Ведь звёзды днём не гаснут

Серое небо смешалось с серым морским воздухом. Шторм начался ещё вчера вечером. Волны поднимались на огромную высоту и обрушивались друг на друга, желая утопить. Сыпучий песок был застлан штормовыми водорослями. Где-то вдалеке кричала чайка, жаловавшаяся на пропавший в глубокой пучине обед. На фоне этого буйства различался чёрный силуэт. Он сидел на краю высокого обрыва и смотрел вниз, желая быть судьёй поединка волн. Это был парень, сгорбившийся под тяжестью рухнувших небес. Его бледное лицо плохо выражало эмоции. Всё, что он чувствовал, было только внутри. Его крик о помощи был тих и едва различим на фоне бушующего океана внутри мальчика. Каково это, когда твои мысли полностью перемешались? Когда ты не можешь вернуть себе контроль над телом… Парень был беспомощен. Он тонул без воды, и спасти его мог только он сам.

***

Перед его глазами встала их первая встреча. Мальчик впервые пришёл на это место в свои 10 лет и обнаружил там своего будущего лучшего друга. Тэхён сидел, свесив ножки с опасного выступа, смотря вниз на тихое, безмолвное море. Сюда он приходил каждый день, но вот, его покой нарушил другой мальчик. Новое лицо — это была редкость для такой местности. Тэхён дружелюбно посмотрел на мальчика и отошёл от края выступа. — Кажется, ты здесь новенький? — Тэ решил первым начать разговор с незнакомцем. Чонгук был не очень-то и разговорчивым парнем. С самого детства его семья часто переезжала, поэтому друзей у Гуки не было. Отсюда и пошла та скромность и молчаливость, присущая мальчику. Он нервно сглотнул и заговорил: — Я Чонгук. Мы переехали сюда недавно. А кто ты? И почему сидишь на краю пропасти? — это могло показаться немного резким, но Тэ нисколько не смутился и улыбнулся: — Я Тэхён! Живу здесь уже очень давно. Рад с тобой познакомиться. Посидишь со мной? Тут открывается невероятный вид! — Разве это не опасно? — Чон с подозрением взглянул на Тэ, но всё же сделал шаг навстречу мальчику. — Страх всего лишь иллюзия. Мне нравится здесь сидеть. Обещаю, что не дам тебе упасть. — он протянул руку Чонгуку, и тот с радостью за неё ухватился. Они сели на край обрыва вместе, свесив ноги верёвочной лестницей. Так они просидели около получаса, вдыхая морской воздух и всё больше сближаясь друг с другом. — Хочешь я тебе кое-что покажу? — Тэхён засунул руку в карман штанов и выудил оттуда что-то очень ценное для него. — Это янтарь — камень солнца. Его редко тут встретишь. Всё-таки не здесь его Родина. — Тогда где ты его нашёл? — Чонгук принял из рук мальчика находку и восхищённо осмотрел её. Камень был небольшой, с каплю дождя, однако это придавало ему ещё большую ценность. — Он лежал на берегу. Должно быть кто-то обронил его, а море принесло его мне. Я верю, что это была сама принцесса! Гук хотел рассмеяться, но понял, что ему нравится, как мальчик смотрит на этот мир. Ему самому не хватало чуточки волшебства и фантазий, чтобы быть счастливым. С тех пор они встречались у обрыва каждое утро. Чонгук не боялся сидеть у обрыва и часто начинал разговор первым. Тэхён казалось, что он нашёл ту самую недостающую частичку себя в Чонгуке. Они стали лучшими друзьями.

