Учительница на замену

Близится Новый год — время, когда всё вокруг становится немного ярким и волшебным. Дети ждут Деда Мороза и пишут письма, а родители судорожно думают, на какие средства исполнить их заветные желания. Город украшен и сияет. В каждом магазине есть стенды с какими-нибудь побрякушками. А в крупных гипермаркетах ставят большие ёлки, размером в несколько этажей. Время радости и печали, ведь для многих, Новый год — это лишь напоминание о скоротечности времени. Маша всегда любила Новый год. С самого раннего детства этот праздник дарил ей веру в чудеса, а сейчас напоминал о тех временах, когда всё было хорошо. Семья была полная и все вместе праздновали Новый год. Развод родителей, психологические проблемы и попытка суицида не убили любовь к Новому году. Её не убило даже предательство Деда Мороза, когда Маша в десять лет попросила у него собаку, а в тридцать первого декабря под ёлкой была только плюшевая игрушка. В тот момент это было самое первое крупное разочарование в жизни, но и оно не помешало девушке любить Новый год. — Скоро Новый год — это мой любимый праздник! — сказала Маша Наде в двадцатых числах декабря. — Ты прям любишь Новый год? — спросила Джабраилова. Маркова уверена закивала. — Да! Обожаю его за атмосферу! Всё вокруг такое яркое и праздничное! Ёлки, гирлянды, мишура, новогодние фильмы — это всё так классно! Надя не сильно разделяла восхищение Маши. Она совершенно равнодушно относилась к Новому году, как и к любому другому празднику. Для Нади — это лишь неделя отдыха. Но ей очень нравится видеть Машу такой воодушевлённой и счастливой. Маркова заряжает её хорошим настроением. Правда, последние пару недель, у Нади в голове совсем другие мысли, как и у Маши. *** С того случая в квартире Нади прошло довольно много времени. Вот уже у Маши последний учебный день и она свободна на две недели. После него она, со своими друзьями, пойдут праздновать зимние каникулы в какой-нибудь фастфуд. Но в голове у Марковой лишь то, как Надя её удовлетворила. Девушка просто не может забыть, как же ей было хорошо в тот момент. И она очень хочет это повторить, но уже по-взрослому. Маша хочет секса с Надей. Раньше у неё были такие мысли, но в голове они держались не очень долго, а вот сейчас... Каждый раз, когда Маша просто смотрит на Нядю, хочется сорвать с неё всю одежду и любить настолько долго, насколько хватит сил. Маша может в этом признаться своей девушке. Она уверена, что её не будут осуждать, но всё равно так неловко и стыдно. Все мысли, которые Маркова постоянно держит в голове, вызывают покраснение щёк и дрожь в ногах от неловкости и возбуждения. Маша впервые так себя чувствует. Такого не было даже с Антоном. Оно и понятно, ведь Надя — не Шастун. Она умеет то, чего он — нет. *** 25 декабря. Звенит звонок, объявляющий об окончании второй четверти. 10 «А», очень радостно идёт вниз по лестнице к гардеробу, чтобы забрать вещи и забыть о школе на две недели. Маша со своими друзьями идёт в знакомый им гипермаркет, поднимаются на третий этаж, с желанием наесться очень вредной еды. Идут разговоры о праздновании Нового года. Дима поедет в Питер с родителями, Серёжа и Андрей в загородный дом к другим своим друзьям, Антон с Арсом, как и Саша с Варей, будут праздновать вместе. А Маша, как обычно, отпразднует с мамой. Пусть Надя и говорила, что хотела бы провести Новый год вместе, но они это ещё серьёзно не обсуждали. В общем, у всех были свои планы. После празднования, длившегося целый час, все разошлись. Маша пошла с Сашей и с Варей к последней домой. Марковой надо было с подругами обсудить один очень деликатный вопрос. *** Надя отдыхает у Ирины дома. По телевизору идёт какой-то турецкий сериал, а Мягкова открывает вино. — Наконец-то отдых! — сказала Ирина, идя к Наде с двумя бокалами. Джабраилова взяла один и отпила содержимое. — Да. Ирина упала на диван с облегчённым вздохом и посмотрела на подругу. — Надь, что опять случилось? — спросила Мягкова. Врать о том, что всё хорошо — нет смысла. Ирина слишком хорошо знает Надю. Поэтому девушка, собравшись с мыслями, говорит: — Я очень хочу Машу. Мягкова усмехается. — Вау! Два месяца продержалась, Надя — рекорд! — посмеялась Ирина. Джабраилова нахмурилась. — Не смешно, Ир. Я правда, прям, очень, очень хочу, — сказала Надя. Мягкова прищурилась. Её подруга была очень серьёзна, значит — надо её выслушать, не смеясь. — Есть какая-то причина? — спрашивает Ирина. Девушка не знала, как правильно сформулировать свой вопрос. Ведь, раз Надя хочет серьёзно это обсудить, значит причина есть и, видимо, достаточно весомая. — Да, — ответила Надя. Она выпила залпом всё вино из стакана, поморщилась и погладила себя по грудной клетке. Ирина даже за неё испугалась. Немного помолчав, Надя продолжила. — Просто, у нас кое-что произошло. В ноябре, Маша была у меня, мы хотели посмотреть футбол вместе. Был Чемпионат мира, и Маша смотрела его. И вот, мы лежали, смотрели фильм, потом я пошла в душ. Хотела сполоснуться немного. И… Ирка, только обещай, что никому не расскажешь. Мягкова кивнула и подняла руки. — Ты же знаешь, я — могила. — И Маша мастурбировала у меня в спальне, — сказала Надя. Глаза Ирины расширились. Такого она, конечно, не ожидала услышать. Надя вздохнула. — Я вошла в комнату и спалила её. Ну, так думает Маша. На деле, я стояла возле двери, минуты две, и подсматривала за ней. И меня это так возбудило! Маша мне казалась такой невинной, а тут я увидела, как она трогает себя и мне это так понравилось! Мягкова сглотнула. Для неё это слушать было немного противно, ведь Маша всё-таки её ученица, она знает её с пятого класса. А тут такое. Надя ещё и рассказывает с таким удовольствием. — Ей было очень неловко и я решила показать ей свою коллекцию, чтобы как-то сгладит положение, — продолжила Надя. Ирина с недоумением посмотрела на неё. Она не очень поняла, о какой коллекции идёт речь. Рассказ подруги настолько повергает в шок, что Мягкова и своё имя, наверное, забыла бы. Надя посмотрела на Ирину и приподняла брови. — Ты знаешь, о какой коллекции идёт речь. — О, Боже, — сказала Ирина. Теперь она вспомнила, как совершенно случайно, желая взять у Нади домашние штаны, чтобы переодеться, открыла не ту полку и узнала о том, о чём вообще не хотелось знать. — Вот, я ей показала. Маша меня не осудила, в отличие от некоторых. И… Я стала рассматривать её и, кажется, возбудилась ещё сильнее. И… Я сделала ей кунилингус через трусы, а потом... мастурбировала ей. Ну, просто потерла клитор, не входила внутрь, — закончила Надя. Она опустила голову. Было так стыдно об этом рассказывать. Глаза Ирина расширились настолько