Ярко-оранжевая платформа

куда я там иду?

Ярко-оранжевая платформа встречала гостей и жителей города Стокгольма. Поезд остановился и многие пассажиры, будучи готовыми выходить после многочасовой поездки из Лондона, толкались около выхода из транспорта. Первые туристы уже приготовили свои фотоаппараты. Толпа начала выходить на платформу, и оранжевого цвета стало практически не видно. Из-за туч выглянуло полуденное солнце и тут же поспешно скрылось. Из поезда одним из последних вышел парень лет двадцати со шрамами на лице и шрамами в душе. Юноша вскинул голову и оглянулся на солнце. Тот привык быстро перемещаться и стоять на месте было сравнимо неистощимой панике. Нил никогда не оставался на месте, предпочитая менять и имена, и места жительства, и окружение. Приехавший уже давным-давно ни от кого не убегал, но продолжал вести изменчивый образ жизни. Дяде это не нравилось, но Стюарт видел, как племяннику сложно усидеть на месте, как Лондон давит на него своей повседневностью. Так что нынешний Нил Джостен путешествовал по странам, работая с телефона. В Стокгольме было очень сложно найти жильё, и очереди на него выстраивались космические, чуть ли не на десять лет. О временном месте жительства Нила позаботился дядя Стюарт, познакомив его с приятелем . Будущий сосед Джостена не был связан с мафиозным миром, в том случае, если был бы связан, юноша бы просто-напросто не согласился бы жить с ним. Слишком свеж в памяти был отец. Знакомого звали Мэтт, и он был до жути общителен. Нил, следуя указателям, вышел в главный зал вокзала. В зале ожидания его ждал будущий сосед. Юноша должен был узнать его по оранжевой куртке, хотя было ощущение, что всё в этом здании оранжевое. Мэтт оказался чуть ли не двухметровым гигантом со светлыми лохматыми волосами и весёлыми глазами. По сравнению с низкорослым рыжим Нилом, тот казался необычным. - Привет! Как добрался? - вежливо поинтересовался Мэтт. - Хорошо, - кивнул Нил, - куда нам? Здоровяк махнул рукой вправо, и парни двинулись на выход. Само здание вокзала было в духе европейских городов. Полукруглые окна, колонны, выступы, чёрная черепица. По сравнению с Панкрас-роуд в Лондоне улица около вокзала в Стокгольме была с огромным количеством велосипедов, самокатов, зданий состоящих из стекла и надписей на шведском языке. Нил уже год учил шведский и хорошо владел разговорным, но каждый раз видеть огромное количество непривычных надписей, было ново всегда. Юноша на данный момент свободно владел немецким, итальянским, французским и немного знал японский. Мэтт повёл Нила по маленьким улочкам. Где-то парень читал, что когда-то красно-коричневый цвет было выгодно добывать и из-за этого в Швеции много милых домиков с красной черепицей. Парней окружали трёхэтажные европейские здание оттенков от слоновой кости до коричневого. Иногда встречались полностью чёрные дома, что в той же Америке было редкостью. Пройдя рядом с каким-то широким каналом, Мэтт завернул в двор-колодец. Юноши зашли в подъезд и поднялись на третий этаж. Мэтт открыл неприметную дверь и встал на пороге, провозгласив: - Вот здесь я живу, располагайся. Твоя комната слева, потом обсудим дальнейшие действия. Нил кивнул. Мэтт казался дружелюбным, но ему было сложно говорить правду незнакомцам. Даже если истина была незначительна. Парень с этим боролся, как мог. Пройдя по длинному светлому коридору с различными чёрными полками, Нил оказался в своей новой комнате. Помещение было выполнено в светлых тонах. Самую большую часть составляла двуспальная белая кровать. Здесь же был постелен пушистый бежевый коврик. На широком подоконнике стояло небольшое зеркало. Напротив узкого, но высокого окна расположился раздвижной шкаф. Юноша открыл его и, вынув из своих вещей ноутбук, бросил свою набитую сумку вглубь нижнего ящика. Нил плашмя упал на кровать. Приехавший не так уж сильно устал, но полежать на горизонтальной поверхности было неплохо. Перевернувшись на живот, Нил подключил ноутбук и загрузил его. Проверив почту и добавив несколько проектов в избранное, Джостен написал дяде, что приехал. Понежившись назло умершей матери ещё несколько секунд, парень встал с кровати и отправился на поиски Мэтта, исследуя квартиру. Жилая площадь была внушительной, но уютной. Мэтт расположился в гостиной на раритетной кресле-качалке. Комната была забита разными постерами, гаджетами и чашками. Сосед читал какую-то книгу. Нил не очень хорошо разбирался в литературе, хоть и в последнее время старался больше времени уделять книгам. - Что читаешь? Читающий вздрогнул и, улыбнувшись, помахал книгой. - Тексты песен Элвиса Пресли. Нил нахмурился. Парень не слушал много музыки и не представлял себе, кто этот человек. Приехавший решил начать разговор на шведском языке: - Дядя советовал мне экскурсовода для города, как вы думаете нужен ли он? - Э. Давайте на "ты", - дождавшись кивка Нила, Мэтт продолжил, - лично я советую экскурсовода. Могу попросить знакомую, она прекрасный экскурсовод. Нил по своему опыту склонялся к людям на месте. - Хорошо! Скинь мне её номер, я ей напишу. Сегодня я гуляю по улицам самостоятельно. Во время вечерней пробежки было бы неплохо побывать в старой части города с спутанными улочками, показанными на навигаторе. - Мы же так друг другу не представились? Мэттью Бойд. По профессии консультант по туризму. Ещё я держу недалеко отсюда гостиницу. Сосед протянул руку юноше, тот, не смотря на нелюбовь прикосновений, пожал ладонь. Нил иногда проводил небольшие сделки с иностранцами за дядю, составлял договоры, продавал ненужные акции и ещё всего по-малу. - Я Нил Джостен. По профессии аналитик. Ну, и путешественник. Мэтт кивнул и привстал с кресла-качалки. Нил подумал, что не против был бы посидеть на ней. - Ты знаешь шведский? - воскликнул Мэтт. Нил улыбнулся и, кивнув, сказал: - Да, я изучаю этот язык. - Ты на нём так хорошо говоришь, что такое ощущение, что ты всю жизнь швед. - Неа. Кто такой Элвис Пресли? Приехавший наблюдал, как у соседа загораются глаза. - Американский певец. "Король рок-н-ролла"! Ты ничего о нём не слышал?! Нил отрицательно покачал головой. Мэтт подвёл юношу к какому-то постеру. На нём был изображён поющий певец в белой полуджинсовки с высоким воротом. Как оказалось Мэтт был большим любителем рок-н-ролла и фильмов. А Элвис подходил по критериям. Бойд заставил прослушать приехавшего несколько треков знаменитости. Потом парни поболтали насчёт завтрашнего дня. Мэтт посоветовала в начале походить по Старому городу, побывать во дворце, а так же поехать на остров музеев. Как оказалось в Стокгольме было огромное количество музеев, и один даже был под открытым небом. Так же шведы любили маленькие статуи, и Бойд дал совет глядеть по сторонам. - Я сам иногда хожу по знакомым улицам и разглядываю всё больше мелочей и маленьких статуэток. Нил рассказал, в каких странах он был, и что ему там больше всего понравилось. Парни просидели так до времени ужина. Мэтт сходил в ближайшую кофейню, а Нил пошёл на вечернюю пробежку. Выбежав к каналу, юноша увидел ряд красных, жёлтых, молочных, розовых домов на другой стороне. Те торжественно возвышались, создавая сказочную картинку. Черепица на многих домах была красно-матовой, это был определённо красивый цвет. Нил подумал о том, что здесь могло бы быть живописно на Рождество. На удивление, нигде не стояли пластиковые окна, были окна только те, которые подходили под сам дом. Большинство зданий были старинными, но за ними хорошо ухаживали, и они находились в хорошем состоянии. Трепетное отношение к старине симпатизировало Джостену. Прохожих на улице было мало для такого большого города, но Нил списал это на вечерний час. Множество кофейн и магазинов уже закрывались. Парень оставил заметку, посмотреть есть ли круглосуточные магазины в Стокгольме. Часы на руке завибрировали, известив об окончании пробежки. Нил взглянул на пасмурное небо, рассмотрел водную гладь канала, сделал поворот и побежал обратно в квартиру Мэтта. На ужин сосед обещался принести что-нибудь шведского и искусного. Нил хотел было его остановить, но потом пришел к выводу, что это не так плохо. Сегодня вечером парень обязательно напишет Рене, а то есть экскурсоводу. Мэтт говорил, что та его хорошая подруга. Нил взглянул на ушедшее за горизонт солнце, шмыгнув в распространенный двор-колодец. Стокгольм обещался быть интересным.

