тысяча мгновений напролёт

      Треск пластиковых окон. Завывающий холодный ветер. Непроглядная тьма. Метель.       Холод.       День первый. Мгновение бытия.       За окном темное декабрьское утро, Саша сидел на последней парте у окна, бренно смотря на реку и лес за ней, уходящий в сторону Финского залива, пока на уроке была кромешная тишина.       Выпускной класс, экзамены на носу, ежедневное давление убивает, и пока остальные в классе работали над очередной задачей по алгебре, парню хотелось лишь отгородиться от всей этой суеты.       Такое тоскующее чувство, давящее тихой болью на сердце медленно пожирало, силы уже давно на исходе, и даже страх за будущее не дает должного пинка для каких-либо действий. В общем-то и на то, что будет дальше уже все равно. Время не даст сделать выбор, решиться на что-либо, оглянуться не успеешь а тебе уже за тридцать, и жизнь упущена.       Редкие звуки в классе были где-то далеко, за пределами мыслей Саши, подобным образом проходят почти что все уроки, собственные мечтания и переживания поедавшие изнутри, за столько лет кажись они выели все что можно было, и даже больше.       На данный момент ему хотелось конца уроков, вернуться домой, который трудно таковым назвать, и продолжить существование вне этого общества, в своем мире. В лучшем мире.       Однако, нельзя сказать что он был категорически отрешен от общества и каких-либо контактов с людьми, безусловно нет, но трудно назвать его круг общения постоянным, или желанным. В конечном итоге эти люди уйдут, да и сам парень старается не сближаться с кем-то, хоть и в глубине души, слабо проявляется желание быть таким как все, оно давно потеряло значение в мыслях Саши, ведь резко жизнь не измениться, а травмы не позволят спокойно принять на душу факт таких изменений.       Так что находясь в полном классе, он совсем один несмотря, не всегда существовавшую, доброжелательность окружающих к нему. Однако это не имеет значения. Больше не имеет.       Собственно школа как что-то побочное, как данность которую изменить нельзя. Но порой находиться здесь — куда лучше нежели дома. Правда Саша отдает предпочтение прогулкам по лесу, недалеко от его дома, либо же Финский залив, завораживающий своим видом уходящим вдаль.        Зимой эта пустынная, ледяная гладь уносит всю боль за пределы горизонта, это душевное спокойствие, мгновение остающееся холодом на сухой коже. Истинная свобода, подкрепляющаяся лететь в никуда без оглядки.       В это время кажется что...       Мысли Саши прервал столь долгожданный звонок на перемену. Облегчение окутало сердце, и одновременно с дрожью передернуло от незаконченных мыслей.  — Это все мое... — шепотом, дополнил мысль парень, не обращая внимая на суетящихся одноклассников, спешивших кто куда, — И быть может мне уготовлено что-то иное.       Неспешно собирая вещи, попутно парень доставал наушники, с целью дальше погрузиться в свой мир, он понимал что все далеко не хорошо, и его поведение в некоторых проявлениях нездорово. Однако справиться с этим в одиночку нереально.       Только Саша хотел надеть наушники, и выйти из опустевшего кабинета как его остановила учительница. С едва заметным раздражением тот остановился, ожидая пока Валентина Васильевна начнет говорить.  — Саш, ты понимаешь что таким образом не сдашь егэ? — если бы учительница говорила это редко, парень отреагировал бы нормально, однако подобное давление оказывалось практически ежедневно на весь класс, — Тебе нужно подходить к этому ответственнее, ты понимаешь что ты не сдашь, у тебя знаний ноль... Ты..       Слушать дальше этого не хотелось от слова совсем, так как крайне действовало на нервы, быть точнее их остатки. Саша понимал это все и без "удивительных" выводов Валентины Васильевны. Просто сил бороться не было, даже простейшей мотивации существовать.  — Я понял — грубо отрезал он, мигом выходя из кабинета, попутно погружаясь, обратно в свои мысли, уже, наконец-то, под музыку.       Идя по коридору парень переодически ловил кратковременные приступы дереализации, уже привычное машинальное движение пока сознание где-то вдалеке от тела, подобные вещи у него были еще с детства, и большого значения Саша этому не придавал, лишь позже понял что нормой это не назвать.       Однако это приятное чувство, то самое тоскливое ощущение свободы, ведь ты не здесь и сейчас, ты далеко от этого места. Ты одновременно тут и везде, а легкость в такие моменты неимоверно окрыляла.       Следующим по расписанию должен быть русский язык, его вела Инна Демидова, по настоящему один из немногих, хороших, и достойных людей в стенах этой школы. Сама женщина так же хорошо относилась к Саше, ведь тот без особого труда успевал на ее уроках, и тем более она поддерживала его стремление к творчеству.        