сильно, что начали болеть. Казалось, что через несколько секунд они вылетят из глазниц. Девушка выдохнула и залпом выпила всё вино из бокала, да так быстро, что по подбородку стекло пару капель. — Не уверена, что хочу всё это знать, — сказала Ирина. Надя вздохнула. — Ты обещала не осуждать, — напомнила Джабраилова. Мягкова усмехнулась. — Я и не собиралась. Я просто, блять, в шоке! И я не хочу знать о таких подробностях, — ответила Ирина. Надя пожала плечами. Пару минут Мягкова молчала, пытаясь переварить всё сказанное. Они с Надей часто рассказывают друг другу подобное и в деталях обсуждают секс друг друга. Бывали рассказы намного жёстче, чем то, что говорила Надя. Но другое дело, когда Джабраилова рассказывает про секс с очередной девушкой, на которую Ирине, в общем то, похеру. Совершенное иное, когда идёт речь о человеке, которого Мягкова знает ни один год. Маша, можно сказать, росла на её глазах. Естественно, слушать рассказ Нади — тяжело. У Ирины было ощущение, словно речь шла о её дочери. Но помолчав и собравшись, девушка всё-таки смогла принять ситуацию. У Нади с Машей отношения, а Ирине, в любом случае, пришлось бы слушать про их интимную жизнь. — И… Что ты планируешь делать? — спросила Ирина, после такого долгого молчания. Надя посмотрела на неё и улыбнулась. Не соврала. Не осуждает. — Ну, что… Хочу, чтобы у нас случился секс. В новогоднюю ночь, — отвечает Надя. В голосе, всё ещё, есть нотки неловкости. Ирина посмотрела на неё и ухмыльнулась. — В новогоднюю ночь? — спросила Мягкова. Джабраилова кивнула. — Ну да. Любимый праздник Маши — Новый год. Я хочу, чтобы мы отпраздновали его вместе, а после двенадцати занялись сексом. Очень хочу сделать особенную атмосферу, чтобы Маша расслабилась и не испугалась, как в прошлый раз. — Прошлый раз? — снова спросила Ирина. Надя зажмурилась и рыкнула. Язык мой — враг мой. За это её подруга точно будет осуждать. Ну и правильно. — Пару недель назад Маша была у меня, и мы смотрели фильм. И мне в один момент очень сильно захотелось заняться секом с Машей. Вот прям такое резкое чувство. И я начала Машу целовать и хотела раздеть, но… Ир, она так испуганно на меня смотрела. Потом стала просить перестать, ещё и вину чувствовала. Я так боялась, что Маша будет меня опасаться и перестанет доверять. Надя посмотрела на Ирину. Взгляд той пылал от гнева. Казалось, что Мягкова её сейчас убьёт. Надя ожидала такой реакции. — Надя, блять! Ну ты совсем?! Ты как могла такое сделать?! — кричала Ирина. Джабраилова прикрыла глаза и вжалась в диван. — Ир, я же ничего не сделала! Как только Маша попросила, я остановилась! — Но ты могла! — сказала Ирина. Тут Надя посмотрела на неё полными гнева глазами. Эти слова её оскорбили. — Я ничего не сделала без согласия Маши! Я никогда её не трону, если она скажет «нет»! Ты, вообще, за кого меня принимаешь? Ирина скрестила руки и выдохнула. Надя обиженно отвернулась от неё. Пару минут они сидели молча. Мягкова успокоилась и поняла, что слишком резко отреагировала. Всё-таки она знает Надю много лет и прекрасно понимает, что её подруга ничего плохого Маше не сделает. Ирина посмотрела на Надю и погладила её по плечу. — Ну извини, Надь. Ну вспылила, ну ты же знаешь меня. Я просто волнуюсь за вас обеих, — извинилась Мягкова. Надя вздохнула. Она и не обижалась толком, поэтому спокойно повернулась к Ирине и улыбнулась. — Да ладно. Нормально всё. — Ну и хорошо, — сказала Мягкова, хмыкнув. — Слушай, Надь, а… Ну, Маша тебя хочет? Думаешь она согласится на секс с тобой? Задавать этот вопрос было очень неловко. Ирина, всё же, не может до конца принять отношения Нади и Маши. По крайней мере, именно эту часть их отношений. Надя вздохнула. — Не знаю. Ну, мне кажется, что Маша меня хочет, — ответила девушка и улыбнулась. *** Последние пару дней Надя проверяла Машу, желая узнать, а есть ли у Марковой к ней влечение. И, кажется, действительно есть. Надя специально надевала белую блузку на чёрный или красный лифчик, чтобы посмотреть, обратит ли Маша на него своё внимание. Во время уроков, Джабраилова накидывала чёрный пиджак и застёгивала его на все пуговицы, а вот на дополнительных уроках, девушка оставалась в блузке, которая ложилась так, чтобы было видно шею и ключицу. И проверка Нади удалась. Маша буквально раздевала её глазами. Смотрела с приоткрытым ртом и часто сглатывала или облизывала губы. В тот момент девушка совсем не занималась французским, но Надя её не ругала. *** Ирина кивнула и налила себе вино. Надя прижалась к спинке дивана. — Я так хочу, чтобы всё прошло хорошо. Я так боюсь, что могу Маше больно сделать, или, что ей может не понравиться. Вдруг, я вообще у неё первая, — сказала Надя. Ирина хмыкнула. — У Маши до тебя был парень, и они довольно долго были вместе. Не думаю, что ты у неё первая, — ответила Ирина. Об этом Надя тоже думала. — А вдруг у них ничего не было? Такое же возможно. И я буду её первой девушкой, — сказала Надя. Ирина кивнула и выпила немного вина. — Всё будет хорошо, Надь. Ты же опытная и ни одна девушка на тебя ещё не жаловалась. — Ну, с Машей всё будет по-другому. Она не такая, как все. Я её люблю. Ир, у меня же впервые будет секс по любви, — ответила Надя. Ирина усмехнулась. — Получается, это будет и твой первый раз, — сказала Мягкова. Девушки посмеялись. — Получается, так. *** — Так, Маш, о чём ты хотела с нами поговорить? — спросила Варя, плюхнувшись на кровать с большой тарелкой, наполненной чипсами. Щербакова положила голову на ногу сидящей рядом Саши. Маша сжала губы и сжимала банку энергетика, купленного в ларьке возле дома Вари, где у неё были знакомые. Маркова не знала, как начать, да и что вообще сказать. Этот разговор обещает быть самым неловким. — Саш, Варь… А как вы, ну… Занимаетесь сексом? — спросила Маша. Девушки удивлённо хмыкнули, не ожидая такого вопроса. Они вообще не знали, как на него отвечать. Саша и Варя посмотрели друг на друга, а затем на Машу. Тут на их лицах появились улыбки, а Щербакова подпрыгнула. — У вас с Надей будет секс? — воодушевлённо спросила Варя. Маша смущённо опустила голову вниз. — Нет… Или да. Может быть, не знаю. — скомканно ответила Маша. Она вздохнула. — Надя приглашает меня вместе отпраздновать Новый год и мне кажется, что у нас может быть секс. — Ну так это же классно! — сказала Саша. Маркова пожала плечами. — А Надя подавала какие-то намёки? Ну, почему ты думаешь, что у вас может быть секс? — спросила Варя. Маша зажмурилась и вздохнула. — Ну, после того случая… — ответила девушка. Саша и Варя заинтересованно посмотрели на неё. — Тааак, что за случай? Девушки сказали это одновременно, посмотрели друг