Мнимая человечность

Алые глаза лениво приоткрылись, тогда светил яркий свет. В голове было пусто, и что-то мешало говорить. Чувствовалась неприятная прохлада, пустившая дрожь по всему оголенному телу. Пару минут тело не двигалось, только потом подняло руку, рассматривая почти прозрачную кожу с выпирающими венами под ней. Получше её рассмотрев за всех сторон, юноша поднялся, оглядываясь вокруг себя, фиксируя каждую вещь в помещении. И только одно его привлекло больше всего - неподвижный, сидящий на стуле рядом, человек. Его руки были сложены на кушетке и, кажется, он спал. Юноша странно взглянул на это, запоминая лицо, а потом смахнул с глаз мешающую челку, попутно рассматривая белые кончики волос. Они были мягкие и средней длины. Его руки блуждали по собственному телу, изучая каждый участок кожи, а потом захотел сравнить себя со спящим рядом темноволосым парнем. Холодные пальцы коснулись упавших на лицо прядей и несильно потянули, находя некоторые схожести со своими. Но все таки они чувствовались по-другому, что было трудно понять. Когда пальцы начали касаться закрытых век, бровей и розоватых губ, человек открыл глаза, сразу замечая перед собой руку. Он быстро схватил ее и взглянул на свое ожившее творение, которое с безразлично смотрит в ответ. Улыбка на чужом лице была мягкой и немного напрягающей. Кукла не запрещала себя трогать, а Скарамучча разрешения и не спрашивал, рассматривая ее эмоции. Но их было совсем мало - либо скрытый интерес, либо расслабленный вид, но они особо не отличались. Брюнет отстранился. — Ты меня слышишь? — спросил он, получив положительный кивок, — Хорошо. Можешь сказать что-нибудь? Кукла пару минут ничего не делала, пристально глядя в чужие глаза. Немного наклонив голову в бок, он все же произнес: — Могу. — Хорошо, значит все внутренние органы уже сформировались, — Скарамучча задумчиво нахмурился. Он не находил что сказать кукле. Кажется, вот оно, живое, созданное перед тобой, но в то же время хочется только смотреть, не отрываясь, — Думаю, нужно дождаться прихода Тигнари и тогда уже обследовать тебя.. — Скажи мне, кем являюсь я и кем являешься ты, — юноша прислонился рукой к чужой груди, сохраняя безразличное выражение лица, — Я чувствую твое сердцебиение и исходящее от тела тепло. Скарамучча не мог пошевелиться и ничего не говорил. Он только смотрел в глаза блондина, но он также ничего не произнес, словно ждал ответа. Нахмуренные брови настораживали. — Дело в том, что.. я твой создатель, понимаешь? Ты не совсем человек. Правда, я пока совсем не понимаю как с тобой обращаться.. — Кукла понимающе кивнула, — Ладно, давай для начала подберем тебе одежду? Юноша вновь осмотрел себя и Скарамуччу, дергая за рукав его одежды. — Раз ты мой создатель, то я должен делать все, что ты говоришь? Брюнет глупо уставился на марионетку, но так ничего не ответил, только аккуратно взял за руку. Скарамучча не чувствовал сопротивления и, кажется, создание теперь точно будет его слушаться. Пару раз он оборачивался назад посмотреть на идущего сзади юношу, пытаясь сдержать улыбку. Чужой взгляд проходился по потолку, стенам, дверям, возможно в них и была заинтересованность, но Скарамучча этого не увидел. Алые глаза не совершенно не выглядели живыми, но от них исходило странное чувство. Несмотря на то, что кукла до невозможного была совсем как человек, в ее действиях и эмоциях прослеживалось другое. Скарамучча, конечно, не успел еще полностью изучить ее, но отсутствие какой либо мимики напрягало. Хоть брюнет и решил, что навсегда отвязался от матери, у него осталась одежда, которую она когда-то дарила своему сыну. Ну, зато теперь ей будет применение. Много тканей разного цвета, заранее подготовленной, показались перед куклой, что в свою очередь недоумевающе смотрела на них. — Выбирай все, что понравилось. — Понравилось? — повторил блондин. Он внимательнее осмотрел показанную ему одежду, и взгляд его упал на одну выделяющуюся из них. В узорчатых теплых тонах, — Это. Выглядит неплохо. Скарамучча кивнул и убрал оставшиеся вещи. Мельком взглянув на куклу, он понял, что та не двигается, лишь смотрит на одежду в своих руках. Брюнет подошел ближе, касаясь чужого плеча. — Тебе помочь? — неуверенно спросил он, — Слушай, тебе нужно дать имя. Я не уверен, что подойдет то, которое я могу дать, поэтому выбор полностью за тобой. — Имя? — вновь переспросил блондин, щурясь, — Хорошо. Я подумаю об этом позже и обязательно сообщу тебе, — и