Волшебная удача
23 февраля 2023 г., 20:57
Тринадцатое марта 1994 год
— Кафаль! Кафаль! — звал Гарри, разыскивая своенравного щенка туманной гончей. Молодой пёс убежал от него, охотясь за кем-то; Гарри свистнул, но испугался, что собака не услышит, если находится слишком далеко. Подросток направился к Чёрному озеру. Кафаль часто играл там; иногда Дункан выходил на берег и бросал собаке кусочки кораллов или плавучего дерева, подобранные в океане.
Но когда Гарри приблизился к озеру, он увидел, что на берегу не было ни щенка туманной гончей, ни кого-либо из студентов. Плотнее завернувшись в мантию, он продолжил поиски, направившись к хижине Хагрида и предполагая, что, возможно, Кафаль решил поиграть с Клыком. Борзой нравилось возиться со щенком.
Гриффиндорец дошёл до середины лужайки, когда услышал шум драки, точнее, сражения на мечах. Озадаченный, он огляделся, но не увидел никого, хотя бы отдалённо напоминавшего рыцаря в доспехах или воина фейри. И всё же он отчётливо слышал звук меча, пронзавшего плоть.
Он сделал несколько шагов, прислушиваясь, а затем посмотрел вниз. На земле, в нескольких шагах от него, стоял маленький рыжеволосый человечек, одетый полностью в зелёную одежду и с мечом размером с вязальную спицу. Воин отбивался от огромной крысы размером с небольшую собаку, нанося ей удары мечом.
Но крыса не убегала. Она скалила свои огромные жёлтые зубы и рычала, бросаясь на крошечного воина примерно трёх-четырёх дюймов ростом. Рыжеволосый воин был быстр, но и крыса не уступала ему в скорости.
С точки зрения Гарри это выглядело так, будто маленькому воину вот-вот откусят голову. Гриффиндорец вытащил свою палочку и резко выкрикнул жалящее заклинание. Оно ударило крысу сзади, и та, завизжав, убежала, увидев нависшего над ней великана.
Гарри опустился на колени в траву, которая, как он заметил, была необычно яркого зелёного оттенка.
— Привет. С Вами всё в порядке? На минуту я подумал, что Вам конец.
Одетый в зелёное воин посмотрел на мальчика снизу вверх и предостерегающе взмахнул игольчатым мечом.
— Большое спасибо, смертный. Эта большая подлая крыса чуть не откусила мне ухо. — его рука откинула маленькую остроконечную зелёную шапочку, обнажив большое заострённое ухо.
Гарри вгляделся в маленькое существо, отметив, что тот был одет в приталенный зелёный пиджак с золотыми пуговицами и брюки на тон темнее, чёрные ботинки и небольшой пояс с золотой пряжкой. Длинные волосы яркого золотисто-рыжего цвета ниспадали ниже талии.
— Однако Вы неплохо сражались, — заметил Гарри.
— Да, ну, пытался. Хотя это был кровожадный зверь. Могу я узнать твоё имя, парень?
— Гарри Снейп.
— А! Ты — юный волшебник, родственник королевы фей. Приятно познакомиться с тобой, парень! — человечек сорвал шляпу с головы и грациозно поклонился.
— Мне тоже. Э-э… простите моё любопытство, но… Вы — лепрекон?
— Да, совершенно верно. Меня зовут Бриджит О’Мира. Но ты можешь называть меня просто Брейди.
— Брейди? — переспросил Гарри. — Но ведь это же… О! — Он вовремя спохватился, прежде чем совершил огромную ошибку. Из-за одежды он принял лепрекона за миниатюрного юношу, а не за девушку, да и в старых сказках лепреконы всегда были мужчинами. Подросток покраснел. — Рад знакомству, леди О’Мира, — и протянул руку ладонью вверх.
Брейди взобралась на ладонь и широко улыбнулась ему.
— Взаимно, юный лорд. Я не слышала о тебе и твоей семье ничего, кроме хорошего. Королева о тебе высокого мнения.
— Она знает обо мне? Но мы же никогда не встречались…
Брейди рассмеялась.
— И что? Её величество судит по поступкам, а не по лицу. — Её глаза были глубокого изумрудно-зелёного цвета и сверкали, как отполированные драгоценные камни. — В любом случае, парень, я должна отблагодарить тебя.
— Отблагодарить? Нет, правда, мне ничего не нужно…
— Неважно, нужно ли тебе что-то или нет, парень — это вопрос чести. Даже мы, лепреконы, знаем значение этого слова.
Гарри замолчал. Он знал, как никто другой, что народ фейри щепетилен в вопросах чести и долгов. Им не нравилось быть кому-то обязанными, особенно людям. Они относились к Гарри и Северусу с вежливостью и уважением, потому что они были родственниками Титании, но им всё равно не нравилось быть в долгу.
— Хорошо.
— Поскольку скоро День святого Пэдди, я подарю тебе особый четырёхлистный клевер. — Брейди щёлкнула пальцами, и откуда ни возьмись появился большой изумрудно-зелёный клевер почти с неё ростом. Он сверкал, словно посыпанный золотом. — Это счастливый клевер — он принесёт тебе удачу, стоит лишь попросить об этом. Просто разотри лист между пальцами и скажи: «Обратно», чтобы превратить твоё невезение в удачу. Но помни: его можно использовать только один раз в день в течение четырёх дней. После этого я вернусь за ним, ибо его магия будет израсходована. Используй дар с умом, юноша. Доброго тебе утра, и да пребудет с тобой удача Маленького народа! Прощай!
С этими словами она исчезла в облаке золотых блёсток, оставив Гарри изумлённо разглядывать мерцающий четырёхлистный клевер.