на друга, улыбнулись и поцеловались. Затем снова переключили своё внимание на Машу. — Ну, недавно я была у Нади. Мы вместе футбол хотели посмотреть. До начала матча, мы лежали вместе и смотрели фильм. И я стала осматривать Надю и поняла, что… Что она меня очень возбуждает, — рассказывала Маша. Она сглотнула и выдохнула. — Надя пошла в душ, а я поняла, что очень возбуждена и… Ну… Я начала мастурбировать… На её кровати. Глаза Вари и Саши расширились, а на лицах появились ухмылки. Маше было безумно неловко всё это рассказывать, но ей нужен был совет. — И Надя меня спалила. Было так неловко. Потом… — Маркова замолчала. Она не знала, стоит ли говорить подругам об игрушках Нади. Всё-таки это, наверное, очень личное. — И что потом? — спросила Варя. Они с Сашей очень сильно хотели узнать продолжение. Маша сделала глубокий вдох и выдох. — Потом Надя ласкала меня языком через трусы и мастурбировала мне, — закончила Маркова. Щербакова и Муратова раскрыли рты, неловко посмеялись и переглянулись. — Маш, ну ты, конечно, даёшь! А ты всегда мастурбируешь в гостях? Мне стоит сжечь постельное бельё? — спросила Варя и рассмеялась. Саша ударила её в плечо, а Маша закатила глаза. — Нет, я только один раз так сделала, — ответила Маркова. Саша коротко взглянула на неё. — И ты теперь думаешь, что у вас будет секс? Маша задумалась. Она перебирала в памяти все моменты, в которые чувствовала от Нади намёки на интимную близость. — Ну, мне кажется, что Надя хочет. Иногда, когда я нагибаюсь или потягиваюсь, чувствую, что она смотрит на меня. Ну, очень заинтересованно. Да и она постоянно ходит передо мной в полурастёгнутой блузке. Думаю, Надя мне так намекает на секс, — сказала Маша. Варя и Саша кивнули. — Маш, а ты сама то хочешь? — спрашивает Муратова. Маркова, не задумываясь, кивнула. — Да. Я очень сильно хочу её. Ну, мне так кажется. Тут Щербакова ухмыльнулась. — Ну, понятное дело, что хочешь! У тебя когда последний раз вообще было? — спрашивает Варя. Маша задумалась. — Ну с Антоном, летом где-то. По-моему, в конце июля. — В конце июля? Больше у вас ничего не было? — с искренним удивлением спрашивает Варя. Маша кивае. — То есть, ты с лета нетраханная? — Варя! — крикнула Саша и ударила девушку по голове. Щербакова вскрикнула и скрестила руки. — Что? — Перестань! Не всем нужен регулярный секс. Да и у Маши он отсутствует не так долго, — ответила Муратова. Варя закатила. Маша смотрела на них и чувствовала, теперь ей не так неловко. Она знала, что подруги не будут осуждать и могут перевести её ситуацию в шутку. И это очень успокаивало. Варя и Саша повернулись к Маше. — Давай вернёмся к твоему первому вопросу. Ты что хочешь узнать про наш секс? — спросила Саша. Маша хмыкнула. — Как мне сделать всё правильно? Ну, чтобы Наде было хорошо, а то это будет мой первый секс с девушкой, — спросила Маша. Варя и Саша задумались. На самом деле, они не знали, что и посоветовать. — Ну, Маш, ты такой сложный вопрос задала, — сказала Муратова. Щербакова кивнула. — Да. Тебе что рассказать? Как правильно делать кунилингус или дрочить девушке? — спросила Варя. Маша закивала. Щербакова усмехнулась. — Тут всё индивидуально. — Да. Мы не можем тебя научить так, чтобы Наде понравилось, потому что мы не знаем, как ей нравится. Быстро, медленно, нежно, грубо. Единственное, что могу посоветовать — это расслабиться и слушать её. Делать так, как она будет просить и честно признайся, что делаешь это впервые, — сказала Саша. Маша кивнула. Конечно, она ожидала другого ответа. Хотелось, чтобы девушки рассказали ей теорию, но совет Саши намного лучше. — Я волнуюсь. А вдруг я ошибаюсь и Надя меня не хочет. Вдруг она не воспринимает меня, как сексуального партнёра, — обеспокоенно сказала Маша. Варя усмехнулась и положила руку на плечо Марковой. — Маш, ну ты чего? Посмотри на себя, ну как тебя можно не хотеть? У тебя такая красивая грудь, — сказала Щербакова и опустила руку ниже, касаясь груди. Маша встрепенулась и посмотрела на Сашу, положившую свою руку на её ногу. — И ножки очень красивые, — сказала Муратова. Щербакова усмехнулась. — И жопа. Саш, ну ты договаривай. Маша смотрела на подруг не совсем понимая, что они хотят. Девушка убрала их руки и отсела. — Маш, ну ты не бойся. Мы же поддержать хотим. И вообще, ты единственный человек, которого я могу впустить в наши отношения, — сказала Варя. Маша растерянно посмотрела на неё. — В смысле? — Ну, мы иногда с Сашей задумываемся о том, что если нам захочется разнообразить интимную жизнь, то ты можешь быть третьей, — объяснила Варя. Маша не понимала: подруга говорит это всерьёз или нет. Она посмотрела на Сашу и по её взгляду было понятно, что всё очень серьёзно. Маркова сглотнула ком в горле. — Серьёзно? — Да! Вот видишь насколько ты сексуальная, раз тебя хотим мы обе. Значит и Надя тоже хочет! — ответила Варя, посмеялась и погладила Машу по плечу. — Да ладно, Мах, расслабься! Ты прям побледнела. Сейчас нам с Сашей хватает друг друга. Но на будущее — ты же согласишься быть третьей? Маша посмотрелась. Варя прижалась к её плечу, а Саша усмехнулась. — Какие же вы сумасшедшие! *** До Нового года оставалось три дня, а Маша так и не поговорила с мамой по поводу желания отметить праздник вне дома. Они всегда праздновали вместе, даже в самые худшие времена, поэтому девушке было неловко и немного страшно. Но поговорить, всё же, стоило. Маша зашла на кухню, где мама, как всегда, что-то готовила. — Мам, мне надо тебе кое-что сказать, — начала Маша. Мать повернулась к девушке и кивнула. — Что? — спросила женщина. Маша выдохнула. — Я хочу этот Новый год отпраздновать вне дома. Маша ожидала раздражённого вздоха, удара о стол и возмущения, но мама отреагировала на удивление очень спокойно: хмыкнула и пожала плечами. — А где? С друзьями? — спросила мама. — Нет, — ответила Маша. Её мама ухмыльнулась. — Со своим новым кавалером? Маша вздохнула. Про расставание с Антоном она маме всё-таки рассказала. И про свои новые отношения тоже. Правда, мама не знает некоторых деталей. Например, то, что её дочь встречается с девушкой, которая чуть ли не на десять лет старше её. Так ещё и является её — Машиной — учительницей. Для таких подробностей Маркова с мамой не настолько близки. — Да, — ответила девушка. Мама кивнула. — Ты мне совсем от нём не рассказываешь. У вас всё серьёзно вообще? — Да. Очень, — ответила Маша. На её лице появилась улыбка, а щёки слегка покраснели. — Так можно, мам? — Да, конечно. Меня как раз друзья приглашали в загородный дом. Я думала, чтобы мы поехали вместе, но так даже лучше. Маша кивнула и вышла из кухни. Зайдя в свою комнату, девушка взяла телефон.