обратно посмотрел на одежду, отрицательно качнув головой, — Нет, помощь не требуется. Скарамучча ушел, оставляя куклу одну. Чувства казались смешанными. Изначально марионетка не подавала признаков живого человека, скорее походила на робота, наделенного речью, но сейчас все немного перестроилось: голос стал более живым, а эмоций значительно прибавилось. Это, конечно, радует, но Скарамуччу напрягает тот факт, что что-то может пойти не так. В смысле, какой-то сбой произойдет. Он, конечно, знал из-за чего могут последовать какие-либо ошибки и тому подобное, но без Тигнари в этом разбираться пока не стоит. Как раз он принесет реактивы и тогда можно будет спокойно обследовать тело куклы. И пока Скарамуччу терзали тернии его мыслей, эта самая кукла вышла из комнаты, полностью переодетая. Юноша и не знал, что его одежда так хорошо сядет на марионетку, да еще и очень подойдет к его внешнему виду. Наверное, блондин не зря ее выбрал, когда размышлял над тем, что именно ему понравилось. Скарамучча ненадолго задержал изучающий взгляд на нем и улыбнулся. — Выглядишь отлично, тебе идет, — сказал он, наблюдая за тем, как кукла странно вздернула брови. — Я четко проанализировал цвет каждой ткани и подумал, что одна из них должна подходить к моему телу, — задумчиво приложив палец к губе, парень взглянул на Скарамуччу, — В одежде я чувствую тепло, которое ощущал от твоего тела. Это необычно, учитывая то, что я не человек и не должен ощущать подобное. — Несмотря на то, что ты являешься созданным организмом, твое тело идентично человеческому, за исключением способности к мгновенной регенерации. Также оно не чувствует боли, по крайней мере, физической. Скарамучча подошел к нему и аккуратно взял бледную руку в свою, оглаживая ледяную кожу на запястье. — Кожа холодная. Ты ощущаешь холод? — брюнет нахмурился, ведя пальцем выше, вдоль по руке. — Легкое покалывание в фалангах, не более. Возможно, температура стабилизировалась из-за одежды, поэтому это никак не влияет на меня. Если так подумать, то даже арктический вихрь не повлиял на него, потому что кукла не должна чувствовать холод, жару, боль. Наверное, он мало знает о собственном теле, либо еще не успел изучить его полностью. Меньше чем за час, конечно, это вряд ли получится. Но юноша, к счастью, быстро схватывает информацию и сразу же обрабатывает ее, что даже на руку, ведь это здорово упростит дальнейшее его изучение. Но до тех пор, пока Тигнари не вернулся, необходимо заняться самой куклой. — Итак, пока я не могу начать полное обследование твоего тела, можно попробовать найти тебе занятие по душе, мм, например.. — Скарамучча на пару минут задумался, осматривая с ног до головы куклу, силясь найти в ее внешности ответ, — ..рисование? Мне кажется, ты творческая.. личность, да, и, возможно, тебе понравится читать книги. У меня есть парочка довольно интересных с различными жанрами и.. А, точно! Еще нужно тебя обучить фехтовальному мастерству, но этим я займусь позже. В общем, сейчас принесу книги, подожди меня здесь. Юноша кивнул и мельком взглянул вслед уходящему создателю, а после вновь начал осматривать себя. В его голове находился пока что только единственный образ, и это был Скарамучча, его голос и эмоции. Марионетка в разговоре с ним точно анализировала все действия и слова, определяя характер, тип личности, психологический портрет. Это было не так сложно, учитывая мгновенное считывание информации куклы. Скарамучча вернулся быстро, и кукла удивленно взглянула на него и на огромную стопку книг в его руках. — Черт, — глухо произнес он, чуть ли не уронив все не пол и после почувствовал облегчение, когда вся стопка перекочевала к блондину. Казалось, ему совсем не тяжело, хоть это и неудивительно. Юноша легко подхватил книги и аккуратно уложил их на стол рядом, — Спасибо. Кукла кивнула и принялась рассматривать каждую из них. Скарамучча переместился к нему за спину, наблюдая за тем, как юноша заинтересованно проводит рукой по каждой книге, перелистывая страницы. — Здесь разные жанры, — взяв одну книгу, брюнет передал ее кукле, — Мне кажется, что эта тебе понравится больше всего. Она про молодого самурая и его путешествии по чужим странам. Конечно, там не только об этом, но прочитаешь все сам! — Думаю, я смогу прочитать ее за пару часов, — сказал юноша, — Спасибо. Если мое тело не потребуется в ближайшее время, то начну прямо сейчас. — Зависит от Тигнари, потому что как только он придет, нам необходимо