***

- Стокгольм является одним из самых красивых городов Скандинавии. Столица Швеции славится очаровательным старым центром, называемым местными жителями, как Гамла Стан, средневековыми домами, современной архитектурой, множеством интересных музеев и зелёных парков, - проговорила экскурсовод, - что тебе первым бросилось в глаза по приезде? Экскурсовода звали Рене Уокер, ей было около двадцати пяти, у девушки были осветлённые волосы с разноцветными прядями на концах. Она была мягкой и понимающей, хотя Нил ни на секунду не расслаблялся рядом. Нил нахмурился и спросил: - Огромное количество оранжевого и красного? Рене приулыбнулась и начала рассказывать из-за чего так: - Это не просто красный, а фалунский красный. Медный краситель был доступным и дешёвым, что привело к его распространению. Теперь этот цвет чуть ли не визитная карточка полуострова Скандинавии. Нил и Рене стояли на пароме и глядели на проплывающий город. Дул сильный тёплый ветер, разбрасывая волосы во все стороны. Судоходство было очень хорошо развито, так как город Стокгольм был построен на четырнадцати островах. Рене, несмотря на Нила, проговорила: - Завтра у нас может не получится съездить на остров музеев, как предполагал Мэтт. Я буду проводить экскурсию трём своим знакомым. Если ты к нам присоединишься, поедем вместе, они предупреждены, - проинформировала Рене, - прости за неудобство. - С тремя знакомыми, так с тремя знакомыми, - пожал плечами Нил. Рене улыбнулась, волосы упали ей на лицо, и экскурсовод продолжила: - Стокгольм был основан в далёком 1252 году, а вот столицей стал в 1419 году. Я немного расскажу об этом периоде. Потом мы прогуляемся по Старому городу и посетим столовую с национальными блюдами. Уокер рассказывала об истории Стокгольма и различных интересных фактах. Девушка умела доносить информацию, и Нилу было искренне интересно. Солнце ярко освещало город. Туристы ходили по скрытым улочкам, жители работали в офисах, дети играли на площадках, паромы попеременно проплывали по каналам. Казалось, Стокгольм поглотил всё зло, и оно исчезло за ненужностью.

