Die Ersätze*

Чимин уезжал. Безжалостно и бесповоротно. И Юнги сам сделал все для того, чтобы это случилось. Их отношения утратили былую лёгкость и трепетность. Все уже давно шло не так, как будто утыкаясь в серую унылую стену. Юнги знал, что стоит ему настоять и Чим останется с ним, его, для него… Но сажать в клетку своего золотого мальчика совсем не хотелось. Его пригласили солистом в Лондонский Королевский балет, поэтому нужно было найти правильные слова, чтобы он не думал, что сбегает, не чувствовал за собой вины. Уехать с ним Юнги не мог: это не останется незамеченным. Слишком известные личности потянут за собой много ненужных взглядов. Да и работать не очень удобно. Все-таки офлайн не онлайн. А к каминг-ауту никто из них не был готов. Шуга хотел, чтобы Чим сосредоточился на танце, на жизни, воспрял и воспарил. Им настоятельно требовалась передышка друг от друга, новые люди, новые впечатления. Этакая перезагрузка, которая, как знать, может стать и окончательным расставанием. – Отпускаю тебя именно потому, что люблю, здесь мы уже законсервировались. Мне-то моя студия милее всего, а тебе необходимы сцена, софиты, большое шоу… Я понимаю и не могу ничего требовать от тебя. И раздвигая границы свободы, чтобы Чим не считал нужным хранить верность при случае, резал по-живому. – Ты же понимаешь, что я не буду дрочить на твой светлый образ? Мы взрослые люди. Мне скоро тридцать пять, я даже не исключаю женитьбу. Ведь я, в принципе, не против спиногрызов, пусть бегают. Никогда не скрывал свою бисексуальность. Могу только на сто процентов пообещать, что двери моего дома всегда открыты для тебя. «А мое сердце принадлежит тебе и вряд ли это когда-нибудь изменится…». *** После завершения групповой карьеры у суперзвездных бантанов, наконец, появилась личная жизнь и они начали определяться с кругом частных интересов. Намджун уехал в американский филиал агентства продюсером, а Хосок – хореографом. Плюс оба продолжали вести собственные проекты. Поспорив практически на «камень, ножницы, бумагу» Джин и Тэхён поделили кинорынок мира: Тэхён достался корейскому дорамапрому, а Джина заполучил Голливуд. Если серьезно, Джин поехал в Штаты вместе с Джуном, а Чонгуку было вообще пофиг, где жить, лишь бы отражаться в любимых глазах своего инопланетянина. Вигуки обзавелись квартирами в Hannam The Hill и каждый чинно ехал с работы в свое собственное жилище. А то, что их апартаменты были смежными и объединёнными общим проходом, никому знать не обязательно. Шуга смог полностью сосредоточиться на творческом процессе, чем он с успехом и занялся в своем уединенном особняке. А Чимин в размышлениях о будущем пока пробовал себя там же в роли хозяюшки поместья. Своего жилья в Сеуле он не имел, только в Пусане купил квартиру для родителей. Поэтому был свободным от недвижимости гражданином мира. За долгие годы тесного взаимодействия совершенно естественным образом случилось так, что ребята распределились по парам. Пример показали самые мелкие, затем открылись лидер и хён, и на закуску суровый рэпер и бог танца также сообщили остальным о своем союзе. И только Хоби стойко остался в рядах натуралов. От ближайшего окружения скрывать однополые отношения больше не приходилось. Все уже перешагнули порог тридцатилетия, вступили в пору зрелости и сильно заигрывать с публикой, изображая ангелов, не собирались. Но и афишировать личные предпочтения в своей всё еще крайне консервативной стране не планировали. Для этого их должны были забыть поосновательнее. Жизнь под камерами научила осторожности, а уж дома за закрытой дверью каждый волен делать, что хочет. *** Спустя два года английской пасторали Чим решил вернуться. За это время у него ни с кем не сложилось, хотя от предложений разного рода не было отбоя. Но никто не мог заменить любимого, ни у кого не было такой святящейся тонкой кожи и милых черт, грубого голоса и соленых шуток вкупе с нежным личиком. Они, конечно, созванивались, но все реже и реже. Юнги обратно не звал, хотя если бы только намекнул, что ждет и скучает, Чимин тут же сорвался бы! Танцор забывался в работе. И вот контракт с Ковент-Гарден истекал, и он не собирался его продлевать. Он хотел домой, а дальше будь, что будет! *** – Только, пожалуйста, никаких отелей. Мой дом – твой дом, ты же знаешь. Тем более фанаты тебя по-прежнему любят и готовы разорвать. Я сам не встречу, слишком рано для меня. Отправлю водителя и буду с нетерпением ждать. Очень рад твоему