***

Воспоминания накрывают Чона с головой. Перед глазами встают 13-летний Чонгук и Тэхён, которые вновь встретились у обрыва. — И так, Гуки, мы знакомы уже очень давно, а значит пора тебе познакомится с моим другом. Чонгук немного смутился. Он не знал, что у Тэхёна есть ещё друзья. Ему казалось, что он единственный и самый близкий человек мальчику, поэтому с подозрением спросил: — Друг? Что ещё ты от меня скрывал? Тэ тут же уловил неприятный осадок у своего друга. За 3 года он научился считывать все эмоции Чона. Он разразился хохотом и сбивчивым голосом произнёс: — Ты что, ревнуешь, Гук? — Не неси ерунды. Ну, где твой друг? — по лицу Чонгука можно было отчётливо прочитать недовольство, которое в секунду исчезло, когда Тэхён указал в сторону горизонта. — Что ж, пора тебе познакомиться с Морем. — Это и есть твой друг? За эти годы Чонгук привык к странностям Тэхён, они даже нравились ему, однако такого раньше ещё не было. — Конечно! До тебя он был самым близким мне. Показать, как разговаривать с ним? Чон немного огорчился, узнав, что до него у Тэхёна вообще не было близкого человека, однако от предложения не отказался. Тэхён велел ему найти большую ракушку, поэтому Чонгук начал шагать по всему пляжу в поисках большой и красивой ракушки. Наконец он нашёл желаемое и вернулся к обрыву. — То, что надо! — Тэ достал из-за пазухи свою ракушку. Она похожа на находку Чона, но была более изящной и пятнистой. — Ты готов? Давай, скажи ему что-нибудь. Ну же, смелее! Он ответит, обещаю. — Тэхён подбадривающе похлопал друга по плечу. Тот расправил свои плечи и громким голосом произнёс: — Привет, Море! Я хочу спросить тебя: сколько ещё продлится это счастье? Да, я действительно счастлив. Это и есть та самая молодость? Тэхен оживлённо захлопал и с гордостью взглянул на друга. — А теперь приложи ракушку к уху и жди ответа. Возможно он услышал лишь непонятный шум, но и этого Чонгуку было достаточно. Лицо мальчика озарилось искренней улыбкой.

***

Чонгук стал ещё мрачнее. Он пытался сдерживаться, но слёзы всё равно выступили на глаза. Гук приложил руки к щеке и попытался смахнуть несколько слезинок, но вскоре слёзы полились потоком, словно волны. Больше он не мог контролировать это. Бушующее море всё-таки поглотило Чона. Буквально через год после того дня у Тэхёна нашли рак мозга. Казалось, что это совсем его не заботит. Тэ по-прежнему улыбался и веселился с Гуком, однако стали случаться резкие приступы боли, от чего Тэхён медленно оседал на землю, держа руки у висков. Это чертовски пугало Чонгука. Он просил друга оставаться дома и почаще ездить в больницу, но Тэ отказывался, говоря, что серые стены больницы напрочь убивают всё его воображение. Ещё через год Тэ сделали химиотерапию, от которой мальчику должно было стать лучше. Гук стал реже видеть друга, однако это его только радовало. Он надеялся, что вскоре они снова встретятся здесь, на склоне. Чонгуку вспомнился тот роковой вечер, который наковальным звоном отражался в памяти.

