My blessing

***

В участке с самого утра чувствовалось напряжение. Галпин был недоволен результатами следствия, поскольку вывод был один — мэр отравился кофе, а следовательно под подозрением находился сын шерифа, работающий бариста во Флюгере. Мужчина гневно ходил из угла в угол, в то время как его помощница держала в руках заключение экспертов. — Я не верю! Мой сын невиновен! — бросался Галпин. — Это все та девчонка! Я в этом уверен! Ее не просто так покрывают, они что-то задумали против моего сына! Они хотят его подставить! Эти отвратительные изгои!.. — эти и многие другие выражения все утро звучали в участке, и каждый проходивший мимо кабинета шерифа, поворачивал обратно, не желая попасться под горячую руку.

***

По мере раскрытия новых подробностей уже известных ей историй Уэнсдей все больше начинала хмуриться. Ей не нравилось поведение преподавательницы, и по мнению девушки она что-то пыталась скрыть, а ее поступки — не что иное как манипуляции над ее соседкой. Едкие комментарии присутствовали во время их беседы, на что Мэри старалась не обращать внимания, но в конце она все же решилась высказать свое представление сложившегося. — Знаешь, когда мисс Торнхилл рыдала у меня на плече, мои глаза ярко загорелись, и я почувствовала очень мощные эмоции. — начала свое предположение Мэри. — Она говорила правду, но кое-что меня смутило… Во время этих эмоций промелькнула еще одна. Она была похожа на… скрытность. — девушка взяла темноволосую за плечи. — После твоих слов о том, что Мэрилин может что-то недоговаривать, я действительно об этом задумалась. Я вздрогнула, когда почувствовала это, значит, оно имело какое-то значение. Торнхилл действительно что-то скрывает от нас, даже от меня. — на последних словах девушка отвернулась от Аддамс. — Я знаю, кто нам поможет. — после недолгого молчания заговорила Уэнсдей. — Судя по тому, что я узнала, ты в хороших отношениях с директрисой Уимс. — темноволосая еле заметно передернула губами. — Она может знать больше о Торнхилл, чем нам известно. В конце концов она принимала ее на работу, и я считаю, что будет разумным сходить к ней и поговорить. — девушка осторожно положила руку на спину соседки, как бы приобнимая ее. Мэри на секунду задумалась, да, это было верным решением. Большего она не могла сделать, а Уимс действительно может знать о преподавательнице больше других. В итоге девушка решила идти за ответами на свои вопросы к директрисе по совету Аддамс. — Пойдем со мной? — она повернулась обратно. — Ты же теперь в курсе всего. — Не думаю, что я буду там полезна. — Уэнсдей слабо улыбнулась. — После моих выходок Уимс меня не особо жалует. Поверь, ты справишься и сама. Я же в тебя верю. — и с этими словами девушка вернулась на свою половину комнаты. — Давай, ну-ка, кыш! Иди к ней! — она сделала жест выпроваживания, ухмыляясь удивленной реакцией девушки, которая все же неохотно вышла за дверь. После ухода Мэри Аддамс повернулась к рабочему столу, на который вскарабкался Вещь. — Ты сам все слышал. Торнхилл явно ей манипулирует, только она слишком добра к ней. — девушка скривилась при этой мысли, на что Вещь по своему качнулся. — Да, ты прав. Я доверяю Мэриэнн, но будет лучше, если мы за ней присмотрим. — Уэнсдей оглянулась на дверь. — Я присмотрю.