***

Нил приоткрыл глаза. По всей квартире раздавался приятный мотив Баха, юноша ощущал себя в католической церкви в Америке. Вздрогнув, Джостен заставил себя осмотреться. Из приоткрытого окна струился яркий утренний свет, падая на нижнюю часть кровати и шкаф. От белизны рябило в глазах. Юноша заставил себя припомнить, что сегодня за день и где он. Оказывается, в десять часов утра Нил должен был встретиться с Рене около кофейни неподалеку от гостиницы Мэтта. Приехавший уже прожил в Стокгольме два дня, но этот город явно ему нравился. Спокойствие и размеренность города завораживали и расслабляли. Конечно, Хэтфорд не смог бы прожить здесь дольше положенного полугода, но Швеция была приятной. Парень встал с кровати и отправился на кухню. Пред его глазами предстал Мэтт, пританцовавший в фартуке и занимающийся бытовыми вещами. Увидев проснувшегося, тот спросил: - Ох! Я тебя не разбудил? - Нет, всё равно у меня в десять встреча с Рене. Нил подошёл к кофеварке и насыпал туда немного кофе для напитка. - Хорошо, ты согласился ехать в музеи с другими людьми? - Ага, - пробубнил Нил, включая кофеварку. - Будь аккуратен, я был знаком с той компанией, и они не самые приятные ребята. Проснувшийся вспомнил отца и усмехнулся. Пожалуй, чтобы найти компанию хуже Натана и его окружения нужно хорошенько постараться. - Я всегда аккуратен. Осторожность - залог выживания. Нил ощущал, как его дядя заставляет сходить к психологу. Но Джостен мозгоправов не любил, те были слишком опасны и не каждый хотел бы тебе помочь. - Ладно, не буду тебе мешать. Мне нужно уйти, посмотреть, как дела в отеле. - Желаю удачи, - безэмоционально отозвался Нил. Мэтт ушёл к себе в комнату, а позже и вовсе из квартиры. Кофеварка звякнула, известив о готовности кофе. Нил рассматривал светлеющий на глазах город за окном. Из кухни, пожалуй, был самый достойный вид, так как в спальне и других комнатах окна выходили на соседние дома. Через тридцать минут юноша собрал необходимые вещи на день и вышел на улицу. Утреннее солнце не давало тепла, Нил вытянул рукава кофты себе на руки и прошёл под аркой из двора-колодца. На улице было свежо, день только начинался. Джостен завернул за угол, пройдя по узкой пешеходной улочке. Навстречу парню не попалось ни одного прохожего или рабочего. Выйдя на широкую улицу, Нил столкнулся с толпой. Люди расположили полукругом вокруг группы, выступающей на различных музыкальных инструментов. Джостен обогнул толкучку и устремился по улочке. Течение людей несло его к верху холма. Нил не сопротивлялся, пока не увидел знакомую Рене, стоящую рядом с зелёными кустарником. Парень пробился сквозь толпу и подошёл к экскурсоводу. Сегодня каре Рене было заплетено в неряшливый хвостик. Девушка стояла на обочине пешеходной улицы и вглядывалась в толпу. Заметив Нила, стоящая расплылась в улыбке. - Доброе утро, Нил. - Доброе, известно, когда явятся знакомые? Нил не хотел быть милым и приветливым, только потому что Рене была такой. - Не могу точно утверждать, но минут через пять. Нил кивнул и обратил свой взор на кафе на другой стороне улицы. На витрине висели разноцветные кренделя с белой гирляндой внизу. Рядом со столом стоял столик, и за ним расположилась пожилая пара, та беседовала между собой за чашечкой кофе. Джостен нашёл эту картину милой, но его взор преградил блондин взявшийся из толпы. Юноша моргнул и посмотрел на него повнимательнее, вероятно он и был одним из знакомых. Чёрная рубашка, чёрные повязки, чёрные джинсы и чёрные ботинки на фоне бледной кожи и светлых волосы смотрелись контрастно. У подошедшего были карие глаза, которые тщательно рассматривали Нила. Обычно таким взглядом смотрели ища пистолет за пазухой, этот парень был явно не промах и был явно опасен. Спутники блондина выглядели милее. Это был близнец и совершенно непохожий смуглый высокий парень. - Знакомьтесь, Нил это Эндрю, Аарон и Ники. Эндрю, Аарон и Ники это Нил, - мягким голосом продекламировала Рене. Если верить тому, как указывала экскурсовод, то опасного звали Эндрю, его близнеца Аарон, а смуглого Ники. Высокий тут же подскочил к Нилу и поздоровался: - Привет, Нил! Наверное, этот был самым общительным из этой компании. - Привет, Ники. Ники ослепительно улыбнулся. Аарон кивнул в знак приветствия, а Эндрю просто продолжал сверлить взглядом Нила. Рене сразу подхватила инициативу: - Итак. Сегодня мы отправляемся на остров Музеев, называемым Юргорден. Там располагается один из самых больших музеев под открытым небом под названием Скансен. Так же есть музей Северных стран, Стокгольмский биологический музей, Юнибакен, Музей Васа и многие другие. Мы побываем в Скансене, остальные вы можете посетить самостоятельно. На остров проходит специальная ветка трамвая под номером семь. Все трамваи на ветке старого производства, что создаёт удивительную и прекрасную атмосферу... Группа следовала за Рене, разглядывая улочки города, по которым проходила, и прислушивалась к рассказам о городе и музеях. Старые дома сменились на более современные, и туристы вышли к трамвайным путям. Экскурсовод, не прекращая рассказывать, подвела всех к остановке с лавочкой, на которую все уселись. Нил сел по левую руку от Рене, а Аарон, Ники и Эндрю расположились по её правую руку. Трамвай появился минут через пять, что по словам Рене было удачей. Транспорт был выкрашен в выцветший голубой цвет. Створки дверей были оранжевыми, а окна меньше, чем в современном трамвае. Была примечательна табличка с номером трамвая, она была белой, а на ней красным прописным почерком была нарисована "7N". Группа тут же вошла в пустой трамвай и расселась на ближайшие места. Экскурсовод сказала, что ехать им всего пять остановок. На следующей остановке трамвай наполнился людьми, а под конец поездки казалось, что настал час-пик. Всё пространство наполнилось людьми, и Нил признал свою нелюбовь к толпам, несмотря на то что в толпе легко скрыться. Группа еле вышла из трамвая. Аарон внимательно смотрел на Эндрю, тот с вызовом смотрел в ответ. Ники вздохнул и покачал головой. Лицо главной сделалось хмурым. Нил приподнял брови и, поняв неловкость ситуации, спросил у Рене: - Эээ. Так куда нам идти? Рене показала рукой в сторону привычной красной стены и сказала: - К тому строению, там есть проход внутрь. Группа двинулась к показанному зданию, напряжение немного испарилось. Нилу было любопытно, что же такого произошло между братьям. Но Эндрю уж слишком не внушал доверия, а Аарону и шага в сторону сделать не даст он же. Иногда Нил был рад, что кроме дяди и двоюродного брата у него никого нет. Рене подошла к пяточку рядом с красной стеной и спросила: - Что вы здесь интересного видите? Нил оглянулся, просто так вопросов не задают. - Красную стенку? - ядовито спросил Аарон. Повисла минута молчания, прерываемая далёкими выкриками людей. Нил оглянулся и обнаружил маленький памятник не выше сантиметров четырнадцати, и спросил: - Памятник? - Совершенно верно. В стокгольме можно обнаружить массу различных маленьких памятников. Если в обычных городах Европы можно встретить памятники выше человеческого роста в раза три - это нормально, то в Швеции фигуры не превышают человеческого роста. Сейчас мы находимся неподалёку от центрального входа в Скансена. В музее мы ознакомимся с этносом народов Швеции. Туда завезены многие исторические здания из разных областей Швеции. Прошу заметить, что на территории есть актёры, одетые в старомодные наряды, чтобы мы могли полностью окунуться в атмосферу древности. Девушка элегантно взмахнула рукой и повела группу ко входу. Туристов ждал насыщенный день.