***
Снейп нашёл Кафаля на дальней стороне озера обнюхивавшим черепаху, ползавшую по земле. Гриффиндорец быстро пристегнул поводок к ошейнику и забрал упиравшегося щенка обратно в замок. Он положил клевер в карман и не мог дождаться, чтобы показать его своим друзьям и Драко. Гарри не знал, нужно ли рассказывать о нём отцу или дяде: он боялся, что те могут счесть клевер жульничеством, особенно если он будет использовать его, чтобы справляться с учёбой. Но он ведь заслужил его справедливо и честно. Гарри думал, что немного удачи ему не повредит. Он встретил Драко, когда направлялся в зал на ужин. Кафаль радостно прыгал на блондина и облизывал, чем вызвал хихиканье однокурсниц, а Драко, скривившись, ткнул коленом в грудь собаки: — Лежать, Кафаль! Не прыгай! Щенок смущённо взвизгнул. Он знал, что не должен прыгать на людей, но когда был слишком взволнован, забывал о манерах. Драко потрепал шелковистые уши собаки: — Глупый щенок… Сидеть! Кафаль сел, глядя на Драко преданными глазами. Тот вздохнул и, найдя в кармане собачье лакомство, скормил его щенку. — Драко, подойди сюда на минутку, — потянул Гарри брата за рукав, увлекая от остальных студентов в небольшой коридор рядом с Большим залом. — Что случилось, Гарри? Я есть хочу. — Шшш. Взгляни на это, — сказал брюнет и вытащил из кармана четырёхлистный клевер. Драко осмотрел изумрудно-зелёное растение и ахнул. — Святой Мерлин! Это же клевер удачи. Они действительно редки. Где ты его нашёл? — Я его не нашёл. Мне его дали. — Гарри рассказал ему о том, как спас лепрекона. — Она сказала, что он принесёт мне удачу один раз в день по моему выбору. Его действие продлится до самого Дня святого Патрика. — Круть! — воскликнул Драко. — Вот бы и у меня был такой. Чтобы сдать контрольную по арифмантике, мне должно очень повезти. — Тебе не нужна удача, Дракон. Просто попроси свою девушку: уверен, Миона с радостью тебе поможет. — О, точно. Я такой идиот… — Казалось, Драко хотелось влепить себе подзатыльник. — Хорошо. Думаю, я проведу сегодняшний вечер в библиотеке. Давай, пойдём поедим. Умираю с голоду. Гарри последовал за братом в зал — его желудок тоже громко урчал. Было очень интересно: что же будет на ужин. Гарри скользнул на своё место рядом с Кэти, обняв её. — Эй, как прошёл твой день? — Просто замечательно. А твой? — Неплохо. Я вынужденно стал героем и спас лепрекона, — рассказал Белл Гарри. — Правда? Ты спас его вместе с горшочком золота? — Её. И нет, у неё его не было. Я искал собаку, когда увидел, что она сражается с противной крысой. Я бросил в грызуна жалящее, и он убежал. Воительницу звали Бриджит О’Мира, она заявила, что должна мне отплатить, и дала счастливый клевер. Смотри! Гриффиндорец показал девушке клевер с золотой пылью. — Ух ты! Это действительно красиво! Ты уже пожелал чего-нибудь? — Нет. Оставлю на крайний случай. У меня есть четыре дня. Рон заглянул через плечо. — Ух, ты, Гарри! Почему бы тебе не захотеть горшок с золотом?! Снейп усмехнулся. — Рон, ты разве ничего не помнишь о лепреконах? — Я помню, что у них спрятаны тонны золота, приятель. И им нравится скользить по радуге, и если поймать одного, то он может сказать, где спрятан его горшок с золотом. — Рон, вот честно! — вздохнула Гермиона. — Лепреконское золото не настоящее — оно исчезает через двадцать четыре часа. Это всего лишь иллюзия. Ты-то уж должен знать — ведь ты был на чемпионате мира по квиддичу! — О, верно. Но ты бы мог пожелать настоящего золота. Или нет? — Не думаю, что это так работает, Рон, — ответил Гарри. Он не знал, почему, но был уверен в этом. — Ты мог бы… сделать ставку на турнире по волшебным шахматам. Используя трилистник, можно заработать миллионы галеонов! — Рон, это всё, о чём ты думаешь? Деньги?! — спросила, нахмурившись, Гермиона. — Эй, я знаю, каково это — не иметь их, так что если есть шанс разжиться галеонами, я им воспользуюсь! — ответил Рон, защищаясь. — Меркантильный. — Бессребренница. — Прекратите! — прикрикнула Кэти. — Это клевер Гарри, и он вправе использовать его так, как посчитает нужным. А теперь перестаньте препираться, как два краба, и ешьте. Вы портите мне аппетит. Гермиона и Рон смутились и извинились. Драко пришёл как раз в тот момент, когда был подан десерт, и спросил Гермиону, не может ли она помочь ему подготовиться к арифмантике. Девушка согласилась, и Малфой счастливо улыбнулся, потому что в последнее время Грейнджер проводила больше времени со своими книгами, чем с ним. — Эй, Гарри. Хочешь поиграть в шахматы после ужина? — спросил Рон. — Не могу. У меня много домашней работы, — с сожалением произнёс гриффиндорец. — Может, в другой раз. Рон состроил кислую мину: — Мерлин, пока ты не знал, что Снейп — твой отец, с тобой было намного веселее. Ты не вспоминал о домашнем задании вплоть до самого урока. — Теперь всё по-другому, — ответил Гарри. — Если я не буду сдавать домашние задания вовремя и получать хорошие оценки, мой отец выдерет меня. Мне вполне достаточно этого проклятого Турнира, и совсем не нужно, чтоб отец перекидывал меня через колено. — Думаю, ты прав, — вздохнул Рон. Мерлин свидетель, он не завидовал Гарри — быть сыном профессора-перфекциониста… — Занимайся учёбой. Гарри сердито посмотрел на друга, а затем поднялся наверх в спальню, чтобы забрать свою сумку. В отличие от Гермионы и Драко, он считал, что в библиотеке слишком душно, и предпочитал писать эссе в хорошо освещённых удобных комнатах отца, так как в гриффиндорской гостиной было слишком шумно.***
