Расплавленный металл (Molten metal)

      Всё утро Кейт мерила комнату шагами. Она оттягивала, как могла, встречу с Хайзенбергом. Придумывала какие-то нелепые отговорки, потом сама же их и отвергала. Когда уже близился полдень, она с горечью приняла факт того, что выхода нет. Он был прав — из-за Миранды он нужен ей так же сильно, как и она ему. Эта дрянь отобрала у неё слишком много, чтобы отвлекаться от мести и беситься из-за мелочей вроде намёков и дурных замашек Карла.       Она рывками натянула толстый свитер до самого подбородка и плотные джинсы на тот случай, если Хайзенберг снова попытается её раздеть. Теперь ему придётся повозиться дольше, что абсолютно точно даст Кейт больше времени, чтобы суметь отбиться от него, отчего она довольно хмыкнула.       Когда машина проехала через железные ворота, которые так и стояли широко распахнутыми после вчерашнего, она почувствовала неприятный скручивающий спазм в районе солнечного сплетения, как обычно бывает от сильного нервного перенапряжения. Её затошнило от этого гадкого ощущения и она заглушила двигатель, прикрыв на секунду глаза. Схватив рюкзак с едой и водой, она со вздохом вошла на фабрику.       Хайзенберг сидел за столом. В качестве приветствия он лишь чуть взмахнул рукой и даже не обернулся. Кейт озадаченно приподняла бровь, но её вполне устроила перспектива провести день без разговоров.       До самого вечера они оба не проронили и слова. Карл лишь указывал на нужные инструменты и она так же молча их подавала, а из-за низко натянутой шляпы она не могла рассмотреть выражение его лица.       Около полуночи он заметил, что Кейт начала сонно зевать и протирать глаза. Его бесило, что весь день та абсолютно искренне его игнорировала, а сейчас ещё и начала засыпать, иногда чуть не падая на стол с закрытыми глазами, роняя голову, которой упёрлась в ладонь.       — Как спалось сегодня? — спросил Карл, заставив её вздрогнуть от неожиданности. Его изнутри сверлило сильное желание позлить девчонку.       — Отлично, — равнодушный ответ без зрительного контакта. — А тебе?       — Просто идеально. Я активно думал о тебе перед сном. Очень активно.       Кейт потёрла переносицу, не успев заметить усмешку с явной издёвкой.       — Почему бы тебе не оставить свои дерьмовые шуточки и не сосредоточиться на работе?       — У тебя какой-то личный пунктик на сексе, на прикосновениях? Знаешь, я поначалу подумал, что ты лесбиянка, но вот... ты слишком искренне стонала вчера.       — Замолкни.       — Или за всю жизнь не было ни одного нормального мужика, который трахал бы тебя так, что весь этот бред мгновенно исчезал из твоей милой головки?       — Ты можешь замолчать хоть раз? Это было бы твоей лучшей идеей за этот грёбаный день!       Карлу было невероятно приятно смотреть, как она выходит из себя.       Что ж, зато теперь ты меня точно заметила, манящая маленькая стерва.       — О, больная тема?.. Дай-ка угадаю. Парень? Не-а, слишком просто. Муж... Тоже попался сучаре Миранде под горячую руку?       Девушка смотрела на него уже не с усталым раздражением, а с плохо контролируемым гневом. Перед её мысленным взором вдруг всплыла картинка из давнего прошлого. Окровавленные тела родителей, сестры и мужа, раскиданные обозлённой Мирандой вокруг обеденного стола у себя дома, когда она вернулась с работы…       Медленно поднявшись со стула, Кейт ощутила своё тело каким-то ватным, словно чужим. Злость застилала глаза густой пеленой и она приложила немалые усилия для самоконтроля, ведь вспыльчивость и несдержанность были её главными недостатками. Развернувшись и отшвырнув паяльник на стол, она молча вышла в коридор.       — О, прекрасно. «Знаешь, это будет твоей лучшей идеей за этот грёбаный день»! — раздражённо добавил Карл ей в след, взбешённый её внешним равнодушием.       — Пошёл ты! — заорала Кейт и огнём выбила входную дверь.       На следующий день она не приехала.