***

На улицу спускался мрак. Желтоватый свет ламп в кафе не давал темноте поглотить туристов, толкающихся группами. Многие бурно обсуждали прошедший день, а другие, прикрыв глаза, слушали мирные разговоры. Рядом с прилавком расположилась обширная разношёрстная очередь. Казалось, там собрались туристы всех наций. Группа Рене в то время заняла столик. Так уж вышло, что Нил сидел с Эндрю, а Аарон и Ники напротив. Из всей этой компании Нилу по душе был искренний Ники. Но близнецы, судя по всему, его и берегли, и недолюбливали. Рене же расположилась на одиночном стульчике рядом со столом. Было уже ближе к шести вечера. Туристы побывали в Скансене, и не то чтобы это было плохим. Нилу даже удалось запечатлеть несколько фотографий с актёром, вышедшим чуть ли не из Средневековья, и красными деревянными домиками. Фотографии были таинственными и восхитительными. Рене провела их только по основным туристическим тропам, но этого было достаточно для понятия о шведах и их культуре. Нилу запомнился дом-сарай, который на первый взгляд можно было принять за свалку ненужного барахла. Но Джостену было знакомо огромное количество инструментов для землевладения. Какой-то из его дедушек по линии матери увлекался земледелием, а все территории передал своей племяннице Мэри, погибшей матери Нила. Юноша был в тех полях совсем немного в детстве, но это было счастливое и практически беззаботное время, запомнившиеся надолго. Пройдя по тому сараю, Нил ощутил некую грусть и в то же время радость, что теперь поля и амбары не являются главной радостью жизни. - Итак. Мы имеем прекрасный день и нового невероятного парня в нашей компании! - Воскликнул Ники на немецком языке. Нил попытался скрыть волну дрожи. Юноша так давно не слышал немецкой речи без акцента. "Произношение Ники было поистине хорошим, но слова кошмарные," - отметил в своих мыслях Джостен. Не то чтобы он был гомофобным, но разговоры о человеке в его же присутствии были плохи. А Аарон между тем показательно закрыл уши руками. - Даже ты не сможешь не осознавать привлекательности Нила! - обратился Ники к закрывшему уши. Это был опасный шаг, даже если бы Джостен не знал языка, он бы знал своё имя. Нил буквально физически ощутил возросшее напряжение. Джостен безумно любил красивые моменты и удивление на лицах людей. Конечно, туза в рукаве иметь неплохо, но их у юноши ещё много. Тем более они могут больше не встретиться. Нил хитро улыбнулся и произнёс на том же языке: - Во-первых, конечно, спасибо. Но во-вторых иди нахуй. После той фразы все эмоции спали с лица Нила. Юноша рассматривал чужую реакцию. Рене покачала головой, кажется, она не знала языка. Глаза Ники стали удивлёнными. Нил почувствовал на себе тяжёлый взгляд Эндрю. Аарон расхохотался и воскликнул: - Тебя урыли и закопали! Ники расхохотался. Рене с любопытством поглядела на них. К их столику подошёл официант с полным еды подносом. Мужчина начал раскладывать тарелки по столу, а группа хватать блюда в соответствии своего заказа. После ухода официанта Эндрю прокомментировал ныне сказанное: - Знать несколько языков, это не значит знать свой родной язык. Нил немного удивлённо взглянул на говорившего. Блондин был немногословен. - Каков мой родной язык, Эндрю? - Олбанский. Юноша чуть нахмурил брови и, вынув из кармана телефон, спросил у голосового помощника, что такое олбанский язык. Ники хмыкнул и полностью обратил своё внимание фрикаделькам. Голосовой помощник механическим голосом произнёс: - Жаргон падонков - это распространившийся в Рунете в начале 2000-х годов стиль употребления русского языка с фонетически почти верным, но орфографически неправильным написанием слов. Эндрю взглянул на Нила, как на идиота. Из реплики голосового помощника Нил немного понял, но всё равно вызывающе взглянул в ответ. Парни играли в гляделки, пока остальные просто ели поданные блюда, игнорируя всё вокруг. - Ты завтра пойдёшь с нами в Королевский дворец, - поставил перед фактом блондин. Нил приподнял брови. Какого это чёрта ему приказывают идти с куда-то с кем-то, с кем он не хочет. Не успев чего либо сказать, Рене вмешалась в разговор: - Это было бы выгодно, Нил. Если ты, конечно, хочешь! Юноша сузил глаза и вынес приговор: - Хорошо.

