То, чего не видно. Соски?

      Утро выдалось нелегким. Особенно, если учесть, что сейчас нахрен далеко не утро. Да и в целом телу слишком тяжело и непривычно. Какого хрена? Чонгук чувствовал себя как трижды выжатый лимон. Где его чай? В который его выжимали? Он нехотя попробовал пошевелится или повернуться, потому что он явно не в состоянии вставать. Поэтому стремление к комфорту не хотело покидать его сонный мозг. Попытка провалилась. Кажется, он словно в тисках зажат. Так, стоп, что происходит? Чонгук приоткрыл один глаз и сразу же его закрыл. Слишком резанул свет. Который час вообще? Секунда на то, чтобы привыкнуть к свету. Не слишком яркому, но всё же по сравнению с полной темнотой очень чувствуется. Вторая попытка открыть глаз уже более успешная. У него даже получилось оба. Ещё немного мутно перед глазами, но в целом фокус настроить и всё будет заебись. Или нет… Голову словно проткнули чем-то очень острым и тяжелым. Такое чувство, что его лупасили по башке какой-то железякой. Не исключено, что это была его собственная бита. Чонгук всё-таки сумел приподнять голову. Где это он? То, что у него в квартире нет дверей, дошло как-то с опозданием. Он лежал на спине. А ему в грудь упёрлась очень светлая макушка. Трудно было сказать, кто это… Этот человек, скорее всего, лежал на Чоне, как коала. Он отчётливо чувствовал его руки у себя на спине, под ней точнее. А ноги обнимали его собственные. Кажется, он действительно в ловушке. Но страшнее всего было не это. А то, что он ни черта не помнил. Ну, приплыли… Господи. Нередкая практика после пьянок. Но каждый раз он почему-то надеялся вспомнить. Память обрывается, где-то на моменте как познакомился с друзьями Джина. Как же их там? На имена у него память была еще хуже, чем его память в принципе. И из всех он чётко помнил только Тэхёна. Это чудо, что на нём так сладко спит, видимо он и есть, судя по блондинистым патлам. Ещё в памяти всплывали имена Юнги и Хосок, а ещё на подкорках мозга, что-то похожее на Чимин или Чинин, может даже Чонин. Нет, всё-таки он не помнил. Чонгук смотрел на парня и даже не пытался найти свой телефон. Хотя проверить время всё же не мешало бы. Потому что на улице что-то похожее на сумрак. Может навскидку часов пять утра или нет. Очень вряд ли он был бы в таком сейчас разбитом состоянии, если бы они разбрелись хотя бы до двух часов ночи. А если позже, то он бы не чувствовал себя выспавшимся. В итоге интерес перевесил лень. И он таки провел рукой по кровати. Надежда, что они его не спихнули куда-то пока спали, всё ещё теплилась в сердце. Нащупал смартфон он возле второй подушки. Поднял на уровень глаз. Это не его телефон. Ну класс… Хорошо, время-то посмотреть можно. Темнота. Видимо сел. Даже не обидно. Ну почти… Так, стоп. А в каком плане они спали? Если бы можно было осмотреть своё тело на наличие хоть чего-нибудь. Но Чонгук в силах только пялится на белобрысую голову. Ещё его руки точно в той же водолазке, что и вчера. А вот за штаны он очень не уверен. Да и у парня на нем видно оголенные плечи. Но на этом всё. Чонгук бы соврал, если бы сказал, что не захотел Тэхёна ещё в машине. Ну потому что вы видели Ким Тэхёна? А Чонгук видел… Там явно то, что нужно. И очень вряд ли он упустил бы такую партию. Но вот водолазка немного сбивает с толку. Хотя можно было и не раздеваться в принципе. Но разве он мог думать о чём-то в том примерном состоянии, которое себе представлял. Обычно с ним в такое время находился кто-то, кто мог бы рассказать, как прошла ночь. И иногда это был Джин. Ну ладно, чаще всего — это был именно его друг. А вот спрашивать Тэхёна как прошла ночь, как-то очень неловко что-ли… — Доброе утро, Гук-и, — пробурчало что-то очень сонное и хриплое. — Ммм, — Чонгук не смог вымолвить и слова. Но неосознанно улыбнулся. Сонный Тэхён — это что-то очень милое и ламповое. Ни разу не напоминающее того ангела, что был вчера. Ким приподнял голову, даже не пытаясь открывать глаза. Видимо, всё ещё не до конца вырвался из царства Морфея. И это было до жути забавно. Захотелось, чтобы он чаще просыпался во такой вот лохматый, хриплый, с помятой щекой от водолазки Чонгука. Такой идеально неидеальный. Откуда ни возьмись даже взялось неописуемое желание его обнять. Откуда такие нежности с утра пораньше, Чон Чонгук? Раньше за тобой такого не наблюдалось. Чонгук не стал противиться своему порыву. И приобнял Кима за плечи. Хотя было жуть как неудобно. Руки и до этого лежали не самым удобным образом, а теперь вообще ещё и напрягались. Но как-то на это было очень плевать. Вообще Чонгук не мог похвастаться утренним хорошим настроением. Никогда. Потому что просыпаться он не любил. Ещё он спит, мягко говоря, с шилом в одном месте, поэтому иногда просыпается задницей на полу. А ещё утром после долгого сна плохо пахнет изо рта и в целом состояние разбитое. А тем более после пьянок. Но сегодня по-особенному хорошо. Он чувствует себя отлично, даже несмотря на жуткую головную боль. А ещё он не чувствует большую часть тела. Как бы Тэхён не пушинка… Нет, не тяжёлый, но что-то такое есть. Всё-таки непривычно, когда на тебе ещё одно тело. И ему тяжеловато дышать. Но капризничать сегодня совсем не хотелось. И настроение на удивление отличное. — Как спалось? — всё ещё настаивал на утреннем разговоре Тэхён. — Ммм, — кажется, на что-то большее Чонгук просто сегодня не способен. — Не выспался что-ли? — Тэхён все же переборол себя и открыл глаза. Взгляд был мутный, но совсем не казалось, что он плохо спал. Ещё бы, на такой-то удобной «кровати». Чонгук благоразумно решил больше не мычать. Потому что, видимо, сегодня членораздельные слова не его. — Отпустишь меня? Я встану, — попытался кивнуть он головой на руки Чонгука. — Ммм. — Приму твое мычание за согласие, — смешок. Чонгук действительно убрал руки. Ким уперся ладонями в грудь и поднял себя на руках. А потом и вовсе сполз в бок. — Уммм, — удовлетворенно протянул Чон, почувствовав такую легкость во всем теле, что и не передать. Правда тело всё начало покалывать иголками. Но это такие мелочи. — Ещё немного и я сочту, что ты просто не желаешь со мной общаться, — снова смешок, но какой-то максимально нежный и ленивый, — А ведь вчера мы так хорошо поболтали, Рапунцель… Исчерпал свой лимит? — Ммм? — Чонгук бы и сам рад что-нибудь сказать, но честно, было настолько лень двигаться, что даже язык не хотел подчиняться. А губы вообще прилипли друг к другу. Тэхён улыбнулся своей квадратной улыбкой, кажется понимая с каждым мыком телепатически. Улыбка — это самая чисто работающая программа в голове, которая легко переносится в фоновый режим, не требует обновлений и весит всего ничего. А стоит безгранично много. Особенно улыбка Кима. Тэхён подошел к окну и опёрся о подоконник. На улице свежий воздух. Даже слишком свежий. А еще не самый тёплый. И Тэхён то в одних трусах. Как ему не холодно? Вообще-то, после целой ночи с такой персональной батареей, как Чонгук, быстро забываешь, что на улице не май месяц и даже не июнь. Сентябрь, почти начало октября. Но кого это волнует? Окно нараспашку и взгляд в никуда. Ещё бы сигарету в руку и вот вам и доброе утро. Травить организм гадостью — так травить до конца. Это не просто вредная привычка, это почти единственная возможность оставаться собой. В такое нелегкое время. Все вот бросают. Кто-то ради здоровья, кто-то ради других, кто-то начитался о популярности ЗОЖа, кому-то плевать на всё, а кто-то даже не начинал. А вот Тэхён не бросил, когда бросили все вокруг. Вот что называется сила воли. Когда один против всех стоишь на своём. Почему нет? Это его жизнь. Хочет портит, хочет нет. — Рапунцель? — непонимающе переспросил