***

Чон не знал, что ему делать. Пол часа назад звонил Тэхён и сказал, что им срочно нужно встретиться. Гук волновался за друга, ведь тот должен был ещё неделю лежать в больнице на реабилитации. После звонка парень побежал к их месту у обрыва. Тэхён уже сидел там, зачарованно глядя на появляющиеся звёзды. — Тэ! Что случилось? Какого чёрта ты здесь? Как же больница? Я сейчас же отвезу тебя туда! Тэхён улыбнулся и тихонько засмеялся. Чонгук не видел его месяц. За это время Тэхён исхудал и заметно побледнел. Большие тёмные мешки лежали под глазами и придавали мальчику ещё больший болезненный вид. Чона это очень сильно расстроило, однако он не подал и виду. — И я рад тебя видеть. У меня есть серьёзный разговор, садись. — Тэхён указал на местечко рядом с ним. Слова мальчика ещё больше напугали Чонгука. Он сел рядом с Тэ и нервно сжал кулаки. — Что за разговор? — Перед тем, как я это скажу, пообещай, что будешь сильным до конца. — Какого конца, Тэ! О чём ты… — Гуки, это наша последняя встреча. — сказав это, Тэхён повернулся к другу. Чон увидел слёзы на глазах Тэ. Они тоненькой струйкой стекали по красным щекам мальчика. Лишь они придавали Тэхёну живой вид. — Гук, я скоро умру, понимаешь? — слова давались Тэхёну с трудом, однако Чонгуку было ещё тяжелее. Его дыхание резко замедлилось, кулаки сжались ещё сильнее, а взгляд стал пустым. Таким он и останется. Тэ продолжал говорить: — Я обманул тебя… Химиотерапия не помогла! — Стой, — Чонгук наконец вернул себе дар речи, — но ведь есть ещё разные способы спасти тебя. Я уверен, что мы найдём выход! Это не конец. — Гуки… Мне не помочь, да и я устал. Ты же видишь, как мне тяжело с этим бороться. Может стоит просто отпустить меня?.. — Но я не справлюсь! Я не смогу без тебя! Скажи, что это шутка… — Я не могу… Не могу снова обманывать тебя! Завтра я уеду в больницу и… — Ты не умрёшь… — Умру. Я чувствую это. Иначе бы не пришёл сейчас сюда, — его голос неожиданно сорвался, поэтому он взял паузу, — Давай не будем о грустном в такую красивую ночь? Тэхён лёг на спину и завёл за голову руки. Чонгук взглянул на его умиротворённое лицо и тоже лёг рядом с ним. Тэ тихо смотрел на звёзды. Его слёзы практически высохли, в отличии от внезапно появившихся капелек Чона. — Я хочу отдать тебе кое-что перед своим уходом. Знаю, это покажется глупым, но я хочу подарить тебе вот эту звезду! — Тан указал пальцем на блестящую точку около созвездия Ориона. — Пусть она всегда будет с тобой. Ты же знаешь, что звёзды днём не гаснут, верно? Вот и я никогда не погасну. Чонгук ничего не ответил, а просто посмотрел Тэхёну в глаза и кивнул. — Ах, да… Есть кое-что ещё! Тэ снова порылся в штанах, как тогда, при их первой встречи и вынул кольцо. — Смотри, что я сделал. Помнишь тот янтарь? Знаю, что помнишь. Я сделал кольцо из него. Тэхён придал ему вид солнышка, которое опоясывала серебряная полоса. — Солнце ведь тоже звезда, так? Ах, я подумал, что это будет символично. Попробуй посмотреть на солнце через янтарь! Должно получится очень красиво… — Хватит, Тэ. Прекрати… Не делай мне подарков, как будто это твоё завещание! — Я знаю, Гуки, это тяжело, но ты должен прожить эту жизнь за нас двоих. — У меня не получится, ты же знаешь. — Я верю в тебя. А моя вера гораздо сильнее других. Тэхён ещё раз улыбнулся Чону. Тот лишь нервно сглотнул, понимая, что времени у них уже не осталось. — Гуки, мне нужно идти. Скоро приедут родители и заберут меня. — Постой! Нет не сейчас. Подожди ещё немного, хотя бы до рассвета. — Не могу… Может сыграем в игру как в детстве? — Какая игра, Тэ?! Сейчас? — Да. Закрой глаза и сосчитай от 5 до 1. Обещаю, что так ты сможешь меня отпустить. Внутри у Чонгука всё бушевало, переворачивалось и разлеталось в щепки. Призрачная надежда сохранить друга испарялась. Слишком жестоко закрыть глаза сейчас, когда они впечатывают каждую деталь Тэхёна, оставляя их в памяти до конца жизни. Однако Чонгук спорить не стал. Его веки медленно сомкнулись. Дрожащие губы начали отсчёт: — Пять… Четыре… Три… Два… Один. Глаза открылись и не нашли знакомого силуэта. Чтобы слёзы снова не заполонили глаза, Чонгук лёг на спину и посмотрел на небо. Там горели неподвижные звёздочки, одна из которых вскоре стала олицетворять и самого Тэхёна.

***

Море продолжало бушевать, как и душа Чона. Его рука потянулась за верёвочкой на шее, на которой было то самое кольцо. Он не смотрел через него на солнце, боясь того, что не сможет совладать с собой и своими эмоциями. Чонгук больше не слушал море, ведь он выкинул ракушку ещё в первый же день после смерти Тэхёна. Теперь парень мог лишь кричать бездушному морю, которое забрало его друга. Тучи потихоньку растворялись, и солнце выглянуло из-под их тяжести. Парень всё также продолжал сидеть у моря, напевая песню: — «Я просто хочу быть счастливее, Почувствовать тепло своих рук Они не тёплые, так что я нуждаюсь в тебе ещё больше. О, эта земля кажется такой тяжёлой…»* Его охрипший голос раздавался по морю. Казалось, что в этот момент замерло всё: бушующие волны, голодные чайки, скрипящее сердце. Он пел, посвящая песню своему единственному и как ему казалось последнему другу — Тэхёну. Закончив свою последнюю песню, он стал отсчитывать: — Пять… Четыре… Три… Два… Один… Чонгук так и не смог выполнить то, о чём просил Тэ. У него не получалось начать жить за себя и друга. Но когда-нибудь Гуки сможет вновь досчитать до «одного», навсегда отпуская ту боль.