Ледяная пропасть между нами

— И что между вами было? — полюбопытствовала Алёна, прищурившись. — В смысле? — спросила Аня, делая вид, словно не понимает, о чём речь. Хотя Аня всё прекрасно понимала. Понимала, что перешла грань. Понимала, что попалась. Понимала, пусть и не хотела признавать, что все остальные тоже всё понимали. А если и не понимали, то теперь уж точно поняли. Как долго Аннушка продержится, добавив к маске зайчика новую: маску ничего не ведающей дурочки? — Я о ваших с Сашей взаимодействиях! — охотно пояснила Косторная. Даша и Майя были весьма и весьма заинтригованы происходящим. Сегодняшний вечер бил все рекорды по насыщенности событий на страусином поприще в принципе, а тут ещё и Алёна постоянно добавляла перчинки. Как бы не переперчить такими темпами! Слишком острая пища не есть хорошо. А есть хорошо — это важно, особенно в случае с «Трусаковыми»! Но всё же Камила правильно сделала, позвав Алёну на новогоднюю вечеринку. Давно пора прибегнуть к радикальным мерам. А какая мера более радикальна, чем Алёна Косторная? Верно, никакая! Потому её реализация хоть и грозила опасностью, но пока крайне положительно влияла на прибытие кораблей к пункту «Трусаковы канон». Усачёва и Хромых были абсолютно довольны своей коллегой по амурной деятельности. — А что не так с нашими взаимодействиями? — спокойно поинтересовалась олимпийская чемпионка Пекина. Стена, к которой некоторое время назад прижималась Саша, теперь выручала своей надёжностью Аню. Конечно, ей бы больше хотелось, чтобы на месте стены была Саша. Но приходилось довольствоваться тем, что имелось. — Да ладно тебе, Анютик! Мы всё-таки не слепые! Видели все эти ваши, — сказала Ведьмочка, сделав неопределённый жест рукой, напоминающий взмах волшебной палочки, — штучки-дрючки! — Какие ещё штучки-дрючки? — строго произнесла Щербакова. — Кажется, кому-то нужны очки. Хочешь, вместе сходим и купим, Алён? — Очки, кажется, нужны тебе, дорогуша. Раз не замечаешь такое у ся под носом. Или делаешь вид, что не замечаешь, — хитро заявила Косторная, скрестив руки на груди и вздёрнув подбородок. Аня невольно начала перебирать пальцами края своей заячьей маски. При этом она твёрдо смотрела Алёне прямо в глаза, бросая ей вызов. Ну нет, так просто Ангела «Хрустального» не возьмёшь! Она будет держать оборону до последнего. А там уж придёт Круэлла и своим появлением поставит точку в столь неприятном диалоге. По крайней мере, Ане хотелось бы так думать… Не будет же Косторная продолжать при Трусовой! Алёна ведь могла завести разговор обо всём этом и раньше, но решила коварно воспользоваться Сашиным отсутствием. Один в поле не воин? — Ну знаешь ли… — начала приводить свой план обороны в действие Аня, однако осуществить его не удалось. — Нет, ну серьёзно, Ань! Вы с Сашей идеально смотритесь вместе! — резко перебила Даша, пользуясь ситуацией. Куй железо, пока горячо… — И сегодняшний вечер тому самое что ни на есть наглядное подтверждение! — живо поддержала собрата-опоссума Майя. — Максимум «Трусаковых» — максимум контента. — Может быть, вы и заявление в ЗАГС уже подали? — с нажимом спросила Алёна. — Да-да! А то как ещё объяснить весь этот активчик! — подхватила Даша, разведя руки в стороны. К такому напору Аня не была готова. Одна лишь стена выражала молчаливое сочувствие… Вот только полезность её поддержки стремилась к нулю, захватив за компанию Анино спокойствие. Глубоко вздохнув, Щербакова воинственно скрестила руки на груди и медленным шагом обошла троицу окруживших её приставучих Купидонов так, что у спасительной стены теперь оказались именно они. Кто кого? Саше хотелось как можно скорее разобраться с поисками Марка. И нет, дело не в ограниченном времени. Просто ей уже не терпелось вернуться обратно к Анечке. Чем дальше Круэлла уходила от своего любимого Ангелочка, тем больше росла