Сделаем этот шаг вместе...

Всегда считала учебу неким скучным обязательством, от которого очень тяжело отделаться. Но в жизни есть вещи, требующие к себе внимания в любом случае. Как бы ты их ненавидел. Джерри с умным видом читал вопрос и пытался подобрать правильный ответ из предложенных в тесте. Я вздыхала и все больше думала о том, что если я хочу вернуть себе былую славу, то придется поднажать и устроить стерве отменный урок. — 1А, 2С, 3D, 4В, 5А, 6А, 7В, 8С, 9А, 10D, — быстро проговорила я и усмехнулась. — Ты так надрываешься, пытаясь вспомнить то, что повторял несколько часов назад. Джерри усмехнулся и стал проверять мои ответы. Через минуту его голубые глаза стали размером с блюдце. Парень смотрел на меня и никак не мог поверить тому, что только что выяснил. — Правильно? — я повернула голову в его сторону и посмотрела вопросы тесты. — Ага, правильно. Джерри продолжал смотреть на меня и часто моргать. Видимо, в его забитой знаниями голове никак не умещалось то, что я могу знать и понимать больше, чем он. Чем кто-либо в этой аудитории. Прозвенел звонок. Я сдала пустой листок, без каких-либо пометок, разве что моя фамилия. Еще одна идиотская традиция. — Почему? — тихо спросил друг, рассматривая работу, которую я сдала на учительский стол с особым равнодушием. — Потому что мне скучно, любовь моя. Это так типично учиться, быть умным. Зазнаваться. Секс и гулянки намного интересней, — мы медленно вышли из кабинета и направились в сторону столовой. — Но ты все равно знала все верные ответы. — Это же элементарно, — удивилась я, — на все эти вопросы ответы внутри лекций. Я почти ничего не пишу, но слушаю все равно. — И? — Джерри сел за наш стол. Надо сказать, что вместе с нами никто не сидел. Считалось, что меня держат в академии из-за денег отца, а сдаю я экзамены только благодаря Джерри. Его успеваемость была на пятом месте в учебном заведении. — И вот. Все необходимые знания я получаю вне зависимости от того, пишу я их или нет. Главное, что бы их хоть раз кто-то сказал при мне. Остальное само по себе. Мозг тут же восстанавливает информацию, стоит мне прочитать вопрос, — я достала гамбургер и принялась жевать, а Джерри все еще не мог прийти в себя. — Ты понимаешь, что ты гений? Большинство людей для такого результата годами что-то изучают, читают и учат. А тебе достаточно услышать, — друг достал бутылку с водой и отпил. — Это не показатель того, что они умные, а я гений. Все проще. Умение пользоваться тем, что дает тебе природа. Кто-то может, кто-то нет. Джерри кивнул, а потом усмехнулся: — Чтобы поставить выскочку на место тебе достаточно просто применить свою методику. — Ага, — я лениво растянулась на маленьком стуле, вытягивая длинные ноги. — Но ты не будешь этого делать? — Сейчас! – возмутилась я. — Она по полной программе получит от меня. Я сначала унижу ее, обойдя по учебе, а потом добью тем, что трахну. Надо место, кстати, подобрать. Романтика и пафос. Хочу, что бы она навсегда поняла, что ошиблась, сказав слово «позор» в мой адрес. Джерри кивнул и нахмурился, смешно сморщив курносый пятачок: — Лучшая ученица против лидера толпы. Забавный бой, но неравный. Ты же ее размажешь по стенке, — радужная голова повернулась в дальний угол столовой, где восседала причина моего желания рвать и метать. Я тоже не осталась в долгу, посмотрела на Риану и улыбнулась: — Она уверена в себе, даже не подозревает, что мне на все про все нужно около недели, — я схватила свой рюкзак с пола и встала из-за стола. — Идем. Тут все пялятся и ждут военных действий. А мне лень. Разочарую толпу сегодня. Риана в этот момент посмотрела на меня и вздохнула. Наверное, опять вспомнила о том, что я позорю ее великую школу. Уроки проходили привычным чередом. Один за другим. Иногда я занималась чем-то вроде «я учусь-учусь», а иногда «мне некогда, есть