14 марта 1994 года Гарри проснулся поздно и в полусне побрёл по коридору, чтобы успеть на чары. Хорошо, что у него было сделано домашнее задание: Флитвик почти никогда не снимал баллы за небольшое опоздание, поэтому мальчик не хотел использовать трилистник — не было необходимости. Гарри добрался до класса со звонком и сел на своё обычное место. — Доброе утро, класс! Сегодня мы будем практиковать малоизвестное заклинание, которое призвано защитить вас от волшебника, желающего причинить вам вред. Оно называется «отражающее заклятие», и мне нужно, чтобы для практики вы разбились на пары, и тренировались до тех пор, пока не создадите достаточно сильное зеркало, чтобы отразить атаку вашего партнёра. Но будьте осторожны! Никаких опасных заклятий, типа огненного или чего-то подобного. Допускаются жалящие или чары щекотки. — Некоторые из слизеринцев застонали. Профессор хлопнул в ладоши. — А сейчас смотрите внимательно. Он продемонстрировал действие чар, подождал, пока студенты запишут всё, и только потом разделил их на пары. Гарри встал с Шеймусом Финнеганом, а Рон — с Дином Томасом. Гермиона оказалась с Невиллом. Флитвик велел сначала наложить чары отражения, и только после кидаться заклятиями. Гарри предоставил Шеймусу быть первым, а затем бросил в него сглаз желейных коленок. Зеркало Шеймуса отклонило большую часть сглаза, и колени у него шатались всего несколько минут. Тогда настала очередь Гарри. Он создал чары отражения, и Шеймус бросил в него икотный сглаз, который Гарри легко отклонил. Однако он сделал это с такой силой, что заклятие не только срикошетило на вовремя пригнувшегося Шеймуса, но и ударило Гойла, который был в нескольких шагах от них. Гойл упал, и его партнёр по занятию, Теодор Нотт, крикнул: — Эй, Финнеган, какого чёрта? — Он развернулся и бросил заклятие «Тарантагула». Шеймус упал на землю, дабы не попасть под него, и Гарри едва успел оглянуться до того, как в него попало заклинание. Он понятия не имел, что это такое, и не хотел, чтобы его ударило неизвестным заклятием. Его пальцы накрыли счастливый клевер, и прежде чем он понял, что делает, прошептал: «Обратно!» Он почувствовал, как клевер нагревается в его руке, а затем заклинание отвернулось в сторону и ударило в стену. — Закончили! — строго прикрикнул Флитвик, прежде чем всё успело выйти из-под контроля. — Джентльмены, это не дуэльный класс! Пожалуйста, контролируйте себя, иначе сегодня вечером вас будет ожидать отработка со мной! Этот беспорядок будет стоить десяти очков каждому факультету! Класс затих и прекратил колдовать. Шеймус поднялся с пола и смущённо улыбнулся Гарри. — Извини, Гарри. Но это был просто рефлекс. Повезло, что тебя не ударило этим заклятием. — Конечно, Шеймус, — отозвался Гарри и подумал: «Финнеган, ты понятия не имеешь, как мне повезло». Он похлопал себя по карману и молча поблагодарил Брейди за такой полезный подарок. В противном случае он мог бы оказаться в больничном крыле. Однако другим членам его семьи так не повезло. Драко забыл своё домашнее задание по трансфигурации, и с него сняли баллы и отчитали, а затем он сдавал тест по арифмантике и был так зол на Макгонагалл за снятые пятнадцать баллов, что не мог сосредоточиться, и был уверен, что провалил тест, несмотря на занятия с Гермионой. Северус провёл несколько пар у бестолковых первокурсников, заработав головную боль от их полной некомпетентности, сумел предотвратить взрыв двух котлов и в конечном итоге чуть не придушил мальчишек за болтовню о Турнире вместо занятий зельями. К тому времени, когда закончился последний урок, мастер зелий чувствовал, что его голова вот-вот взорвётся. У него начался кашель и почти непрерывное чихание. Северус поспешил в свои апартаменты, чтобы взять несколько зелий: он не собирался болеть, у него было слишком много дел. Но, бросив взгляд на мягкую постель, мужчина понял: сопротивляться бесполезно, и прилёг на часок. Только час превратился в три, а проснувшись, он почувствовал себя ещё хуже — больным, лихорадящим и измученным, и совсем без сил. Профессор выпил ещё одно зелье и снова заснул.***
Когда Гарри не увидел Северуса в зале на ужине, он забеспокоился. Он спросил Драко, не видел ли тот отца, но Драко просто покачал головой. Он действительно был подавлен и боялся гнева Северуса в случае, если не сдал последнюю контрольную, поэтому был вполне доволен тем, что ещё не встречал отца. Гарри, почувствовав, что больше ничего не узнает от брата, спустился после ужина в апартаменты Снейпа. Крошка встретила его у дверей. «Гарри, боюсь, твой отец очень болен. У него высокая температура, и он, кажется, бредит. И его магические резервы очень низки...» Гарри промчался мимо крылатой кошки. Он никогда не видел отца больным. Северус всегда казался невосприимчивым к болезням — это был удел смертных. Но если Крошка права… — Папа? Папа, ты в порядке? Гостиная пустовала, поэтому Гарри направился в спальню. Дверь была слегка приоткрытой. Подросток полностью открыл её и тихо позвал: — Па-ап? В слабом свете камина он разглядел на постели высокую фигуру своего отца. Простыни были обернуты вокруг его худого тела, а волосы пропитались потом. Мужчина метался по кровати, а на его щеках цвёл лихорадочный румянец. Гарри подошёл и положил руку отцу на лоб. Он был очень горячим, как и сказала Крошка. Внезапно Северус начал дрожать и кашлять. Гарри в шоке уставился на родителя. — Ты права, Крошка. Он, действительно, болен. «Тебе нужно вызвать целителя, Гарри. Я считаю, что он заразился волшебным гриппом или пневмонией. Это может быть смертельно, если не начать лечение вовремя» — Останься с ним. Я сейчас позову мадам Помфри, — попросил Гарри, и, выбежав в гостиную, бросил горсть дымолётного пороха в камин.***