возвращению. Шуга после разговора, стиснул зубы и глухо застонал: "Ох, как долго я тебя жду... Возвращайся уже скорее, возвращайся, единственный мой… Я не могу без тебя больше…» Чимин хотел лететь через Париж, чтобы повидаться с друзьями, но рейс туда задержали, и он решил не ждать с моря погоды, сидя в Хитроу, а отправиться сразу домой. В результате, прибыл в Сеул раньше, чем ожидалось. Он написал водителю, что встречать его не нужно и вызвал такси. Его электронный ключ работал. Пройдя в гостиную, набрал номер Шуги и сообщил, что приехал. – Ой, только давай без сантиментов! Ты забыл, где спальня? Чим ожидал, что будет неловкость, отчуждение, натянутость, что Шуга, в отличие от него, скорее всего не монашествовал. И точно. У самой двери нос к носу столкнулся с изящным юношей, выходящим из спальни. Тот вскинул на него огромные голубые глаза, сверкнув из-под блондинистой челки манящим взглядом, и поклонился в приветствии. Чимин узнал солиста группы «Аrtifical toys»**, которую Шуга продюссировал. Очень успешный проект, дуэт мальчика и девочки анимэшной внешности с приятными голосками. Продвижение было только виртуальным, живьем артистов еще никто не видел, что сохраняло своеобразную загадку. Что-то в томном взгляде, в гордом повороте головы паренька мимолетно напомнило Чимину его самого, а отсутствие в жизни Юнги целибата укололо разочарованием и ревностью. – Ах, Юни, я все-таки надеялся, хотя бы на то, что в твоей постели будет девочка, а не мальчик… От этого Чиму было бы не так обидно… – Это не мальчик, а настоящий терминатор, – посмеялся Юнги, потирая задницу. – Хотя, впрочем, девочка тоже имеется. Из-под одеяла показалась кукольное личико. Хорошенькая девушка выглядела настолько свежо, будто и не спала вовсе. – Приготовь-ка, малышка, нам завтрак, – Юнги шлепнул ее по упругой попке, и она упорхнула как облачко. – Ну, иди же сюда, – Шуга похлопал по кровати рядом с собой. Чимин присел. – Компенсация за долгие годы воздержания в группе, да? – поглядел он на закрывающуюся за девочкой дверь. – Ой, кто еще воздерживался?! – Я, – серьезно сказал Чимин, сдувая челку… – Мой первый секс был с … – Знаю… – рэпер жадно впитывал глазами свою возвратившуюся потерю. – Ты ведь пришел и, можно сказать, меня соблазнил, хотя сам был совершенно неопытен… Воспоминание о том юном бесстыдно-открытом Чимине заставило кровь бежать быстрее. Ничего не угасло, ничего не прошло: только он царит в его сердце. – Так со мной ведь? – ревниво надул губы Шуга, не принимая заминку. – Почти, – уклонился от прямого ответа Чимин. Лгать не хотелось, но и правда сейчас неуместна. – Объяснись-ка, – Шуга полушутливо-полусерьёзно нахмурился и притянул его поближе на кровать, которую Чимин осмотрел с сомнением. Тот понял его взгляд. – Не брезгуй. В своей спальне я просто сплю и сплю один. Они пришли ко мне с утра, поздороваться. Постель, действительно, была идеально чистой. – Так и? – Юнги настойчиво повторил вопрос. – Ты правда хочешь знать? Сейчас для этого время и место? – Хочу, – упрямо давил Шуга. – Тэхен… Это было единожды... Он научил, подтолкнул, объяснил, как приблизится к тебе, – потупившись, Чимин теребил бельё. – Вот жеж… – Юнги в удивлении откинулся на подушки, стукнув себя ладонью по лбу. – Мне тоже помог Тэхен. Со своим-то полом у меня опыта не было. Пришел как-то и честно сказал, что, если я лопну от спермотоксикоза, вызванного вожделением к тебе, и залью все группу, будет не айс, а я вам еще нужен. Он невообразимо тактично смог мне рассказать и продемонстрировать, что нужно сделать, оставшись при этом другом. – Ах, этот Ви… – улыбнулся Чимин. – Значит, он нам обоим указал наш истинный путь. – Значит, так… – сказал Шуга. И его уже неконтролируемо потащило-поволокло к Чимину, как бывало рядом с этим парнем всегда. Мгновенно-острое непреодолимое желание брать, обладать, владеть подчинило разум. Зарываясь губами в пышную шевелюру, мужчина беспорядочно оглаживал ладное тело, наслаждаясь формами, запахом, гладкостью, теплом. Чим напрягся, слабо сопротивляясь. – Зачем сдерживаешься? Отпусти себя. Ты ведь также скучал, как и я… Я тебя чувствую… Наконец-то, ты здесь, ты вернулся… – как в бреду шептал Юнги. – Но я с дороги… Грязный, потный… – прерывисто сглотнул Чимин, пытаясь сохранить лицо. Из Шугиной постели только что вылезли неземной красоты любовники, а он сам тут же готов раздвинуть ноги перед ним. – Если дело только в этом, вон душ. Юнги вдруг резко встал, демонстрируя