будет обследовать тебя. Если вдруг почувствуешь себя нехорошо - сообщи мне, пожалуйста. Скарамучча улыбнулся, в надежде уйти и немного отдохнуть, убедившись, что кукла в исправности, но резко послышался громкий хлопок за спиной. Брюнет обернулся и заметил запыхавшегося друга с небольшой сумкой в руках. Тигнари прислонился к двери и устало скатился по ней вниз, устраиваясь на полу. Марионетка на секунду замерла, а после направилась к Тигнари, рассматривая его с ног до головы. Протянув руку к чужому телу, он поймал вопросительный взгляд и повернулся в сторону Скарамуччи. — Ты всех людей, которых впервые видишь будешь трогать? — Нет, — спокойно ответила кукла и вновь посмотрела на тяжело дышавшего фенека, который, судя по всему, даже не замечал чужого присутствия и того, что его уши заинтересованно осматривают, трогая руками, — Это такой способ узнать данные о теле человека. На самом деле, длительное прикосновение дает мне больше информации, чем могут рассказать люди. Даже ту, которую они сами порой не знают о себе. Заболевания к этому тоже относятся. — Ого, — удивленно вздернув брови, парень сложил руки на груди, — Не припомню, чтобы такое я обсуждал с Нахидой при твоем создании. Кукла пожала плечами и продолжила осматривать чужие уши. Когда палец провел от кончика к основанию, на запястье блондина внезапно уселся воробей, подаренный Кусанали. Он звонко зачирикал и переместился на плечо юноши, не прекращая громко голосить. От заливистого пения Тигнари потряс головой и недовольно поморщился. Только потом он заметил сидящего перед собой юношу, упорно глядящего в его глаза. Фенек быстро посмотрел на Скарамуччу, а потом вновь на блондина. — Неужели очнулся, — произнес он, дотрагиваясь до чужой щеки, — Интересно, я думал, что его кожа будет жестче на ощупь. В любом случае, результат лучше, чем я предполагал, его не отличить от живого человека! — Конечно не отличить, — брюнет самодовольно ухмыльнулся и подошел к кукле, — Он идеален. Только мы сейчас же обследуем его, не хочу испортить, поэтому надеюсь, что ты принёс реактивы, — улыбнувшись, юноша заметил, как алые глаза впились в него и опасно ярко засияли, — Кстати, от кого это ты так бежал? Тигнари поднялся и нервно откашлялся. Он посмотрел на Скарамуччу, настороженно нахмурившись. — Потом об этом поговорим, — шепнул фенек ему на ухо и резко выпрямился, — Теперь отведи тело в процедурную, пока я найду нужные реагенты. Брюнет кивнул и аккуратно взял куклу за запястье. Она вновь покорно шла за создателем, только странно поглядывала в сторону Тигнари. Конечно, марионетка не имеет способности читать мысли, но явные признаки сокрытия чего-то на лицо. Может, это и не касается юноши, только то странное поведение заставляет думать о незаконченной обработке информации. Но что еще больше напрягало, так это - полуживой птенец, который все еще находился на плече куклы. Блондин слишком сильно, на собственное удивление, реагировал на воробья, будто два несовместимых компонента рядом. — Скарамучча, — тихо позвала кукла, — Расскажи мне об этом воробье и почему его присутствие оказывает на мое тело странное влияние. — Странное влияние? — повторил вопрос парень и задумчиво хмыкнул, — Это воскресший птенец. По сути - живой труп. Даже нет предположений насчет реакции твоего тела на него. — Будто происходит отторжение. Причем, кажется, он этого не чувствует, только жмется сильнее к моему плечу, — блондин попытался смахнуть птицу свободной рукой, но та быстро подлетела и вернулась в исходное положение, — Мне кажется, воробей черпает из меня жизненную энергию. Раз он живой труп, то ему необходим источник питания, иначе со временем его тело превратится в прах. Скарамучча резко остановился и глупо уставился на куклу, что схватила воробья и крепко сжала в руке. Она безразлично фыркнула и передала его в чужие руки. Брюнет вторил действию и также сжал птенца, пока тот отчаянно пытался вырваться и вновь подсесть к блондину. — Так, я не совсем понимаю. Нахида сказала, что он - зомби, но не предупреждала о подобном. Разве зомби не могут просто продолжать жить без питания? Марионетка отрицательно качнула головой и провела пальцем по птичьей макушке, собирая темно-серую пыль. Он размазал ее на пальцах и показал Скарамучче. — Видишь? Эта пыльца - своего рода прах. Несомненно, зомби не имеют потребности в еде, но этот простыми словами паразит, так сказать, нонсенс, воскрешенный неверным способом. Поэтому, если он