Несколько часов спустя Северус проснулся от ощущения прохладной ткани, которой проводили по лицу. Он тихо застонал и открыл глаза, увидев Поппи, стоящую рядом с кроватью. — Кто тебя вызвал? — растерянно спросил зельевар, выпив чашку воды, которую ему дала Помфри. — Гарри. Он нашёл тебя и вызвал меня так быстро, как только смог. Лежи спокойно, Северус. Ты заразился довольно неприятным вирусом волшебного гриппа, и тебе нужно оставаться в постели в течение четырёх дней и отдыхать. — Какой отдых? Мне нужно преподавать, женщина! — На это время тебе найдут замену, Северус. Успокойся. Если ты не отдохнёшь, ты никогда не поправишься. — Я уже чувствую себя немного лучше, — заспорил Северус, хотя на самом деле всё было не так. Он просто не хотел этого признавать. — Это из-за моих зелий. Северус, перестань быть таким упрямцем! Ты всего лишь человек, а не бессмертный. Если не отдохнёшь, ты можешь повредить своё магическое ядро. Мастер зелий закашлялся, бросая на медиковедьму сердитые взгляды. Снейп понимал, что она права, но терпеть не мог показывать слабость. — Хорошо. Какие зелья мне нужны? Поппи перечислила всё необходимое. — У тебя в основном всё есть. Всё, что мне нужно — противовоспалительный эликсир и восстановитель магии. Северус снова закашлял. Когда спазм ослаб, он хрипло сказал: — Пусть Кэти и Гарри сварят их в моей личной лаборатории — они достаточно умелые зельевары, чтобы сделать это, и я точно знаю, что они не допустят взрыва. Поппи провела диагностику и дала ему сверхсильное жаропонижающее, так как его температура всё ещё была довольно высокой. — Отдохни, Северус. Я вернусь позже, чтобы проверить тебя. Помфри повернулась и вышла из комнаты, чуть не столкнувшись с Гарри и Драко. — Как он? — почти в унисон спросили мальчишки. — Бывало и хуже. Он сильно болен, но у него крепкий организм. Думаю, что он полностью поправится. Драко, ты болел волшебным гриппом? — Да, ещё в раннем детстве. — А ты, Гарри? — Нет. Когда я был ребёнком, то жил вдали от волшебников. — Хм… значит, ты тоже можешь заразиться. Я бы посоветовала тебе временно сократить контакты с отцом и тщательно мыть руки горячей водой; а если почувствуешь слабость, приходи ко мне немедленно. Волшебный грипп, особенно некоторые его штаммы, очень заразен. — Да, мадам Помфри, — послушно сказал Гарри, хотя знал один способ избежать проклятого гриппа. Он мог бы использовать свой клевер и попросить, чтобы ему посчастливилось избежать болезни. — О, и ваш отец сказал, что вам с мисс Белл нужно сварить следующие зелья… — чётко сказала Поппи, перечислив наименования. — Убедитесь, что не разрушите его лабораторию. Это убьёт его. — Обязательно, — пообещал Гарри, желая исцелить своего отца клевером. Но Крошка сказала ему, что клевер работает только на него, а не на членов его семьи. Мальчик чувствовал себя ужасно, что не мог использовать свой счастливый клевер, чтобы вылечить своего отца. — Я могу остаться с папой, Гарри, — вызвался Драко. Но медиковедьма быстро отвергла эту идею. — Мистер Малфой, Вам тоже нужен сон. У Вас занятия, как и у Гарри. Я вызову домашнего эльфа, и он позаботится о Вашем отце. А теперь ложитесь спать. Мальчики ушли, и Поппи вздохнула и задалась вопросом, насколько всё будет плохо. У неё было ощущение, что утром будет больше случаев волшебного гриппа — такие вещи, как правило, распространяются как лесной пожар.***
15 марта 1994 года На следующее утро за всеми столами было по несколько пустых мест, и все шептались об эпидемии. Дамблдор сделал объявление о том, что любой, кто почувствует недомогание, должен немедленно явиться в лазарет. Произошла вспышка волшебного гриппа, и несколько человек, включая профессора Снейпа, уже заболели. — Боже мой! — воскликнула Гермиона. — Надеюсь, с ним всё будет в порядке. Гарри тоже на это надеялся. Он тихо схватил клевер в кулак и призвал его дать ему удачу, чтобы не заболеть, потому что ему нужно было быть здоровым, чтобы сварить зелья. — Кэти, мне понадобится твоя помощь сегодня после занятий, — сказал он. — Мне очень жаль, что это произошло с твоим отцом. Что я могу сделать, чтобы помочь? — Мне нужно, чтобы ты помогла мне сварить пару зелий для папы, — объяснил Гарри. Кэти сразу же согласилась. — Я могу это сделать. Я уже варила их раньше. А ты? — Нет, но могу научиться в процессе приготовления, — ответил гриффиндорец. На мгновение он чуть не пожалел о том, что использовал свою удачу, чтобы предотвратить грипп. Вместо этого он мог бы использовать его, чтобы сделать себя искусным зельеваром. Мальчик внутренне вздохнул. Теперь он понял, что имела в виду Брейди, когда советовала ему с умом использовать свою удачу.***
В тот день Гарри наблюдал, как Кэти варила первый состав восстановителя магии — это было сложное зелье с десятью ингредиентами и строгими пропорциями, которые нужно было добавлять в разное время. Но Кэти удалось сделать всё правильно, и Гарри гордился тем, что его девушка так хорошо разбиралась в зельях. — Ты — ас, Кэти. Не только красавица, но и умница. Она улыбнулась: — Ты милый, Гарри. Эта партия будет готова через два часа. Теперь давай начнём готовить противовоспалительный эликсир. Он немного сложнее: надо добавлять одновременно по два ингредиента. Вместе им удалось сварить следующее зелье, а затем Гарри снова пошёл к Северусу. У кровати мастера зелий сидели домашний эльф, Кафаль, Драко и Филипп. Все они были невосприимчивы к гриппу, и по очереди сидели рядом с болеющим Северусом, кормили его бульоном и чаем, вытирали его лицо прохладными тканями и спаивали ему зелья. Северус проснулся, когда гриффиндорец вошёл в спальню, и нахмурился, увидев сына. — Гарри, что ты здесь делаешь?! — Привет, пап. Как ты себя чувствуешь? — Просто великолепно! Как сам-то считаешь?! Теперь убирайся: не хочу, чтоб ты тоже слёг. — Пап, я не слягу. — Убирайся, чёрт возьми! — мужчина