дела важнее». Причем последнее мне нравилось куда больше, но Джерри устало отнимал наушники и телефон, совал в руки тетрадь и карандаш: — Пиши, Легенда, пиши. О да, это мое прозвище. Все в школе называли меня за спиной Легендой, считая, что обо мне еще долго будут вспоминать следующие поколения учеников этой академии. — Любовь моя, — устало зевнула я на последнем уроке, — а может, сегодня устроим посиделки у меня? Джерри поднял крашеную голову и пожал плечами: — Завтра нет тестов, давай. — Круто, а то эти люди, обсуждающие за глаза уже надоели. Хочу колы, чипсов и твои колени. Джерри засмеялся, привлекая внимание преподавателя, который уже полчаса объяснял теорему какого-то немецкого ученого. По мне, так все просто переставляем две переменные, умножаем на вторую часть выражения и получаем нужный результат, переводим в нужную единицу исчисления. Но учитель считал, что это не так просто, чтобы понять суть решения и самой теоремы, надо полчаса нудить и вгонять студентов в тоску. Что ж, дело его. — Любовь моя, — снова зашептала я, — а почему ты не найдешь себе девушку? Друг покрутил пальцем у виска, записывая ровные цифры с доски к себе в тетрадь: — Она меня завтра же бросит, узнав, что мы друзья. К тому же ты меня зовешь «любовь моя». Не думаю, что это кому-то понравится. — Ну да, — снова зевнула я, укладывая голову на плечо Джерри. — Ты у меня все равно самый лучший. — Легенда, ты отвлекаешь меня. Если собралась спать, спи. Дай дописать, не все такие умные как ты. — Извини, любовь моя. Я больше не буду, — ответила я, проваливаясь в сон. Каждый вечер выходного дня я и Джерри шли ко мне, по дороге закупаясь чипсами и колой. Друг с умным видом рассказывал всякую ерунду об учебе, а я лежала головой на его коленях и смотрела на звезды, которые хорошо было видно из моего окна. Сегодняшний вечер ничем не отличался. Разве что на календаре была среда, а не суббота. — Легенда, как думаешь, а такие как я бывают счастливыми? Я пожала плечами: — Для этого тебе придется бросить меня. — Почему? — Ты сам сказал, что девушки из-за меня сбегут. Джерри пожал плечами: — А что, счастье в них? — Когда узнаю, скажу. Мы продолжали сидеть молча. Джерри ел чипсы, я наслаждалась звёздами в открытом окне. Люблю раннюю осень, когда еще можно спать с открытым окном. — Что с планом? Я вздохнула, обнимая колени Джерри: — Начну завтра. Сдам пару тестов лучше, чем обычно. Привлеку ее внимание парочкой поручений от кого-то из преподавателей. А потом стану лучше на ее глазах. Она не заметит, как слетит с первого места учебного рейтинга. — Это будет ударом для Рианы. — Надо думать, что говоришь, — я прикрыла глаза, представляя свои действия в голове. — А потом начну сближаться с ней. Найду повод, попрошу помощи, может быть, лучше по учебе. Риа влюбится, а потом секс. Я перестану дорожить всем, чем и так не особо-то дорожила. Друг кивнул и грустно надул губы: — Ей будет больно, — он погладил меня по волосам. — Любовь моя, всем больно. И мне бывает больно. Но ведь я не бросаюсь словами в проходящих мимо людей. Джерри пожал плечами: — Нет, когда тебе больно, ты прячешься от всего мира. — Вот именно, сохраняя чужое самолюбие и свои нервы. Знаешь, любовь моя, я закончу школу и только потом покажу настоящую себя. А пока пусть видят то, что я им позволяю видеть. Нечего совать нос туда, где им не рады. — Я люблю тебя, Легенда. — И я тебя, Джерри. Мы улыбнулись друг другу, продолжили есть чипсы и обсуждать мелочи жизни, но теперь веселее. На самом деле, у каждого человека в душе есть мечта. Я бы хотела полететь в космос, как бы по-детски это не звучало. А вот Джерри мечтал стать ветеринаром, но его родители передадут ему огромную нефтяную компанию, и никаких животных там нет. Мечты… Что с них взять? Дешевые выдумки взрослых людей, которые в душе все еще дети…