Вы:

Я поговорила с мамой и она не против того, чтобы я отпраздновала Новый год с тобой.

Ответ не заставил себя долго ждать. Маша заметила, что всегда, когда она пишет, Надя заходит в сеть. Даже если долго не заходила в мессенджер. Это так приятно. Надя❤️‍🔥: Супер! Тогда жду тебя 31 ближе к ночи. Где-то в семь или восемь. Хорошо?

Вы:

Хорошо.

*** 31 декабря. 17:00. Надя волнуется. Маша приедет совсем скоро, поэтому девушка старательно обустраивает спальню. Джабраилова хочет, чтобы всё прошло по-особенному, чтобы Маше точно понравилось, чтобы была комфортная и эротическая атмосфера. Надя очень переживает, словно в первый раз: она ходит по залу, руки потеют, а сердце колотится с бешеной силой. Через час она будет заказывать еду. Можно было спуститься в магазин за алкоголем, но Надя твёрдо решила, что в этот Новый год она пить не будет. Секс с Машей должен пройти в полной трезвости, чтобы можно было остановиться и прислушаться к желаниям партнёрши. Сообщение, пришедшее от Маши, отвлекает Надю. *** 18:35. Маша собирается к Наде, складывая одежду в пакет, чтобы переодеться дома у Джабраиловой. Маркова не знает, сколько будет у Нади в квартире, но вещей положила на несколько дней. Маша вымыла голову, высушила, уложила волосы и нанесла лёгкий макияж. В комнату, со стуком, заходит мама, отвлекая от дел. — Дочь, твой кавалер не будет против, если ты приедешь с котом? Просто я не знаю, сколько буду у друзей, да и тебя непонятно сколько дома не будет, а Пуха кормить некому. Боюсь за него! — сказала мама. Маша задумалась. — Сейчас напишу.

Вы:

Надь, а ты не против, если я с собой привезу своего кота?

Просто меня и мамы не будет дома, а когда вернемся не знаем.

Надя моментально появляется в сети, прочитывая сообщение. Мама незаметно стоит в комнате, ожидая ответа и думая, что делать, если он не будет положительным. Надя❤️‍🔥: Конечно не против! Котику, наверное, тяжело одному будет. А моя Котана не агрессивная, стерилизованная, думая нормально отреагирует. Маша улыбается и поворачивается к матери. — Он не против! — сказала девушка. Женщина облегчённо выдохнула. — Спасибо ему! Спас нас! Сейчас, я достану переноску, — ответила мама и собралась выйти из комнаты, как вдруг резко развернулась. — Ах, да, Маш, я ещё хотела тебе кое-что дать. Мама протянула пачку презервативов. Маша смущённо закатила глаза. — Ну мам, зачем? — Ой, Маш, ну не надо! Я понимаю, что ты уже взрослая девочка и едешь к парню не просто поговорить. Возьми, пусть будут, — ответила женщина. Маша взяла пачку и кивнула. Если бы она только знала. 19:15. Маша собралась, затолкала сопротивляющегося кота в переноску, ожидала такси, которое вызвала Надя. Мама бегала по квартире, складывая необходимые ей вещи. Женщина сама совсем скоро должна была уехать к друзьям. — Такси приехало, — сказала Маша. Она обулась и взяла пакет с переноской. Мама открыла дверь и поцеловала в щёку. — Давай, пока! Хорошо проведите время! С наступающим! — Тебя тоже! Пока, мам. Маша вышла из подъезда, подошла к машине и села. Кот громко мяукал и, можно сказать, орал. Он не привык находиться в переноске и явно был недоволен сей ситуацией. Маше было даже немного неловко перед таксистом. Но ей попался хороший мужчина, который не проронил ни слова, а лишь доброжелательно улыбался. — Ну мы же уже приехали, что ты так орёшь? — спрашивала Маша, когда поднималась на этаж Нади. — Тебя несут не на стрижку. И не к ветеринару. Успокойся, Пуша! Дойдя до нужной двери, Маша позвонила в звонок. Через доли секунды дверь открылась, словно Надя с нетерпением ожидала её пришествия и ютилась у порога. Девушка тут же взяла у Маши пакет и отошла, впустив в квартиру. Маркова положила переноску с орущим котом на пол и стала разуваться. — А кто это у нас такой крикун? — спросила Надя, нагнувшись к переноске. — Привет, пушистик! Помнишь меня? Кот зашипел. — Пуша! Тебя, вообще-то, приютить согласились, а ты шипишь! Истерик! — жаловалась Маша. Надя ухмыльнулась, подошла ближе, и девушки поцеловались. Кошка Нади увлечённо ходила вокруг переноски, слыша сородича. Маша нагнулась и открыла её. Пух выбежал, резко остановился и стал осматриваться, понимая, что находится не дома. К нему подошла Котана и принялась обнюхивать. Пух пугался, но от кошки не отходил и не кидался. Маша и Надя решили оставить их наедине, зашли в спальню и стали разбирать пакет. — Ну зачем ты корм принесла? У меня достаточно корма, хватило бы на семерых котов, — сказала Надя. Маша толкала её, выставляя из комнаты. — Я не могла по-другому. Иди, неси еду в холодильник, — ответила Маркова. Джабраилова закатила глаза и вышла. За время её отсутствия, Маша решила переодеться. Она быстро достала пижаму, подаренную мамой и сняла уличную одежду. Девушка всё делала торопливо, боясь, что может не успеть. Хотя был азарт остаться раздетой и посмотреть, как её девушка на это отреагирует. Но Маша оставила эту идею. Как только она одела пижаму, в комнату вошла Надя. — Уже переоделась. Классная пижама! — сказала Джабраилова. Лучше Маше не знать, что Надя опять бесстыдно подглядывала за ней. — Спасибо! Это мама подарила. Мы пару недель назад были в магазине и мне эта пижама понравилась, а мама это запомнила, — рассказала Маша. Надя подошла к ней и положила руки на талию. — Ты такая милая в этой пижаме! — сказала девушка. Маркова покраснела. — Спасибо. *** Близится Новый год. Весь вечер Надя и Маша просто лежали вместе, смотрели фильмы и кушали вредную еду. Девушки нежились, бесились на кровати. Даже питомцы поймали эту любовную атмосферу. Котана лежала на животе Пуха и мурлыкала, а тот вылизывал её. Никогда ещё Надя не чувствовала себя такой счастливой, находясь рядом с человеком. Хотелось обнять Машу и больше никогда не отпускать. Надя это и делала. Обнимала, целовала, прикусывала за ухо. Благодаря пижаме Маши, которая, как оказалось, была не плотной, виднелись вставшие соски. Надя еле сдерживалась, чтобы не наброситься на девушку. Рано. Было ещё слишком рано. Хотя, Надя до сих пор не знала, а хочет ли Маша секса. Надо было поговорить, но Джабраилова не решалась, из-за чего смеялась над собой. Она всегда совершенно спокойно говорила о сексе, а тут сидит как маленькая и не может выдавить и слова. Но Надя пыталась намекать. Когда они с Машей смотрели очередной фильм, Джабраилова положила свою руку на чужую грудь. Не трогала, не сжимала, а просто, как бы невзначай. И наблюдала за реакцией Маши. Та краснела и неловко отвечала тем, что устраивала свою руку на бедре Нади. Это был хороший знак. Вот он, Новый год приближается. Президент говорит свою неизменную речь о том, какой же тяжелый был год, а Надя и Маша внимательно слушали. Правда, Джабраилова не могла проникнуться речью. Она смотрела на Маркову и кусала губы, чуть ли не до крови. Как же сильно её сейчас возбуждала эта девочка. Уже сил не было. Давай, давай, давай! 