Чонгук, тоже поднимаясь. Но пока его тело способно только сесть на кровати и свесить ноги. Вставать пока не вариант. Грохнется… Ему лучше знать. Хоть и состояние у него на уровень сносно потянет, хотя бы для себя. Для других же он и зомби будет прекрасен. — Эй, воскресай, Рапунцель. Твоя русалочка хочет поесть. А одного меня Джин не выпустит. Без тебя-то, — Тэхён обернулся со всё ещё прекраснейшей улыбкой. И пощелкал пальцами перед лицом парня. Так. Подождите немного. Какого хрена происходит? Рапунцель? Русалочка? Что? В плане? Нет, Чонгук нихрена такого не помнил. Ему бы не хотелось сейчас слушать издевки от парней, хотя Джин, по любому, не станет скрывать. Но, видимо, выбор у него невелик. Потому что ему слишком любопытно, чтобы оставаться в неведении. — Извини, Тэхён. Не мог бы ты рассказать мне немного о вчерашней ночи? — а сейчас медленный выдох. Потому что впервые открываться человеку стрёмно пиздец как. Чонгук не то чтобы стеснялся этой своей особенности. Но никогда не знаешь, как отреагирует собеседник. — Вау, так ты умеешь говорить, оказывается… Я-то думал, что только мычать, — Тэхён подсел рядом с Чонгуком на кровать, окидывая его слегка недоверчивым взглядом, — Ты ничего не помнишь? — это скорее констатация факта, а не вопрос, потому что не сложно догадаться какой будет ответ. — Ну, — протянул Чонгук. Но быстро сдался. Чего уж греха таить. Не помнит, — Ничего. Есть кое-какие кадры, но конкретно ничего. Возможно, что-то из сна примешалось, — зато честно. — Удивительно, — воскликнул Ким. — Ты о чем? — Я о тебе. — Я удивителен? — Ты очень удивителен. — Удивительно. Воистину, — не понял прикола Чонгук, но насмешки не слышно, поэтому почему бы и нет, — Так и в чем дело? — Просто впервые в жизни встречаю людей, которые ничего не помнят после пьянки, прям совсем ничего. С какого момента ты не помнишь? И что ты помнишь вообще? — воодушевился Ким. В смысле? Серьёзно, никогда? Разве же Чонгук такой единственный? Это вроде бы не редкость. — Ну, последнее, что я помню — это знакомство с тобой и парнями. — Вау, — почти присвистнул Тэхён. Дохуя информации… — Расскажешь, что было после? — с надеждой спросил Чонгук. — Эмм… Нет. Давай лучше сыграем. Попытайся вспомнить. Если чего-то не было, я тебе скажу. Так, а теперь Чонгук совсем не понял. В плане? Он же сказал, что ни хрена не помнит. В чём проблема просто рассказать? Зачем так издеваться над больной головой? Кстати, о голове… Кажется, что Тэхён вообще не знает понятие головной боли. Он вообще полностью бодрячком, в отличие от Чонгука. Как это работает? Они же вместе бухали. Несправедливо. Чонгук перевел шокированный взгляд на парня. Но тот ноль реакции. Его настолько вся эта ситуация забавляет? Но Чонгук и сам понимал, что вполне вероятный исход. — Как много я выпил? — начал Гук. — А сам как думаешь? — Так не честно, Ким Тэхён, — возмутительно просто… Он с таким темпом ни хрена не узнает и не вспомнит… Тэхён пожал плечами, мол, а как ты хочешь иначе научиться? И Чонгук сдался. Попытка не пытка, правда же? — Я очень много выпил. Больше, чем литра два чего-то очень крепкого? — А как же интрига, Рапунцель? — ответил тёплой улыбкой Тэхён. Это уже не просто забавно. Это настолько мило и будоражаще, что остановиться уже не получается. — Ну ты хоть помоги мне чуть-чуть, — обиженно протянул Чонгук. — Ладно, ладно. Больше двух литров. Мы на семерых выдудлили почти двадцатку. Чонгук аж присвистнул. Сколько? Ему о таких высоких показателях алкоголя в крови даже заикаться не стоит. — Ох, мне искренне жаль всех их, которые ушли после меня… — А мне вот не очень. Они все наверняка спят. Да и мы ушли почти последними, — любезно поделился Ким. — Мы… — протянул Чонгук, не зная, как именно и что вообще должен сказать. Но так знакомо звучит. Он уже это говорил? Это «Мы». Мы… Ладно, это приятно. Не как два разных человека, а как одно целое. — Что, Гук-и? — Я помню фантомное прикосновение к моей заднице. На неё было посягательство? Тэхён зажевал губу. Вспоминал зараза такая. А потом осветил своё лицо такой ухмылкой, что даже страшно стало. Чонгук рассматривал красивое лицо немного озадаченно. Какого чёрта? Он бы с большим успехом добился подробностей от Джина. К чему эта интрига? — Было дело. Не стану скрывать. Это было очень возбуждающе. Но твой проколотый сосок всё-таки был еще лучше. — Что? Так, а теперь уже не очень ясно… Он не раздет. Когда и при каких обстоятельствах Тэхён мог видеть его сосок? Его водолазка, как и штаны на месте. Поэтому, если они и занимались сексом, то Чонгук бы очень вряд ли был в состоянии одеваться. Значит не занимались. Правда ведь? Честно, Чон чувствовал себя немного озабоченным подростком. Он почему-то думал только о сексе. И он даже не знает, что бы его обрадовало больше. Чтобы он был, или чтобы его не было. — Мы переспали? — задал интересующий его вопрос Чонгук, не понимая, что из всех его отрывков воспоминаний сон, а что, по идее, могло сойти за реальность. И зажмурился в ожидании ответа. — А… Эм. Нет. Мы не переспали, — почему-то растерялся Ким. Он даже встал от неожиданности с приоткрытым ртом. Да, чёрт возьми, он не против, но так быстро… Только вчера же познакомились. Вернее, наверное, сегодня? Он что, настолько похож на шлюху? Даже обидно, если Чонгук о нём такого мнения. — Тогда откуда ты знаешь о моем проколе? — Мы играли, Чонгук, — голос стал в разы серьезнее. Показалось, что Тэхён даже слегка в чем-то разочарован. — Играли? — Не помнишь? — Ну… Что-то припоминаю. Джин укусил меня за талию. — То есть из всей долгой игры самым запоминающимся было это? — усмехнулся парень. — Ну да, — лишь пожал плечами. Нет, ну а что такого он ещё должен был запомнить? Вообще-то, он не виноват, что его память работает против него. — Ладно, что ещё ты помнишь? — облизал губы Ким. Чонгук проследил за этим вроде как незатейливым жестом. Но почему-то он точно знал, что не первый раз на них смотрит… И возможно он их даже трогал. И даже, скорее всего, это ему очень понравилось. Потому хотелось бы ещё. — Мы целовались? — Господи, Рапунцель, ты серьезно, что ли? — протянул блондин, впутывая пальцы в чужих волосах. Ну и какого хрена он творит? Чонгук покосился на руку в своей голове. Вау. Приятно. Если Тэхён ещё и погладит его бардак на голове, то Чонгук уткнется котенком ему в шею и промурлычет на профессиональном кошачьем. Не важно, откуда он это умеет, он, честно, не помнит. Но Ким только потеребил пальцами волосы и убрал руку. Жаль. Это было очень даже неплохо. — Почему ты зовешь меня Рапунцель? — Ты и этого не помнишь? — Ммм. Нет. — Я напомню. Знаешь, мне действительно нравится Человек-паук. Но засыпать лучше под Дисней. Рапунцель, например, — протянул Тэхён так, словно вспоминал слова. И ведь действительно что-то такое Чонгук отдаленно помнил. Кажется, он даже что-то отвечал. — О, Рапунцель — мой второй любимый персонаж, — что-то такое? Ну это правда, так что скорее всего именно это и отвечал. Блондин не стал сдерживать победную улыбку. Будто он действительно чего-то добился. — Вчера ты ответил также. А я спросил. А какой первый? — Русалочка, — задумчиво прозвучало. Он действительно не впервые это говорит. — Вот и отлично. Знаешь, я хотел бы, чтобы ты был моей Рапунцель. Может тогда у меня получится стать её подружкой русалочкой? — уже второй раз поинтересовался Ким. В голове отчетливо всплыло воспоминание. Черт, такое действительно было. И Чонгук готов поклясться, что он согласился не раздумывая. Как в принципе и сейчас. Парни сидели на кровати и улыбались друг другу. — Может ещё что-то помнишь? — Может и помню… — Я всё ещё готов разрабатывать твою память, — потянулся Тэхён за своим