***

      Она провела весь следующий день, валяясь перед телевизором и поедая пиццу, а вечером выпила немного вина и спокойно отрубилась, решив отдохнуть от этого самодовольного говнюка. Девушку до глубины души поражала его мистическая способность выводить на бурные эмоции одной единственной фразой.       — Козлина, — прошептала она в подушку перед тем, как провалиться в глубокий сон.       В конце концов, она искала Миранду несколько десятков лет, можно и потерпеть один день. Было просто необходимо отойти от него и его слов… и давно забытых, таких ярких и разнообразных чувств, которые он неожиданно в ней пробуждал.       А вот Хайзенберг реагировал иначе. До полудня он вообще не замечал отсутствие Кейт, посчитав это банальной женской обидой. Попсихует и до вечера прилетит на фабрику, как миленькая... Хотя пару раз он поймал себя на мысли, что вчера, возможно, слегка переборщил.       Возможно. Может быть.       Но чем больше времени проходило, а её машина у ворот не появлялась, тем больше он начинал нервничать. Когда на небе проступили первые звезды, Карл тревожно носился из помещения в помещение, не зная, чем себя занять, — с последним трупом он закончил ещё утром.       Либо этот бабский псих слишком уж затянулся, — за что на сей раз он действительно преподаст ей знатный сочный урок, и плевать на вероятность получить несколько крайне болезненных ожогов, — либо она нарвалась на Миранду и теперь валяется в какой-нибудь канаве со свёрнутой шеей или висит обескровленная на крюках в подвале Альсины…       Он с отвращением поморщился, внезапно осознав, что беспокоится об этой маленькой стервозине. Какого чёрта о ней беспокоиться? Снова сморщившись, он метнул нож в стену, будто эти давно забытые эмоции были чем-то постыдным.       В коридоре послышались лёгкие шаги и Хайзенберг, позабыв про эти горделивые мысли, пулей подскочил к двери. Но выжидательная улыбка медленно сползла с лица, когда он увидел в дверях некогда очень красивую девушку, которая сейчас была мертвецки бледной, с жёсткими безжизненными волосами и постоянно окровавленными губами.       — Лорд Хааайзенберг, извините, но у вас не заперто, — пропела она, виляя бёдрами, и захихикала, глянув на вышибленную дверь, но внезапно запнулась, повернувшись обратно на Карла, который с бешенством смотрел на неё сверху вниз.       — Какого хрена, Кассандра?       — Матерь Миранда созывает совет, — воодушевлённо залепетала маленькая вампирша. — Через полчаса. Для Лордов есть очень важное поручение.       — Я приду, — Карл с силой захлопнул дверь буквально в паре сантиметров перед носом Кассандры, не дожидаясь ответа. Та обиженно фыркнула и, превратившись в облако мух, испарилась с фабрики.       Нервно закурив сигару, мужчина бродил по комнате взад-вперёд. Было тошно от того, что придётся снова увидеть рожу своей «мамаши», как он вдруг потрясённо замер.       А что, если это связано с Кейт?..       Схватив пальто, он обеспокоенно на бегу притянул к себе молот и рванул к выходу. Быстро добравшись до места, Хайзенберг вошёл в здание, но замедлил шаг, услышав странные звуки в соседней комнате. Как можно тише он подкрался ближе и увидел незнакомого светловолосого мужчину. Тот осматривал комнату в поисках входа, рука была перебинтована и на ней отсутствовали два пальца. Карл сразу же угрожающе поднял в воздух вокруг себя часть металлолома, разбросанного под ногами вокруг винных бочек.       — Надо же… Я думал, никто не выжил, — сказал Хайзенберг, неторопливо зашагав к мужчине своей вальяжной походкой. — Ты, видно, не слабак, да?       — А ты что за мудак? — с вызовом рявкнул незнакомец, направляя пистолет четко на него.       — Оу, так ты не местный, — Карл широко улыбнулся и поднял руку. — Ещё лучше…