Дальше шли нудные физика и химия, и после с чистой совестью можно было идти домой. Впрочем день парня особой насыщенностью не отличался, как и последние семнадцать лет. В этот день ему удалось избежать людей, но правда ли того он хотел, ответить Саша не мог.        По дороге домой, парень все так же был тих и погружен в внутреннее проживание прошлого, в коем хорошего было мало. Если было вообще. Лишь горький дым сигарет возвращал его в реальность, не давая споткнуться на ровном месте, ввиду задумчивости.       Шаг за шагом, каждый хруст снега напоминал о приближении к месту наполненному болью, ненавистью и ссорами, так называемый дом. Саша сказать не может что детство было у него крайне ужасное, но разве это не обесценивание своих проблем.       С самого раннего возраста, его окружали ссоры как между родственниками, так и в его же сторону, максимальное безучастие в жизни парня, холод, одиночество. Все подкреплялось безусловно дням проведенными наедине с собой.        В силу проблем с социализацией, Саша рос без друзей и даже какого-то контакта с другими детьми, даже наооборот, его просто не принимали, считали странным, и не скрывая смеялись над ним. Эта обида осталась и до сих пор, только вот на кого, на этих людей либо же на себя, слишком доброго, наивного.       Ошибки, боль, ненависть, унижения, насилие, кажется, в том числе эти вещи и делают нас людьми, только насколько хорошими, и правильно ли что Саша вообще жив.        Быть может это должно было закончиться еще много лет назад, или лучше вообще не начинаться. Не существовать от слова совсем.       Все страхи нашли свое место, привычные стены комнаты окутали Сашу, и несмотря на максимально неприятные события здесь, лишь в этом месте он находил необъяснимый порядок, привычное положение мыслей, словно эта комната, эта кровать была специально создана для максимально безрезультатного существования.        Максимально монотонное времяпрепровождение, хотелось поскорее закончить этот день, в надежде поспать ночью. Когда нибудь отдохнуть от поедающей тревоги, чувства упущенного.       Благо сейчас он дома один, хоть какой-то плюс, никто не будет капать на мозг о том что на носу экзамен а Саша безответственен, только и делает что спит днем. Хотя порой удается отмахнуться от таких выпадов тем что был трудный день, пробник, или еще какая нибудь чушь.       Включив музыку, лишь в одном наушнике, парень устроился на кровати под теплый плед, кажется лишь в такие моменты наступал душевный покой.       В порядке вещей было бы просто взять и заснуть, ведь на более сил не хватало, хотя, признаться честно, парня многое уже не сильно-то волновало, апатия и максимальная безучастность в собственной жизни поглощали любые тревоги.

***

      Ночь. На часах, в кромешной темноте, ослепляюще светились цифры 4:56       Признаться честно, чуть ли не каждая ночь проходила таким образом, безусловно тяжело жить в таком режиме, однако кажись лишь в момент этой тишины и одиночества, где тебя никто не трогает, и весь мир даже за пределами стен, существует лишь для тебя.       Сквозь шторы пробивался лунный свет, слегка озаряя комнату, наполняя ее своим, особенным, холодом. Что на душе, то и вокруг. Холод стал причиной жизни, чем-то привычным и фактом в жизни.       Откровенно для Саши зима прекрасное время, с трудом можно признать, что это время года дает безграничное желание жить, а все проблемы утопают в небытие. Нет. К сожалению, либо, как бы то ни было, к счастью, ведь в каком-то плане травмы, тревоги и беспокойства наполняют человека, особенно такого как Саша, ведь благодаря этому он способен еще хоть что то чувствовать.       Привычно, быстро, собравшись парень вышел из дома, в очередной раз, по одной и той же дороге, пошел в школу. Слишком рутинно. Постоянно мелькала эта мысль у него в голове.        Как бы хотелось это все изменить. Но остается лишь заполнять пустоту внутри всеми возможными способами, и в этом плане конечно музыка и сигарета его лучшие друзья. Все равно ведь терять нечего.       Приближаясь к школе, все больше нарастала тревога и общая атмосфера уставших людей, это так нагнетало, хотя и давало некое ощущение, что не ему одному плохо.        Сладкий фильтр сигареты коснулся его обветренных губ в последний раз, перед рутинными несколькими часами в школе, и каждый раз одно и тоже, горьковатый дым слегка обжигающе прошелся по горлу, и выпустив его из легких, он отбросил окурок попутно облизывая вишневый привкус на своих губах.        Хотелось делать что угодно, лишь бы не возвращаться в эти стены. И увы, ни что не могло унять эту тревогу. 

