Истинный облик

Кейл не знает, когда это началось. Не знает, почему это началось. Какой в этом смысл, он тоже не знает. Смешно, да? Человек, который знает практически все тайны государств, не знает, что чувствует. Но почему разобраться в себе намного сложнее, чем предотвратить нападение Белой Звёзды и Руки? Тёмные пряди волос, вьющиеся у кончиков, немного светлее, но всё та же тёмная кожа, чёрные глаза, в которых практически не видно зрачков… Чёрт. Почему это сводит с ума и заставляет сердце трепетать? Кейл видел его таким лишь пару раз, но почему каждый раз видясь с ним в роли наследного принца, он с трепетом ждёт чудесного перевоплощения в Эльфа? Это какой-то фетиш? Кинк? Если да, то Кейл самый настоящий извращенец. Он не чувствует того же, когда видит Альберу обычным человеком, он чувствует влечение лишь за тёмными прядями магического существа. Хенитьюз утыкается в подушку, скрывая румянец и прогоняя извращённые мысли. Это не так. Ему не нравятся чёрные глаза, не нравится улыбка, которую можно увидеть только в его истинном облике, не нравится очаровательная мимика, которую он снова может показать только в виде Эльфа. Ему не нравится он. Нет. Хотя кого он обманывает? Самый тяжкий грех — обман самого себя. Так сказал кто-то где-то. Ему всё это до безумия нравится. До потрясывающихся кончиков пальцев, до ватных ног, на которых он еле может устоять, до лёгкого румянца на щеках и учащённого сердцебиения. Он хочет видеть его намного чаще, но не того идеального принца, хочет видеть его настоящего, такого, каким он родился. Он желает лишь этого и спокойной жизни. Разве он так много требует? Это… Наверняка, невозможно. Это возможно только в одном месте. Только в его сновидениях, заставляющих просыпаться по ночам от тяжёлого дыхания и жара, растекающегося по телу. Там снится всякое. И просто тёмный эльф, сидящий напротив него. И улыбающийся Альберу, приближающийся к лицу и касающийся губами его губ. И в том же духе то, что он старается скрыть от детей. Кейл вновь засыпает, надеясь увидеть продолжения, но начинается новый сон. Всё по тем же канонам. Это ненормально. Кейл понимает, что ненормально мечтать о кронпринце, когда он сидит напротив. Ненормально на месте голубых глаз, белоснежной кожи и блондинистых волос представлять всё это в тёмных тонах. Хочется сорвать кулон, что отделяет кронпринца от его истинного облика, но Хенитьюз сжимает кулаки до боли, освежая разум и говоря себе: «так нельзя». Может, если бы их отношения были немного другими, Хенитьюз бы всё же сорвал магическую безделушку, наслаждаясь видом его настоящего. Может… Если бы Альберу не был бы принцем, то… Глупые мечты. — Кейл это понимает, потому просто отгоняет эти мысли и продолжает следить за словами другого, не того, кого он представлял. Эта тонкая грань, скорее всего никогда не будет нарушена. Скорее всего, Кейлу больше не доведётся видеть его истинный облик. Пусть будет так. Ночь не за горами. А может и в недельном обмороке он увидит свои закровенные желания? Главное, чтобы Кроссмана не было рядом.