А помнишь, Рампо..

Вечер сентября. Я как обычно сижу за своим письменным столом, но не для того чтобы написать что-то. Я жду тебя. Ты не появлялся уже две недели, в первую я волновался что с тобой что-то случилось, но твои коллеги на работе сказали что всё хорошо. Я немного успокоился, и просил их передать, что я очень люблю тебя и всегда жду. Не знаю, дошли ли до тебя эти слова, или тебе просто всё равно, но я правда жду тебя.. Даже когда это не имеет смысла. А недавно я видел тебя с другим. Вы целовались прямо перед моим домом, когда я возвращался после небольшой прогулки с Карлом. Конечно, я узнал тебя ещё издалека и точно не мог обознаться. Что же ты творишь, Рампо? Ведь ещё пару недель назад мы сидели в моей гостиной, обнимались, ты бурно рассказывал мне что-то, а я даже и не слушал. Я просто наслаждался временем, проведённым с тобой, уже в последний раз. А ещё несколько дней до этого, я клялся тебе в любви, изливал это всё в новые романы, ты говорил что это взаимно. Как же хорошо ты умеешь лгать, Рампо! Как жаль, что я больше не услышу от тебя ни одного слова, даже этой сладкой лжи. Не увижу твоих прекрасных изумрудных глаз, одним взглядом которых ты словно зомбировал меня. Конечно, я больше не нужен тебе, и я понимаю это. Где-то в душе я знаю, что ты не вернёшься, уже никогда, но продолжаю сидеть у камина и терпеливо ждать, а на кухне лежит твоё любимое печенье. Мне больно осознавать, что всё это время ты просто использовал меня. Я продолжаю верить хоть в какие-то чувства. Кстати, за время мучительных ожиданий я начал курить. Впрочем, наверное тебе уже всё равно на это, также как и на моё здоровье, и психическое тоже. В очередной раз я встаю и тянусь к карману пальто, доставая пачку Винстона. Подхожу к окну, и.. Вновь вижу тебя. Ты бежишь к человеку, идущему тебе навстречу и вешаешься к нему на шею. Точь-в-точь как и ко мне, когда-то не так давно. Вновь нахлынули воспоминания, от которых по щеке течёт горячая слеза. Я по-глупому улыбаюсь, поджигая и затягиваясь. Глотаю дым, кашляю. Тебе уже наплевать. Какое странное чувство.. Интересно, что будет с моей жизнью после ухода из неё тебя? К сожалению, ответ был предсказуем и слишком печален для многих хрупких сердец. Я потерял смысл жизни, я потерял и саму жизнь. Но я не виню тебя, Рампо, нет нет!! Я знал, какой ты человек и знал, к чему это приведёт. А помнишь, Рампо, как мы смотрели вместе детективные сериалы? Ты ещё возмущался, какие бестолковые в нём сами детективы, и что даже полиция Йокогамы справилась бы с делом лучше и быстрее. А в скучные для тебя моменты ты залазил ко мне на колени и целовал. Эти поцелуи были великолепны.. словно второе дыхание во время погони. Помнишь ли ты, как мы гуляли по парку? Это ещё тогда, когда ты накупил горы сладкого и всунул все пакеты мне, говоря, что если я люблю тебя то без проблем донесу. Помнишь, как мы смеялись, катаясь вместе на роликах? Я часто падал, а тебе это казалось забавным. Да, наверное, ты уже и не помнишь. Но я.. я никогда не забуду время, проведённое с тобой. Семь лет моей жизни. Лучшие годы я потратил на тебя, наконец, обретая счастье. Лучшие и последние 7 лет. Октябрь.. Становится холодней. Хотя, может уже стало, я давненько не выходил на улицу только из опаски встретить там тебя. Я уже больше месяца ничего не пишу, больше недели ничего не ем, не считая сигаретного дыма, который я глотаю чуть ли не каждые полчаса, благо запасы у меня большие. Я уже не жду, просто мучаюсь, не верю, не желаю верить. Но я.. я до сих пор не виню тебя. Не презираю, не ненавижу, я продолжаю любить, несмотря на то, что ты давно целуешь другого. Иногда я срываюсь и трачу последние силы на истерику. Тогда меня хорошо успокаивает лезвие ножа. Но ты.. до сих пор ни при чём. Вторая неделя без еды. Я не знаю, как вообще протянул столько. К сожалению, Карл оказался менее выносливым чем я. Я не выходил на улицу за едой для него, просто забывал, я ужасный хозяин. Труп начал гнить, а это значит, пора проститься с Карлом и закопать его. Хотя бы на заднем дворе. Только я не думаю, что смогу найти силы чтобы вырыть яму. Но мне жаль своего бедного енота, может, на том свете о нем позаботятся лучше, чем я, пусть уж лучше он упокоится. Даже если мне будет (мягко говоря) нехорошо. Я взял из кладовой лопату и впервые за долгое время вышел на улицу. И правда, холодно. В такое время, Рампо, мы с тобой грелись друг о друга, ты прижимался ко мне и говорил, что я очень дорог тебе. Очередная ложь. И карл ложился рядом, позволяя погладить себя, это согревало руки. Мы были счастливы. Верней я, а что насчёт тебя? Отвлекаясь от нелепых воспоминаний, я вышел на задний двор особняка. Да, выглядел он тоже неважно.. Я хотел поскорей закончить дело, попрощаться с Карлом и вернуться в дом, но силы покинули меня как только я воткнул лопату в землю.. Открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь и что окружает меня. Верней, кто. А очнулся я в стенах больницы, как сказали врачи, я упал в голодный обморок и впал в кому на пару дней. Какой-то прохожий заметил, что я валяюсь на земле, можно сказать мне очень повезло. Не успел я опомниться, как меня уже навещали гости. А точнее гость.. Перед больничной койкой стоял ты. Собственной персоной. Эдогава Рампо. Моя любовь, моя муза. Бывшая. Ты был ею, когда я еще писал что-то. Ты стоишь в палате своего бывшего возлюбленного, хотя сомневаюсь, что ты хоть когда то действительно любил меня. Я думал, что последний раз когда я увижу тебя, это когда ты зашёл в гости в августе. Но ты здесь. Стоишь и что-то говоришь мне. Я пытаюсь что-то понять, вслушиваюсь, понимаю, что ты извиняешься. Говоришь что-то о чувствах, о любви. Ты оправдываешься за всё время твоего отсутствия, верней, пытаешься придумать оправдания, но я хриплым голосом прошу тебя замолчать. Ты недоумённо смотришь на меня своими прекрасными глазами. Раньше, я готов был смотреть в них вечно. Сейчас, я лишь слабо улыбаюсь и говорю, что знаю всё, и прощаю тебя. По твоей щеке бежит слеза, она скатывается с подбородка и с жалким звоном звоном разбивается о плитку на полу. Это самое сладкое, самое больное и самое последнее, что я видел в своей жизни. Я закрываю глаза, и слышу лишь писк холтера. Дальше гробовая тишина. Покой. Я – Эдгар Аллан По, и я умер, с улыбкой на лице, от остановки сердца.