***

      Третий урок, история, трудно не догадаться чем занимается Саша. Погрузившись в очередной раз в свои мысли, он глядел на восходящее солнце, свет которого порой пробивался сквозь зимние тучи.       Получается вполне интересная аллегория, рутина Саши чем-то похожа на этот пейзаж, он словно солнце, свет и тягу к жизни которого, просто напросто ограничивают всевозможные факты.       Хотя он не столь сильно убежден в том, что не способен прожить жизнь самостоятельно, не завися ни от кого, и ни от чего. Но факт остается фактом, все события в жизни тянуться за ним по пятам, не оставляя шанса оторваться.       «Не хочу считать себя плохим человеком», твердил Саша постоянно себе в мыслях, ведь как иначе объяснить всю ту боль, которую он стерпел.  — Александр Кравченко, — на весь класс огласила Наталья Дмитриевна, явно собираясь вызвать к доске парня, который еле услышал сквозь музыку учительницу. — вставай, и иди к доске.       Неприятно.       Саша давал себе отчет о своих действиях, прекрасно понимая и осознавая свою безответственность, и как бы не хотелось ее оправдать, данный факт он принимает. Просто нет сил.  — Я... — запнулся он, — вряд ли отвечу.  — Саш... Может попытаешься? — с добротой спросила женщина, ведь она тоже понимала все больше других, и старалась относиться ко всем лояльно.  — Простите.. — тихо отрешил парень, виновато смотря на учительницу, ведь как человека он ее уважал.       Наталья Дмитриевна не стала ругать Сашу, понимая что скорее всего он после что нибудь напишет, ибо ему куда проще так, чем отвечать у доски.        В общем и целом, эта школа не было до жути ужасным местом, лишь свою долю откровенного дерьма вносили мягко говоря бестактные, эгоистичные личности, как в виде педагогического состава, так и учеников.       Снова осталось дожидаться конца уроков, сложно сказать сколько всего Саша у себя проворачивает в голове. Это как и прошлое, так и будущее, ошибки которые он совершил, и до безумия банальная тема — отношения, коих у него за почти восемнадцать лет не было ни разу. Хоть то и неудивительно, ведь в свое время он с головой ощутил на себе все  в кавычках прелести, гомофобии.       Порой хочется лишь простой заботы, любви что он не получил из семьи, и пусть это не совсем правильный подход к отношениям, но все люди не без греха. Да и лишь одна мысль об простом внимании в свою сторону, приводила его в трепет. До боли избитая тема.       Хотя как личность Саша понимает что он изменился, и по большей мере это неизбежно, так что к многим вещам парень просто безразличен. Он стал проще относиться к событиям, как бы не было больно от осознания, что он уже никогда не проживет ту жизнь как у других. Эта юность, которую он упустил.       С такими мыслями Саша выходил из школы, после окончания очередного проведенного в пустую учебного дня, попутно надевая наушники и параллельно беря пачку сигарет.        Пройдя немного в сторону забора школы, парень слегка усмехнулся от внезапной мысли о том что он проводит диалогов в голове больше чем в реальной жизни с окружающими. Даже пусто как-то. Одни лишь пожирающие мысли.       Однако сейчас он чересчур задумался, что конечно не удивительно, только вот он в кого-то врезался пока поджигал сигарету. Саша собирался молча пройти, ему особо до этого дела не было, однако этот человек был совсем другого мнения. Не на конфликт надеялся парень.  — Извиняюсь, — коротко отрезал стоящий напротив парень, который смотрел на Сашу будто на старого знакомого.       Сам Саша не сразу понял ситуацию, да и этот взгляд, его голубые глаза отражали всю серость этих будних дней но в то же время оставались кристально чистыми, отражая душу этого парня, и как показалось ему, некую усталость или боль.  — Да ничего, — через довольно-таки продолжительный зрительный контакт он ответил, собираясь уходить. В голове творилась снова полнейшая каша.       Кажись только Саша ограничился от людей, от мыслей и надежды найти парня, ведь факт того что все попытки кончались неудачей, оставили свой след. Настолько, что проще забить на отношения, ведь в первую очередь у него были свои мечты, и если когда нибудь из всего этого он выберется, то проживет каждое мгновение для себя. Не тратя время на окружающих, ведь все умрут, рано или поздно.  — Постой, — остановил незнакомец-брюнет его, собираясь рукой остановить Сашу, но тот не решился, вовремя убирая руку, — можно попросить стрельнуть сигу?       Вот черт. Думал Саша, припоминая себе, что любое проявление внимания со стороны парней не равно симпатии. Но в голове играли травмы, и сердце начинало бешено колотиться пока голова представляла себе всевозможные сценарии. Со стороны этот диалог... Если его таковым можно назвать, выглядел странно, и дабы не задерживать все это, парень дал ему сигарету, и поспешил уйти.       В этот раз уже незнакомец не стал останавливать Сашу, и поблагодарив его, добавил.  — Меня кстати Андрей зовут, — снова сказал, уже Андрей, а не незнакомец, эту фразу, словно знаком с ним.       Но Сашу мало волновали эти слова, нежели снова то, что он поддается эмоциям, а ведь обещал, обещал себе контролировать все.       Даже домой не тянет, и признаться честно он хотел бы пойти в одно из своих мест, хотя таковым его трудно назвать, ведь людей иногда там бывает немало летом, но все же это его место, ведь там порой он находит свое упокоение. И тем более сейчас зима.       Лес. Возможно банально, но парень ценил возможность прийти сюда. Хоть это и не что-то непостижимое.        Подойдя с излюбленному поваленному дереву, что было вполне неплохим подобием какой-никакой скамейки. За двадцать минут погода успела слегка переменится, если выходя из школы, солнце подавно скрылось за облаками, и поднялся ветер, то сейчас начала подниматься небольшая метель.       Тот самый холод, бывалая тревога отступает, и если бы была возможность, Саша сидел бы в одном из своих мест вечно.        И несмотря на внешнее спокойствие, к горлу подкатывает ком, его начинает немного трясти. Но слезы не идут. Он не способен на это.        Все о чем он думал, так давит, и этот... Андрей, в очередной раз он боится совершить ошибку. Всегда проще избегать людей, тогда и ошибки не совершишь.        Поднимая голову в сторону неба, облокачиваясь на ветви ели позади ствола дерева, Саша прикрыл глаза, распустил волосы, позволяя ветру их развевать.       Рецепторы словно обострились, шум дороги был где-то вдалеке, постепенно угасая на фоне завивающей холодной вьюги, хруста дерева на котором он сидит, и собственного дыхания. Правда необыкновенные ощущения, и один из исключительных моментов когда он снимает наушники. Услышать этот мир так прекрасно.       Снова приятная эйфория, мгновение где он себя находит. Наедине с собой, расслабляясь и придавая себя этой земле, природе и своему миру.       Так бы Саша и сидел, если бы не резко раздавшийся хруст ветки, кой довольно громко отразился в его ушах. А ведь он только привык к этой атмосфере, по истине умиротворяющим звукам, и тишине, что нет большую часть его жизни.       Однако просто сидеть дальше с закрытыми глазами смысла нет, в связи с паранойей парень уже много успел напридумывать, ведь как-никак он в лесу.       Но больше всего, на данный момент, он не хотел видеть этого человека. Ведь он окончательно разрушил собственный мир, ограничивающийся либо же необузданными далями, либо же, мирком метр на метр, а то и меньше, что бы никто не смог в него вторгнуться.  — Я тебя здесь раньше не видел...