тоска в её сердце. Трусову не покидало чувство, что она не должна была оставлять Щербакову. Саша очень боялась не увидеть Семененко в компании Марка. Вдруг Аполлон решит воспользоваться ситуацией и бросится в атаку, пока Саши нет на горизонте? Остановит ли его кто-то из девочек? А что сделает сама Аня? Трусова лавировала в толпе настолько ловко, настолько уверенно, что покорно бредущая позади неё Валиева даже отстала. Чтобы не потерять подругу по дороге и не тратить потом драгоценное время на её поиски, Саша взяла Камилу за руку. Стараниями скоростной Ракеты Кондратюк был обнаружен довольно быстро. К огромному счастью Саши, в компании, где они с Камилой нашли Марка, присутствовал и Женя. Передав Кошку под ответственность Зайчика и перекинувшись с парнями парой фраз, Лисица поспешила обратно к своей Зайке. Да какая Лисица! Сейчас, смерив Семененко торжествующим взглядом перед уходом, пусть и так, чтобы он не заметил, Саша ощущала себя самим Цезарем! Вот уж действительно — пришла, увидела, победила! Когда в поле зрения Трусовой появилась любимая спина, уголки губ фигуристки поползли вверх. Радостного настроя не смогла изменить даже представшая перед ней напряжённая картина. Кажется, в отсутствие Саши у девочек что-то произошло. Щербакова, явно приняв угрожающий вид, стояла с гордой осанкой и со скрещёнными на груди руками, а Косторная, Усачёва и Хромых пристально смотрели на олимпийскую чемпионку Пекина и как-то ну уж очень странно улыбались. Создавалось ощущение, словно они борются за возможность весь грядущий год носить почётное звание хищника. Что ж, у Ани есть неоспоримое преимущество, ведь 2023 год по праву принадлежит кроликам, а не каким-то там ведьмочкам и опоссумам! Ну ничего, Ракета разберётся! Всему своё время. Она была слишком счастлива увидеть Ангелочка, поэтому не стала сильно грузиться тем, что предстало её изумрудному взору. Саша появилась внезапно и точно в самый неподходящий момент. Прямо-таки сцена из фильма! Она вынырнула из толпы и только собиралась заявить всем о своём присутствии, как вдруг до её ушей донеслось кое-что очень интересное. — Но не в жизни же. Сами посудите… Я и Трусова? Вместе? В следующий раз придумайте что-то более реальное, — уверенно вещала Аня, даже не подозревая о том, что в полку прибыло. — Действительно! — раздался до боли знакомый голос позади неё. На лицах присутствующих промелькнуло неподдельное удивление. — Саш… — тихо произнесла Аня, оборачиваясь к нарушительнице всеобщего спокойствия. Круэллу определённо задело сказанное Ангелом. Слова вылетели изо рта Трусовой прежде, чем она их как следует обдумала. — Я и Щербакова? Вы серьёзно, девочки? — вопрошала Александра, вставая рядом с Алёной, прямо напротив той, которая неожиданно всадила нож в спину, хотя сама недавно защищала эту самую спину грудью. — М-да, в следующий раз уж потрудитесь придумать что-то более реальное. То ли дело «Трусотюки»! — закончила свою тираду Саша и, выразительно посмотрев на Аню, едко добавила: — Да, Ань? Аннушка поняла, что очень сильно оплошала. Саша наверняка интерпретировала её слова неверно. А ведь у них всё только-только начало налаживаться! Аня лишь пыталась отвести подозрения, спастись от жестокого натиска Купидончиков, сующих любопытные носики куда не надо… А что же Саша? А Саша, конечно, тоже хороша. Чуть что, сразу припоминает своего Маркушу! Чтобы задеть, да? Чтобы посильнее ранить в ответ? Но за что? За что Круэлла так жестока с Ангелом? Неужели из-за простого недопонимания фигуристки снова окажутся по разные стороны ледяной пропасти? Нет, не так. Неужели они позволят какому-то недопониманию преградить им путь наверх к совместному счастью? Ане хотелось плюнуть на весь мир и как можно скорее успокоить Сашу, как можно скорее внести ясность в произошедшее, пока она не напридумывала себе