темнота

—Ммм, я так устала,—снимает в коридоре обувь Кристина, и оседает на пол, устало откидывая голову назад. За окном темнота, и лишь тусклый свет разносится по квартире Захаровой. —Кристин, вставай, костюм же испачкается,—Лиза за локоть тянет девушку на верх и та с возмущением поднимается,—ты же напрокат его взяла, поэтому осторожнее,—черноволосая сама обувь снимает и уличную одежду в шкаф вешает. —Та, всё, всё, нормально всё будет, чë ты. Щас я тебе вещи какие-то найду, переоденешься, ты конечно замечательно выглядишь в этом шикарном наряде, но боюсь будет не совсем удобно,—и скрывается за дверями одной из комнат. За этот вечер черноволосая очень смущалась, ведь испытывала больше чем просто дружеское общение к длинноволосой. Все эти фразы, действия хоть и были наиграны, но это не меняло того факта что лицо в такие моменты приобретает розоватый оттенок, а сердце вот вот выпрыгнет из груди. Андрющенко на диван садится, и телефон ищет, зная что после совместного эфира с романтического ужина он буквально разрывается от сообщений. Но она телефон берёт для того что бы написать Юле о том, что сегодня останется у Кристины. После выполненного задания Мишель, девушки решили посидеть и поговорить за чашечкой чая. А потом слишком поздно будет, поэтому Лиза приняла предложение остаться сегодня у Захаровой. С проекта они пересекались, но что бы пообщаться, такого не было. Хотя в последние время проекта они нашли общий язык, и уезжать от туда не хотелось. Им есть что обсудить и о чем поговорить. Вы Юль, сегодня домой не приду, поэтому не жди. Утром позвоню. Отношения между Андрющенко и её подругой в последнее время были достаточно натянуты, ведь Лизе не особо нравилось что Юля постоянно ревновала без причины, и была часто не к месту и просто чересчур. Возможно Котова чувствовала что-то большее к черноволосой, но сути не меняет. Поэтому в ближайшее время нужно будет разобраться и поговорить на эту тему. —Еу, ты меня слушаешь или нет? Я кому вещи принесла, иди давай, в ту комнату,—и на какую-то из дверей показывает. Лиза лишь молча кивает и уходит в указанном ей направлении. Дверь прикрывает и вещи рассматривает которые ей дала Кристина. Широкая футболка и шорты по колено, принципе очень даже ничего, черноволосая и сама у себя дома в таком ходит. Свет решает не включать, зачем? Она свои неудобные вещи в которых сегодня была, снимает, и в нижнем белье остаётся. Руки за футболкой тянутся, которую она на кровати оставила, но её руку перехватывают и за запястье к себе притягивают. Кристина. Захарова руки на чужой талии располагает и сжимает сильно, ближе к себе тянет. —Без одежды тебе идёт ещё больше,—горячий шёпот ухо обжигает, из-за чего тело мурашками покрывается, но Лиза не отстраняется, стоит неподвижно, ещё не до конца понимая что происходит. Блондинка языком по ушной раковине проходит, так пошло, за мочку уха кусает, тем самым томный выдох из чужих уст получается. И улыбается самовольно, как охотник на добычу, отстраняется и в карие глаза смотрит. Пытается там что-то разглядеть, но видит лишь расширенные зрачки и дикую похоть. Ей несомненно это нравится и льстит, им двоим это нравится. Но Андрющенко своим принципам не изменяет, не сознается ведь что хочет Кристину до дрожи в коленях. Не скажет что хочет почувствовать её грубые, длинные пальцы в себе, а сухие губы на своём теле. Промолчит по поводу того что каждый раз когда удовлетворяла себя под закрытыми веками видела лишь её. Соврëт если скажет что она сейчас не сдерживает себя. —Кристин, ты слишком вошла в роль, мы уже не на публике, прекращай вот это всё,—а голос предательски дрожит, выдавая все эмоции и желание с потрохами. Пальцы от волнения сильно подрагивают, и когда старшая тянет хрупкое тело ближе к себе, хотя кажется куда уже ближе, то руки неуверенно ложатся на плечи. —А кто сказал что я всё делала лишь на публику? Вдруг это всё от чистого сердца исходило, или тебе не нравится м?—шепча в самые губы, так тихо, словно кроме них тут ещё кто-то есть. Кто-то, кому не нужно это слышать. Из-за тяжёлого дыхание в самые губы они сохнут, и Лиза облизывает их, но буквально через секунду они вновь сухие. —Не нравится,—врёт неуверенно, но врёт, будто это на правду похоже. Но Кристина не глупая и всё понимает, о чувствах знает, эти бегающие глазки тяжело скрыть. Лиза тяжёлые веки прикрывает когда грубая ладонь на собственном горле сжимается, и невероятное удовольствие доставляет. —Врать уже поздно, твоё тело всё само за тебя говорит,—Андрющенко сказать ничего не успевает, а надо ли вообще что-то говорить когда долгожданные, и такие желанные губы сейчас затягивают тебя в страстный поцелуй? Захарова сминает, покусывает так жадно и голодно, что ноги слегка подрагивают. И Лиза сдаётся, тает в крепких руках и горячий язык к себе пропускает, сдавленно мычит когда тот по нëбу проходит, слизистую щёк вылизывает и посасывает язык. Пошло, грязно и так развратно выглядит