За кулисами

***

      Наблюдает за тренировочной сценкой, которую все еще думают переделать. Новая актриса совсем не справляется, не верилось в ее эмоции, чувства были тверды как камень, в отличии от ее тела. Разногласие совсем не подходило к ее типажу, возможно она пыталась повторить игру Ын Хва, ведь он совмещал в себе противоположные стороны. Ноль эмоций и живописные движения туловищем, другая роль и все наоборот. Было ли это талантом или долгая, изнурительная робота над собой, все считали по своему. Но Чон совсем не обращает на это внимания. Витая где-то в потаенных уголках своего мозга, представлял как скоро он увидит свою музу в близи. Как вдохнет ее запах, дотронется до волос, посмотрит прямо в глаза, мужчина надеяться увидеть в них любовь, желание и возможно страх перед ним. Это будет лучшей наградой, никакая статуэтка за лучшую роль не сравниться с этим. О да, он прекрасно знал, что отдел по особо тяжким придет прямо к нему в лапы, и то что Ким, пришел к Змеям, просить вернуть долг. И успешно, Тайпан снова влез в долг к Тэхену, но вернул покровительство этого умного, красивого и опасного детектива. Мужчина всё знал, видел и слышал. У него связей чуть больше чем у Кима, да и такой обояшке невозможно отказать. — Давай к нам! — кричит девушка, махая рукой. — Сейчас, — в ответ так же громко отвечает ей, — и что же вы решили? — в вприпрыжку поднимается на площадку и ставит руки по бокам. — Оставим, это важная кульминация, менять её нет времени, — хрипит девушка. Чон кивает, спорить с ней смысла нет, она Мий помощник сценариста. Хотя одно его слово и перепишут весь сюжет, — покажи ей, — указывает на юную девицу. — Я тебя понял, — улыбается и встает в позу. Лицо меняется, громко выдыхая настраивается. Глаза открыты, руки вальяжно блуждают по воздуху, — нет того больше человека! Он покинул меня в тот момент когда ты решил принять путь, который не понятен мне! — нежно перебегает на другой край сцены. Смотрит на Мий Сан, бровями показывает, что ему нужен текст. — Потерял я путь, но не потерял тебя! — совсем не изящно подыгрывает девушка, держа бумаги перед глазами. — Отпусти меня, ты мне противен, — садиться на колени, эстетично поправляя невидимое платье, — я ждала тебя, того тебя! Отец не простит мне грех, что ждет меня с тобою рядом! — вскидывает руки, — я хочу плыть по морю безмятежно, с белым парусом и попутным ветром. — Я буду плыть с тобой, — продолжает девушка. — Со мной? Даже после всех моих угроз? Ты мне верен после этого, — глазки строит невинные. — Я буду тебе верен даже после смерти. — Демон, что за тобой стоит вредит тебе! Пойми, я люблю тебя, но ему не место вместе с нами! — встает и подбегает к девушке, держа ее за плечи. — Чон, я не помню твои реплики, они слишком сложные, — легонько бьет по рукам, прося остановиться. — Хорошо, — смеется, — ты поняла, суть? — поворачивает к никудышный актрисе. Та кивает уверенно.       Чон уходит в гримерку, на сегодня он отработал свое. Можно идти домой, и готовиться к совсем другой роли, это будоражило, сердце стучало сильнее. Расплываясь в улыбке закрывает дверь комнаты. Присаживается на диванчик, и вновь погружается в свои фантазии. Совсем немного осталось, нужно только подождать.