указал на дверь, но затем испортил жест громким кашлем. — Фил, убери его отсюда! — крикнул Северус, когда снова смог говорить. — Папа, я не могу заразиться гриппом. У меня есть счастливый клевер. — Счастливый клевер, надо же! Гарри Альбус Снейп, уходи! — Лучше делай, как он говорит, Гарри, — спокойно сказал Фил. — Но дядя Фил… «Объясню позже», — послал ему мысль вампир. Гарри вышёл, кипя от негодования. Он вернулся в лабораторию, и Кэти обернулась, говоря, что нужно больше ингредиентов. Один взгляд на его лицо — и девушка поняла, что её парень чем-то расстроен. — Что-то случилось, любимый? — Ничего особенного. Мой отец сказал, чтобы я проваливал. Ну, не совсем так, но он отослал меня, как нашкодившего щенка. — О, Гарри. Я уверена, что он не это имел в виду. Он, вероятно, боится, что ты тоже можешь заразиться. — Да всё со мной будет в порядке! Мне везёт: я использовал клевер, чтобы не заразиться гриппом. Только он мне не поверил… Белл подошла, обняла подростка и прижала к себе. Гарри положил голову на плечо Кэти и вздохнул. Почему-то в её объятиях он почувствовал себя намного лучше. — Тебе ещё нужна помощь? — спросил Гарри, указав на раствор, пестик и травы, которые измельчила девушка. — Если нетрудно. — Кэти быстро поцеловала его в губы. Брюнет провёл рукой по её волосам, а потом вернулся на рабочее место и продолжил с того места, где она остановилась. Благодаря навыкам, которые он приобрёл за лето в поместье Принц, ему не нужна была удача, чтобы сварить хорошее зелье. Филипп нашёл ребят, работавших бок о бок, примерно через двадцать минут. — Гарри, подойди ко мне, пожалуйста. Мальчик закончил измельчать эхинацею, положил пестик и подошёл к вампиру. Фил слегка прикоснулся к его руке и проговорил так, что услышал только гриффиндорец: — Гарри, твой отец не имел в виду то, что он сказал. То, как он это сказал. Ты должен понимать: этот грипп очень опасен, и он может быть смертельным, особенно для волшебников твоего возраста. Он видел, как такие дети, как ты, умирали от него. Вот почему он накинулся на тебя. Не потому, что он вредный, а потому, что он просто боится, что и ты его подхватишь. — Я знаю это, но, дядя Фил, послушай: я не собираюсь болеть — я использовал свой счастливый четырёхлистный клевер, чтобы защититься. Смотри. — Гарри показал вампиру волшебный лист. Фиолетовые глаза Фила расширились. — Откуда это у тебя? — От лепрекона. Я спас её от большой крысы, — ответил Гарри. — Я использовал его, чтобы сделать себя невосприимчивым к волшебному гриппу. Фил покачал головой. — О, Гарри. Ты, действительно, так думаешь? — Да. А что? — Потому что, малыш, магия лепреконов так не работает. Конечно, это даст тебе временный иммунитет, но магия развеется через двадцать четыре часа. Магия лепреконов может быть мощной, но она также имеет короткий срок действия. И как только ты используешь свою удачу для чего-то, ты не можешь попросить повторения. — Не могу? Но… но это несправедливо! Я же не знал… — Ты должен был спросить подробности, мальчик. Когда заключаешь сделку с фейри… — Она должна была мне это сказать! — Вероятно, это было не нарочно. Большинство фейри полагают, что все знают, как работает их магия. — Значит, я буду в опасности, пока папе не станет лучше? — Да, или пока ты не сходишь к мадам Помфри и не сделаешь прививку. Гарри вздрогнул. Он ненавидел уколы. — Когда? — Прямо сейчас. Подросток скривился: — Вот чёрт! — Он пошёл и сказал Кэти, куда должен идти, а затем ушёл, и Фил незримо последовал за ним. Гарри обнаружил, что половина лазарета заполнена больными детьми на различных стадиях волшебного гриппа, а вторая половина — студентами, ожидающими вакцинации. Гриффиндорец дождался своей очереди, а затем прошёл за белую ширму, где мадам Помфри ждала со шприцем, наполненным зеленовато-серебряной жидкостью. — А, мистер Снейп. Как раз вовремя. Приспустите брюки и наклонитесь над столом. Гарри замер. — Я… Вам обязательно делать его туда? Поппи кивнула. — Ты слишком худой, мальчик. Тебе будет легче, если я введу вакцину в ягодицу. Давай, Гарри. У меня не так уж много времени. Мальчик подавил стон. Стиснув зубы, он расстегнул брюки. У него была волшебная удача! Он всё выскажет коварной лепреконе, пусть только появится!***
16 марта 1994 года На третий день Северус начал потихоньку поправляться: зелья, которые приготовили его сын и личная ученица, были наивысшего качества, и к тому же у него был крепкий иммунитет. Тем не менее, мужчина всё ещё был прикован к постели, что делало его угрюмым и раздражительным. Поппи оставила указание, что ему нельзя делать ничего что-то более утомительного, чем читать газету или роман, и что он должен спать большую часть дня. Северус бы проигнорировал её приказы, если бы, во-первых, не чувствовал себя так, будто по нему пробежало стадо единорогов, и, во-вторых, если бы рядом не было Филиппа, внимательно следившего за выполнением предписаний целителя. Его предок-вампир был невосприимчив не только к болезни, но и к яростным убийственным взглядам Северуса, а также к угрозам поотрывать ему все выдающиеся части анатомии. — Я — вампир, Сев, они снова отрастут. Кроме того, ты разозлишь Джулию. А когда она злится, то становится хуже вашего Волдеморта, можешь мне поверить, — сказал ему Фил. — Хочешь яблочного сока? Северус нахмурился и тут же ответил, что Филипп может сделать со своим чёртовым соком. Тот закатил глаза. — Ты — истинный Снейп. Сущий дьявол, когда болеешь. Впрочем, и когда здоров — тоже. Ложись, пока я не привязал тебя к этой чёртовой кровати, Сев! Взглядом Северуса можно было измельчить бетон и сталь до состояния крошки, но он всё же лёг обратно. Фил вздохнул и поблагодарил Мерлина за то, что он — вампир.***