не найдет удобный источник для продолжения жизненного цикла - постепенно будет умирать. И это время действительно может затянуться на довольно долгое время. Осмелюсь предположить, что учитывая мое появление на свет - ему посчастливилось найти большой запас питательных веществ. Советую от него не избавляться, само его существование может во многом помочь, только придется держать подальше от живых организмов. Скарамучча еще долго пытался переварить невыносимо медленно поступающую в его мозг информацию, но все никак не мог поверить в сказанное. Хотя, то, о чем сейчас говорит кукла, звучит убедительно, но странно. Кусанали действительно была права, когда говорила что воробей не может быть неубиваемым, но, видимо, не знала о возможных побочных эффектах. Скарамучча грустно вздохнул, ведь это был, все таки, подарок для марионетки. А сама она, кажется, его мнения не разделяла и зло косилась на птенца. — Ладно, я его уберу подальше от тебя. Мою же.. жизненную энергию он не может поглощать? — брюнет задал вопрос неуверенно, но получил положительный кивок и выдохнул, — Хорошо. Тогда проходи в эту процедурную и сними одежду до пояса. Скарамучча взглянул на воробья в своих руках, рассматривая его ближе. Действительно, выглядит не очень, только оперение стало пышнее. Он раздраженно фыркнул и ушел обратно к Тигнари, надеясь потом поговорить с ним о зомби. Возможно, он смог найти что-то, когда осматривал его. Друг, кажется, уже был давно готов - успел переодеться и разложить кучу склянок на стол перед собой. Их было совсем мало. — Это все? — недоуменно спросил Скарамучча, — Я думал, их будет намного больше. — Каждая пробирка используется раз в неделю, — Тигнари нахмурился и обеспокоенным взглядом посмотрел на друга, — Скар, то, что я хотел сказать, это касается убитого Фатуи. В общем, Фарузан сказала, что его начали искать, в частности инадзумский детектив. Поэтому, я бы советовал вообще не выходить из лаборатории. — Ясно, — коротко ответил парень, — Потом об этом. Сейчас нам нужно осмотреть тело. Тигнари выдохнул и согласно кивнул, захватывая с собой одну пробирку. В процедурной кукла стояла напротив зеркала и внимательно осматривала себя. Кожа будто стала еще бледнее. Фенек подошел к столу с медицинскими инструментами. Заранее приготовленный среди них шприц сразу заполнился веществом. Скарамучча приблизился к марионетке, попутно натягивая на руки перчатки. — Повернись ко мне спиной пожалуйста, нужно сначала оболочку осмотреть. Юноша кивнул, послушно вставая спиной. Кончики чужих пальцев коснулись загривка, ведя вниз, вдоль позвоночника и расходясь, надавливая на тазобедренные кости. Надавливая на поясницу и прощупывая ребра, Скарамучча слышал рваные вздохи куклы. Он мельком взглянул через отображение в зеркале, заметив помутневший взгляд, направленных в пол глаз. Руки заметно напряглись, когда брюнет проверил подвижность локтевых суставов. Реакция на прикосновения настораживала, и тогда он отстранился. — Тебе больно? — спросил Скарамучча, заставляя алые глаза робко взглянуть на себя, — Скажи, если это так. Мне нужно знать, если что-то в теле отклоняется от нормы. Кукла резко махнула головой в разные стороны. — Я не чувствую ничего, — ответил блондин, задумчиво поджав губы, — Мое тело само реагирует так, я полагаю. Это нормально? — Не знаю, — признался Скарамучча, продолжая исследовать участки искусственного тела, — Возможно, это были твои чувствительные точки, не суть важна. Главное, что с внешней оболочкой все хорошо, по крайней мере, сейчас. Марионетка задумалась. Ее взгляд впился в в сторону Скарамуччи, но он был пустым, совсем не ощущался. — Все готово, — сказал Тигнари, удерживая в своих руках шприц, — Сядь, пожалуйста, на стул и положи руку на поверхность. Не волнуйся, это всего лишь реактив, который совершенно не опасен для твоей крови. — И как часто будет проводиться эта процедура? Блондин вопросительно взглянул на фенека, поморщившись от введения жидкости. — Полгода, — ответил Тигнари, закрепляя бинт на руке куклы, — Каждый месяц один осмотр. Также, эти реактивы позволят тебе поддерживать жизнь, так как искусственно-рожденному на свет организму нужно выработать иммунитет к окружающей среде. Так сказать, это обновит работоспособность твоих внутренних органов. Теперь Скарамучча может полностью заняться тобой. Кукла понимающе кивнула и посмотрела на брюнета, стоящего в стороне. И он готов поспорить, что этот горящий взгляд изменился.