лишнего. Но, увы, здесь и сейчас это было неосуществимо. Значит, единственное, что оставалось, — уйти туда, где девушкам никто не помешает. Надо срочно объясниться. — Ну, твои «Трусотюки» не реальнее «Щербаненко», Сашуля, — вмешалась Косторная, усмехнувшись. Вот опять! Опять Алёна про Семененко! И зачем вечно приплетать именно Аполлона? Наверное, когда подобное повторяют несколько раз — это уже не случайность, а закономерность. Может, и правда неспроста? Но почему бы Косторной не сказать всё как есть? Где же её хвалёная прямолинейность? Зачем Алёна ходит вокруг да около? Саше и так тошно от всех этих упоминаний Семененко, а тут ещё какие-то ведьмовские загадки нужно разгадывать! Эх, Алёнка! Пожалела бы подругу… — Алёна, — недовольно произнесла Аня. Даша и Майя внимательно наблюдали за подопытными страусами и напряжённо молчали, ожидая дальнейшего развития событий. — Алёна, Алёна… А что Алёна-то? Алёна, она и в Африке — Алёна! А я сегодня не Алёна, да-да! Сегодня я Ведьмочка, — нравоучительно отозвалась представительница магических homo sapiens. — В таком случае мы с Сашей пойдём на улицу подальше от твоего волшебства. Вдруг превратишь ещё во что-то. Лучше мы подышим свежим воздухом без колдовских примесей. Да, Саш? — намекающе сказала Щербакова, пленяя изумруды Трусовой своим шоколадным взглядом. — Примесей? — не поняла Ракета, однако быстро сориентировалась. — Ну да! У меня на них аллергия вообще! Прости, Алёнка, не судьба. Саша не без труда, но всё же отбросила гордость и обиды в сторону. Аня явно хотела поговорить. И, по-видимому, строго один на один! Вообще, девушки могли просто-напросто уйти в другую комнату. Но нет, Ангелочек позвала Круэллу на улицу — настолько ей не нужны были свидетели! Значит, это важно. Значит, всё очень серьёзно. Аня улыбнулась уголками губ и без лишних слов направилась в сторону вешалок с куртками. — Мы скоро, — уходя, выпалила Саша. Несмотря на то, что возвращаться ей не хотелось ни в скором будущем, ни в далёком. Ей вообще не хотелось возвращаться. А зачем, если причина нахождения Саши на новогодней вечеринке повела её на выход с данного мероприятия? — Надеюсь, что нет! — озорно бросила вслед подруге Косторная. Теперь Саша окончательно убедилась в том, что Алёна — настоящая ведьма. Ведь как иначе она могла бы прочесть мысли в её голове? В пути Щербакова несколько раз обернулась, дабы удостовериться, что Трусова следует за ней. Аня очень хорошо усвоила урок ледовых скитаний — лучше перебдеть, чем недобдеть. Сняв куртки с крючков, Лисица и Зайчик повесили на их место свои маски. Пока они одевались, опоссумы с Ведьмой во главе решили не терять времени зря и отправиться на второй этаж, чтобы с балкона проследить за ушедшими. По дороге девочки встретили последнюю участницу их коварного квартета Купидонов и теперь продолжили шествие на наблюдательный пункт в полном составе. — Кстати, не хотите спросить, где мы с Майей пропадали, когда вы пришли? — с хитрым видом произнесла Даша. — Значит, вы не искали никакую уборную? — усмехнулась Камила. — Вообще-то искали, но это ерунда! Всего несколько минут ушло. А в остальное время мы занимались так называемым невключённым наблюдением, — охотно откликнулась Усачёва. — То есть наблюдением, которое осуществляется наблюдателями со стороны без участия в наблюдаемом процессе, — деловито пояснила Хромых. — Благодарю, Майя, — похвалила коллегу Даша. — Всегда пожалуйста, Дарья, — самодовольно отозвалась та. В ходе своей процессии на балкон фигуристки настигли лестницы и начали быстро подниматься по ней. — В общем, после туалетных дел мы слились с толпой и следили за страусами, — вещал Крэш. — Потом явились вы, и мы следили уже за страусами в социуме. Изучали их мимику, жесты и прочее… — То есть невербальные знаки общения, — вставил Эдди с должным профессионализмом. — Точно, — довольно