телефоном. Он отчётливо помнил, что тот лежал на кровати. И Чонгук, видимо прочитав его мысли, передал гаджет владельцу. Он не отпускал его все это время, держался как утопающий за спасательный круг. — Спасибо, — благодарный взгляд. Он попытался включить, но тот даже не моргнул. Тэхён поджал губы. Обидно… Сел. Что ж, не судьба. — У тебя проблемы со сном? — неожиданно задал вопрос Чонгук. Он даже сам от себя не ожидал. Что уж говорить о Тэхёне, который тоже чуть шокировано поднял бровь. — Ты это помнишь? Неожиданно. И не скажу, что неприятно, — снова улыбка. Всё такая же растерянная, но очень искренняя. Когда человек ни черта не помнит, а в итоге помнит что-то важное о твоей жизни. Ну, это действительно приятно. Что уж тут сказать. Тэхён даже смотреть на него стал как-то по-другому, доверительно, что ли. — Ммм. Что-то такое припоминаю. Ты говорил это? — Да, — чёткий вопрос, чёткий ответ. Вот так бы сразу. А теперь контакт налажен. — Эм… Мы засыпали под мультик? — О. Ты и это помнишь. А говорил ничего… — Ну, я же сказал, что какие-то обрывки есть. Но я всё ещё не уверен, что мне не приснилось. — Не приснилось, — как-то снисходительно спокойно. Господи, в его голосе можно утонуть. Почему он такой охуенный? Чонгук пока не мог понять, почему этот парень так влияет на восприятие. Но он очень красив. У него сексуальный голос. У него красивое тело. И у него тонкая душевная натура. Чонгук бы даже не побоялся назвать того романтиком. Он даже не может понять в чем причина. Но это похоже на правду. Знал бы он правду… Ким ни разу не романтик. Из романтичного в нём разве что любовь к розовому. И то переменами. — Помнишь, что за мульт мы смотрели? — разрезал голос поток мыслей Чона. — Эм… Я помню последнее из него было. Как там… А точно. «Нужно стадо носорогов, чтобы его сдвинуть», — попытался максимально скопировать недовольную интонацию из памяти Чонгук, — И потом что-то такое: «Стадо носорогов. Или два мага воды», — снова попытка в интонацию. И как ему показалось, у него вполне получилось передать. Запоздало закусив губу, Тэхён пришел к выводу, что уснул он раньше Чонгука, раз тот аж до этого момента досмотрел. И он бы даже обиделся, но точно не сейчас. Этот момент показался таким нежным. Они вроде просто разговаривают. Но как же приятно, когда Чонгук запомнил то, что очень нравилось Тэхёну. Это действительно очень теплит его отношение к парню. Не то чтобы Тэхён до этого был холоден… Но такой момент, они говорят о мультиках, сидя на одной кровати. Это почти интимно. Лучше любого секса. Как минимум, это важно для Тэхёна. — Спасибо тебе, Чонгук. — Что? За что? — не понял парень. — За то, что помнишь это. Тэхёна в этот момент даже захотелось погладить по голове, как младшего братика, который сказал какую-то глупость, но упрекать его в этом совсем не хочется, а скорее поддержать. Чонгук не стал противится. И опустил руку на блондинистую голову, поглаживая в безмолвной поддержке, хотя он и сам не понимал, в чём суть этой поддержки. Вроде как Ким с ним разоткровенничался вчера, пусть и по пьяни. А вроде и что тут такого? Это мило. — Спасибо, что поделился своими вкусами. — Ладно, пойдем уже на завтрак, а то Джин действительно распереживается, — вскинул Тэхён и, натянув джинсы с рубашкой, уже поплыл к выходу из комнаты. Чонгук последовал за ним. Сегодня у них обоих хорошее настроение.       На кухне уже находились двое. И кто бы мог предположить, что это будут они… Джин в прямом смысле валялся на столе с бутылкой белого вина. С утра-то пораньше. Покачивая напиток в такт опасно болезненно передвигающемуся Чимину. Казалось, тот вообще ещё не вставал. Или, как минимум, не ложился. — Доброе утро, господа, — громко привлек к себе внимание Тэхён. Все трое парней поморщились от такого неожиданного и слишком громкого звука. А кто-то даже простонал. Джин с прищуром оглядел вошедших. Об чем речь вообще? — Ты где утро увидел? Скоро ночь на дворе будет. Чим, ты слышал? — Ммм, — простонал Пак в надежде, что от него отстанут. Не трогайте только его, пожалуйста. — В смысле? Который час? — прошелся вдоль длинной столешницы Чонгук. Он взглядом заприметил электрический чайник. Никто же не против? Не спрашивая разрешения начал хозяйничать. Сейчас каждый выживает как умеет. Очень вряд ли полулежащий умирающий друг вдруг встанет и предложит новому гостю поухаживать за ним. Всё приходится делать самому. — Цветочек, уже почти девять вечера, разве по сумеркам не видно? — протянул Джин, делая еще несколько глотков. — Как вечера? — теперь подключился и Тэхён. Он достал четыре кружки. Видимо, вот кто действительно собирался помогать Чонгуку с утренним кофе. Ну, вернее, не таким уж и утренним, как оказалось. — А меньше надо было дрыхнуть, — фыркнул Чимин и сразу же схватился за голову. — Да ты и сам поднялся меньше часа назад, — очередь Джина фыркать. Чимин выглядел прям совсем не очень. У него очень бледное лицо с оттенком синевы, взлохмаченные рыжие волосы, пара синяков на руках, откуда, кстати? Сразу видно, человек явно выпивший очень много. Возможно, большую часть из тех двадцати литров. А Джин, ну с ним всегда так. Он сколько ни выпьет все равно утром как огурчик выглядит. Единственное, что выдает его пьяные похождения, засосы на шее, которые вряд ли вчера у него были. Значит ночка у него выдалась занятная. Не сложно догадаться с кем именно. Даже завидно. Чонгук-то, как оказалось, всю ночь с Тэхёном проболтали и мультики смотрели. — Хён, а где Нам? — поинтересовался Тэхён. Вообще-то поверить в то, что уже девять вечера, они ещё могли. Спать-то завалились явно не ночью. Но вот поверить в то, что Намджун ещё спит, было очень трудно. Хотя мало ли насколько Джин измотать может. — Они с Хоби ушли на прогулку с собаками. — А Юнги раскинулся по всей кровати и ещё кошаков своих притащил, — надулся Пак, которому захотелось высказать свое негодование. — Они скорее сами к нему притащились. То, что этот кощей ещё в царстве Морфея, я даже не удивлен. Рапунцель, сахар? — кинул Ким. Он без сахара пьёт. Джину и три ложки мало будет. Чимин на какой-то там глюкозной диете или что-то такое. А вот как пьет Гук, неизвестно. — Да, Русалочка, две, если можно. Тэхён кивнул. И уже заливал кофе кипятком. Заваривать кофе — это не к нему. Он лучше растворимым побалуется. Вкусовщина. Парни стояли друг возле друга, почти дотрагиваясь бедрами. Чонгук внимательно следил за махинациями старшего. А Тэхён помешивал сахар сразу в двух чашках. И никто даже не обратил внимание, как переглянулись Джин и Чимин. В смысле? Что происходит? Когда они так спеться успели? Джин даже бутылку отставил от себя, а то, мало ли, уже галлюцинации мерещатся. И так и остался полулежать с раскрытым ртом. Чтобы его любимый Гук-и и назвал кого-то милым прозвищем? Он от Джининого-то цветочка — ядом плевался. А сейчас что? Рапунцель? А почему Русалочка-то? Что за сборник детских мультфильмов? А где котенок? Тюльпанчик? Заюш, в конце концов. Так. Это надо выяснить в первую очередь. — А что между вами происходит? — аккуратно поинтересовался старший Ким. — А что между нами происходит? — непонимающе оглянулся на друга Чонгук и вопросительно вздернул бровь. — Чего это вы липните друг к другу? — уже влез Чимин, который, вообще-то, в таком же шоке как Джин. — А ты что, ревнуешь? — подмигнул Тэхён. Неизвестно кому конкретно, Чимину или Джину. — Тэ, ещё слово и я не посмотрю, что мы почти семья. — До уровня угрозы не дотягивает, хён. — Чего вы на него насели-то? — встал в защиту нового друга Чонгук. — Цветочек, ты ничего мне рассказать не желаешь? — А ты мне, хён? — Ладно, твоя взяла… — буркнул Джин, прекрасно понимая, что и к чему. Так