белоснежное обнаженное тело, вовсе не худое, каким он его помнил, а подкачанное, рельефное, раздавшееся в плечах, и легко подхватив невесомого Чимина, направился с ним в ванную комнату. *** – Так, детки, к папочке в комнату больше не заходить. К нему вернулся его любимый мужчина, – Шуга нежно погладил Чимина по плечу, от чего тот зарделся, засветившись радостью. Хёна шагнула вперед, от чего полы халатика разошлись, явив зрителям отсутствие трусиков и точеные ножки в кружевных подвязках-банданьетках. – А если твои детки хотят в комнату к обоим папочкам? – выдохнула томно, низким голосом и потерлась носиком о его щеку, от чего Шуга обалдел. – Ого, как вы быстро учитесь… А Тэян вновь вскинул свои бездонные глазищи на Чимина, завлекая обманчивой невинностью. *** Тэхён смотрел на репетицию, которую вел живая легенда Чон Чонгук, готовящий к выходу в свет своих мальчиков-зайчиков, и понимал что между макне группы и ее лидером летают флюиды размером со слона и если они в ближайшее время не потрахаются, их дебют под угрозой. Младшего просто стопорит от близости старшего, а того клинит от него до обморочности. А еще забавно, как Чон не видит столь очевидных вещей, ставя их в пару для отработки хореографии. Тэ много снимался в кино, занимался сольными проектами и для души преподавал трейни актёрское мастерство, в котором ему не было равных. Он раздумывал, как соединить этих трепетных агнцев во имя общего дела и не разгневать Чона за флирт с детишками, поскольку вести их в объятия друг друга нужно буквально за руку, терпеливо разыгрывая любовные сцены, чтобы они через проживание задания поняли свое притяжение. Единичный в его опыте неоднозначный эксперимент с мемберами, был успешный и оправданный: все стали счастливы. Но то были его родные хены! Не может же он преподавать практический секс всем подряд. *** Вчетвером друзья собрались в логове Юнги отметить возвращение Чимина. – За наше воссоединение и твою изначальную роль в истоках наших отношений! – хохотнул Шуга. Тэхён салютуя коктейлем, хитро улыбнулся. – И давно рассказали друг другу? – Только вчера поделились, – потупился Чимин. – Ого, как долго держались! Молодцы. Но Гуку знать об этом необязательно. – Чего это мне не надо знать? – радостный Чон вернулся из туалета, щелкая по себе подтяжками. – О, это сюрприз, дорогой, – утягивая его в объятия и целуя в шею, ворковал Ви, показывая при этом у него за спиной кулак двум ржущим товарищам. – Ладно, – ответно нацеловывая своего искусителя, согласился покладистый донсен. – Люблю сюрпризы, особенно если в них фигурируешь ты… *** – Меня гнетет их присутствие в твоей жизни… Они, кстати, где? – Уехали. – Куда? – По домам, на работу, к черту! Ты думаешь у них функция лишь ублажать меня? – Ты нервничаешь, поэтому грубишь… Они или кто-то из них значат для тебя нечто большее, чем секс? – Нет, дело совсем не в этом. Блин! Я не знаю, как тебе это сказать и когда для этого будет подходящее время. Чимин поник. – Я влез и помешал тебе… Ты точно любишь кого-то… – Нет, Чимин, нет! Люблю я только тебя. – Но они тоже люди, имеют право на взаимность, а ты играешь с ними… С их чувствами… – В том-то и дело, что играю… А, к дьяволу! Не знаю, как к этому можно подготовить. Смотри сам! Юнги потянул Чимина по коридору и решительно открыл наручным электронным браслетом одну из дверей. Из-за темноты с порога ничего не было видно, но, когда они вошли свет, автоматически вспыхнул. Чимин испуганно отшатнулся, увидев на подставках две обнаженные человеческие фигуры. Обесточенные роботы. Переведя на Шугу шальные глаза, он приоткрыл рот в немом вопросе. *** – Я никогда не изменял тебе. Ни один человек не идет в сравнение. Все пусты, неинтересны, плоски… Ты – совершенство. – Значит мне надо конкурировать с машиной, – протянул ошарашенный Чимин, обходя андроидов кругом. – Ты вне конкуренции, любимый, – нежно целуя миниатюрную кисть, Шуга притянул парня к себе. Все еще опешивший Чимин внимательно рассматривал искусно вылепленный крупный член Тэяна. – Да, у меня тоже были только игрушки, но значительно меньшего размера. – Ну, значит, как-нибудь поиграем… – смущенный Шуга вытащил его за дверь. – Я правильно сходство заметил? – Неявное, но есть. Его создавали по тебе, закладывали походку, движения, речь. Но не копировали, а на основе задавали алгоритм для самостоятельного развития. Чим порывисто обнял любимого. – Я все еще под впечатлением. Да нет, я в ахуе, милый! А ты умеешь удивлять!