протянула Усачёва, щёлкнув пальцами. Миновав лестницу, девушки взглядом отыскали балкон и двинулись к нему. — И какие же выводы вы сделали? — поторопила заумничавшихся братцев-опоссумов Косторная. — Что они очень и очень активно невербально взаимодействуют! — восторженно объявила Хромых. — Так это мы и сами видели, — весело заметила Валиева. — Считайте, что не видели… — драматично вздохнула Даша, желая заинтриговать Камилу и Алёну. — Потому что вам, в отличие от нас с Майей, не посчастливилось лицезреть то, что тут творилось пока страусы были один на один друг с другом… Добравшись наконец до наблюдательного пункта, Купидоны заняли позиции у окон. Специалистам по амурным делам очень повезло: они могли смотреть на страусов совершенно не напрягаясь. Не без помощи фонарей, отлично освещающих пространство вокруг. Стоящих неподалёку от входа Сашу и Аню видно было просто замечательно. А ещё куст, на который они в этот момент чересчур сосредоточенно смотрели. — А что тут творилось? — проглотила Дашину наживку Кошечка. — Они поцеловались? — насмешливо поинтересовалась Ведьма. Камила демонстративно устремила выпученные глаза на ту, что не постеснялась произнести подобные слова. Алёна в ответ лишь мило хихикнула. — Нет, — разочарованно ответила Усачёва, однако через секунду вновь воспряла духом. — Но они так трогательно, так трепетно, так нежно держались за ручки! Брови Косторной и Валиевой синхронно приподнялись, и девушки, не сговариваясь, обменялись удивлёнными взглядами. — О да! Эта сцена требует отдельного фанфика! — мечтательно подхватила Хромых. — Да-да-да! Напиши обязательно! Только потом ссылку кинь, — оживилась Даша пуще прежнего. — И мне! — в один голос потребовали Камила и Алёна. — Окей-окей. Ждите. Завтра же возьмусь, — задорно сказала Майя, подмигнув возросшей читательской аудитории. Трусова и Щербакова вдруг перестали гипнотизировать куст и наконец посмотрели друг на друга. — Ой, контент прибавляется! — крайне обрадованно воскликнула Хромых. — Вот так бы сразу! — отозвалась Усачёва с не меньшим восторгом, а затем резко посерьёзнела. — Надеюсь, нас отсюда не видно. А то будет полный… Даша не успела закончить мысль. Как назло именно в этот момент Саша, что мгновением ранее стояла к коттеджу спиной, обернулась, и они с Аней уставились на окна, откуда за девушками внимательно следили четыре пары любопытных глаз. — Полный капец, — договорила за подругу Майя. Русская Ракета и Ангел «Хрустального» выглядели недовольными. Не то чтобы сильно, но всё же достаточно — искатели приключений почувствовали себя неловко. — Улыбаемся и машем, девочки, — прошептала Ведьмочка, стараясь не шевелить губами. Застигнутые врасплох Купидоны натянули на лица самые невинные улыбки, на которые они только были способны, и с максимальным дружелюбием помахали страусам руками. Вытащив руки из карманов, Трусова тут же повернулась к Щербаковой, взяла её за запястье и повела в сторону, увы, недоступную для обзора. — Э, куда?! — не поняла такой поворот событий Алёна. — Ну, зато видали, как Саша решительно прикоснулась к Ане? — воскликнула Хромых, пытаясь заразить всех своим позитивом. — Да уж! Прямо на наших глазах! — живо согласилась Усачёва. — Ну блин… Я надеялась увидеть что-то более решительное, знаете ли! — раздосадованно откликнулась Косторная. — Что ж, коллеги, думаю, мы сделали всё, что было в наших силах. Дальше пускай «Трусаковы» разбираются сами, — умиротворённо проговорила Валиева, отходя от окон. — Ладно, — сказала Алёна, на удивление быстро смирившись. — Не знаю, как вы, но я проголодалась. — Пойдёмте фуршет оценим? — предложила Камила. — Да! — синхронно выпалили Даша и Майя. Со спокойным сердцем и чистой совестью отпустив кораблики Ани и Саши в свободное плавание, окрылённый квартет Купидончиков отправился штурмовать праздничный стол.