00:00. Звучат громкие куранты, объявляющие о начале Нового года. За окном пускали фейерверки. Маша радостно крикнула: — С Новым годом! — и обняла Надю. Та крепко прижала к себе девушку. — С Новым годом! И тут снова ступор. Вот, Новый год, а что делать — Надя не знает. Вот как начать? Сказать о желании заняться сексом или просто повалить Машу на кровать? — Сейчас, я маме напишу, — сказала Маркова и потянулась к телефону. Она случайно задела свою сумку, лежащую на комоде рядом с телефоном, и оттуда вылетела то, что сразу привлекло внимание Нади. — А это что такое? — спросила девушка и взяла «это» в руки. Конечно же, она знала, что «это» — пачка презервативов. Но хотелось услышать версию Маши. Та сначала не обратила внимания, поздравляя маму. Затем, повернувшись, девушка вздрогнула и ошарашенно смотрела на Надю. — Это мама дала. Я сказала ей, что у меня парень и она вот… — объяснила Маша. Джабраилова ухмыльнулась. Маркова выхватила пачку из её рук. — Я сейчас уберу. Извини. Маша положила презервативы обратно в сумку и повернулась к Наде. Девушки молчали и смотрели друг на друга. Пора? Маша приблизилась к Наде. Их лица оказались совсем близко. Настолько, что они чувствовали горячее дыхание друг друга. Маша сглотнула и приоткрыла рот, но Надя отстранилась от неё. Рука потянулась в сторону. Через пару секунд перед лицом Маши был кислый мармелад-змейка. Маркова удивлённо посмотрела на Надю. — Последний остался. Давай съедим? — сказала Надя и сжала зубами край мармелада. Маша кивнула и взяла другой край. Девушки жевали мармелад, приближаясь друг к другу. Когда они уже были на середине, Маша сделала укус, и змейка разъединилась. Девушка доела и усмехнулась. Надя улыбнулась и осмотрела её. Маркова облизывала губы. Всё, больше сдерживаться невозможно. Надя резко прижалась губами к устам Маши и поцеловала дико, страстно, словно пыталась съесть. Язык бесстыдно исследовал чужой рот. Маша тихо стонала в поцелуй. Так сложно было на него отвечать. Она не умеет целоваться так. Это потрясающе и возбуждающе. Надя, также резко, переворачивает Машу, опуская её на кровать, не прерывая поцелуй. Маркова чувствует, что ей становится тяжело дышать, но прекращать не хочется. Ноги раздвигаются, давая понять, что Маша уже готова на всё. Руки Нади пролезают под пижаму, наконец-то касаясь такого желанного тела. Маркова вздыхает, разрывая поцелуй. Она больше не может. Надя отстраняется. Девушка под ней кашляет и глубоко вдыхает. Джабраилова ухмыляется и целует щёки. Находясь близко к уху, девушка облизывает его и слегка кусает мочку. Маша ахает. — Je te veux tellement, Masha! — шепчет Надя. Маша чувствует, как течёт от этих слов, сжимает футболку Нади и вжимает голову в кровать. — Je te veux aussi! Надя вздрогнула — Маши чуть надломился голос, став таким сексуальным. Надя целует шею и чувствует, как девушка под ней вздрагивает от каждого касания губ. Джабраилова ухмыляется. А вот и эрогенная зона нашлась. — Нравится? Шея — твоя эрогенная зона, да? — спрашивает Надя. Маша не знает. Она об этом не думала. Ей всегда нравились поцелуи в шею, поглаживания и даже облизывания, но Маркова не считала это чем-то особенным. Надя целует, облизывает, кусает, чем просто сводит Машу с ума. Она выгибается, тихо стонет, а в ногах чувствуется вибрация. Девушка чувствует, как кто-то облизывает её щеку. Сначала Маша подумала о Наде, но язык был довольно шершавый, да и Джабраилова активно занималась вылизыванием шеей. Маркова открыла глаза и увидела двух котов, тихо засмеявшись. Надя удивлённо хмыкнула. Повернувшись, девушка сама усмехнулась. Они с Машей погладили питомцев, а затем Джабраилова взяла котов и вывела их из комнаты, закрыв дверь. — Чуть не забыла! Я хотела тебе кое-что показать, — сказала Надя. Маша увлечённо посмотрела на неё. Девушка подошла к шторам и полностью закрыла их, подбежала к тумбе и нажала на какую-то кнопку. Маша подняла голову и увидела на потолке гирлянду в форме звёзд. Фиолетовый цвет освещал спальню. Девушка ахнула от такой красоты. Надя села на её ноги. — Ты же любишь звёздное небо. Я хотела воссоздать его в своей спальне. Надеюсь, получилось, — сказала Надя. Маша посмотрела на неё пылающими глазами, а улыбка не сходила с лица. — Надь, это так прекрасно! У меня… У меня просто слов нет! — ответила Маша. Джабраилова ухмыльнулась, приблизившись к уху Марковой и прошептала: — Ни что в этом мире не сравнится с твоей красотой! Маша вздрогнула и закусила губы. Она сейчас так течёт. Надя смотрела в глаза, а руки потянулись к краям пижамы, медленно поднимая ткань вверх. Маша не дала закончить начатое. А вдруг моё тело отпугнёт Надю? Джабраилова, по лицу Маши поняла, что она стесняется своего тела. — Tu es si belle, mon amour! Ne sois pas timide, je veux tellement te voir sans vêtements! — сказала Надя. Маша сглотнула и подняла руку вверх, давая согласия на снятие пижамы. Руки медленно тянут вверх и снимают такую ненужную сейчас пижаму. Надя аккуратно кидает её на пол и осматривает Машу. Девушка облизывает губы и сглатывает. Худое тело и грудь среднего размера. Надя не понимает — чего тут вообще можно стесняться? Маша смотрит вниз и сжимает простынь. Надя слегка нагибается к ней и целует. Руки давят на чужие плечи, заставляя Машу упасть на кровать. Голова расположилась на мягкой подушке. Глаза в глаза. — Tu es si sexy que je perds la parole! — сказала Надя. Маша облизнула губы. — Je te veux follement! Надя улыбнулась уголками губ, спустилась ниже и принялась выцеловывать грудь. Маша ахнула и глухо простонала, когда чужой язык стал активно лизать соски. — Моё самое чувствительное место — это соски. Мне так нравится, когда с ними играют, — сказала Надя и пальцами поиграла с чужими сосками. Маша громко простонала, но после сжала губы в тонкую полоску. — Не сдерживайся, моя любовь. Я так хочу тебя слышать! Руки слегка сжали грудь. Надя тихо рыкнула. Как же ей это нравится. Грудь Маши такая мягкая. Достаточно насладившись ей, Надя спускается ниже, целуя каждый миллиметр чужого