***

      Прозрачная колба с формалином и частью тела младенца внутри болталась в руке Карла, когда тот торопливо шёл с совета обратно на фабрику. Он старался держать сосуд двумя пальцами, так как боялся, что, если схватит это всей ладонью, то как ни странно для него самого, — его вырвет.       Ничего удивительного в получасовой речи Миранды не было, но он искренне оторопел, услышав её мерзотный план. Еще этот папаша нарисовался… Карл не планировал убивать его, поэтому давал тому уйму возможностей сбежать, лишь забавляясь и играя с ним, как кот с мышкой. Уинтерс упорный и живучий. Кто знает, может, он сможет грохнуть мисс Гигантскую Суку, пока Карл будет занят пополнением армии. А еще водяного дебила и стрёмную куколку заодно…       Ах, да. Еще эта чёртова огненная психованная девчонка. Хайзенберг не уловил в словах Миранды ни намека на то, что она узнала о Кейт. Значит, маленькая стерва ушла в запой под названием «я очень сильно обиделась и бла-бла-бла». Рано или поздно она вернется на фабрику и он поговорит с ней по-своему. А лучше бы она оказалась там прямо сейчас, ведь так хотелось выпустить на ком-то пар, и Кейт была идеальным вариантом.       Машины нет… Карл гневно цокнул языком и замедлил шаг, искоса поглядывая на колбу в руке. Главное, чтобы Уинтерс не сунулся на фабрику в первую очередь, этим он нарушит все планы. Хотя Карл сильно в этом сомневался, учитывая, что он сделал с Итаном, особенно пробитый железной арматурой живот и изощрённые садистские игры.       В кабинете он закурил, наполнил полный стакан виски и залпом выпил, чувствуя разрастающийся жар в груди. Да, так чуть лучше. Последний раз глянув на колбу, Карл отправился в душ с желанием смыть с себя запах Моро… и взгляд Миранды, если это возможно.

***

      О необходимости заскочить в другой морг перед выездом Кейт вспомнила в самый последний момент. Настроение было на удивление отличным, ведь она провела целый день без психологических аттракционов Хайзенберга. Она даже напевала любимую мелодию под нос, пока заталкивала женский труп в багажник. Правда, в конце она покачала головой и невесело рассмеялась над абсурдностью ситуации, осматривая свой «багаж».       День выдался солнечным и приятным. Она плавно надавливала на педаль газа, с удовольствием щурясь от упрямых лучей, которые иногда проскакивали по краям козырька в салоне машины.       Ворота всё так же нараспашку, а вместо двери на входе зияет тёмный проход. Два ликана пробежали мимо, от чего машину чуть пошатнуло, и остановились в паре метров слева. Кейт напряглась и была готова выйти и сжечь их к чёртовой матери, но они принюхались и неохотно бросились прочь, что крайне удивило девушку.       Кейт снова глянула на тёмный вход, и уже ставший привычным за последние дни сильный спазм в районе груди выдернул её из задумчивости.       Она медленно затаскивала тела на порог фабрики, где стояла медицинская каталка, и как обычно тянула время. Хайзенберг никак не появлялся, и это вынуждало нервничать и хмуриться всё сильнее.       Закончив с телами, Кейт сняла куртку, вымыла руки на первом этаже и неуверенно поднялась на второй. Прошла в кабинет, но Карла там не оказалось. Не оказалось его и в соседней комнатке, где он иногда дремал на кушетке у окна.       — Хм… — выдохнула она, чувствуя лёгкую неловкость. Ещё не доводилось находиться на заводе одной.       Кейт решила пока начать с того, чему успела научиться у Хайзенберга, и пошла вниз за первым телом, чтобы на лифте поднять его в операционную.