***

Переступив через порог коттеджа, Щербакова быстро спустилась по ступенькам крыльца и посмотрела наверх. Бездонная чернота космоса завораживала. Снежинки, подсвеченные тёплым светом фонаря, контрастировали с небом своей белизной. Они кружились в незатейливом танце и опадали на лицо олимпийской чемпионки, тут же тая, но оставляя после себя ощущение прохлады. Аня жадно вдохнула бодрящий морозный воздух, а затем медленно выдохнула. С трудом оторвав взор от удивительной небесной картины, она плавно повернулась назад, к своей не менее удивительной Круэлле. Больше небесной картины Аню очаровывал только вид огненного водопада. Трусова закрыла за собой дверь и замерла, глядя в спину Ангелочка. Сильный порыв снежного ветра заставил её поёжиться. Сначала Саша хотела просто-напросто натянуть на голову капюшон куртки, но теперь, изучив обстановку, решила последовать примеру Ани и всё-таки воспользоваться прихваченной на всякий случай шапкой. Аккуратно надев головной убор, Ракета стала поправлять волосы. У этого действа вдруг появилась свидетельница. Неожиданно, но в то же время ожидаемо, как подарок на Новый год, Аня развернулась к Саше и утолила её жажду своим шоколадным морем. Вскоре Трусова наконец спустилась с крыльца и присоединилась к Щербаковой. Аня неуверенно двинулась вперёд, а Саша, убрав руки в карманы, молча последовала за ней. Девушки успели сделать несколько шагов, прежде чем олимпийская чемпионка Пекина внезапно остановилась. — Здесь мы с Женей встретили котёнка, — задумчиво изрекла Аня, глядя на заснеженный кустик, около которого они стояли. — Из-за этого мы, кстати, и опоздали к началу вечеринки. У него был такой интересный окрас — трёхцветный. Я его пофоткала, а Женя начал с ним играться, — поведала Ангелочек, стараясь звучать спокойно и непринуждённо, и слегка улыбнулась. — Ну и заигрался немножко. Щербакова едва справлялась с охватившем её волнением. Аня понятия не имела, как начать разговор, инициатором которого она ещё недавно столь смело собиралась выступить. Собиралась, да не собралась… Не смогла взять себя в руки. Вся решительность Ани вмиг испарилась, а важные слова застряли где-то на пути к выходу, как только пришло время приступить к делу. Биение влюблённого сердца заглушало мысли. Аннушке ничего не оставалось, кроме как зацепиться за спасительный куст, так кстати попавший в её поле зрения. Нужно начать хоть с чего-то! Нужно говорить! Ведь если не сейчас, то когда? — Ты позвала меня на улицу, чтобы рассказать о ваших с Семененко приключениях? — недовольно отозвалась Трусова. В её голосе сквозили насмешливые нотки. Аня прекрасно понимала, чем вызвана такая реакция. Будь она на Сашином месте, меньше всего в данный момент ей хотелось бы слушать рассказы про Марка. — Нет. Чтобы поговорить, — поспешно ответила Щербакова и вновь уставилась на куст. Настолько пристально, словно этим кустом являлась Саша. Аня подумала, что, избегая прямого зрительного контакта, направить диалог в нужное русло должно быть проще. И не ошиблась. — О нас с тобой, — добавила она уже увереннее. Хоть Аннушка и почувствовала резкий прилив смелости, взгляд от безмолвного спасителя отводить не торопилась. Для подстраховки, так сказать! Саша не могла не заметить, как внимательно Аня смотрела на куст, что некоторое время назад при помощи котёнка заманил две души в свою коварную ловушку и связал две судьбы общим воспоминанием о приятно проведённом друг с другом времени. Связал Маргариту с Мастером. Именно и только с Мастером, а не с Круэллой. А Круэлла была третьей лишней. Ну прямо как тот трёхцветный котёнок, когда Маргарита находилась здесь в компании Мастера. Бедный котёнок! Бедная Саша! Щербакова так неотрывно смотрела на куст, что Трусовой стало не по себе. Она почувствовала, как внутри тихонько закипала ревность. Не к кусту, конечно же! Ревность к дурацкому Аполлону Семененко, что воплотился в этом дурацком кустике. Саша решила не оставаться в