тела. Язык облизывает живот, а пальцы слегка его царапают. От этого Маша вздрагивает и рефлекторно сжимается. Надя усмехается и даже не думает останавливаться. — Ну Надь! Ну не надо! Щекотно! — смеётся Маша. Джабраилова ухмыляется и пару раз целует живот, приподнимает голову и смотрит на Маркову. — Я у тебя первая? — спрашивает Надя. Маша слегка напрягается и думает, как правильно ответить. — Да… Нет… Ну, ты у меня первая девушка, а так нет. Я не девственница, — отвечает Маша. Надя кивает. — Это проблема? — Нет, нет, что ты! Просто интересуюсь, чтобы знать как действовать. Надя у Маши не первая. В какой-то степени, это хорошо. Снимется ответственность за первый секс, но появляется другая — Надя у Маши первая девушка. Джабраилова хочет, чтобы Марковой всё понравилось и она запомнила каждое мгновение их секса. Девушка прикидывает что-то в голове и решает не использовать свои игрушки. Пока рано, да и Надя хотела, чтобы их с Машей первый секс прошёл естественно. Надя спускается ещё ниже и медленно снимает штаны. Взору открылись красивые, длинные, гладкие ноги. Руки провели по ним, и Надя оставила пару поцелуев. Девушка целовала и стопы, от чего ноги слегка подрагивали. Надя спускалась ниже, не прекращая целовать. Остановилась у самого желанного места. Пару раз поцеловав бёдра, Надя раздвинула чужие ноги. Маша ахнула. Джабраилова издала тихий стон, увидев на трусах мокрое пятно. Рука залезла под них, и пальцы провели по половым губам. Средний палец остановился у клитора и провёл по нему. От этого Маша застонала и сжала руками простынь. Надя усмехнулась. — Tu es si sensible. Надя вытащила руку и облизнула пальцы. Так грязно и пошло причмокивая. Маша сглотнула. Настроение Нади изменилось на серьёзное. Это произошло так резко, что Маша испугалась. — Маш, помни, я могу остановиться в любую секунду, как только ты попросишь. Если тебе станет больно, неприятно или страшно — скажи и перестану, хорошо? — сказала Надя. Маша кивнула. Джабраилова осмотрела её и хитро улыбнулась. Самое время немного поиздеваться. — Может, ты хочешь, чтобы я остановилась сейчас, хм? — Нет, нет, нет! Не останавливайся! — попросила Маша. Можно даже сказать, проскулила. Надя усмехнулась. — Хочешь, чтобы я продолжила? — Да! Надя поднялась с кровати и встала напротив Маши. Девушка удивлённо посмотрела на неё. — Давай, покажи насколько сильно ты хочешь продолжения, — сказала Надя. Маша ничего не поняла и пару секунд она просто смотрела прямо. Джабраилова дёрнула бровями и облизнула губы. Маркова водила глазами вверх-вниз и, кажется, поняла, что от неё требуется. Надя хочет, чтобы она начала мастурбировать. Маша закатила глаза. Это какое-то безумие. Безумие, которое она, с удовольствием, сделает. Рука Маши спустилась к трусам, попутно потрогав тело, и быстро пролезла под них. Один палец сразу вошёл внутрь. Маше не требуется себя возбуждать — она и так уже сильно течёт. Палец медленно двигается внутри и к нему прибавляется второй. Маша тихо стонет. Голова прижимается к подушке, а ноги раздвигаются сильнее. Пальцы ускоряют темп. Маркова мычит от удовольствия. Интересно, до какого момента Надя будет просто стоять. Ещё немного и Маша сама себя доведёт до оргазма. — Ммм… Н-Надя… Надя… Ммм… — стонет Маша. Она это делает специально, чтобы посмотреть на реакцию Нади. Маркова ухмыляется, когда слышит от Джабраиловой тихий рык. Надя кусает губы чуть ли не до крови. Кажется, теперь это издевательство для неё. Девушку сводит с ума от того, как Маша выстанывает её имя. Вот же хитрая девчонка. Смогла раскрыть главную слабость Нади. И снова стон, снова имя. — Putain! — рыкнула Джабраилова и резко запрыгнула на кровать, нависая над Машей. Маркова замолчала и ошарашенно посмотрела на Надю. Та взяла её руку, которая была занята, и протянула перед своим лицом. С пальцем капала смазка, и Надя слизнула её. Маша сглотнула. — А ты молодец, моя любовь! Смогла меня перехитрить. — Я достаточно сделала для продолжения? — спросила Маша. Надя ухмыльнулась и медленно провела языком по шее. — Да. Надя быстро спустилась к ногам и стянула трусы. Джабраилова улыбнулась. У Маши и здесь тоже было всё гладко. И мокро. Надя облизнулась. Она опустила свои ноги, встав на колени для удобства. Её лицо было прямо у вульвы. Губы сомкнулись в трубочку и подули. Маша ахнула и захныкала. Надя усмехнулась. — Хочешь? — спросила Джабраилова. Маркова рыкнула. Издевается. — Дааа! Наааадь, ну давай! Ну ты же сказала, что я сделала достаточно! — жаловалась Маша. Надя засмеялась, нагнулась ближе и поцеловала половые губы. Маркова издала короткий стон, сменившийся рыком. — Ну Нааадь! — Неужели ты не знаешь, как надо просить? Ты же такая хорошая девочка, — сказала Надя. Её пальцы гладили клитор, заставляя Машу вздрагивать и скулить. Надя издевается, и ей очень нравится это делать. — Пожалуйста, солнце! — жалобно сказала Маша. Надя застыла на несколько секунд и потеряла всю свою доминантность. Солнце. Маша назвала её «солнце». Внутри разлилось приятное тепло. Надя заулыбалась, как маленький ребёнок. Хватит, ей пора возвращать свою доминантность. — Bonne fille. Надя облизнула губы и наклонилась ниже. Маша громко ахнула, почувствовав, как её вылизывают. Девушка выгнулась, а бёдра вибрировали от каждого касания. Руки сжимали простынь настолько сильно, что начали болеть. Дыхание перехватывало. В некоторые секунды казалось, что Маша вообще забывала как дышать. Хорошо. Сейчас очень хорошо. Да, что уж там. Сейчас очень охуенно. Эти чувства совсем отличаются от тех, что были с Антоном. Маша готова кричать от удовольствия. Собственно, это она и делает. Не сдерживает себя, как и просила Надя. Да даже если бы Маша очень хотела сдерживаться, она не смогла бы. Ей слишком хорошо. Надя довольно мычит. Она прижимается сильнее к промежности, активно лижет клитор и причмокивает от удовольствия. Вкусно. Очень вкусно. Насколько бы мерзко, грязно и пошло это не звучало, но Наде правда нравится вкус Маши. Каждая девушка особенная. Джабраилова это знает не по наслышке. У Маши вкус сладкий, такой, от которого невозможно оторваться. Ещё большее наслаждение Надя получает от стонов своей девочки. Так приятно понимать то, что приносишь удовольствие человеку, которого сильно любишь. Вот, чем отличается секс ради секса и секс по любви — чувствами, а Надю сейчас они переполняют. Девушка знает, что кунилингус она делает хорошо. Опыт есть. Поэтому нет ничего удивительного в том, что, через