***

В лицо ударил порыв холодного ветра. За бортом корабля удалялся город Стокгольм, превращаясь в одну чёрную точку. Это был уже четвёртый день прибывания в Стокгольме. Сегодня вечером был еженедельный созвон с родственниками. Группа села на корабль в Мариехамн Это был город, лежащий на острове посреди Балтийского моря. Мариехамн являлся главным городом Аландских островов, относился к составу Финляндии. У Мэтта на этом острове проживал близкий товарищ. И сосед, решив навестить друга, пригласил с собой свою девушку Дэн, Нила, Рене и Монстров, представляющих собой Эндрю, Аарона и Ники. Почему их так прозвали, Нил так и не понял. Если монстры в прямом смысле слова, то эта компания была слишком безобидной. Но так их называли Мэтт и Дэн, а Рене наоборот это прозвище не нравилось, наверняка девушка встречалась с реальными монстрами, и ей было просто обидно. Близнецам и кузену же было до дальнего места, как их называют другие люди. - Хей, Нил! Как твои дела? - спросил Ники, подойдя к стоящему. Джостен, нахмурившись, вопросительно посмотрел на подошедшего и ответил: - У меня нет дел. Судя по-всему, Ники несильно интересовал ответ, так что он продолжил: - У меня хорошо, а дела то есть всегда. Как ты познакомился с Рене и вообще попал в Швецию? Кажется, Ники прилип надолго, но Нил не был против навязчивой компании. - Просто путешествовал. А Рене... Мэтт посоветовал, - пожал плечами юноша. - Ох! А мы с Рене случайно познакомились на курсах. Это было скорее моё знакомство, но близнецам девушка пришлась по душе. А ещё у Эндрю с Аароном каникулы в университете, я обязан был их куда-нибудь вывезти из захудалой Америке. А Швеция... Нил смотрел на далёкую сушу и краем уха слушал неторопливые рассказы Ники. Ветер сдувал волосы на глаза, мешая разглядывать. Юноша повернул лицо по противоположно направлению воздушных потоков, давая волосам разлететься от лица. Нилу стоило подумать о стрижке. В глаза бросилась приближающаяся фигура в виде равнодушного Эндрю. Парень был неизменно в повязках и во всём чёрном. Джостен решил вернуть свои мысли к разговору с Ники. -... На разных сайтах в Интернете всегда говорилось, что в Стокгольме ужаснейшая погода. Но тут то погода ещё хорошая по сравнению с климатом в Германии. А ты как думаешь? Эндрю остановился в нескольких шагах от разговаривающих. Нил вздрогнул и подумал, о том что он думает. Он не думает? - Везде погода хороша, если привыкнуть. - И я о том же. О, Эндрю, иди к нам! - позвал стоящего Ники. Фигура подошла на несколько шагов, приблизившись к Нилу. Джостен улыбнулся отцовской улыбкой. Раньше та казалась ему страшной и гадкой, но сейчас Нил принял тот факт, что сын не является копией отца. Эндрю, правда, никак не отреагировал на улыбку, но всё-таки что-нибудь к сведению принял. - Мне нравятся шведские традиции, они похожи на американские, но в них есть нечто отличающееся от всех остальных, - продолжил говорить Ники. В один момент корабль немного качнуло, а весь воздух сотряс громкий крик, заставив замолчать разговорчивого Ники. Крик был истошным, как будто человека резали. Звук длился около минуты, а затем, словно кричащий человек захлебнулся, утих. Ники взглянул на своих спутников и бросился с месту, где раздавался крик. Нил и Эндрю последовали за ним неспешным шагом. - По-любому, это какое-нибудь недоразумение, - прокомментировал Нил. - Мне не нравится это слово. Нил приподнял бровь, повернувшись к Эндрю. Смотря прямо в карие глаза, Нил ощущал опасность и интерес. - Боюсь в английском языке нет слова, которое не нравилось бы тебе. Советую выучить шведский, может... Вдруг в дальнем просторе моря показалась маленькая движущиеся фигурка. Не веря раскрыв глаза, Нил подбежал к бортику корабля. Это и впрямь был человек. Он маячил чёрною точкою и пытался кричать. Впервые за все годы в бегах и в мирное время юноша видел, как человек тонет. Кто-то кричал, кто-то собирался прыгать, кто-то говорил успокоиться. Из ниоткуда около бортов корабля взялись толпы людей, а Нил и Эндрю оказались прижаты к самому краю. Джостен, не глядя на Эндрю, удивлённо проговорил: - Там человек за бортом. - Ты наблюдателен. Нил, смотря на то, как какой-то спасатель пытается достать человека, прошептал: - Бесспорно. Нил чувствовал, как Эндрю сверлит его затылок взглядом. Это вызывало неприятные ощущения. Какой-то человек под наплывом толпы прижался к Джостену. Казалось, что беглец находится в том метро, где его схватили люди отца. В то время мать уже давным-давно умерла, а Нил боролся за жизнь из последних сил, бегая по Штатам, не в силах переступить границу. В метро был час пик, и количество людей было зашкаливающим. Нил, пытавшись скрыться от преследователей, прибежал в метро. На протяжении нескольких часов юноша бегал по метро, пока толпа не стала меньше. Нил помахал головой и оттолкнул от себя людей, на столько на сколько это было возможно. Ему нужен был воздух, много воздуха. И холодный ветер. Нил начал аккуратно отходить от бортиков, не обращая внимание на происходящее вокруг. Он почувствовал, что Эндрю последовал за ним, но не препятствовал. Нил подошёл к входу в помещение и прислонился к ближайшей стенке. Казалось, мир качается и кружиться. Палуба вмиг стала ненавистна. Эндрю проследовал за ним, внимательно глядя. Кажется, у Нила скоро будет паранойя от взглядов и куча проблем. - Мне казалось, что у тебя нет морской болезни. Юноша поморщился и немногословно ответил: - Отвянь. Парни простояли так ещё минут тридцать, впоследствии уйдя узнавать, что вообще произошло. Как оказалось некий Кевин Дэй, пока фотографировался на палубе для социальных сетей, нечаянно свалился в воду, перепугав весь корабль. Теперь с ним стояла ругающаяся тётка, говорящая, что за все годы её работы такого не было, а укутанный одеялом Кевин с чашкой чая, уже о чём-то заинтересованно болтал с Рене. Девушка явно поспевала за всеми событиями на корабле. Оставалось плыть ещё час, и Кевин с Рене договорились встретиться в Стокгольме через две недели. Сидя тем вечером в доме у приятного друга Мэтта, компания смотрела боевик со странными спецэффектами, который Нилу не понравился, но по какой-то причине полюбился Дэн. В тот момент Джостен ощущал себя в доме, которого никогда не было. Пыльный ковёр, кусок пиццы и дерьмовый фильм. Но в то же время что-то родное и милое было в этом действии. Может быть, потому что друг Мэтта наливал вкусный чай. Или потому что у Нила было хорошее настроение.