***

      Дождь осенний, моросящий отбивал ритм, свинцовые тучи, закрывали солнечные лучи. По стеклам окон стекали ручейки, а на асфальте пузырятся лужи. Чай идеально добавлял атмосферу, пар опалял лица парней. Разгоряченная болтовня, заглушала любые звуки доносящиеся из улицы. Ни что не могло отвлечь их от друг дурга. — Чон, а как давно вы покрасились? — стажер внимательно изучал волосы старшего, отросшие корни природного цвета, на вид они были мягкими как облака, пускай Пак их никогда не трогал. — Три года назад, — чешет затылок в голове вспоминая точную дату, — а знаешь кто меня покрасил? — губы кривились в солнечной улыбке, она разгоняла любые тучи. — И кто же? — подносит кружку со сладким напитком ко рту. — Сам Тэхен и покрасил — чешет кончик носа. — Что? — парень подавился чаем от такого заявления. Откашлявшись он уставился на Хосока. — Лия как-то сказала мне, что Тэхену нравятся апельсины. Ну и я недолго думая в обед сбегал за краской. И попросил его покрасить меня, — улыбается так будто сам не верил в это, — он кивнул, и мы ждали когда все уйдут, в туалете он меня и разукрасил, — не сдержав усмешку продолжил, — у него все руки были в пятнах. — Вау, но как он согласился? Вы не в курсе Чон? — Я и сам не знаю, — пожимает плечами, — так, называй меня Хёном, — кладет ладошку на плечо подбадривая. — А, хорошо, спасибо, — неловко кивнул. — Думаю меня отругает Тэхен, поэтому я проведу тебе лекцию, — закатил глаза возможно проклиная всех ученых и мир, за только ему явные темы. Рассказать надо, темноволосый всё же рассчитывает на него, — и так, спрашивай что хочешь. — Хён, можешь рассказать про районы, — тревожно ожидает ответ. — Я совсем забыл, что ты не местный, — поправляет волосы, — всего у нас 4 блока. Первый самый отрешенный и гнилой, но всё решается делом и правдой. Второй же похож на первый, но люди поприличнее и постройки поновее, — выпивает чай, от большой болтовни начинает сушить и горчить горло, — третий самый новый и могу сказать, что он как Голливуд. — Почему он такой? Ведь по логике он должен быть похож на район №2, — округляет глазки в раздумиях. — Реки, что окружают город, в них всё дело, — щелкает пальцами, — третья речка самая большая и чистая. — Я понял, спасибо хен, — сморит в окно, дождь продолжал лить, успокаивать. — Правила этого района никому не известно, только его жителям, — разводит руки в догадках, — так вот, люди должны поверить, что ты такой же как и они. Не важно поверит ли зверь, Тэхен уверен, что он знает нас в лицо, и я с ним солидарен, — поворачивает голову разминая шею.       Диалог был длинный, шумный, игристый и безумно комфортный. Иногда от фантастических историй Хосока они переходили к плану и теориям. Доля безумия в голосе Чона только придавала рассказам некий шарм. Они давно так не отдыхали, душа расцвела, глаза вернули свой блеск. А улыбка все не уходила с лица, намертво приклеилась. Ощущение легкости и невесомости, хотя оба знали, что ждет их в дальнейшим. И рыжеволосый уверен, что Тэхен светиться от счастья, но не признает этого, продолжая делать лицо — кирпичом. Лия же просит советы у матери, и Хосок знает, что девушка сходила в бар, выпила вместе с Джонсоном за успех в миссии. Старый друг темноволосого — единственное что было загадкой на данный момент. И тот безмолвный мужчина, что в стороне наблюдал за ним.       Но не все было так солнечно, рассказывая свои прошлые дела. Чон вспомнил как первый раз почувствовал страх, ощутил как кровь стремительно стыла в жилах. Это была не первая его миссия с Кимом, но ключевая в истории его работы детектива. Начинал утопать в своем прошлом:       Громогласные крики людей, оглушали и выбивали почву из-под ног. Пот закрывал обзор, а легкие больно жгли, тяжело дыша он продолжал бежать. Пытаясь сфокусировать свой взгляд на темной фигуре. — Хосок! Заходи с лева! — парень быстро покивав заворачивает за угол, и ноги начал перебирать чаще. Темный закоулок затуманивал разум, Чон вовсе не понимая как он уверенно обходит и перепрыгивает препятствия, продолжал бежать на свет. И наконец он остановился направив пистолет прямо в голову. — Стоять! Тебе некуда бежать, опусти нож, — взор стал четче и светловолосый заметил исходящую тьму от оружия, — перестань, меня твои фокусы не напугают, — только моргнув, он почувствовал, как нечто горячее окропило его кожу. Кровь. Мужчина, что угрожал ему смертью, больше не дышит. Его напарник остервенело бил тяжелым топором, и сообразив, что орудие в руках ну никак не могло быть у него в арсенале, понял — «психо» сердце застучало быстрей. Он работает вместе с человеком, что управляет тьмой, — прекрати, ты что делаешь? — закричал, пытаясь хоть как-то спасти жизнь мужчине. Но напарник не остановился, только посмотрел грозно, и Хосок замолк. Время тянулось мучительно медленно, так же медленно стекала кровь с его щеки, перекатываясь на шею. Глаза метались в попытках найти хоть что-то, и зацепившись за металлическую трубу, схватил ее. Он уже не помнил как ударил Кима, как в ответ прилетело в нос и красная жидкость ручьем потекла, смешиваясь с чужой кровью. Оба не могли остановиться, катаясь по сухому асфальту нанося удары. Как все закончилось он помнит смутно, да и вспоминать не хотелось. Лишь одно не угасло — страх. В тот день, преступник лишился руки что сжимала нож. Он не умер, и наверное до сих пор таит обиду.