сказать, честность за честность. Но Джин пока не готов делиться своими ночными приключениями. Может быть через пару дней, в компании одного Чонгука, вполне вероятно, что за бокалом белого вина, он и расскажет всё, а пока нет. Значит имеем, что имеем. Джин взялся за свое винишко. Ну, а что? Похмеляться-то надо. — То-то же… Чонгук уселся на маленький угловой диванчик с чашечкой кофе в руках. Тэхён вместо того, чтобы сесть на стул или, как минимум, на подлокотник дивана, плюхнулся на колени к Чонгуку. А тот и не то чтобы против. Только приобнял его за талию для удобства. — Нет, ну всё, вы достали ластиться. Меня возьмите! — прохрипел Чимин. На его вопль старший обернулся и наблюдал занимательную картину. Пак Чимин пытается умостить свою великолепную пятую точку на руки Тэхёна. В это время Ким Тэхён нагло разворачивается на коленях Чонгука к нему передом, перекидывая конечность. А Чонгук сидит, придерживает эту вакханалию, по имени Тэхён, за талию и улыбается своей прекрасной кроличьей улыбкой. Ну всё. Пиздец. Приплыли. Джин реально почувствовал себя родителем, который только готовится завести первенца, а на него скинули чьих-то чужих детей, и он не знает, как с ними общаться. Вот и сидит с открытым ртом и пожинает плоды своего воспитания. Причем в прямом смысле. Чонгука он воспитывал с младенчества. — Чима, ты тяжелый. Слезь с меня, — кричал Тэхён прямо на ухо ржущему Чонгуку. Потому что Чимин завалился на его спину и пытался примоститься сзади, чтобы все-таки сидеть на коленях Чонгука. А Ким пытался вытулить его с этих колен свой задницей. Получалось с переменным успехом. Джин продержался ещё секунды три. Но не выдержал. — А ну хватит! — гаркнул Ким. — Хён, спаси, — протянул Чонгук. Его бедра могли выдержать такое напряжение, но когда те двое на нем еще и елозят, то кажется, он разольет свой кофе нахер. Нет уж, лучше он его поставит аккуратненько на подоконник позади. — Ах вы ж, ты ж, я ж… А ну-ка отстаньте от моего ангелочка. Джин оскалился и подошел сзади к Паку, схватил того поперек живота и попытался утащить на себя. Но тот вцепил как клещ в Тэхёна, а тот в Чонгука, а Чонгук в диван. Потому что если ещё с двумя он бы мог потягаться, то третий явно уже перебор. — Да, где ты ангела-то увидел, Джин-хён? Он даже выглядит дьявольски красиво и очаровательно. Сущий дьяволенок, — прохрипел Тэхён, он пусть и с трудом, но пока ещё держится. — Что здесь происходит? — в дверном проёме стоял Намджун с тремя поводками в руках. Где он потерял собак? Парни как были паровозиком, так и шлепнулись на пол. В самом низу оказался Джин, держащий Чимина. Чимин грохнулся следом. Чуть не придавил своего хёна. За Чимином ничего не ожидавший Тэхён. Вот это уже было больно. А тот потащил за собой Чонгука, который вообще ни черта не понял и не успел пискнуть, как перспектива сменила оттенок. Теперь ему вполне легко. Ну ещё бы, теперь-то он сверху. Намджун даже поводки собачьи уронил. Что за? Какого хрена творится на его кухне? И почему он об этом узнает самый последний? — Намджун-а, я помыл лапы всем. Что там у вас за шум? — кричал откуда-то из недр дома Хосок. — Хоби, а я и сам не в курсе, — изумился Намджун, стараясь сосредоточиться на ком-то одном. Не успели парни поднять себя с пола, Джин уже тяжело дышал и щекотал Чимина, который начал вертеться, придавливая хёна еще сильнее. Но тут на Чонгука сверху что-то упало. А через секунду послышался задорный гав прямо в ухо. С таким темпом он оглохнет. Это был Бонсай. — Ох, чёрт! Свалите на хер, — кричал Джин откуда-то с самого низу этого бутерброда. К нему подбежал Шут и начал вылизывать ему моську. А запахом изо рта собаки можно было вытравить целый муравейник. А Джордан смирно присел возле хозяина, который так и остался стоять в проходе. И только наклонил морду, как бы спрашивая разрешения присоединиться. Ему бы и кивка хватило. Он уже на низком старте. — Хён, ну и какого чёрта ты встал в проходе? — сзади подошел Хосок. Почему-то весь мокрый. Он комично выглянул из-за плеча Намджуна. И на лице застыла эмоция непонимания, потом осознания, шока и в конце концов принятия, что они банда придурковатых идиотов. Ну что с них взять? — Ну я же просил без брачных игр, ну вы… Вы… Вы… Господи, — лицо опустилось в плечо Намджуна, и он тихо, но уже с нотками истеричности засмеялся. Если хоть кто-то нормальный сейчас не спасет эту ситуацию, то это будет тотальный пиздец. И так и будет. Потому что нормальных у них в семье не водится. Чонгук догадался наконец поднять свое тело с Тэхёна. И протянул ему руку помощи. Потому что Бонсай уже вполне себе целился плюхнуться на животик Кима. — Спасибо, Рапунцель, — улыбнулся блондин. Но руку всё-таки взял. Чимин кое-как скатился с бедного кряхтящего Джина на пол. И пытался избавится от фантомного ощущения его рук. Он не сильно боится щекотки, но иногда она не щекочет, а болит. Джину протянул руку Намджун, который вроде как отошел немного от удивления. Хотя это не точно. Хосок остался стоять в проходе, прикрыв ладонью рот. Но его дрожащие плечи, напряженный живот и слезы из глаз выдавали, что он еле сдерживается, чтобы не заржать во весь голос. Но он не долго продержался. Тэхён почти сразу к нему присоединился, повиснув на плече Чонгука. Ну и как тут сдерживаться? Если смешно до боли в животе. Чонгук закусил губу, чтобы не смеяться. Чимин, решивший остаться валяться на полу, даже похрюкивал им в такт. Джин закатил глаза, насколько это вообще было возможно, но тоже улыбнулся. Намджун покачал головой, и тоже присоединился к друзьям. — Ребят, давайте не ржать. Я серьезно. Я ничего не вижу, — не прекращая смеяться, пролепетал Чимин. Остальные парни как по команде начали смеяться еще пуще. — Вы какого ржете как припадочные? — в проёме показался сонный Юнги, явно недовольный тем, что его сладкий сон прервал дикий ор. Он провёл глазами по всем присутствующим и остановился на более или менее спокойном Намджуне. Но, нет… Он держался из последних сил, и если сейчас откроет рот, то не сможет остановиться. Мин приподнял брови, всё еще не понимая. А ему никто и не торопится объяснить, по какому поводу тут дикий ржак. Может, он тоже хочет посмеяться? — Юнги, ты всё пропустил. Я тебе позже поведаю, так, чтобы никто не слышал, — заигрывающе протянул Тэхён и подмигнул, а после уткнулся в плечо Чонгуку, продолжая свою бурную деятельность. — Слышь, Русал мой ненаглядный, не доводи до греха. Я ревнивый, — совсем тихо почти прошептал Чонгук на ухо Тэхёну. Ким подарил ему заговорщицкую улыбку. И толкнулся языком за щеку. Господи, ну и зачем? Ты хоть в курсе, насколько соблазнительно выглядишь, когда так делаешь? О, да. Ещё как в курсе. Именно поэтому и делает…       Понадобилось полчаса, чтобы эта истерическое мракобесие прекратилось. Ну теперь хоть настроение у всех хорошее. Парни перебрались в гостиную. Но пить сегодня рискнули только Джин, Хосок и Юнги. Чонгук всё еще вчера не очень помнит. Чимин больше не может, он и так весь в синяках. Ну там, вообще-то, виноват Юнги со своими котами, а не алкоголь, но лучше не стоит. Он вообще после каждой попойки заикается, что больше никогда в жизни… Ну да, ну да, знаем мы его никогда. Тэхён и вчера-то не горел желанием пить, но алкоголь способствовал расслаблению, а для нового знакомства это было как никогда идеально. А Намджун в целом пьет немного. Потому что потом долго и мучительно болеет. И хорошо, если на следующие сутки, а не на трое суток сляжет рядом с унитазом. А можно и сидя, в принципе, вставать не придется. А у него три басерона, которых хочешь не хочешь, а выгуливать надо. Не выпускать же их просто во двор. Джин занял излюбленное место на коленях