пару минут вылизывания, Маша приближается к оргазму. Тело начинает дрожать, и Маркова задерживает дыхание. Три, два, один. Маша издала протяжный стон. Затем она вдохнула, словно долго находилась под водой и, наконец, смогла выплыть из неё. Тело трясло, а дыхание приходило в норму. Наде на лицо брызнула влага — сквирт. Она приподнялась и облизнула губы, легла к Маше и стала её гладить. Через пару минут Маркова пришла в себя. Она так давно не ощущала ничего подобного. А может и вообще не ощущала никогда. Было жарко и холодно одновременно, казалось, что тело просто не выдержит, и разорвётся. — Вау! — единственное, что смогла выдавить из себя Маша. Надя поцеловала её в щёку и ухмыльнулась. — Это ещё не всё. Маша удивлённо хмыкнула. Не всё? Надя встала с кровати и подошла к комоду. Маркова слегка напряглась. Стало немного страшно, что Надя достанет какую-то из своих многочисленных игрушек. Маркова на это не готова, по крайней мере сейчас. Через пару секунд Надя возвращается со смазкой. Она заметила страх в глазах Маши. — Не бойся. Игрушек не будет. Не сегодня, — сказала Надя. Маша кивнула. Она поняла, чем будет заниматься Джабраилова и зачем ей смазка. Надя легла возле Маши и поцеловала. Комната наполнилась характерными звуками поцелуев. Рука Нади опустилась к самому сокровенному месту, чтобы возбудить, но этого не требовалось. Маша была мокрая. Джабраилова ухмыльнулась. Её девочка реально такая чувствительная. Рука Нади потянулась к сумке Маши и стала там шуршать. Маркова прервала поцелуй и удивлённо посмотрела на свою девушку. Удивление усилилось, когда Надя достала пачку презервативов и открыла её. — Зачем? Я могу забеременеть от пальцев? — спрашивает Маша. Надя посмеялась и достала презерватив. — Нет. Просто твоя мама подумала о тебе, потратила на презервативы. Давай не будем её огорчать. Ты же всё-таки к парню поехала, — ответила Надя. Маша стыдливо опустила голову вниз. — Надь, извини. Я просто, ну, перед мамой… Я признаюсь ей, чест- — Тише, тише, — сказала Надя, приставив палец ко рту Маши — Всё нормально. Сейчас уж точно не время, чтобы это обсуждать. И ты не переживай, ощущения не будут отличаться. В голове у Маши застыл вопрос: «а откуда Надя это знает? У неё уже было такое?». Ну конечно же было. Надя ведь опытная, у неё много девушек было. Хотя сейчас это неважно. Надя зубами сжимает край упаковки и дёргает, доставая презерватив. Также быстро и ловко она надевает его на средний палец, берёт тюбик смазки и выливает немного, размазывая. Маша сглатывает и замирает от ожидания. Палец спускается к вульве и медленно входит внутрь. Маркова прижимается к подушке. Изо рта вырывается глухой крик. Девушка сжимает губы и мычит. Ощущается дискомфорт и даже лёгкая боль. Маша руками обхватывает спину Нади и сжимает пальцы, царапая спину. Джабраилова рычит. Маркова ахнула и убрала руки. — Прости… Прости… — сказала Маша. Надя покачала головой. — Ничего, всё хорошо. Верни руки. И Маша положила их обратно, стараясь не царапаться. Палец двигался плавно. Надя то увеличивала скорость, то сбавляла обороты. Маша тихо стонала. Дискомфорт сменился на удовольствие, и девушка поддавалась вперёд, улавливая движение пальца. Поняв, что Маша привыкла, Надя добавляет ещё один палец. Маркова вздыхает и стонет громче. Джабраилова целует в шею и спускается к руке. Пальцы ускоряют темп, а Надя опускает голову и начинает ласкать клитор языком. Стоны Маши перерастают в крики. Кисть сжимает простынь, а тело выгибается. Бёдра начинают дрожать. Маша приоткрывает рот, закатывает глаза и поднимает правую ногу. Через несколько секунд девушка издаёт протяжный стон и падает на кровать. Надя вытаскивает пальцы. С одного снимает презерватив и кидает его на пол. Девушка морщится, чувствуя лёгкую боль в руке, смотрит на глубоко дышащую и дрожащую Машу. Надя ложится возле неё и обнимает. Рука нежно поглаживает спину, пытаясь успокоить Маркову. Ей надо прийти в себя. Через пару минут Маша чувствует себя многим лучше. Она обнимает Надю в ответ и целует в шею, слегка отстраняется и смотрит в глаза. Такие красивые. Маркова улыбается и проводит по чужим волосам. Сердце внутри ёкает, разнося тепло по всему телу. Как она любит Надю. Своё солнце. На смену нежным чувствам приходят эротические, когда Маша осматривает Надю и понимает, что она в одежде. Маркова хитро улыбается и запускает руки под футболку, гладя тело. — Ты одетая, — говорит Маша. Надя ахает и облизывает губы. — Хочешь это исправить? Маркова,сразу переворачивает Надю на спину и садится на бёдра. Футболка летит на пол настолько быстро, что Джабраилова даже не успевает ничего осознать. Маша целует шею, а руки трогают грудь. Надя тихо мычит. Маркова вспоминает про чувствительные места своей девушки и спускается чуть ниже. На пару секунд она зависает, осматривая грудь. Маша ласкает один сосок языком, а другой слегка сжимать пальцем. Надя вздрагивает и тихо стонет. На лице появляется довольная улыбка. Маша ласкает соски довольно долго. То один, то другой. Языком, пальцами. Надя от этого получает дикое удовольствие. Она жалобно мычит, давя на плечи Маши, намекая, что надо заканчивать с прелюдией. Маркова понимает и опускается ниже. Штаны слетают также быстро, как и футболка. А вот трусы Маша снимает медленно. Мучительно медленно для Нади. Когда они были сняты, Маркова теряется. Она осознает, что ничего не умеет. Девушка совсем не знает, как удовлетворить Надю. Маша снова застывает, а внутри появляется паника. Джабраилова заскулила. — Маш… Если ты остановишься сейчас, я тебе этого никогда не прощу! — сказала Надя. Маркова дёргает головой и кивает. Она опускается на локти. Ноги перед ней раздвигаются и девушка сглатывает. Что делать? Маша выдыхает и опускает голову, целуя половые губы. Дальше зайти она не может. Так боится, что сделает всё плохо. Маша поднимает взгляд и находит смазку. Девушка быстро берёт её и выдавливает немного на свои пальцы. Тюбик она кладёт на пол. Мутная смазка стекает по пальцам. Маша выдыхает и плавно вводит внутрь средний. Это было настолько медленно, что Надя решила, что над ней издеваются. Но нет, Маша просто безумно боялась причинить боль. Палец двигался также не быстро. Надя громко дышала и постанывала. Она чувствовала, что Маша боится сделать больно и это так умиляло. Джабраилова улыбнулась. Так о ней ещё никто не заботился. Со временем Маша осмелела, добавила ещё один палец и движения стали более быстрыми. Надя