Мистер Тиббс — заменяющий преподаватель зелий, был таким утомительно-скучным, что Гарри чуть не уснул над своим котлом. У профессора был монотонный голос — хуже чем у Биннса, а это уже что-то значило. У юного Снейпа было чувство, что все его конечности опустили во влажный цемент, а в глаза насыпали песка. Его пятая точка тоже болела после укола. Он бы вообще пропустил занятия, но не был глупым или самоубийцей. Северус шкуру с него спустит и на солнышко повесит, если узнает, что Гарри прогулял урок, особенно зелья. Тиббс рассказывал о различных свойствах асфоделя, а Гарри изучал свои ногти. Доверьтесь Дамблдору, и он наймёт самого скучного старого педанта. Гарри подумал, что, возможно, если бы он сам вёл занятия, пользы было бы куда больше. Подросток потёр клевер между пальцами, но не стал загадывать желание. Может быть, ему повезёт, и Тиббс заснёт, а потом они все уйдут. Но высокий светловолосый учитель продолжал читать лекцию, игнорируя сердитые взгляды на лице своих учеников. Гарри поймал взгляд Драко и сделал вид, что кидает учителя в его собственный котёл. Что угодно, лишь бы он заткнулся. Драко, ухмыляясь, изобразил, будто его тошнит. Гарри кивнул и поднял большой палец вверх. — Мне нужен доброволец, чтобы принести ингредиенты для веселящего зелья. Кто хочет пойти? Ах, мистер Снейп, как мило с Вашей стороны поднять руку. Гарри ахнул. Он не поднимал руку! Тиббс прищурился и поманил его к себе. — Сэр? — Вот список ингредиентов, которые Вам понадобятся. Принеси их, если не трудно. Гарри посмотрел список — это были в основном редкие ингредиенты, которые Снейп хранил в своей личной кладовке. Той, куда имели доступ только три или четыре человека, причём двое из них были членами семьи — Северус и Гарри, а ещё директор и Поппи. Северус дал Гарри пароль вчера, когда мальчик навестил его после вакцинации. — Да, сэр. Я скоро вернусь. — Он встал, вышел из класса и вошёл в личную лабораторию, которую Северус пристроил к своему кабинету. Кладовая была там же. Гриффиндорец произнёс пароль и открыл дверь. Всё внутри кладовки было аккуратно подписано и стояло в алфавитном порядке. Единственное неудобство было в том, что полка с самым важным ингредиентом для этого зелья была прямо над его головой. Гарри осторожно приставил лесенку и взобрался на неё, а затем потянулся за банкой августовских жуков. Когда он тянулся за банкой, что стояла в заднем ряду, его кроссовок соскользнул со ступеньки. Испугавшись, мальчик хватался за всё, чтобы удержаться от падения. Полка тряслась и шаталась, а флаконы с драгоценными ингредиентами звенели и сталкивались друг с другом, угрожая упасть на пол и разбиться на миллион осколков. «Нет, о нет! Только не папины зелья! Он убьёт меня, если они разобьются. Убьёт! Пожалуйста, Мерлин, помоги мне. Пусть они останутся целы». В голове Гарри уже возник образ флаконов зелий, разбросанных по полу, как кегли. А потом ещё: стоящий над ним Северус, белый от ярости. Рука сама потянулась к карману, потирая клевер: «Обратно!» Мальчик почувствовал знакомое прикосновение магии клевера, пробежавшее сквозь него жидким пламенем. Гарри вздохнул с облегчением и почувствовал, что удача будто бы заключила его в пузырь. По крайней мере, сегодня ему не грозило умереть от рук Северуса. Его нога нашла опору на лестнице, и он поднялся. Снейп быстро собрал оставшиеся ингредиенты и принёс их в класс. Тиббс попытался прокомментировать его задержку, сказав что-то типа: — Наконец-то, мистер Снейп! — но Гарри проигнорировал его. Наконец урок закончился, и брюнет с удовольствием услышал, как какой-то гриффиндорец сказал: — Знаете, никогда не думал, что скажу это, но не могу дождаться, когда вернётся Снейп.***
— Как приятно знать, что я лучше, чем какой-то ужасный зануда, — сказал Северус, когда Гарри рассказал ему о том, насколько ужасен Тиббс и что сказал тот гриффиндорец. — Видишь? Я же говорил тебе, что твои ученики тебя любят, — поддразнил его Гарри. — Дерзкий мальчишка! — в шутку нахмурился отец, но в его суровых чертах играла улыбка. — Ты сидишь в замке весь день. Почему бы тебе не прогуляться и не поиграть в квиддич? — А как же ты? — Ну, у меня есть книги, сканворды и так далее. Иди, пока с ума не сошёл от скуки, — махнул ему рукой Снейп. Уж он-то знал, что Гарри не терпится заняться чем-то, не связанным с пергаментом и чернилами. — Хорошо. Увидимся позже. Подросток нашёл Рона в общей комнате и спросил, не хочет ли тот сыграть в квиддич вместе с близнецами и Кэти. Потом он попросил Крошку пригласить Драко, и они вшестером сыграли в увлекательную игру «Отбей квоффл». Можно было только догадываться, кто выиграл, и мальчик всё-таки поспорил об этом с Драко по пути в апартаменты Снейпа, где они собирались поужинать с отцом и дядей. Северус пригласил Гарри поиграть в шахматы, и, ко всеобщему удивлению, гриффиндорец выиграл. Для него было редкостью побеждать отца, который был мастером в этой игре, а потому был вполне доволен собой. — Думаю, моя удача всё ещё сильна. — Может, и так, или же мой мозг всё ещё затуманен болезнью, — ответил Северус. Гарри усмехнулся и потирал пальцем клевер. В ту ночь перед сном он вытащил его и стал рассматривать. Он потерял большую часть блеска и стал выглядеть почти обычным, за исключением одной доли, которая всё ещё сверкала золотом со скрытой удачей. У него оставался один день, а потом его удача закончится. 