своего парня. А тот уткнулся ему в плечо поцелуями. Юнги уселся на диване с Хосоком. Вот у кого своя атмосфера. так это у них. Два собутыльника. Главное, чтобы не спорили ни на что. А то вообще будет плохо. Очень. Причём всем. Чимин примкнул к Тэхёну и Чонгуку, которые уже почти сутки не отлипают друг от друга ещё со вчерашней игры. Он, кстати, быстро вписался в этот дуэт. И теперь у них трио. Они рассказывали разные истории друг другу. И много смеялись. — Давай Пиратов включим? — предложил Чимин. — Не. Давайте лучше ужасы, — протянул Юнги. — Да ты издеваешься? Я же потом не усну еще пару ночей. И никакой Аватар не поможет, — возмутился Тэхён. — Ну так в том-то и прелесть, — встрял в межбрачные отношения Хосок. — Эээ. Я тоже против, — Джин, уже довольно много выпивший, поднял палец. Но почти сразу его опустил. И посмотрел на Чонгука, мол, ну хоть ты поддержи. Джин до усрачки боится ужасов. А у Тэхёна и так бессонница, он вообще только под мультики засыпает каждую ночь, а если ужасы, то это же такой стресс для организма. Он реально потом из строя выйдет на неделю, если не больше. Чонгуку всё равно, что смотреть в принципе. Но сегодня действительно ужастик не хотелось бы. Юнги хочет больше в целях поиздеваться. Единственный, кто из всей компании здесь торчит от этого жанра кинематографа, так это Чон Хосок. — Давайте мультики? — вклинился между перепалкой Хосока и Джина Чонгук. — Тэ заснет почти сразу. Это хуже колыбельной. — Значит будут мультики, — радостно воскликнул Тэхён. — Вот и определились. Никто не против? — взялся за телефон Намджун. Никто против не высказался, значит единогласно за. Отлично. — Я пойду за попкорном схожу, видел возле микроволновки пару пачек. — Гук-и, — осторожно позвал Джин друга. Потому что микроволновки — это явно не его… — Да, всё будет окей, хён. Чонгук поднялся с насиженного места. Тэхёну сразу справа стало прохладно. Он посмотрел на парня так жалобно, мысленно умоляя быстрее возвращаться. Чонгук только подмигнул. Он очень быстро. Мигом просто. — Кому-нибудь ещё что-нибудь надо? — Что-нибудь, что найдешь. — Лучше, чем идеально, — Чон поплёлся в кухню. — Я с ним, — уже начал подниматься Джин, явно беспокоясь за имущество своего парня. — Сиди, я схожу, — опустил ладонь на его плечо Юнги. И сам пошёл. — Что это с ним? — не понял Чимин. — Я же говорил, что у Чонгука фобия микроволновок, — пожал плечами Ким старший. — Да я про Юнги говорил. — Он меньше всех пообщался с Чонгуком, думаю хочет кое-чем интересным поделиться. А может и нет, — загадочно протянул Тэхён. Парни ещё раз все переглянулись. Хоть бы не поубивали там друг друга на почве ревности. Могут же… Оба со взрывным характером. Да и Тэхён Чонгуку явно понравился. А Юнги не потерпит посягательства на свою территорию. — Хён, я же сказал, что сам справлюсь, — Чонгук уже открывал пачку попкорна, который надо было ещё пожарить. А это, на минуточку, немного стрёмно. Потому что это орудие пыток он ненавидел всей душой. — Чонгук, есть разговор. Чонгук резко обернулся, так как ожидал, мягко говоря, другого. Да кого угодно, кто не Мин Юнги… Нет, ну серьёзно. Почему он? — Ммм… Юнги-хён? По поводу Тэхёна? — Чонгук не мог не заметить какая химия между этими двумя. — Да. Думаю, ты уже знаешь о его проблемах со сном. Что об этом думаешь? — начал старший, явно беспокоясь. Это похоже на какую-то проверку или испытание. И Чонгук готов поклясться, что по спине пробежал холодок нервозности. Любой его ответ заранее неправильный. Так что нужно думать. Или просто честно поделиться. — Если честно, я не знаю всего. Как долго такое происходит? — Около десяти лет. Ему нужно спокойствие перед сном. Обычно ему самому отлично спится. Но вчера он вызвался спать с тобой, Чонгук. — Я понимаю, хён. Не переживай. Я не против, если ему так спокойнее. — Я не об этом. Есть ещё один способ, кроме мультиков. Это усталость. Физическая нагрузка, например. Ты понимаешь, о чём я говорю? — Если честно, с трудом. Это не очень удобно. После тренировок обычно энергии полно. Чонгук не соврал. Он действительно после физических упражнений в спортзале готов был ещё бегать с Бамом километров пять. Нет, возможно, только его тело так реагирует на нагрузку и ручаться, что с Кимом по-другому, он не мог. Ведь у всех разный организм и всё такое… И, если Юнги говорит, то наверняка знает лучше. — Господи, ребенок, — Юнги потер лоб рукой и почти нежно улыбнулся. Честно, это выглядит больше зловеще, — Я о сексе, Чонгук. Он не спит с кем попало, так что я в тебя верю. Юнги отобрал сразу два пакета с попкорном у парня и впихнул их в микроволновку. Поставил время и облокотился о стол поясницей. — Ааа. Вот как, — немного растеряно приложил он палец к губам и прикусил его. — Чего напрягся, мелкий? Я пошутил, — улыбнулся Юнги, на этот раз вполне искренне. И похлопал парня по плечу, очень даже ободряюще, — Но помни, в каждой шутке… — Есть доля шутки, — подмигнул ему Чонгук. Юнги одобрительно кивнул и оба почти одновременно засмеялись. С кем поведешься, как говорится. — Рапунцель! Тут твою подругу по телику показывают, — раздался голос Тэхёна из гостиной. — Ооо. Не смотри без меня Русалочку. Поставь на паузу, Тэхён! Я уже бегу, — крикнул в ответ Чонгук и нервно глянул на микроволновку. Поскорее бы… А крутилась она просто максимально медленно, словно специально. Можно её как-то ускорить? Нет. Поэтому Чонгук продолжил гипнотизировать устройство взглядом. Авось проканает. — Иди уже. Я принесу, — комично пожал плечами Юнги. Чонгук кивнул и тут же засуетился, а через секунду его уже и след простыл. — Я что-то пропустил? — негодовал Юнги, ошарашенно оглядывая пустое пространство возле себя. Он что, чертов Шумахер? Вернувшись в гостиную, Юнги заметил, что проектор на стене действительно показывал Русалочку. Чонгук смотрел детский мультик почти с таким же детским восторгом, даже высунул язык, что выглядело очень мило. Тэхён облокотился на его плечо и уже почти спал. Даже до середины не дойдет. Чимин уселся спиной к экрану и очень усердно намазывал ногти Хосока черным лаком. Где он его вообще откопал в доме Нама, вопрос. Наверное, даже хозяин не в курсе, откуда у него такая вещица. Намджун сидел полубоком, зарывшись в прядях Джина. А он сам, отклонив голову назад, о чем-то очень глубоко задумался. Юнги нашел себе место возле Чимина, который даже внимания на него не обратил. Ну, мол, есть и хорошо, нет, тоже неплохо. Немного поразмыслив Мин опустился на пол всем телом, а голову примостил на коленях Пака. Наблюдая за невероятной картиной. Вид снизу не сказать, что многим отличается от вида сверху… Чимин всё так же красит ногти парня. Только теперь видно еще и его закушенную губу. Он так старается. Даже дышать не хочется, чтобы не отвлекать мальчика. И буквально за десять минут монотонного голоса Эрика и песенок на заднем фоне, Юнги уже крепко спал.       