стороне, поэтому тоже начала глядеть на Аниного молчаливого приятеля. Правда, она не просто глядела, а, скорее, прожигала глазами. Но снег на кусте пока не таял, значит, всё в пределах нормы! Да и Саша не преследовала цели уничтожить это ветвистое воплощение Жени. Ей лишь хотелось смотреть туда, куда смотрела Аня. Ей лишь хотелось видеть то, что видела Аня. Ей лишь хотелось таким образом приблизиться к своему Ангелочку. — Ну, тогда давай поговорим о нас, — осторожно произнесла Саша, а затем направила взор на Аню и добавила более непринуждённо: — Пока мы не стали сугробами, как этот куст. Мягкая улыбка тронула губы Щербаковой. — Вряд ли со мной случится подобное, Саш, — ласково сказала она и наконец взглянула на собеседницу. — Когда ты рядом, мне так тепло, что перспектива стать сугробом мне не грозит. Кажется, сугробные метаморфозы не представляли опасности и для Трусовой — жаром в её щеках можно растопить зиму целиком. — Это, конечно, хорошо, но не меняет того факта, что нам надо поговорить, — с нарочитой строгостью отозвалась Саша, пытаясь скрыть смущение. Карие глаза внезапно сменили фокус внимания и от изумрудов Саши устремились куда-то вверх, остановившись над её головой. Ракета не придала бы этому значения, если бы Аннушка вдруг не прошептала с непроницаемым лицом: — Похоже, наша прогулка перестала быть конфиденциальной. Случайно заметив в окнах четыре довольные физиономии, как оказалось, ярых шипперов «Трусаковых», Ангел «Хрустального» мгновенно напряглась. Неужели так трудно дать Ане и Саше спокойно поговорить? Сложно, конечно, сказать, что до обнаружения непрошеных любительниц шпионажа здесь было спокойно, но уж явно спокойнее, чем сейчас. Трусова резко обернулась, дабы узреть вторженцев в частную беседу собственными глазами. А картина перед ней развернулась весьма интригующая, ведь они с Щербаковой находились под прицелом целых восьми любопытных очей! Алёна, Камила, Даша и Майя, осознав, что их разоблачили, неловко заулыбались и помахали руками. Этим самым они только сильнее распалили костёр негодования, который и так полыхал в Саше. — Забей на них, Ань, — отрывисто бросила Круэлла, повернувшись к своему Ангелочку. Саша, не медля ни секунды, взяла Аню за запястье и повела вдоль коттеджа. Туда, где им точно никто не сможет помешать, а именно в беседку, которую она так удачно заприметила, пока шла с Марком в дом. Ане оставалось лишь молча следовать за скоростной Ракетой. Щербакова не ожидала столь резкого порыва, однако была вполне ему рада. Значит, Саша нуждалась в этом разговоре не меньше Ани. Значит, Саше тоже хотелось прояснить ситуацию, в которой они обе оказались. Когда фигуристки приблизились к беседке, Трусова, разжав ладонь, выпустила запястье любимой и вошла внутрь первой. — Сейчас, — произнесла она и принялась торопливо стряхивать снег с лавки. Освободив территорию, Саша уверенными движениями сняла свой длинный шарф, а затем положила на расчищенную на двоих поверхность. — Вот. — Спасибо, — мило улыбнувшись, поблагодарила Ангел и послушно села на предложенное место, скромно положив руки на колени. Круэлла опустилась на лавку вслед за ней. — Что ж… — робко начала Саша и замялась. С надеждой посмотрев на Аню, она осторожно спросила: — На чём мы остановились? И всё-таки слова необходимы. Людям ведь на то и дана речь, чтобы говорить друг с другом. Чтобы не строить догадки, а прямо обсудить и знать наверняка. Чем же Аня и Саша хуже других? Все важные слова должны быть услышаны, а значит, сначала все важные слова должны быть произнесены. Логично? Более чем! Страшно? Более чем… Но Ане надоело бояться. Аня готова сделать ещё один шаг навстречу Саше. Решающий. — Помнишь, мы с тобой гадали на Рождество? У меня ещё тогда получилось довольно интересное предсказание… — многозначительно промолвила олимпийская чемпионка Пекина. Странный вопрос! Конечно, Трусова помнила. Как она могла забыть то, что серьёзно взволновало её поначалу. Пусть