочка, я все равно смотрел на тебя. желал подойти и объясниться, но никак не находил смелости и сил. мне жаль, тигнари. жаль, что ты влюблен в такого, как я. пытаюсь быть бесстрашным, а по итогу боюсь даже просто взглянуть на человека, которого люблю. и я хотел бы быть беззаботным! обнимать тебя день ото дня, касаться тебя и целовать, но не знаю, могу ли. я не заслужил любви. твоей в особенности. -- если ты меня любишь, генерал махаматра, так и забудь про все эти мысли и хоть раз в жизни позволь себе просто плыть по течению, -- тигнари смотрит рассерженно и печально, но во взгляде его все равно можно прочесть теплоту и заботу. -- дай себе возможность быть счастливым. в жизни есть не только работа и безрассудство. -- но, тигнари..., -- ловит чужой взгляд и отводит глаза в пол, стыдясь. сайно слишком болезненно реагирует, когда не может на что-то повлиять. -- я хочу сделать тебя счастливым. позволь. и сайно позволит. обычно излишне серьёзный и всегда собранный, он обязательно станет самым мягким и нежным для одного единственного человека. его взгляд, пропитанный окрыляющей влюбленностью, всегда будет направлен в чужие глаза, настолько же влюблённые. его руки будут касаться с огромным трепетом, вызывая мурашки по коже, а нос будет улавливать лишь приятные нотки любимого сладкого аромата совсем недавно сорванных у пруда лотосов. он позволит себе. чтобы хоть раз в жизни искренне улыбнуться.