ниточка слюней, когда поцелуй прекращается. Черноволосая дышит загнанно, пытаясь дыхание восстановить, а Кристина поцелуями переходит на шею, целует, кусает и сразу зализывает, багровые отметины оставляет. Сегодня она овладеет этим телом полностью. Руки на поясницу спускаются и спиной к себе девушку разворачивает. Надавливает, заставляя немного нагнуться, а ягодицами в таз упереться. —Не нравится тебе, да? Врать не хорошо, плохая девочка,—одна рука по спине водит, надавливая на позвоночник, а рука вниз спускается, сжимает. —Заткнись уже,—звонкий удар по ягодице, после чего слышится тихое шипение, ещё удар и слышен уже сладкий стон. —А говорит не нравится. Так сладко стонет моя девочка, ммм,—ещё удар, ещё несколько, и виднеется уже красный след на месте ударов, а томные стоны заполняют комнату. Лизе очень нравится такая грубая Кристина, ей очень хорошо. Она больше не врёт что ей не нравится, она возбуждена и хочет быстрее коснуться себя. Но у Захаровой другие планы на этот счёт. Она чужие руки за спину заводит, а собственную руку на шею кладёт, сжимает. Андрющенко непроизвольно глаза закатывает, поддаётся достаточно грубым ласкам. —Чего ты хочешь, малыш?—хриплый шёпот, громче не нужно, никто из них не хочет портить этот момент. А Лиза не удовлетворённо хнычет, через себя переступает, молчать больше не хочет, не может. —Кристин, пожалуйста,—миг и они на кровати оказыватся, Захарова сверху нависает и смотрит на такую раскрепощëнную, свою девочку. Короткие, крашеные волосы по постели разбросаны, глаза закрыты, а рот приоткрыт, дышит тяжело. Руки Лизы над головой фиксирует, и вновь в мокрый поцелуй затягивает. Избавляется от, хоть и не значительного, но до жути мешающего нижнего белья девушки, не разрывая поцелуй. Языки сплетаются, а шаловливые пальцы блондинки ореол очерчивают, соски пощипывает, а Андрющенко выгибается навстречу, и в поцелуй стонет. После отдаляется и улыбается, Кристина долго ждала этого, и долго хотела. Захватывает губами сосок, вылизывает и кусает, свободная рука перемещается на внутреннюю часть бедра и сжимает его, поглаживает, дразнит. Черноволосая припухшие губы в кровь кусает, сдерживает себя. —Не сдерживайся, я хочу слышать тебя,—грубый тон заставляет слушаться, и та беспрекословно выполняет. Стонет, выдыхает томно и горяче, пока старшая с сосками играет. —Прошу, Кристин,—на выходе, где-то между стонами, еле слышно проговаривает. А Захаровой поиздеваться хочется, она хочет что бы та умоляла её довести её, что бы та слушалась и извивалась под ней. —Что, я не понимаю, скажи прямо, милая,—теперь рука на горло опускает и сжимает,—говори,—приказ, угроза? Не важно, важно то что это работает. —Прошу, пожалуйста, помоги мне, войди в меня,—стыдно Лизе? Безусловно, но ждать и терпеть сил уже нет. —Умница,—звук шлепка по ягодице вновь разносится по комнате. Длинноволосая довольна что смогла довести до такого состояния девушку под ней, но уверена что это ещё не конечный результат. Кончиками пальцев, слегка лишь дотрагивается, проходит от груди вниз по телу. Доходит до половых губ, но входить не спешит, хоть Лиза уже и мокрая. Большим пальцем надавливает на клитор, очерчивая круги, от чего выбивает более громкий стон, до жути возбуждающий. Лиза выгибается, ëрзает по кровати, хнычет и хочет. Вскрикивает когда средний палец резко входит. Глубоко, на всю длину, и сгибается внутри, постепенно второй вводит. Двигает медленно, иногда сгибает, и когда понимает что Андрющенко готова то наращивает темп. Сладкие, громкие стоны ласкали слух Кристины, что безусловно ей нравилось. Рука сильнее на горле сжимается, пока пальцы совершали грубые и резкие толчки в горячее нутро. Большой палец клитор массирует, тем временем как Лизу буквально вдалбливают в кровать. Но ей несомненно хорошо, она простынь в руках сжимает, а в уголках глаз слезы собираются. Тело начинает брать мелкая дрожь, ещё чуть-чуть и будет конец, но пальцы так же резко как появились, пропадают. Младшая глаза раскрывает что бы понять в чем дело, но видит ухмылку и затуманенные глаза на против. —Я хочу что бы ты довела себя сама, а я посмотрю,—она явно издевается, но выбора нет. Лиза несмело опускает пальцы к промежности, и постепенно входит, глаза закрывает. Холодные пальцы в горячем нутре заставляют зажмуриться, но через пару секунд начинать действие. Двигает аккуратно, доставляет удовольствие сама себе, пока Захарова засосы по всему телу оставляет и улыбается. Толкается и стонет, движения стали более быстрыми, но теперь слышно мычание, ведь Захарова вновь целует. Наконец она на пике, совсем немного осталось, но её пальцы Кристина заменяет своими. Пара глубоких и грубых толчков и Лиза с громким стоном кончает. Старшая делает ещё пару-тройку движений и вынимает пальцы, показушно облизывает. Руку с шеи убирает и рядом ложится. Теперь целует нежно, с осторожностью, вкладывая всю любовь и теплоту. А Лиза лишь думает о том, что скорее всего сорвала голос.