Тэхён смотрел мультик, но как-то через раз. Он миллион раз его уже видел. Но конкретно сейчас он его скорее слушал, и то в пол-уха. Ему было интереснее наблюдать за сменой эмоций Чонгука. Он, вроде как, тоже не первый раз мультик видел. Ну раз любимый… Но там столько эмоций на лице, что даже завидно. Он даже заплакал на моменте, где Ариэль на свидании с Эриком на лодке. Это было мило. — Гук-и, ты чего? Мальчик мой, не плачь, — прошептал Тэхён на ухо. Чтобы никто не слышал. Да и ближайший к ним человек это Намджун, и вряд ли ему есть дело до них, у него там своя семейная идиллия. — Всё хорошо, Тэхён, просто я не могу на этом месте не плакать. Это слишком для меня, — тихо шмыгнул он носом. Такой милый, что хочется укутать его от внешнего мира и сохранить всю эту наивность как можно дольше. — Можно я на тебе посплю? — Это риторический вопрос, хён, конечно. Тэхён обнял парня поперек талии и удобнее устроился на плече, прикрывая глаза. Только правда в том, что теперь Чонгуку сложнее сконцентрироваться на мультике. Ему не давали покоя слова Юнги. А ещё прикосновения на животе. И почему-то в памяти всплыло воспоминание, кажется тоже из игры. В котором Тэхён потянул свою рубашку вверх, оголяя живот. И, кажется, Чонгук его укусил. Или нет? Эту неожиданно открывшуюся откровенность надо срочно проверить. И в голове уже созрел вполне себе сносный план. Правда, пока у Чонгука нет одной маленькой детали, чтобы его план не пошел через задницу. Эта деталь — это отсутствие лишних глаз. Хотя что-то ему где-то внутри подсказывает, что вчера это его не останавливало. Но вчера в нём было как минимум на два литра больше высоградусной жидкости. — Тэхён, пошли завтра погуляем? — предложил Чонгук, приобнимая парня за плечи. — Это типа свидание? Или мне показалось? — шепнул Тэхён. Вообще-то, Чонгук уже думал, что тот сладко спит… — Тебе показалось, — улыбнулся Чонгук. Тэхён резко открыл глаза, немного даже обиженно надул щеки. И уткнулся обратно в шею. Не дал он ответ, который ждал Чонгук. Никакой не дал. Ни отрицательный, ни положительный. Но это что ещё такое? Поцелуй в макушку? Или опять показалось? Но Тэхён сделал вид, что он ничего не заметил. А что, так можно было? — Ёб вашу за ногу, что за сонное царство? — шумно выругался Джин. Юнги-то понятно. Да и Тэхён и мультики несовместимые вещи. Но чтобы Хосок, убаюканный всем на свете: успокаивающим мультом, лёгкой щекоткой на руках, которую обеспечивал Пак, и явно очень удобным диваном, уснул вот так вот просто нонсенс. А ещё Намджун сзади дышит слишком спокойно. Он там случаем не заснул тоже? Но быстрый чмок в макушку говорит, что нет. Хоть кто-то. Хотя и он уже явно готовый. Нет, ну правда, что за атмосфера такая? Джин бы возмутился, если бы его взгляд не зацепился за Чонгука. Он не смотрит Русалочку? Удивительно… Он смотрит на Тэхёна. Ещё более удивительно. И Джин бы даже поддался внезапному порыву ревности, но не стал. Он пришёл в своей голове к многообещающему умозаключению. Кажется, он всё понял правильно. Он откинулся на своего парня и вернул расположение Ариэль. Какая разница вообще?       Проснулся Чонгук как по будильнику в пять утра. Как будто на прогулку с Бамом собрался. Лежал он, ожидаемо, на полу. Его голова не очень удобно устроилась на стенке дивана. Как он в таком положении ещё шею себе не свернул? Спать практически не хотелось, а вот подтянуться и размять шею очень. Гук поднял корпус, потягиваясь вверх. На его коленях лежал Тэхён. У Чона прям дежавю какое-то. Как ни просыпается, на нем лежит блондин. Он, честно, и не слишком против. Тэхён свернулся на полу клубочком, а голову и руки кинул на Чона. Скорее всего он съехал с плеча ночью и нашел более удобное расположение на коленях. Чонгук невольно улыбнулся этой картине. Такой красивый. Не только когда спит, но сонный такой расслабленный и нежный. Его хочется накрыть одеялом или лучше своими объятиями. Нет, Чонгук, серьёзно, что за нежности с утра на голодный желудок? Так дело не пойдет… Или пойдет? Откуда-то сзади послышался тихий храп. Это был Чон Хосок. Тот вполне удобно развалился на диване в позе звездочки. А на нём так же удобненько устроился Юнги. Старший перекинул ногу и руку поперек талии Чона, а тот даже не заметил, наверное… Забавно. Все такие милые, когда спят. Чонгук примерно помнил их расположение вчера, перед сном. Но Чимина по близости вообще не наблюдал, как и Джина с Намджуном. А они где? Разошлись по комнатам, оставив младших спать на полу? Ещё друзья называются. Но он и сам бы не рискнул будить эту троицу. Если Юнги он как-то побаивался вообще трогать, не только спящего. то Тэхёну хотелось дать возможность поспать подольше. Пусть отдыхает. Наверное, не слишком приятно осознавать каждый вечер, что без снотворного или мультиков он не сможет уснуть. Почему мультики, кстати? Да какая разница. Это совсем не важно. Но очень любопытно. Просидев в размышлениях еще минут десять, почувствовал, что желудок неодобрительно буркнул. Он вторые сутки голодный. Вчера весь день хозяин проспал, а под вечер наелся всякой дряни, потом проспал ещё ночь, пора бы уже о себе напомнить. И это было настолько громко в полной тишине, нарушаемой нечастыми храпами и сопением. Чонгук совсем мило мысленно отругал себя и свой организм и смущенно прикрыл лицо руками. Как будто его кто-то видел. — Ммм, доброе утро, — прошептал в его живот Тэхён. Услышал? Как же было стыдно за это. Что за сон такой чувствительный? — Прости, не хотел тебя разбудить. Спи, — Чонгук осторожно пригладил Кима по волосам. Будить его совсем не хотелось. И он очень надеялся, что тот ещё заснет, как только источник шума заткнётся. — Дай мне минуту. И я тебя покормлю, — обвил руками его талию Тэхён. И так почти невинно уткнулся в пах, что Чонгук бы даже ничего пошлого не подумал. Но, блять, подумал. Он просто не смог не подумать, от чего член заинтересованно дёрнулся. Он ничего не мог поделать, просто картинка из сна кажется, всплыла в голове. Нет, ну он точно озабоченный, господи. Вот, бы Тэхён ничего не почувствовал и уже заснул. — Вау. У тебя такая яркая реакция на меня, — шепнул Тэхён, явно не Чонгуку. И все надежды последнего рассыпались как карточный домик. Заметил. Черт. Как же стыдно, господи. Нет, Чонгук далеко не девственник, но это всё равно очень неловко. Тэхён никакого даже подтекста не нёс своим действием, он просто не желал просыпаться. — Ладно, встаю, встаю… Не буду доводить до проблемы вселенского масштаба, — отлипнул Ким, кажется, он всё-таки не сможет больше спать. У него даже глаза получилось разлепить без труда и голос заметно взбодрился, а на лице красовалась заметная широкая улыбочка. — Господи, — снова прикрыл глаза руками Чонгук. Главное делать вид, что тебя нет. Авось проканает. Не проканало… — Рапунцель, посмотри на меня, — погладил Тэхён по волосам парня, как бы успокаивая. Действительно, что тут такого вообще? — Гук-и, это обычная физиология, тут нечего так стесняться. — Легко тебе говорить. Это же не у тебя только что чуть… — продолжить он не смог, слишком смущает. Особенно говорить это перед Тэхёном. — Ладно, ладно, я тебя понял. Так что насчет завтрака? Может в постельку, ммм? Чонгук сразу вспыхнул как спичка. Ага… Не девственник, как же. Да, да, охотно верим. Ммм… Поразительно неправильное построение предложения. Пиздец… — Ты такой милашка. А ещё вчера лапал меня за задницу, Чонгук… — Что? Когда это я? — О, наконец, ты посмотрел на меня, — Ким всё ещё широко улыбался. И Чонгук хочет наблюдать за ним просто всегда. Смотреть на его улыбочку и отвечать такой же. И он отвечает. Сейчас его совершенно не волнует ничего, от чего он буквально минуту назад сходил с ума. Да какая разница, что у него там встало или не встало и кто это заметил. Если это Тэхён, то почему бы и нет. В них прилетело подушкой откуда-то с дивана. И сразу после послышалось злобное шипение. — Идите отсюда извращенцы хреновы. И хоть целуйтесь за своим завтраком в постели. Шум только не разводите, — прорычал Юнги и откинулся на грудь Хосока. Вот же сонное чудовище. Снотворным не корми… — Пошли завтракать, Рапунцель. Не будем будить нашего злобного хёна, — так по-детски показал язык спящему Ким. Чонгук поднялся с насиженного места и протянул руку Киму. Тот с улыбкой поднялся и потянул парня за руку.              