***

Ясные омуты карих глаз сверлили лицо Нила. Казалось, они преследовали юношу везде. Половина Стокгольма была пройдена под внимательными карими очами. В первую пору это нервировало, заставляя жаловать Стюарту при еженедельных звонках. Хоть и жаловать Стюарту входило в порядок вещей, Эндрю всё равно раздражал до чертиков. Спустя неделю блондин стал привычным компонентом жизни Нила, что пугало. Ни дня не проходило без бессмысленных стычек парней. Если же и проходили, то Джостен нарочито начинал новый спор. Подколки стали несомненным обычаем, а у Нила Джостена не было ранее привычек. Самое печальное, что их не было, а сейчас они появились. Нил жил в Стокгольме уже больше недели. Город не переставал удивлять и радовать. Ландшафт поселения менялся по островам. То это старый европейский город, то огромная отдельная дача, то среднестатистический американский город, то огромный парк. Стокгольм был многогранен, как и Эндрю. Лежащий в постели парень схватил и прижал подушку к ушам, пытаясь отбиться от надоедливого имени. Может быть это была симпатия при начале дружбы? Хотя. Он и Миньярд? И дружить? Юноша свесил ноги с кровати и направился к шкафу, ища одежду для пробежки. Старое потрёпанное поло и шорты по коленку нашлись быстро, и Нил переоделся. Парню всё сложнее становилось сдерживать свои многочисленные мысли. Может быть это был психологический рост? Или Стокгольм на него так влиял? Нил вышел на прохладную уличную кладку. Было около семи часов утра, ещё не светлело. Юноша поёжился, температура на улице представлялась не более пятнадцати градусов. Конечно, приезжий был закалён, но не настолько. Парень вышел на знакомую улицу и побежал, отпуская все свои мысли.

бежал, бежал, пока до конца не обессилел я

***

Стояло время обеда. В столовой на окраине Стокгольма было душно и жарко. Многие туристы приходили сюда за национальными блюдами. Место было сравнительно популярным, вкусным, и готовилось здесь всё по старинным рецептам. Кучка людей толкалась около обширного шведского стола. На столе стояло минимум пятьдесят различных блюд национальной кухни. Многие люди стояли в стороне, думая, что взять себе на обед. Рене и её спутники, выбрав себе блюда, сидели за уютным деревянным столом. Девушка, напоминая о традициях шведской культуры, поедала тарелочку с супом со странным названием "Нассельсуппа-лид-егг". На деле это был устричный крем-суп. Нил не мог разобрать его остальные ингредиенты, да и не интересовала его чужая тарелка. Сам юноша ел Пютиппану, и на удивление блюдо ему нравилось. Рядом с юношей сидел Эндрю, потребляющий десерт. Нил задавался вопросом, ел ли тот что-то кроме сладкого. Наверняка, нет. Десерт представлял собой вафли с конфитюром, шоколадом и сливками, называясь Салютом. "Салютом диабета" - подумал про блюдо Нил. Доев свою порцию, Джостен облокотился на диван и направил свои глаза на Эндрю. Тот всё ещё усердно поедал десерт. Ники на заднем плане писал своему мужу из Германии. Его явно не интересовала еда. Аарон задумчиво ковырял свою тарелку. Нил отметил у себя в голове, что они проведут в этой столовой долгое время. Именно по этой причине, как только Эндрю, закончив трапезу, пошёл на улицу выкурить сигарету и получить часовую дозу никотина, Нил вырвался из стола за ним. На улице из-за облаков светлело полуденное солнышко. Холодный ветер приносил с собой запах моря. Порывы ветра вновь спутали волосы на голове Нила, заставив вновь задуматься о новой причёске. Эндрю рядом закурил сигарету, и родной запах матери окружил парня. Каменная плитка скользила под подошвами кроссовок. Парни шли вверх по улице. Миньярд был молчалив и замкнут, Джостен не нарушал тишину. Навстречу парням проходили редкие прохожие. В Стокгольме всегда было мало людей, и Нилу это нравилось. В один момент Эндрю, остановившись, махнул рукой и повернулся в обратном направлении к столовой. Джостен негласно последовал за ним. - Ты преследуешь меня, - утвердительно заявил Эндрю, нарушив тишину. - Тебе показалось, - ответил Нил, помахав перед другим рукой. Глубокие карие глаза Эндрю смотрели непроницаемо, вгоняя более юного Нила в панику. Настоящий же уверенно отвечал на взгляд, зная о своей силе и заявляя об этом. - Почему я тебя всё ещё не убил? Нил подумал, что когда-то такой вопрос звучал бы более серьёзно, а сейчас воспринимается, как шутка. Улучшение жизни или ослабление обороны? - Я бы доставил слишком много проблем, - пожал плечами Нил. - Хм. Можно было бы спрятать труп в Парижских катакомбах. Нил никогда не был в Париже, но был осведомлен о существовании катакомб благодаря двоюродному брату. - Слишком проблематично. Зачем тебе это нужно? Нил с лёгкой улыбкой глядел на Эндрю, кажется равнодушие Миньярда не продержится долго. Джостен видел и ощущал его эмоции. - Ты знаешь. Если бы они не говорили об убийстве, Нилу бы этот момент показался бы романтичным. Все его знания о романтике заканчивались разговорами со Стюартом и надоедающим братом. Его брат Кристофер интересовался современными движениями, не смотря на то, что собирался принять всю империю Хэтфордов на себя. Он был надоедающим и образованным. Кристофер частенько латал дыры в образовании Нила. Сейчас, стоя на пыльной улочке Стокгольма, Нил пытался вспомнить все утверждения о симпатии и любви. Не найдя ничего нужного, Нил решил продолжить шествие по улице. Парень даже упустил тот момент, когда оба остановились. Парни увидели подбегающего к ним Ники, рассказывающего, что группа готова двигаться дальше.