Саша и отвергла результат Ани, сочтя его ошибочным, неуверенность по этому поводу у неё всё равно осталась. Вдруг именно результат Саши был ложным? И вдруг Аня сейчас подтвердит её догадки? Иначе зачем Щербакова затронула тему гадания… — «Кому нравишься — не нравится тебе», — процитировала Саша впечатавшиеся в сознание слова и нервно усмехнулась. — Да уж, очень интересное. А чего это ты так резко вспомнила? Аня одобрительно кивнула и, глядя на Сашу не то с беспокойством, не то с любопытством, поинтересовалась будто бы невзначай: — Что, по-твоему, это может значить? — Ну, — задумчиво протянула Трусова, уставившись куда-то перед собой, — что где-то в мире существует один несчастный бедолага, которого угораздило безнадёжно влюбиться в Анечку Щербакову. Договорив, Русская Ракета снова переместила глаза на собеседницу. — У тебя есть варианты, кто бы мог быть этим «несчастным бедолагой»? — продолжила Ангел «Хрустального» череду подозрительных вопросов. — Понятия не имею, — пожала плечами Саша. — У тебя же миллионы, если не миллиарды фанатов. Может, это какой-то китаец, который, пока мы тут болтаем, собирает тебе новогоднюю посылку в пятьсот килограмм! — Ну, вряд ли Женя, пока мы тут болтаем, успел сменить национальность, — невозмутимо произнесла Аня. Настолько невозмутимо, насколько могла в данной ситуации. Внешне Аннушка сохраняла, по крайней мере, пыталась сохранять спокойствие, однако внутри неё бушевала настоящая буря. — Женя? — растерянно переспросила Трусова. Неужели истина всё это время была у Саши перед носом? Прямо как назойливый Семененко — перед носом у Ани. Отличие лишь в одном: Саша приняла истину, причём с большим удовольствием, а вот Аня проделывать то же самое с Семененко явно не собиралась. И что в итоге? А в итоге Мастер только зря путался у Круэллы под ногами, ведь сердце Маргариты выбрало не его! — Женя, — охотно подтвердила Щербакова. — Мы же обе понимаем, что я ему нравлюсь. Только вот это не взаимно, — призналась она со вздохом. Не взаимно? Не взаимно… Не взаимно!!! И почему Саша сразу не подумала о Жене? Почему Саша позволила сомнениям затуманить свой разум, добивая натерпевшийся всякой всячины мозговой центр? Почему Саша так свято верила в то, что Аполлон является её главным конкурентом? Да и вообще, почему Саша возвысила обыкновенного Женю Семененко до Аполлона?! Все эти несколько сумасшедших дней Аня и поведением, и словами ясно давала понять, что между ней и Женей ничего нет и быть не может. Саше хотелось верить. Саша думала, что на самом деле верит своему Ангелочку, но при этом она лишь продолжала терзать себя неприятными подозрениями. И только сейчас Саша по-настоящему поверила в то, что её не обманывают. От нахлынувшей радости Ракета стала невольно теребить края своей куртки. — Вот как. Получается, твоё предсказание правдиво, — сказала она, не скрывая довольной улыбки. — А что насчёт твоего? — вдруг полюбопытствовала олимпийская чемпионка. — Хочешь знать, правдиво ли оно? — Да. А уж как Саша хотела знать главный секрет своего предсказания…

0000 — Он(а) любит тебя

Всё-таки правда или всё же ложь? Всё-таки ложь или всё же правда? — Мне кажется, это нужно узнавать у того, чьими усилиями в моём результате получились одни нули, — с лёгким озорством отозвалась Трусова. — Итак… Что скажешь, Ангелочек? «Он» или «она» правда любит меня? — спросила Круэлла и выжидающе приподняла брови. Стук сердца шумно отдавался в ушах. Саша даже испугалась, что не сможет расслышать Анины слова. А расслышать их ей было просто необходимо! И желательно, конечно, до того, как Русская Ракета раз и навсегда отбросит коньки. С такими-то сердечными нагрузками! Саша решила пойти на риск — стала смотреть на губы собеседницы, чтобы, если что, прочитать её ответ по ним. Неловко, но по-другому никак. Надо подстраховаться. Только бы не смутить Аню! А Аня смутилась. Заметила внезапное перемещение зелёных глаз и смутилась. Смутилась так, что в груди