На кухне они не сговариваясь разбрелись по разным занятиям. Чонгук уже почти привычно принялся за кофе. Он ещё вчера запомнил предпочтения старшего. Без сахара так без сахара. Он достал из шкафчика две чашки. Такие милые с рисунками рыжих котиков. Наверняка заслуга Джина. Он обожает все такое милое. Потому что очень вряд ли эти кружки принадлежали Намджуну. Это заставляет улыбаться только шире. У Гука тоже есть целая коллекция посуды Джина. Она даже стоит отдельно, потому что Джин слишком брезглив. Да и в целом не любит делится своим. Даже с Чоном. Даже одежду свою не дает поносить, вот же бука. — Чего ты там подхихикиваешь? Я что-то смешное делаю? — растеряно встал Тэхён с венчиком в руке, с которого стекало яйцо мимо миски. Джин точно бы убил его за беспорядок на кухне. И Чонгук усмехнулся уже на эту картину. Его вообще последние несколько минут только смеяться и тянет. Тэхён ещё более растеряно осмотрел на признаки шизофрении и глуповато моргнул несколько раз. Что происходит? — Ты просто… Ты такой очаровательный, Ким Тэхён, — барьеры выдержки слетели, и он истерично засмеялся, даже не пытаясь быть хоть чуть тише или прикрывать свои милые кроличьи зубки, потому что знает насколько они его красят. — Да, что смешного-то? — негодовал блондин в полнейшем шоке. Ким ткнул венчиком в щёку, и только тогда Чонгук замер всё ещё с улыбкой до ушей, но перестал помешивать сахар в чашке. Он перевел непонимающий взгляд с парня на стекающее яйцо возле своего лица, и видимо уже стекающего по лицу и снова на парня. Теперь улыбался уже Ким, а Чонгук недоумевал. Они поменялись ролями, чёрт возьми. Со стороны это выглядело бы очень забавно. Например, если бы Юнги зашел в кухню со своими нравоучениями о прерывании его сна. Но, спасибо, что его тут не было. — Так и чего смешного, Рапунцель? — Ммм. Я тут подумал, что ты заебистически вписался бы в мою кухню… — Что? — не понял Ким, — Ты сейчас к тебе переехать предлагаешь? Или мне показалось? — или понял? Кажется, у Чонгука ещё одно дежавю. Ну грех не ответить. — Тебе показалось, Русалочка, — и мысленно себе поаплодировал. Изумленное лицо Кима надо было видеть. Кажется, он лишился дара речи. Простоял глупо моргая ресницами примерно минуту, Чон не засекал, но стоял вместе с ним, тупо залипнув на красоте этого парня. — А, так на свидание сегодня мы всё-таки пойдем? — почему интонация такая, словно ответ «нет» не принимается и за Гука всё уже давно решено? Не то чтобы он против, но… В смысле, блять. — Ну, конечно, а как ты ко мне собираешься переезжать перед свиданием? Это как-то не по-людски, — поддержал шутку Чонгук. Понятное дело, что никто ни к кому не переедет… Или нет? Так, минуточку. Он же несерьёзно, да? Вот Тэхён предположил, а Чонгук загрузился. Он, определенно, не против каждое утро просыпаться в хорошем настроении. Ясное дело, что последние двое суток оно хорошее благодаря компании. С Тэхёном он чувствует себя свободно. Не так, как с тем же Джином, например. С ним можно поговорить, позаигрывать, отчитать иногда, да даже устроить вечеринку, чтобы обзавидовались соседи. А с Тэхёном… С ним хочется просто проводить время, не задумываясь ни о чём и обо всём одновременно. Его хочется касаться, и ждать от него прикосновений. Его просто хочется во всех смыслах. Хочется видеть его улыбку и вот такое растерянное лицо. Смотреть и трогать. А лучше вызывать эмоции. Веселить и подбадривать. Удивлять и удивляться самому. Засыпать вместе и просыпаться тоже вместе, пусть под мультики, Чонгук совсем не против. Хочется просто быть рядом с ним смотреть на него, слушать его, восхищаться им, и прикасаться к нему. Последний пункт обязателен к выполнению. Тэхён же не музейный экспонат… Интересно, как он отреагировал бы на Бама, лижущего его лицо с утра пораньше? И как Бам бы реагировал на Тэхёна? Всё-таки здешние собаки его однозначно очень любят. И он их тоже. Говорят, что если человек любит не своих животных, то своих будет любить больше. И Чонгуку захотелось узнать, как ведет себя Ким со своими животными, кажется, у того тоже есть собака. — Рапунцель? — блондин обеспокоенно заглядывал в глаза. — А? Что, хён? — даже как-то растерялся Чонгук. Его уже не тыкают венчиком. Обидно чуть-чуть… Тэхён его убрал в миску с яйцом. А было приятно, пусть и странновато. Внутренний фетешист жутко негодует, верните ему яйцо на щёку. — Уже хён… Я тебя уже минуты три зову, а ты отвис только на Рапунцель. Неужели так сильно понравилось прозвище? — лукаво протянул Тэхён и взял в свои ладони лицо парня, — О чём задумался? — Представил тебя в своей квартире, — честно ответил. И сразу же прикусил язык. Потому что, ну кто такие речи болтает? Как смущает. А вдруг Тэхён ему откажет и издеваться начнет? Вообще-то, Чонгук даже с Джином жить был не готов, от слова совсем. Он буквально только сутки мог его вытерпеть рядом, а потом «Хён, будь так любезен, свали к себе домой», честное слово так и было. Нет, однажды он прожил с ним месяц, но этого хватило на целую жизнь вперед. Нет, спасибо. Джин из той серии людей, с которыми можно делать всё что угодно, но только определенное количество времени. А Чонгук вообще быстро устает от людей. Почему кроме Джина у него нет друзей? Ну так вот поэтому. Чонгук совсем не любит людей. Люди такие люди… То ли дело животные. С Тэхёном же всё иначе. В нём хотелось раствориться. Наверное, он просто другой. Не обычный. Он особенный. — О, — округлил губы Тэхён, кажется в данный момент представляя примерно ту же картинку, что и Гук парой минут назад. А может и нет. Чёрт разберет, что у него в голове творится. Но Чонгук ведь его личный чёрт и есть. Даже несмотря на то, что находился просто в огромных мешковатых вещах Намджуна, а не в своем наряде, который благополучно снял еще вчера вечером, перед сном. Всё-таки спать в том было жутко некомфортно. Хотя он вряд ли пожаловался бы. Потому что был ужасно пьян и просто не чувствовал неудобств. Ну и потому что спал с Тэхёном. Ким как панацея от всех болячек. Кстати, а ведь это мысль. Отдельный вид наркотиков Ким Тэхён или лекарственная травка. Кому что, смотря как использовать. Чонгуку два в одном. Жаль одно от другого не помогает. А Чон бы с удовольствием понаблюдал бы за этим процессом, как лекарство Тэхён борется с одноименным наркотиком. Это даже представлять забавно. Куда же склоняться чаши весов? Пиздец. О чём он думает в пять утра на кухне Намджуна… Парни стояли друг напротив друга и каждый погрузился в свою реальность. Но что-то подсказывает, что она даже в их головах одна на двоих. Они как-то одновременно отвлекаются от своих мыслей и улыбаются. Ну просто так, захотелось. Почему нет? Кто им запретит? Никто на самом деле. И стоять вот так вот любоваться… да, подходящее слово, казалось просто прекрасным времяпрепровождением. — Так что там про свидание, хён? — Мне же показалось, Гук-и… — напомнил блондин, игриво наклонив голову. Так, что несколько непослушных прядок спадали на лицо. Но убирать их совсем не хотелось. — Айщ. Ну и хрен с тобой, недогадливый Русал, — забавно поморщил нос Чон. — Ты такой милый. Если сделаешь так ещё раз, я выполню твою часть долга, — подмигнул Тэхён и вернулся к завтраку. В его планах был омлет с рисом, но рисоварки он не нашёл, значит будет просто омлет без риса. С него станется. — Моего долга? — не понял Чонгук. Он что-то должен был? Это как-то связанно с тем, чего он не помнит? И почему ему об этом не сказал раньше? Или Тэхён сам себе что-то придумал? На самом деле, он без труда сейчас мог обмануть Чонгука. Потому что сам-то он ни сном, ни духом. Ну, ладно сном ещё как… Но сон — это не реальность. А вот, что было в действительности до конца он так и не выяснил, и Тэхён это точно знает. Зараза такая. И молчит. — Ммм, — согласно протянул блондин, выливая взбитую массу на сковороду. Всё, он типа занят, не приставайте с вопросами. Как-то так это выглядело. Но, на деле, он просто не мог сейчас напомнить. Для этого нужна атмосфера. Не на кухне же с помятым лицом. Ну серьёзно. Хотя тоже по-своему романтично. Да и главное наедине. Хотя, время перевалило за шесть утра, в любой момент может кто-то нагрянуть. И вся романтика канет в Лету.       