***

Нил явно плохо себя ощущал, когда писал в поисковой строке в Интернете "как понять что тебе кто-то нравится". Явно ненавидел ответы по-типу "вам его не хватает", "вы не можете на него насмотреться" и т.д. Ему не нравилась паника от мысли, что он мог действительно влюбиться. Его последний романтический опыт составлял поцелуй с какой-то незнакомой брюнеткой в четырнадцать лет. И этот был неудачен. А случайная влюблённость никогда не казалось проблемой для Нила. Ему просто-напросто никто не симпатизировал. Но с Эндрю всё казалось по-другому. Юноша осознавал это только после встречи с ним, так как росло неимоверное желание догнать Миньярда и высказать очередную шутку, крутящуюся на языке. Немного полежав на кровати, юноша принялся к следующему кругу ада. На запрос "как понять нравлюсь ли я" Нил нашёл кучу ответов, посмеявшись над половиною. "Он находит малейшие причины для комплементов". Джостен заставил себя представить Эндрю, говорящего комплемент. Это Миньярд с равнодушным лицом, крутя нож в руке, выдаёт: "ты сегодня восхитительно выглядишь". Жуть. Нил даже обрадовался, что его возлюбленный не говорит комплементов и закрыл ноутбук. В любом случае Нил долго не задержится в Швеции, да и Эндрю скоро придётся возвращаться в Америку. А влюблённость может со временем пропасть. Не в первой страдать то.

***

Угасал день. Оранжевые полосы пересекали всё небо. Яркое солнце скрывалось за горизонтом. Белые кучевые облачка с оттенком фиолетового быстро бежали по небу. Крыши Стокгольма были безумно красивы, хоть и не каждый предоставлял доступ к выходу. Нил и Эндрю стояли на одной из сложнодоступных крыш. Нил вдыхал запах сигарет исходящий от Эндрю. Миньярд выкуривал уже третью сигарету по счёту, не собираясь заканчивать. Его глаза рыскали по небу, пытаясь найти что-то. Джостен, не выдержав, поинтересовался: - Что ты ищешь? Эндрю, словно забыв о его присутствии, странно уставился на говорившего. - Я ничего не ищу. Нил, не задумываясь, ответил: - Это повод быть ничем. Поняв, что сморозил, Джостен сгладил ситуацию уверенной улыбкой, на которую был обращён внимательный взгляд карих глаз. Нил посмотрел в ответ, ничуть не переживая, и сказал: - Мне нужно идти. Мэтт и Дэн сегодня устроили вечер фильмов, я принудительно приглашён. Эндрю кивнул, а Нил ушёл от прекрасного заката, позволив себе за закрытием двери покраснеть вволю. Было опасно ходить по тонкому льду. Ведь Миньярд может просто спросить, по какой причине он так сказал, и самое печальное, что Джостен не сможет соврать. Нил пришёл на этаж Мэтта и, не стучась в дверь, вошёл в квартиру. из гостиной уже раздавались выкрики. юноша направился туда. Как оказалось на вечер фильмов был приглашён и Кевин. Дэй был высоким темноволосым чуваком лет двадцати с чем-то с неординарным представлением о жизни. Парень не заботился о чужом мнении и был странным в некоторых ситуациях. Нил того уважал и не был против его присутствия. Мэтт и Дэн принесли три больших пиццы. А Кевин с некоторым ужасом уставился на столько лежащих калорий и хотел отказаться есть. Дэн явно выигрывала в небольшом споре, пока не пришёл Нил. - Нил! Скажи, что столько есть вредно! Пришедший улыбнулся и пожал плечами. У юноши иногда возникали проблемы с перееданием из-за того, что в бегах не было большого доступа к пище. Но как правило это выявлялось только, когда Нил ел один на один с собой. - Я не имею ничего против пиццы. Кевин опустил плечи и печально покачал головой. Дэн победно улыбнулась и хлопнула пришедшего по спине. Нил заставил себя сдержать прошедшую дрожь и заявил: - Но Кевин может есть столько сколько захочет. Дискуссию прервал Мэтт, ворвавшись в гостиную с тремя бутылками горячего глинтвейна. Тот налил напиток по расставленным на полу кружкам и провозгласил: - Давайте смотреть "Сына Птицелова". Фильм недавно вышел, так ещё он национальный, шведский! Группа расселась на пушистом ковре в гостиной, раскрыв перед собой три пиццы и кружки глинтвейна. Несмотря на градус глинтвейна, Нил выпил две кружки. Слишком уж напиток вкусно пах корицей, мёдом и какими-то ещё пряностями. Фильм казался интересным, но юноша не слишком вникал в суть. Его мысли одолевал Миньярд, пока Джостен не заставил себя сосредоточиться на фильме и окружавшей его еде. Пушистый ковёр захватывал его в свои объятья, а Кевин рядом уплетал четвёртый кусок пиццы, не заботясь ни о чём. Мэтт и Дэн сидели в обнимку, с интересом смотря фильм. Нил улыбнулся и зевнул. Ему нравилась такая милая атмосфера.