***

Девушка не спешила к директрисе. Она хотела прийти хоть немного подготовленная к разговору, заранее зная, что будет говорить. Но мысли снова начали путаться, скорее всего она не выспалась, ведь с Мэрилин хоть и было комфортно, но заснуть удалось только под утро. Мэри добрела до кабинета директрисы, так и не придумав толкового объяснения, но как и в первый день, медлить было нечего, ведь она уже здесь. Ученица быстро постучала, на что получила приглашение войти. — Мисс Вордвелл, доброе утро! — лучезарная улыбка украсила лицо Уимс. — Проходите, присаживайтесь. — она жестом указала на одно из кресел. — Ты, вероятно, пришла спросить о мисс Аддамс? Неожиданно, что она так быстро пошла на поправку именно после твоего приезда, правда? — продолжила старшая, когда девушка закрыла дверь кабинета от посторонних наблюдателей. — Здравствуйте, мисс Уимс. — девушка не ожидала такой быстрой смены обращения к ней, но поняла, чем это было обосновано. — Нет, о самочувствии Уэнсдей я и так знаю. Мы только что разговаривали. — ученица присела на одно из кресел. — Я бы хотела поговорить о Мэрилин Торнхилл — преподавательнице ботаники. — Мисс Торнхилл? — директриса явно была удивлена, слегка подняв брови. — И что же ты хочешь о ней узнать, Мэриэнн? — сложив руки в замок, она внимательно смотрела на младшую в ожидании. — Все! — коротко и ясно произнесла девушка. — Неужели? — Уимс неожиданно быстро поднялась с места и подалась вперед, облокотившись руками о стол. — А ты уверена, что еще не знаешь о ней все? — голубые глаза словно прожигали насквозь. От такого ответа дыхание Мэри заметно участилось, она быстро перебирала все возможные догадки в голове, пытаясь хоть как-то объяснить реакцию старшей. — Что вы имеете ввиду? — немного хриплым голосом спросила она. — Я знаю, что ты довольно много времени проводила с мисс Торнхилл. — блондинка перешла к углу стола. — Не отрицай этого, дорогая. — внутри младшей словно заиграла сирена, воздуха в легких стало критически не хватать, моментально горло будто выжгло, из-за чего девушка не могла сказать ни слова. Уимс отметила реакцию ученицы и поспешила принести ей стакан воды. Собеседница присела на соседнее кресло, уже мягче глядя на младшую. — Не стоит так переживать. Да, мне это было известно. — неожиданно продолжила старшая, продолжая следить за Мэри. — Ярмарка, библиотека, ночь после Вороньего бала… — Уимс опустила взгляд. — Я же знаю, что вы общались с Мэрилин. Ведь так ты привыкла ее называть наедине? — и снова этот участливый взгляд, только теперь он был полон тоски. Молчание было для Ларисы положительным ответом, на что она продолжила: — Я видела вас вместе… чаще, чем общаются преподаватель и ученик. Так неужели ты думаешь, что за все это время мисс Торнхилл не рассказала тебе все о себе? Прошло около 20 минут в полном молчании. Директрисе больше нечего было сказать, и она сидела, обхватив себя руками, лишь изнуренно глядя в пол. Младшая медленно приходила в себя после всего услышанного. Она не знала, что еще говорить. Ответ был ясен — девушка и так знала о преподавательнице больше, чем сама директриса. Но взамен ее вопросам о Мэрилин появились другие. Лариса неожиданно встала с места, собираясь пройти обратно за стол, но была остановлена мягким прикосновением за запястье. Повернувшись к Мэриэнн, она столкнулась с ярко-зелеными глазами, от которых ее собственные зрачки на секунду расширились. — Вам не все равно… Ведь так? — с болью в голосе произнесла девушка. Пару минут, глядя друг на друга, прошли в молчании. Лариса не могла пошевелиться или не хотела, а в бездонных голубых глазах все по прежнему стояла печаль, затягивающая в эту неприятную пучину своих запутанных чувств. От нежной руки, державшей ее аккуратно, но крепко, то и дело пробегала волна мурашек. Было это еще одним проявлением способности девушки или это были ее собственные ощущения, Уимс не пыталась себе объяснить. Мэри в этот момент читала Ларису как открытую книгу. Эмоции были немного схожи с Мэрилин, но было в них и что-то свое, принадлежавшее только директрисе. Резкий рывок входной двери, и обе уже стояли на расстоянии друг от друга. Вбежавшая посетительница не сразу оценила обстановку в кабинете главы академии. — Мисс Уимс… — запыхаясь, начала она. — Мэр в больнице… Умер! — Торнхилл осознала, что в кабинете находится ученица, и в этот мгновение на ее лице отразилось удивление, быстро сменившееся на прежний вид. — Что? Мисс Торнхилл? Мэр? — директриса будто с трудом воспринимала информацию. Ноги подкосились, и она тяжело спустилась на кресло, на что с испугом отреагировала Мэри, резко оказавшись рядом. Спустя время, которое понадобилось на осмысление ситуации, Уимс встала и ровным строгим голосом произнесла: — Мне нужно уехать в город. Не знаю, сколько это продлится, но полагаю, я задержусь. — она измученно посмотрела на ученицу. — Я поеду с вами! — неожиданно выпалила Мэри. — Нет! — громко воскликнула Торнхилл. — Вам нечего там делать, мисс Вордвелл. — более спокойно продолжила рыжеволосая. — Вы останетесь в академии. — карие глаза сверлили девушку. — Но… — хотела было возразить Уимс. — Так будет лучше. — продолжала настаивать преподавательница. — Я присмотрю за ней. — переключая внимание на старшую, строгим тоном произнесла Мэрилин. Мэри быстро обдумывала свои слова: — Хорошо. Я останусь с мисс Торнхилл. — и услышав положительный ответ, рыжеволосая скрылась за дверью. — Мэриэнн… — полушепотом произнесла Лариса, с мольбой глядя на девушку. — Ничего, мисс Уимс. — устремив глаза в пол, начала ученица. — Может, оно и к лучшему. У каждой будет время обдумать свои чувства. — и спокойные зеленые глаза столкнулись с печальными голубыми. Девушка тихо вышла за дверь, где ее ждала Мэрилин. Она подхватила младшую за руку и быстро повела подальше от кабинета директрисы.

***

В участке работа шла полным ходом. Новость о смерти главы города быстро разнеслась по отделению. Директрису, как одну из свидетелей происшествия, вызвали на повторный допрос. — Мисс Уимс, вы же понимаете, что может за собой повлечь сокрытие информации от правоохранительных органов? — шериф ядовитым взглядом смотрел на статную фигуру напротив. — Мистер Галпин, я уже несколько раз повторила вам все события той встречи с мэром в кафе. — устало отвечала блондинка. — Если это все, для чего вы меня вызывали, то вы лишь напрасно потратили и мое и свое время. — она поднялась с места, решаясь покончить с этим невыносимым допросом. — Тогда зачем вы покрывали девчонку?! — яростно выплюнул шериф ей вдогонку. — Не смейте так ее называть! — развернувшись, Уимс ударила кулаком по столу, чего явно не ожидал мужчина. В голубых глазах кипела ярость, от чего Галпин замолчал, понимая, что ничего не добился своей выходкой. Глава академии Невермор быстро покинула ненавистное ей здание, ведь далее предстояли похороны мэра города Джерико.