Завтракали они в полной тишине. Не то чтобы совсем неловкой. Чонгук просто хомячил омлет за обе щёки и запивал кофе и даже не замечал ничего и никого. А Тэхён просто любовался, как тот ест. Нет, ну правда, наблюдать, как кто-то с таким аппетитом ест — отдельная форма удовольствия. Свой кофе он уже давно выпил, чего растягивать. А омлет незаметно подложил Чонгуку. С него не убудет, а младший насладится едой. Чего, сделали вид, что не заметили, но не заметили с ярой благодарностью в глазах. Идиллию на кухне разрушил какой-то погром. А потом добрая часть нецензурных слов. Тэхёну даже показалось, что он слегка не дорос слышать всю подноготную… Юнги. Можно быть уверенным, что это был он. Ну, а кто ещё? Хосок, который стесняется выражаться и даже незначительное «блять» запикивает цензурой? Джин, который, осторожно цитата, «ну камон как такой красавчик может так опозориться перед своими детьми? И чему они от меня научатся? Матом ругаться? А не пошли бы вы в задницу, господа… Не смейте меня порочить.» Или Намджун, который скорее сам извинится, чем поругается. Ну потому что не в его это стиле. Нет, есть ещё Чимин, который может себе позволить, но это определенно не он. — Как думаешь, кто и кого пытался убить? — заговорщицки протянул Тэхён, почти через весь стол перекинулся к уху Чонгука. — Судя по отборному мату, то точно Юнги, — поддержал игру Чон. — Ммм. А Чиминка наверняка стянул того с дивана и с Хосока, потому что приревновал, что тот спит не с ним. — Ага. Или Хос слишком раскинул свои клешни, а у бедного Юнги встало всё, кроме тела… — Какой ты извращенец, Чонгук. Фу таким быть. — Ну так есть в кого. — Ах, ну да. С кем поведешься, от того и залетишь… — наигранно тяжело выдохнул Ким. — Проверим? А то я как-то не горю желанием разнимать братоубийственную битву. Тэхён кивнул и сгрузил грязные тарелки в мойку, пусть Джин позаботится о порядке в доме своего муженька. Чонгук перекинул руку через плечо, а Тэхён схватил того за талию. Вместе ведь не так страшно получить от Юнги… Определенно.       Там, где изначально было только два варианта событий, оказался совершенно неожиданно вплетён новый эпизод. Намджун с Джином под ручку стояли посреди гостиной. Юнги, почему-то полуголый, мотался из стороны в сторону. Хосок с закрытыми глазами сидел на диване, свесив ноги, видимо ещё досыпал. На полу посередине комнаты валялись два кота, то ли вцепившись в друг друга, то ли просто спали в обнимку. Недалеко от них были странные осколки, как будто от цветного стекла. А вокруг них водили хороводы два пса. Шут и Бонсай. Так, минуточку… Где Джордана потеряли? Ладно, ещё минуточку… Какого хрена тут творится? И почему все стоят? Господи, ну что за родители такие? Сейчас же дети свои лапки поранить могут. Это было опасно. Но, если присмотреться, можно заметить, что валялось на полу не совсем стекло. А скорее глянцевая бумага. Ну что-то очень мягкое и блестящее. Так, кто решил устроить шоу с конфетти посреди гостиной? — Вас ни на секунду одних оставить нельзя. Что тут происходит? — спросил Тэхён, понимая с каждой секундой всё меньше и меньше. — Эти твари тут оргию решили устроить. А меня спросить забыли, — знающе поднял палец вверх Хосок, со всё ещё закрытыми глазами. Кажется, его поднять подняли, а разбудить не удосужились. — Я даже знать не хочу, — честно признался Чонгук, утыкаясь в Кимову шею в беззвучном смехе. — Ну, нет, только не опять, господи, — простонал Джин, хватаясь за сердце, словно действительно испугался. Но, скорее, просто хороший актер. А повторения вчерашней вакханалии он совершенно не хотел. Поэтому надо хоть как-то отложить намеки смешинок на попозже. — Ну я же случайно, правда, — нелепо почесал затылок Намджун, наверное, опять что-то сломал. И вот оно теперь вот такое. — Кто из вас возьмётся восстанавливать мою нервную систему, а? — кажется, Джун сломал Юнги. Или его нервы. Но это стоит тех зрелищ. Ещё бы попкорна найти где-нибудь. — А где Чимин? — Наша главная скандалистка утопала в свою гримерку переодеваться, — вбросил Джин. Так, становится всё интересней и запутанней. Кто-нибудь что-нибудь объяснит? Нет? Совсем нет? Что тут происходит? Тэхён переглянулся с Чонгуком. Тот тоже ни хрена не в курсе. Позавтракали называется… Как оказалось, Намджун с Сокджином, вернувшись с прогулки с питомцами, увидели перед собой картину, как Чимин тихонько подкрадывается к спящему на Хосоке Юнги с чем-то в руках. Ну, это была праздничная хлопушка с конфетти, уточнил Джин позже. Правда зачем она ему была нужна, никто не в курсе. Может хотел поздравить Хосока с приобретением одного не очень абстрактного композитора? Кто его знает. Ревность штука мерзопакостная. А может и не в этом дело. Уже почти Чимин добрался до диванчика, как Намджун неожиданно споткнулся и полетел вместе со стаканчиками кофе, которые они с Джином приобрели в какой-то богом забытой кафешке в паре километров от дома. Кофе был не слишком горячим, успел остыть по дороге, но достаточно неприятным. Особенно, когда выплеснулся на спящего Мина, который резво подорвался, пугая Чимина с хлопушкой в руках. Ну хлопушка тоже не выдержала напряжения и лопнула. Хотя Джун уточнил, что за верёвочку потянул Джордан. Юнги с криками подорвался, чуть ли не набросился на Чимина, обтер весь кофе с себя об одежду Пака и чуть не споткнулся о развалившегося кота в попытке снять с себя горячую одежду. Чимин будто пытался приобрести навык невидимости, что у него очень плохо получалось. Особенно, когда к нему подбежали собаки и начали вылизывать на нем остатки кофе. Он фыркнул что-то и убежал к себе. Чонгук, как один из не участников этой вакханалии, прикрыл рот ладошкой, стараясь если ржать, то потише. У него бедного уже слёзы на глаза навернулись, но он почти мастерски держал всё в себе. Тэхён, теребящий его руку, совсем не помогал успокоиться, а скорее наоборот. сам пытался не смеяться, у него это получалось чуть лучше, с колоссальным усилием правда, но получалось. Что немаловажно. Потому что засмейся они сейчас, могут нарваться на гневную тираду от притихшего Юнги. Его глаза сверкали жаждой убийства, поэтому под горячую руку лучше не лезть. Даже Тэхён его как-то побаивался в таком состоянии, а ведь обычно он был его седативным вместо валерьянки. Разъехались они ближе к полудню. Успокоиться? Да не в жизнь. Юнги, обиженный на весь мир, поехал на своей машине в гордом одиночестве, хотя Пак пытался его умаслить, и Кимы уговаривали отвезти тех, кого привозил, но безрезультатно… Хосок устроил себе пешую скандинавскую полупрогулку к своему дому в паре-тройке километров. Джин с Чонгуком, Чимином и Тэхёном ещё пол дороги не могли сдерживать смех сквозь слёзы. Как бы не затопить машину Джину. Вот это была бы катастрофа. Кто, кто, а Ким убил бы за малейшее пятнышко на своей малышке. Так что им очень повезло, что дорога к дому Тэ и Чимина заняла не больше пятнадцати минут. А дальше они благополучно доехали практически без приключений. Практически, потому что Джину захотелось всё-таки выпить нормального кофе. Намджун был слишком солидарен с Тэхёном по поводу растворимого, а эту гадость Джин пил через силу, поэтому побаловать себя он решил, даже не спрашивая желания Чона, который уже всеми фибрами души хотел домой к своему любимому Баму, но кто же его послушает, верно?