***

По улочкам летал ледяной ветер, сдувая прохожих. Полуденное солнце стояло над городом портов. Туристы, неторопясь, гуляли по залитым светом набережным. Средь трёхэтажных домиков спешили другие пешеходы. По улицам в отель длинной дорогой шли Мэтт и Нил. Отель Мэтта располагался в пяти минутах ходьбы, но парни решили прогуляться и шли уже пятнадцать. Гостиница показалась за углом. Нил ещё даже не придумал оправдания своего присутствия, разочаровавшись в скором приходе. Парни зашли внутрь, и Бойд отправился в подвальный этаж. Фишка была в том, что в этом отеле остановились Миньярды и Хэммик. Нил отправился ровно в другом направлении от Мэтта, на крышу. Крыша встретила холодным ветром, ярким солнцем и одинокой сидящей фигурой. Нил тихо прикрыл дверь и аккуратно по черепице сполз к Эндрю. - Доброе утро, - поприветствовал Нил. В ответ говоривший получил кроткий кивок. Эндрю ещё раз поднёс сигарету к губам и вдохнул сигаретный дым, наклонив голову и смотря на пришедшего. Нил чуть заметно улыбнулся и вытянул из рук Эндрю горевшую сигарету. Юноша вдыхал её запах, осознавая, что теперь вонь сигарет ассоциируется с Миньярдом, а не с матерью. Курильщик не смутился и достал новую сигарету. - Это неэкономичный расход сигарет, - обвинил пришедшего Эндрю. - Как будто курить - это экономически-выгодный ход. Нил смотрел, как сигарета догорела до фильтра и остановила своё существование. - Почему же я тебя всё ещё не убил? - вздохнув, спросил Миньярд. Джостен покачал головой и с хитрой улыбкой выдал: - Убить - слишком сильное слово. Но всё-таки. Почему? Над ними повисло молчание. Нил прикрыл глаза и подставил лицо встречному ветру. - Потому что всё что связано с тобой - слишком сильно. - Без эмоций жизнь скучна. Нил открыл глаза и рассматривал, как Эндрю печально качал головой. В голову Джостена пришла идея, которая могла бы многое разрушить, но не сломает жизнь, а разъяснит позиции. - Я тебе нравлюсь. Не так ли? Эндрю сузил глаза и, медленно кивнув, ответил: - Я тебя ненавижу. Сердце Нила сделало кульбит. То ли разочарование, то ли радость. Эндрю внимательно глядел на Джостена. Тот смотрел в ответ. В один миг их лица оказались рядом. Нил ощущал дыхание Эндрю. Его сердце стучало, как не в себе. Карие глаза казались янтарными при солнечном свете. Такими прекрасными. Близость чужого тела отдавалась теплом. На горизонте сознания маячила ругающаяся мать, но через несколько секунд исчезла. Губы Эндрю на губах Нила казались несуществующей сказкой. Поцелуй был страстным, требовательным и трогательным. Весь мир начинался в поцелуе и оканчивался в нём же. Через долю секунды тепло Эндрю исчезло, а сам парень буквально отскочил. В его глазах читалась паника, пока не пришло спасительное равнодушие. Миньярд ловкими движениями забрался по черепице к двери, не сказав ни слова. Раздался хлопок двери и казалось, что призрачного юноши здесь не было. Нил ещё несколько секунд пялился на закрытую дверь и перевёл свой взгляд на полуденное успокаивающее солнце. Юноша положил на черепицу свою голову и в немом шоке смотрел на проплывающие облака, не в силах сдвинуться с места или хотя бы моргнуть. Нил никогда не целовался столь... Хорошо? Прекрасно? Восхитительно? Ему всегда казалось, что отношения не для него. Но Эндрю... Он прекрасен. Пощупав рукой свою губу и пожевав её зубами, Нил понял, что хочет, чтобы этот поцелуй повторился. Если он пока живёт в Стокгольме, разве Джостен не может наслаждаться. Если, конечно, Эндрю бы хотел того. Что тоже маловероятно. Полулежащий никогда бы не сказал, сколько находился на крыше. Смотря на пролетающих по небу птиц, Нил принял к решению рассказать возлюбленному всё, как есть.

***

Через целых два дня Нил увиделся с Эндрю. Целых два дня юноша ловил на себе настороженные взгляды Мэтта. Целых два дня парень не знал куда деться от навязчивых мыслей. Целых два дня Джостен смотрел на мир другими глазами. Они намеренно встретились во время обеда Монстров, Рене и Мэтта с его компанией. Эндрю предпочитал игнорировать существование Нила, да и Джостен не горел желанием разговаривать при других людях. Обед прошёл в спокойной и доброй обстановке, и вскоре группа двинулась гулять по очередному району Стокгольма. Нил подошёл к Эндрю. Рене болтала с Дэн, а Мэтт перекидывался словами с Ники, Аарон по-обычному шёл в стороне, рассматривая архитектуру. Подошедший внимательно смотрел на Эндрю, видя, как его лицо темнеет. - Игнорируешь? - не выдержал Нил. Ответ юноша, по правде, получил самый понятный. Ему просто не ответили. Как будто не целовали два дня назад, как будто Нила не существовало. Парень не давал жучку разочарования поселить в желудке. - Поговори со мной. Даже если эта фраза звучала отчаянно, Нила этот факт не интересовал. - Почему? Фраза была последней, что хотел бы сказать Нил. Вероятно нужно было навязаться, докопаться до истины и растормошить душу, как делали обычно Хэтфорды. Но момент с мафией никак не связан. Слова были брошены на ветер. Нил просто молча шёл, думая в какую страну следующей поехать или попутешествовать по Швеции ещё. - Ты этого не хотел, - резко произнёс Эндрю. Нил внимательно посмотрел на говорящего. Казалось, что за этой фразой скрывается мир Эндрю. Казалось, что слова весят намного больше. Где-то, как будто вдалеке Ники выговорил шуточным тоном: "не было такого!". Нил, приулыбнувшись, вторил ему: - Не было такого. Казалось в мире не существует ничего и никого кроме говоривших. Нил, закусив губу, немного подрагивал от напряжения. Юноша хотел сказать, то что могло бы поменять его жизнь. И кажется он этого хотел. Хотел следовать за знакомой жёлтой макушкой по всему миру. Нил приподнял голову и шёпотом признался: - Ты мне нравишься. Кажется все многогодовые шаблоны общения с людьми разлетелись в ошмётки об непробиваемого Эндрю. Зрачки Миньярда расширились, карий цвет уступил чёрному. Эндрю казался немного смущённым, и на обычно равнодушном лице это смотрелось смешно и мило. Нил улыбнулся до ушей. Юноша ощущал распространяющийся по щекам румянец. - Закрой свой рот. Голос говорящего был напряжённым и почти ласковым, если что-то в Миньярде могло быть ласковым. - Попробуй его закрыть, - пожал плечами Нил. Затем они затерялись в толпе от своей компании. Нил шутил про беззащитную оставшуюся семью, а Эндрю беспрестанно на него поглядывал. Спустя время в какой-то живописной улочке юноши поцеловались. Один раз, второй, третий... Влюблённые гуляли, ели и дразнили друг друга. Как оказалось Эндрю был потерянным любителем мороженного с шоколадной посыпкой, а Нил не был категорично против сладкого. Под вечер Эндрю распрощался с юношей с помощью двух поцелуев и убежал к семье. Нил одиноко гулял по Старому городу, смотря на кучки поздних туристов и думал об будущем. Следовать за Эндрю не было бы хорошим решением, но слишком уж блондин был хорош. А Америка не казалась слишком плохой перспективой в отличие от расставания или отношений на расстоянии. Будущее казалось перспективным и многообещающим, неомрачённым никакими проблемами. Сидя на набережной и смотря в воду, юноше казалось, что он может свернуть горы. Может быть любовь это не так плохо, как думается многим?

но мы с тобою будем вместе...