Ты странная.

— Вообще-то этот разговор имеет смысл. — возмутилась Уэнсдей. Ксавье только улыбнулся, и, наклонившись к готке, убрал её прядь за ухо и уже приготовился что-то ответить, но внезапно они оба услышали, как с холста, стоящего на мольберте упало полотно. Ксавье резко обернулся и Уэнсдей последовала его примеру. Парень кинул растерянный взгляд на картину и встревоженно посмотрел на Уэнсдей, которая зависла, смотря на картину в ступоре. — Я-я… Э-э-э… — заикнулся Ксавье. Уэнсдей молчала. Подозрительно молчала. У Ксавье задрожали руки, как и голос. — Знаешь… Это было просто видение… Я тебя ведь рисую почти т-только в-видения. Это не моя воля. — То есть ты знал заранее? — Не то, чтобы знал. — вздохнул Ксавье и сел на табуретку рядом с Уэнсдей, уставившись на картину. — Папа всегда мне говорил, что видения вызваны эмоциями. Поэтому я не всегда доверяю им. Этому я не верил до последнего. — сказал Ксавье и указал на картину, переведя взгляд на Уэнсдей. Их глаза столкнулись. — Точнее, хотел, но… Не думал, что это произойдёт.

…А я тебя ещё и подозревала… Прости…

Уэнсдей медленно кивнула и сказала без смущения: — Твои навыки рисования быстро улучшаются. Ксавье с надеждой посмотрел на Уэнсдей и, встав с табуретки подошёл к девушке. — Ты всё ещё не переносишь объятий? Уэнсдей окинула его затуманенным взглядом и, прищурившись, неспеша спросила: — Хочешь обняться? Ксавье только неловко улыбнулся и кивнул, опустив голову и взгляд. Уэнсдей посмотрела в пол и приблизилась к Ксавье, кинув взгляд в его изумрудные глаза, полные надежды. Неожиданно для обоих она обхватила его руками и прижалась к нему. Ксавье растерялся. У них было мало прикосновений, но даже их инициатором был именно Ксавье. Единственное прикосновение, которое случилось по инициативе Уэнсдей и которое Ксавье мог вспомнить, до этого дня было объятие с Энид. Ах да, и тогда в больнице. Этот день был исключением из исключений. Ксавье медленно поднял руки и обнял Уэнсдей в ответ. — Мне правда жаль. За всё, что случилось в прошлом семестре. Тайлер мастерски поймал меня в ловушку. Извини. Ксавье только невольно улыбнулся и погладил Уэнсдей по голове. — Не трогай мою голову. — угрюмо отрезала она. А, ну да. Это же Уэнсдей. Как он мог забыть. Только такая мысль только вызвала у него смешок. Потому что она уже дала слабинку, она уже позволила себе трогать его за руку, обнимать, и даже, чёрт возьми, поцеловать. Каждая мысль об этом заставляла Ксавье впадать в ступор. Но что ещё заставило его сейчас впасть в ступор, так это внезапно пронёсшийся злобный рык Хайда в лесу. Он вздрогнул, а Уэнсдей отпрыгнула в сторону, растерянно оглядываясь по сторонам. Ксавье чуть не вскрикнул, когда Уэнсдей резко присела. — Хайд рядом, — выпалила она. Ксавье только нахмурился и подбежал к ящику в углу мастерской, начиная там копаться. Уэнсдей посмотрела в его сторону и с упрёком добавила: — Нас вот-вот настигнет смерть из-за Тайлера, и это время ты находишь лучшим для копания в ящике? Тебе было мало того, что ты уже получил от Хайда? Едва она успела договорить, в полу открылся люк. Уэнсдей только фыркнула в ответ на эту глупую ухмылку Ксавье. — Серьёзно? Ты умеешь делать тайные ходы? — А о чём я думал, когда организовывал мастерскую в лесу? — гордо ответил Ксавье. — Естественно, я позаботился о безопасности. Ныряй. — поторопил он Уэнсдей. Ксавье и Уэнсдей быстро скрылись в туннеле, освещённом тусклыми лампами. Рык становился сильнее, так что Ксавье быстро схватил ледяное запястье Уэнсдей и помчался в сторону Невермора.

...Как он тут оказался? Что Хайд тут делает?...

Туннель был прохладный и сырой. Уэнсдей нравилась эта мрачная атмосфера, поэтому она не слишком торопилась покидать её, позволяя Ксавье тащить её в Невермор за руку. Желание бежать отчаянно боролось с желанием остановиться, в итоге выиграли последнее. Уэнсдей резко остановилась, от чего Ксавье по инерции побежал дальше, но, обернувшись, он вернулся. — ТЫ СУМАСШЕДШАЯ, ТАМ ХАЙД! Рык, изданный Хайдом был громче остальных и заставил уши Уэнсдей вздрогнуть, а Ксавье подпрыгнуть и схватить словно каменную Уэнсдей...