Газировка и виски

Прошло несколько месяцев после того, как они начали отношения. — На носу новый год, а ты до сих не знаешь что хочешь, — Аз обернулся. Позади него стоял последний, глупо улыбаясь. — Чего лыбишься то? — Да просто, настроение хорошее, — Яори поднял взгляд на полки, пробегаясь по ним глазами и останавливаясь на одном предмете. — Смотри, какая симпатичная кружка. — Кружка? — первый в непонимании посмотрел на предмет посуды, потом обернулся к черноволосому пареньку: — Ты совсем ебобо? — Ну красивая же, — губы тянутся в застенчивой улыбке, когда рыжеволосого коротко целуют в лоб. — Идиот чернушный. Аз пододвинул табурет ближе к ёлке. Взобравшись на него первый буквально почувствовал, как близко он находится к потолку. Зато он мог украсить ёлку полностью. — Блять, держи там, сука, — рыжеволосый, чувствуя, как равновесие куда-то теряется. — Да держу я, держу, не ругайся, — черноглазый подал старшему украшение в виде снеговика. — Это что нахуй? — Аз взял украшение и повертел. Обычный пластмассовый снеговик с кривыми глазами-точками и токсично-красным носом. — Украшение, — Яори склонил голову. — Ты украшать будешь? За окном безмятежно сыпал снег. Оставалось пятнадцать минут до нового года. В два бокала тонкой струёй вливаются две струи напитков. У младшего — газировка, у старшего — виски. — Почему ты пьёшь виски? — чёрные глаза поднялись на младшего, в чужих глазах же сиял игривый огонь. — Потому что тебе нельзя. — Знаю, но... Первый взял за талию последнего, притянув к себе покрасневшего парнишку и шепча на ухо: — Никаких "но", Яори. Просто дай встретить новый год. За окном слышатся приглушённые взрывы фейерверков. Первый прижимается носом к младшему, а тот застенчиво улыбается. — Я люблю тебя. — И я тебя не меньше, идиот чернушный.