17 марта 1994 года По случаю праздника Большой зал был украшен зелёным: стены были изумрудными, а под потолком плавали трилистники, радуги и кубки с поддельным лепреконским золотом, которое Рон пытался поймать и засунуть в карман, пока Гермиона не пнула его под столом и не велела ему перестать выставлять себя ослом, ведь это золото — фальшивое. — Ой, да знаю я, — проговорил Рон, защищаясь. — Ты что, считаешь, что я — тупой? Гарри зевнул — он так устал, что едва мог держать глаза открытыми. Он заметил, что на всех тарелках были зелёные полосы, изображения трилистника или крошечных танцующих лепреконов. Даже дым от огня в камине сегодня источал странный запах. — Что за вонь? — спросил Дин, сморщив нос. Шеймус сделал вдох и вздохнул с благоговением. — Ах! Это запах травы и дёрна. Хороший торф, такой моя бабушка зажигает по воскресеньям. — Фу! Пахнет горелой грязью. Чем им не угодили поленья? — Очевидно, Дин не оценил ирландский образ жизни. — Варвар, — пробормотал Шеймус. На завтрак были овсяные хлопья с беконом, картофель с маслом, овсянка, тёплый хлеб на соде с изюмом и зелёное молоко, разлитое по кувшинам. — Смотри, Гарри! Здесь побывали лепреконы, — радостно зашептала Гермиона. Некоторые девушки смеялись над ней. — Чудесно, что у нас будет на празднике? Может быть, в этом году Дамблдор наконец-то даст нам попробовать зелёного пива, — задумчиво сказал Шеймус. — Конечно, Финнеган. Держи карман шире, — фыркнул Рон. — Я всегда хотел попробовать зелёное пиво, — признался Невилл. Гарри тоже было интересно, но потом он вспомнил последний раз, когда экспериментировал с алкогольным напитком — той самой «Летней росой», — и решил, что ему лучше не пробовать это зелёное пиво. Прошлой ночью он плохо спал, а теперь потащился в класс. Подросток задремал на чарах, сумел проснуться к трансфигурации, тыкая себя булавкой, которую должен был превратить в ворона, и с ужасом вспомнил о контрольной по гербологии, лишь шагнув в теплицу. Контрольной, к которой он не готовился. «Чёрт возьми!» — Снейп отчаянно пытался вспомнить материал, но его разум был пуст. Если он завалит эту контрольную, его посадят под домашний арест до пасхальных каникул а, может быть, и на все каникулы — в зависимости от того, насколько рассердится отец. Гарри вцепился в клевер в кармане. Стоит ли использовать эту последнюю удачу, чтобы написать контрольную? Это было очень похоже на обман, чего Северус никогда не одобрял. Гарри закрыл глаза, размышляя. Профессор Спраут попросила их сначала сдать практическую часть. Гарри, по крайней мере, вспомнил, как правильно подкармливать ядовитую тентакулу. Но когда они вернулись в класс для письменной части, он уставился на лист пергамента с тестовыми вопросами и ничего не смог вспомнить. Как будто его ударили обливиэйтом. Гарри запаниковал окончательно. Его рука сжалась вокруг клевера. «Дай мне удачу». Он почувствовал, что к нему присоединилась последняя магия лепрекона. После этого он взял перо и начал писать: его сознание внезапно прояснилось.***
За обедом был картофельный суп-пюре и салат из капусты, а также чёрный хлеб с маслом и большим куском жареной колбасы с хрустящей корочкой. Рон спросил Гарри, не израсходовал ли он всю свою удачу. — Надеюсь, что нет, потому что сегодня мы играем с Хаффлпаффом за Кубок Клевера. Гарри чуть не подавился супом. — О, чёрт возьми! Я забыл! — Ты его весь использовал?! — возмутился Рон. — Я… Я был вынужден, Рон! Иначе я бы провалил контрольную по гербологии. — Гарри! — в ужасе воскликнула Гермиона. — Ты использовал магию, чтобы обмануть тест? — Нет! Всё было не так. Я просто попросил немного удачи, — ответил, защищаясь, гриффиндорец. — Это не обман. — Гарри, нельзя использовать магию для учёбы, — отчитывала девушка. — Да, и теперь ты не сможешь использовать его во время сегодняшнего матча, — ворчал Рон. — Я собирался поставить свой единственный галлеон на то, что мы выиграем. — Мы всё равно победим, Рон. Мне не нужна удача, чтобы играть в квиддич. — раздражённо проворчал Гарри. — Я не делал этого раньше и не собираюсь начинать. Поверь мне. — Было бы лучше, если бы ты сохранил его, — упрекнул Рон. — Ну, я этого не сделал, так что смирись с этим! — огрызнулся Снейп. «Рон забыл, что в квиддиче важна не удача, а мастерство?!» Да Гарри часами тренировался и оттачивал свои природные таланты, чтобы оставаться в форме! Удача не имела к этому никакого отношения! Или имела? Он вытащил клевер и увидел, что весь блеск исчез. Больше никакой лепреконской удачи. «Это ничего не значит. Я смогу выиграть и без неё». После традиционного ужина из солонины с капустой, моркови и картофеля с маслом, который всегда подавался на День святого Патрика, все отправились на игру. В честь дня обе команды носили ирландские цвета: Хаффлпафф был в зелёном, а Гриффиндор — в оранжевом. Гарри дождался запуска квоффла и принялся искать неуловимый снитч. И впервые не смог его найти. Его глаза метались по сторонам и не видели ничего, кроме колец и неба. Он подлетел, наблюдая за Седриком Диггори, ловцом Хаффлпаффа. Диггори казался сосредоточенным и ушёл в пике прямо перед кольцами Гриффиндора. Гарри последовал за ним, думая, что Диггори заметил снитч, но обнаружил, что это был обманный манёвр. Он взлетел как раз вовремя, чтобы избежать удара бладжером. «Глупо, Гарри! Глупо!» Подросток отвернулся, игнорируя крики и насмешки с трибун. «Где же снитч? Он должен быть где-то здесь». Шли минуты. Джордж отбил от него бладжер. Кэти забила три гола. Гриффиндор опережал на пять очков. Его команда играла хорошо, но не так хорошо, как могла бы. Гарри начал потеть под оранжевой формой. Почему он не может найти снитч? Неужели Рон был прав? Ему просто везло, и он — никакой не мастер?! «Зачем я использовал свою удачу на этом глупом тесте? Возможно, я бы сдал…» Но даже когда он подумал об этом, то понял, что не сдал бы. Он — не Гермиона, и его мозг не мог впитывать информацию как губка: чтобы сохранить её, ему приходилось