у неё будто взорвался вулкан. Смутилась так, что теперь по всему её телу растекалась раскалённая лава. Смутилась так, что начала плавиться. Аня смутилась, но постаралась подавить это удивительно приятное. состояние. Потушила вулкан, заморозила лаву и взяла себя в руки. — Не знаю, что там «он» или «она», Саш… — серьёзно произнесла Щербакова и после секундной паузы тихо добавила: — Но я правда люблю. Как только Аня заговорила, весь мир замолчал. Ни приглушённые звуки праздника, ни порывистый шум морозного ветра, ни гулкие удары собственного сердца — ничто не доносилось до Саши. Просто кануло в неизвестность. Ангел словно спрятала Круэллу в надёжном коконе своих белоснежных крыльев, отгородив от всего остального — такого ненужного и совершенно неуместного. Бессмысленного. Саша слышала только Анин голос. Он звучал пронзительно громко, будто являлся основой мироздания. А почему же «будто»? Являлся! Являлся основой личного Сашиного мироздания. Трусова смотрела на Щербакову, почти не моргая, и, казалось, даже не дышала. — Полагаю, после такого надо поцеловаться? — без тени шутки или игривости сказала Саша. На мгновение на лице Аннушки промелькнула растерянность. — Ну, необязательно, но это не воспрещается, — ответила она с едва уловимой улыбкой. — Тогда можно я сначала кое-что скажу? — Да, говори, конечно, — выпалила Аня, невольно сжав кулаки. Саша заметила этот нервный жест и аккуратно накрыла Анину руку своей. Пальцы олимпийской чемпионки плавно разжались, вбирая тепло такой родной ладони. А вулкан внутри Ани вновь пробудился. — Анют, я хочу… — вполголоса произнесла Трусова и замолчала, подбирая правильные слова. Щербакова ощутила, как напряглась её рука. Глубоко вздохнув, Саша продолжила: — Я хочу, чтобы ты вошла в мою душу. Всё, что во мне есть, — это моя любовь к тебе. И я хочу делить её с тобой и взамен чувствовать твою любовь. Я хочу, чтобы ты наполнила мою душу своей любовью. Хочу чувствовать тебя внутри себя… И вулкан внутри Ани стал извергаться Сашиными словами любви. Растопив замороженную ранее лаву, они слились с ней в одно целое и вырвались наружу. — Я всё испортила, да? — испуганно спросила Саша, увидев в глазах напротив странный блеск. — Надо было просто поцеловать тебя… Шоколадное море вышло из берегов… — Ничего ты не испортила, — необычайно ласково отозвалась Аня. Первая слеза медленно скатилась по её щеке, оставив горячий след, и спокойно упала куда-то вниз. Вторую уже заботливо вытерла Саша, обнимая Аню свободной рукой. — А почему ты плачешь? Ангелочек обхватила талию Круэллы, сильнее прижавшись к ней, и положила голову на родное плечо. — Это моя любовь спешит наполнить тебя. Путеводная звезда, которая до этого просто указывала Щербаковой и Трусовой дорогу, теперь повела их на поверхность, прочь из ледяной пропасти. Она вдруг пришла в движение и устремилась ввысь, а девушки начали возноситься вслед за ней. Видимо, звезда решила, что с Аннушки и Ракеты достаточно. И так они здесь задержались. Место фигуристок не подо льдом — место фигуристок на льду. Лёд, этакий безжалостный, но манящий мучитель, даже не пытался как-то помешать сему процессу и остановить собственных пленниц, хотя вполне мог это сделать. Или уже не мог? По-прежнему ли Саша и Аня находились под его властью? Или лёд потерял былое могущество? Кто победил? Кто кого приручил? Лёд совершенно не сопротивлялся, позволяя девушкам выбраться из заточения и обрести свободу. Но почему? Почему не дал последний, решающий бой? Почему не стал сражаться до самого конца? Значит, у заключения в ледяную тюрьму было другое предназначение. Льду, по-видимому, не нужны пленницы. А вдруг он преследовал цель помочь Ангелу и Круэлле, а не навредить им? Ведь именно здесь они пришли к тому, к чему пришли. Пришли друг к другу. Может, лёд понял, что его миссия на этом закончена, вот и отпустил девушек на волю? Фигуристки против льда — вечное противостояние. Фигуристки и лёд — вечная дружба.