***

      Минуты три-четыре Карл наблюдал за девушкой, которая стояла над трупом и увлечённо занималась делом, не заметив его появления. Она слегка пританцовывала, иногда слабо отбивая какой-то ритм чёрными каблучками. От покачиваний бёдрами подол тёмно-синего платья скользил по коленям. Неглубокий вырез открывал кусочек красивой спинки, на которой виднелись два маленьких шрама, подаренных Мирандой, но они ничуть не портили картину. Столь полюбившиеся Карлу волнистые волосы собраны в хвостик набок и плавными волнами ниспадали с плеча до живота.       Он скрестил руки на груди, ладонью чувствуя быстро ускоряющийся пульс. Да, он был невероятно зол, но как же соблазнительно она выглядела сейчас, когда думала, что на неё никто не смотрит…       Чёрт бы её побрал… Возьми себя в руки, Хайз.       Прошло ещё несколько минут, прежде чем Кейт наконец развернулась, чтобы положить железные щипцы к остальным инструментам. Увидев его, она испуганно вскрикнула и выронила их.       — Чёрт, Хайзенберг… — выдохнула она. — И давно ты там стоишь?       — Пять минут, — ровно ответил он и слегка махнул пальцем, от чего щипцы плавно полетели с пола на стол. Мужчина продолжал неподвижно стоять, не отводя от неё пронзительного взгляда. Она с опасением смотрела на него, не понимая причин такого непривычного затишья, которое пугало уже по-настоящему. Хоть он и просто замер в проёме в своих коричневых брюках и одной тёмно-зелёной футболке, были отчётливо видны до предела напряжённые мышцы рук.       — Я привезла ещё тела, — осторожно сказала Кейт. — Двоих я уже приготовила для тебя.       Карл продолжал молча буравить её взглядом обычно светлых сияющих глаз, которые однако сейчас казались чёрными.       — Извини, что вошла без спроса, если дело в этом, и я…       — Где ты была, Кейт? — грубо перебил её Хайзенберг.       — Эм… Извини?       — Ты же прекрасно знаешь, что я не могу покинуть эту поганую деревню. Так как тогда я должен был узнать, что с тобой и где ты?       Мужчина угрожающе надвигался на девушку. Он говорил низко, тихо и медленно, и Кейт впервые стало действительно страшно рядом с ним.       — Не твоё дело…       — Отвечай. На. Вопрос. Кейт! — прорычал Карл и она уже сама начала злиться.       — Не делай вид, будто тебя волнует, в порядке ли я!       — Вот тут ты права, на это мне действительно насрать, — рявкнул он, но сердце неприятно ёкнуло. Совсем как в детстве, когда он нечаянно испортил любимую мамину скатерть, но утверждал, что это был не он, а она просто выжидательно смотрела на сына, зная, что тот врёт. — Всё, что меня волнует — это живые союзники, которые не пропадают на сутки.       — О, спасибо за откровенность, Хайзенберг. Хоть раз ты сказал правду, — без смеха улыбнулась Кейт. Она протиснулась мимо него и пошла к двери.       — Собралась опять сбежать? А хер там! — взбесился Карл и, схватив её за руку, потащил в коридор. Бесцеремонно затолкнув девушку в соседнюю комнату, он зашёл следом и щёлкнул замком. — Дверь толщиной в десять сантиментов. Тебе придется долго её плавить, солнце…       Кейт пару секунд в шоке смотрела на дверь, не веря своим глазам. Потом отрицательно махнула головой и ошарашенно уставилась на Карла.       — Да что ты себе позволяешь… — начала она, но тот лишь молча скинул с себя футболку и двинулся к ней. Девушка удивлённо отшатнулась и, опомнившись, бросилась к двери, оббегая Хайзенберга сбоку. Он резко схватил её сзади и крепко прижал к груди.       — Я же сказал, хер там, — прошептал он и рывком наклонил её на стол. Заломив руки за спиной, он прижал хрупкое женское тело к холодной стали.       — Ты спятил? Хватит! — Кейт начала отчаянно вырываться, но он с самодовольным смешком вжал её бёдрами в край стола. Он вдруг увидел, как задымились её руки, и быстро закинул их за голову.       — Какой ты наивный… Я могу воспламеняться полностью, ты же не в курсе?!       — Так давай, — прошептал Карл на ухо, прижавшись к ней всем телом. Горячее дыхание обожгло шею и Кейт невольно поёжилась. Жар его кожи грел спину, в то время как сталь морозила грудь и живот через ткань. — Чего ты ждёшь? Поджарь меня.       Кейт лихорадочно пыталась что-то придумать, но мозг не соображал. Карл расстёгивал молнию на платье, попутно покрывая поцелуями шею, плечи и спину, и это сводило с ума и чертовски отвлекало. Она снова попыталась спихнуть его с себя и мужчина, раздражённо ругнувшись на немецком, резко задрал подол платья до талии.       — Нет, не смей! — крикнула Кейт, но он одним рывком с треском разорвал трусики, от чего она возмущённо дернулась. — Ненавижу тебя!       Она судорожно втянула в себя воздух, когда Хайзенберг бесцеремонно запустил руку между ног и протяжно простонал.       — Ненавидишь? Да ты вся мокрая, Кейт… — прошептал он и плавно ввёл внутрь средний палец. Она с глухим стуком уронила голову на стол, прерывисто дыша и сдерживая стоны. Карл отпустил её руки и аккуратно стянул резинку с волос, наматывая их на кулак и притягивая к себе. — Давай. Скажи это.       — Да пошёл т… — начала Кейт, но он тут же ввёл в неё следом второй палец. Она до боли укусила свою ладонь, чтобы не застонать. Хайзенберг это заметил и стал ритмично двигать пальцами. Он отпустил волосы и просунул под неё руку, сжав упругую девичью грудь, а когда он прикусил её шею, она не сдержалась и громко застонала.       — Вот так, умница, — удовлетворённо прохрипел Хайзенберг и стал ускорять движения. Она снова простонала, чувствуя приятную тяжесть внизу живота и быстро разгорающийся пожар между ног. Сердце бешенно колотилось, казалось, прямо в ушах. Карл делал всё слишком правильно и она поняла, что ещё немного — и она пошлёт свою гордость к чертям.       Он увидел, как Кейт ухватилась за край стола и выгнула спину, стоны становились всё громче, а его пальцы она изнутри сжимала всё чаще. Но сдаваться так просто он не хотел, хотя чувствовал, что и сам вот-вот взорвётся. Поэтому он резко остановился и убрал руку, от чего девушка чуть не заплакала.       — Что… Что ты?..       — Попроси, — прошептал Карл, впиваясь ладонями в её аппетитные бёдра. Самообладание почти покинуло его и он был готов в любую секунду закончить эту дурацкую изматывающую игру. — Попроси сама.       — Карл, — заскулила Кейт, когда он вернул руку обратно, но лишь едва коснулся её горячими пальцами. — Я прошу…       — Просишь что? Чего ты хочешь?       — Тебя… — жалобно выдохнула Кейт, едва ли не плача от неудовлетворённости.       В ту же секунду он снова ввёл в неё два пальца, второй рукой поглаживая клитор. Ощущения были такими желанными и яркими, что уже через пару мгновений тело Кейт буквально передёрнуло и она громко вскрикнула. Перед глазами всё запульсировало мерцающими зайчиками, а живот свело приятными спазмами, ведь девушка уже много лет никого не подпускала к себе.       Послышался звон бляшки ремня и этот звук моментально завел её не хуже его прикосновений. Хайзенберг пару раз провёл членом по влажным складкам и стал медленно погружаться в неё. Он был не маленьким мальчиком и Кейт вскрикнула от распирающей боли, сжимая кулаки.       — Чш-ш… Расслабься, дорогая. Впусти меня…       Он плавно вошёл до упора и остановился на несколько секунд, давая её телу привыкнуть к нему. Когда она выдохнула и медленно разжала кулаки, он стал расслабленно погружаться внутрь, обхватив ягодицы. Чем громче она стонала, тем быстрее и грубее он двигался. Когда её стоны перешли в крики, Хайзенберг уже размашисто и жадно насаживал её на себя с хриплыми животными стонами, несильно оттягивая за волосы. Звонкие шлепки эхом разлетались по комнате. Он нагнулся и, сжав горло, так глубоко вонзался в девушку, что у неё потемнело в глазах. Но ей это нравилось… А когда он прижался горячей грудью к спине и зарылся лицом в распущенные волнистые локоны, жадно втягивая их запах, у неё закружилась голова от ощущения полного подчинения его доминантному контролю.       — Давай, кончай… Ещё разок для меня, детка, — прошептал Карл. Его слова стали последним ударом и наслаждение огромной волной захватило её. Она с громким криком содрогнулась, ощутив оргазм втройне мощнее первого. Кейт неконтролируемо дрожала, когда он сделал последние толчки и замедлился, сдавленно прорычав ей в шею и до боли сжимая бёдра.       Тяжело дыша, они простояли так около минуты в почти оглушающей теперь тишине.       — Чёрт, — наконец выдохнул Хайзенберг, целуя дрожащее плечико. Он выпрямился и застегнул ремень. — Иди ко мне.       — Я не… Я не могу, — слабо ответила Кейт, с трудом поднимаясь на ослабших дрожащих ногах. Он довольно усмехнулся и подхватил её на руки, и девушка обессилено обняла его за шею, пока он нёс её к кушетке. Карл уложил её и рухнул рядом, притянув к себе. Несколько секунд он расслабленно разглядывал потолок, поглаживая шрамик на её спине.       — И вот надо было так упрямиться? — усмехнулся он, но девушка уже мирно сопела у него на плече, уткнувшись носом в шею. Закрыв глаза, он погладил мягкие шоколадные волосы и снова почувствовал, как сильно и непривычно защемило в груди.