зубрить. Гарри взлетел выше, его глаза смотрели по сторонам. «Где же он?» «Что это было? Неужто золотая вспышка?» Его глаза сузились: «Я сам работаю над своим успехом». Тут Гарри увидел крошечный крылатый шарик, вылетевший из облаков. Он нырнул за ним, вытянув руку. Рядом с ним Седрик тоже увидел цель и тоже нырнул. Толпа бесновалась и кричала, потому что никто не знал, кто из ловцов схватит снитч первым. Гарри пригнулся к своей Молнии, мысленно призывая лететь быстрее. «Давай. Давай!» Он увидел, как рука Седрика потянулась за шариком. Снитч вильнул, закрутился, и пальцы Гарри сомкнулись над ним, пленив его раньше, чем он смог сбежать. — Гарри Снейп поймал снитч! — закричал Эрни МакМиллиан. — Сто пятьдесят баллов! Гриффиндор побеждает! Гарри сделал победный круг, прежде чем вернуться на землю и передать шарик мадам Хуч. — Ну, мистер Снейп. Думаю, сегодня вам улыбнулась ирландская удача, — сказала она, убирая мяч обратно в свой сундук. Гарри улыбнулся. — Нет, мэм. Просто старая добрая удача.***
Гарри пришёл в комнаты отца, затаив дыхание, сбежав, наконец, от гриффиндорцев, которые устроили шумную вечеринку в гостиной, чтобы отпраздновать победу. Его однокурсники, казалось, использовали для этого любой повод, но брюнет устал, и в голове стучало. Кроме того, он хотел поделиться с Северусом тем, что они победили. Но, когда мальчик вошёл в апартаменты, то нашёл на диване Фила. — Поздравляю с победой, — сказал он. — Это был великолепный матч. — Спасибо. Папа проснулся? — Нет ещё, спит. — О. Тогда я просто подожду здесь, пока он не проснётся, — сказал Гарри, садясь на диван. — Ты использовал свой клевер во время этой игры? — Нет. В этот раз я сделал всё сам. — Молодец! Это лучше любой удачи, — проговорил Фил, хлопая его по плечу. — Мне нужно уйти на охоту, Гарри. Не мог бы ты остаться здесь? Я вернусь через час или два. — Хорошо. Я как раз хотел рассказать папе о матче. Фил кивнул, скрылся за вуалями и исчез. Подросток увидел, как дверь открылась и тут же закрылась, и вот он уже один в апартаментах, за исключением Северуса, который крепко спал в своей кровати. Внезапно раздался хлопок и пошёл дождь из золотых блёсток. Гарри моргнул, когда на подлокотнике дивана появилась крошечная дама в зелёном. — Привет, Брейди. — И вот мы снова встретились, юный Принц! — отозвалась она, улыбаясь. — Как твоя удача, парень? — Хорошо. — Подросток потянулся в карман за клевером. — Думаю, ты хочешь забрать его. — Да, — лепрекон взяла клевер и подула на него. На него снова осела золотая пыль, и он засветился. — Ещё раз благодарю за спасение моей жизни. Но теперь все долги погашены. Я слышала, что сегодня ты одержал большую победу? — Да. Мой факультет победил Хаффлпафф в борьбе за Кубок Клевера. — Поздравляю! Это грандиозно. Хочешь отпраздновать с орехами, конфетами и зелёным пивом? Прямо здесь, — подмигнула мальчику Брейди. Прежде чем Снейп успел сказать «квиддич», она призвала большую миску орехов и изюма с шоколадной крошкой и две кружки зелёного пива. Ну, больших для лепрекона. Миска с орехами и шоколадом была размером с ладонь Гарри, а пивные кружки были размером с большой наперсток. Гарри съел орехи и с сомнением посмотрел на пиво. Нужно ли ему пить? — Ты чего задумался, парень? — спросила Брейди. — В этой кружке пиво, сваренное по рецепту нашей семьи. Выпей. — Оно крепкое? Брейди рассмеялась. — Не бойся! Ничего с тобой не будет. Гарри принюхался. Слабо пахло торфом и чем-то ещё, что он не мог определить. Брюнет чувствовал себя смешным, взяв кружку размером с наперсток. Он чокнулся с лепреконом и выпил пиво. Оно было довольно странным на вкус, но в остальном довольно неплохим. — Видишь? Хочешь ещё? Для удачной вечеринки одной кружки мало. Гарри позволил лепрекону наполнить свой стакан и снова выпил. Пиво покалывало на языке. Это был отличный напиток, гриффиндорцу очень понравилось. Голова гудела, и он соскользнул с дивана на пол, глядя в мерцающее пламя и улыбаясь себе. Брейди что-то сказала — он не понял, что, — мысли в его голове поплыли. Лепрекон усмехнулась. — Люди! Так и не научились пить вересковый эль, — затем она залезла Гарри на плечо и закричала ему в ухо: — Мне пора идти. Удачи! И если тебе когда-нибудь понадобится помощь или хороший сапожник, позови меня. Счастливого Дня святого Патрика! С этими словами лепрекон исчезла, оставив только облако золотых блёсток. Гарри сидел на полу, озадаченно глядя в огонь. На его губах блуждала глупая улыбка, и он тихонько пел единственную ирландскую песню, которую знал — о том, как единорогов загоняли в ковчег:
«Зелёных аллигаторов и гусей с длинной шейкой; Горбатых верблюдов и шимпанзе; Кошек, крыс и слонов, но будь уверен в том, Что не забудешь Моих единорогов».
Гарри было очень, просто чертовски не по себе, но он не мог этого сказать, потому что его вырвало. Северуса разбудил самый отвратительный кошачий концерт на свете. Мужчина вздрогнул и прикрыл уши подушкой. Но когда и это не принесло ему тишины и покоя, он сбросил одеяла и встал, решив найти того, кто издавал эти жуткие звуки, и избавить его от страданий. Гарри посмотрел вверх, когда хлопнула дверь, и увидел высокую фигуру в тёмно-зелёном халате, внезапно появившуюся перед ним. — Привет, пап. Ты не знаешь, где я могу найти единорогов? Северус уставился на своего сына. — Гарри Альбус Снейп, ты пьян?! «Упс. Кажется… похоже, у меня проблемы». Гарри сглотнул, посмотрел на своего грозного отца и почувствовал в желудке тянущее чувство. Внезапно он подумал, что пить это зелёное пиво было не такой уж хорошей идеей. Подросток ещё раз сглотнул и даже сквозь дымку алкоголя с полной уверенностью смог бы сказать: его удача только что отвернулась от него.