ёрзала на кровати и громко стонала. Маркова была уверена, что это было показательно, ведь девушка всё никак не могла прийти к финалу. Рука Маши начала уставать, но её действия ни к чему не приводили. — Я всё плохо делаю, да? — спросила Маша. Надя ахнула, сначала вообще не поняв, откуда звук. Затем девушка отрицательно покачала головой. — Нет… Нет, всё хорошо… Просто мне нравится кунилингус. Я кончаю только от него, — сказала Надя. Маша вытащила пальцы и сглотнула. — Надь, я не умею… Тебе не понравится… Я не смогу довести тебя до… — Маш, не бойся, всё у тебя получится! Главное — расслабься и делай так, как можешь. Маша кивнула. Сейчас останавливаться нельзя. Это будет просто неправильно, да и девушка не хочет. Поэтому Маркова делает глубокий вдох и выдыхает. Она устраивается поудобнее и опускает голову. Язык медленно проводит по половым губам, а во рту чувствуется солёный вкус. Маша не особо понимает, нравится он ей или нет, но сейчас это не важно. Маркова закрывает глаза и просто водит языком вверх-вниз. Неумело. Маша лижет ну очень неумело, но Наде это безумно нравится. Она чувствует дикое наслаждение от каждого прикосновения. Девушка не сдерживает стоны, а ноги кладёт на спину Маши и прижимает её сильнее. Девушка тихо ахает, но продолжает. Хотя ей уже становится тяжело, но это не главное. Языком ускоряет темп. Маша лижет уже более уверенно. Она нашла клитор и тратит все оставшиеся силы на него. Надя выгибается и протяжно стонет. Тело дрожит, а ноги сводит в приятной судороге. Ещё пару движений языка и Джабраилова падает на кровать, издав глухой крик. Маша чувствует, что ей что-то брызнуло на лицо и поднимает голову. Она выдыхает и облизывает губы. Маркова дёргает губами, пытаясь разобрать вкус. Не получается, но девушка понимает, что ей понравилось. Маша ложится возле Нади, лишаясь каких-либо сил. Джабраилова восстанавливает дыхание и гладит чужую руку. Маша целует в лоб и смотрит в глаза. — Сильно плохо? — спросила Маркова. Надя выдохнула, прийдя в себя. Она проложила руку на щеку Маши и улыбнулась. — Это был лучший секс за всю мою жизнь! Маша не поверила, хоть и слышала искренность в словах Нади. Маркова была слишком усталая, чтобы ещё что-то сказать, как и Джабраилова. Обеим просто хотелось спать. У Нади хватило сил встать и выключить гирлянду. Затем она взяла верхнюю одежду с пола и легла обратно в кровать к Маше. Девушки укрылись одеялом и поцеловались. — Спокойной ночи, дорогая, — сказала Надя. Маша зевнула и прижалась щекой к подушке. — Спокойной ночи, солнце. Девушки уснули моментально. *** Маша не знает который час. Кажется, ночь. Девушку будят крики за дверью. Она приоткрывает глаза, пытаясь что-то разобрать. — Уходи из моей квартиры! — Вообще-то — это и моя квартира тоже! — Вообще-то — проваливай отсюда, я сказала! Нахера ты припёрся сюда? Мы же всё решили! — Хотел поздравить с наступившим! — С наступившим! А теперь пошёл вон! — А что ты меня так прогоняешь? Я что, помешал тебе? — Да, помешал! Своим существованием! — Чё, трахаешься с кем-то? Дверь в спальню закрыта! Послышались шаги. Маша не понимает, что происходит. Она всё ещё спит. — Не трогай дверь! Проваливай отсюда! Тебе на каком языке сказать? — Чё, тёлка там какая-то? — Я тебя сейчас ударю! Пошёл вон! — Ну ладно, ладно! Удачи тебе тут! — И тебе тоже! Больше Маша ничего не слышала. Она закрыла глаза и провалилась в сон. *** Маша открывает глаза. Она зевает и потягивается на кровати. Солнечные лучи освещают спальню через приоткрытые шторы. Маркова улыбается. То, что было ночью, казалось сном. Было так хорошо, что сложно поверить в реальность происходящего. Маша даже засомневалась. Но на потолке висела гирлянда в виде звёзд, а на кровать запрыгнула кошка. Маркова повернула голову и облегченно выдохнула. Котана. Значит, точно не сон. Маша погладила кошку, медленно поднялась с кровати. Пройдя мимо зеркала, девушка заметила, что на ней только футболка. Найдя трусы и штаны, которые лежали, сложенные на тумбе, Маша надела их и вышла из спальни. Котана резво последовала за ней. Девушка зашла в ванную, умылась и почистила зубы. Кошка всё это время сидела возле неё. После водных процедур, Маша сходила в туалет и вышла из ванной. Она снова потянулась и пошла на кухню. Котана продолжала следовать за ней. На кухне была Надя. На столе лежали пластмассовые контейнеры из доставки. Джабраилова услышала шаги и улыбнулась. — Доброе утро, — сказала Надя. Маша кивнула и села на стул. — Доброе. — Я заказала завтрак. Ты вовремя проснулась, его привезли пять минут назад, — сказала Надя и придвинула Маше два контейнера. Маркова открыла один. В нём была яичница, одно яйцо пашот, бекон и три тоста. Во втором контейнере лежали блинчики со сгущенкой. Недолго думая, Маша принялась завтракать. Делала она это с удовольствием и даже тихо постанывала. Надя ела и усмехалась. Она смотрела на то, как Маша слизывала с губ желток и облизывала пальцы. Джабраилова сглотнула, вспоминая бурную ночь. Когда девушки поели, они выкинули контейнеры и сели пили чай. Была неловкая тишина. Каждая хотела что-то сказать, но не решалась. Но рано или поздно, разговор должен был состояться. — Как себя чувствуешь? — спросила Надя. Маша вздохнула от нарушения тишины. Она посмотрела Джабраилову. — Хорошо, — коротко ответила Маркова и отпила чай. Надя кивнула. — Маш, если ты хочешь меня о чём-то спросить — спрашивай. Маша задумалась. Хочет. Конечно, у неё есть вопрос на который просто необходим ответ. — А правда, что со мной у тебя был лучший секс в жизни? Просто… Ну, мне кажется, что я была не очень, — спросила Маша. Надя ухмыльнулась. Она подошла к Марковой и положила руки ей на плечи и поцеловала. Это длилось недолго. Несколько секунд. — Маша, любимая. Мне ночью было так хорошо с тобой! Ты себе даже представить не можешь. Ещё ни с кем я не испытывала таких эмоций! — сказала Надя. Маркова смотрит на неё. Так чувственно, что внутри становится тепло. Маша кладёт руки на спину, пытаясь обнять, но Надя морщится. — Не так сильно, дорогая. Ты, оказывается, не только мурлычешь, как кошка, но и царапаешься не хуже. — Прости, — сказала Маша. Надя провела руками по волосам и поцеловала в щёку. — Ничего. — Я люблю тебя, Надя! — говорит Маша. Так внезапно. Джабраилова обнимает её, крепко прижимая к себе, словно Маркову могут украсть. — И я тебя люблю, Маша! Их объятия сопровождались мурчанием котов. Котана потёрлась о Пуха и легла на его живот, уснув.