***

      Потрясающий вечер, ветерок обласкивал кожу, свет фонарей отражался в лужах, от недавно проходящего дождя. Где-то в далеке слышится грай. Расслабляющая атмосфера для всех, но только не для группы людей, что жмутся стоя недалеко от входя в театр «Афина», только один из них уверенно ищет номер незнакомца. Кровь стыла в жилах, руки тряслись, стажер вовсе не боялся какого-то там маньяка, Пак переживал, что напортачит и разочарует своего старшего, бедняга так разнервничался, что ладони предательски потели как он не старался держаться уверенно. Безмолвно, тягостно смотря на Лию и Хосока, не понимал чего от них ждет. Но рыжеволосый уловил нотки страха и подошел к Чимину, нежно уложив свою руку ему на плечо, как бы показывая, что он с ним, что все будет в порядке. Девушка стояла рядом с Кимом что-то болтая ему под ухо толи отвлекала, толи читала мантру, дабы темноволосый держал себя в руках. Парень как камень смотрел то на нее медленно кивая ее словам, то на здание, где все должно произойти. Где всё должно начаться. Наконец найдя номер, набирает. И Алия отходит, это не ее дело, и она это прекрасно понимала, ей не стоит влезать туда куда не просят. — Ало, Тайпан? — секунды молчания, — твои люди на месте? — напарникам так хотелось услышать голос этого как они поняли мужчины. " Змей " гулом проносится у Чона и Сайтекс в голове. Эти сколькие гады, что безнаказанно ползали под ногами, выводили из себя. Только они не в курсе под чьими ногами ползает лидер этого клубка змей, — я тебя понял. Будь в «танцующем прахе», — отворачивается и слегка отходит, чтобы его больше не слышали. — Что это? — любопытничает Чимин. — Губительное состояние, когда используют свои способности на максимум, — начала девушка, — только годы практики могут позволить носителю «психо» не умереть от этого, — вздыхает. Она вспоминает когда Тэхен был в «танцующем прахе». Когда он убил своего друга. Когда горячая, алая жидкость вылилась из рта. Когда зрачки налились гневом. Когда безумный, до костей пробирающей смех донесся до нее. Она все это хочет забыть, но не может, как и не может виновник. — А почему оно так называется? — продолжает стажер. — Потому что, организм начинает сжирать сам себя. Это состояние так назвали давно, тогда носитель способностей сгорел заживо, тело не выдержало и начало губить себя, чтобы спастись, — ворвался Хосок, он прекрасно знал что это. Видел своими глазами, — психика ломается каждый раз когда такие как ты используете их, — Пак округляет глаза, ведь пару дней назад Ким тренировал его, и очень хорошо, не считая того, что кружка с водой который управлял младший приземлилась на голову темноволосого, и вода пролилась на одежду. Ему было так стыдно, но на его удивление Тэхен не разозлился, а улыбнулся давая понять, что все нормально, — не пугайся раньше времени, ты так побледнел. Это только с теми у кого мрак выше нормы. — Идем, — прерывает беседу попутно убирая телефон в корман черных в белую, тонкую полоску брюк. И все направились к входу в театр.       Люди третей реки, все мерзкие на лицо, а нутро их гнилое, Тэхен был в этом уверен. Гул мерзких для Кима людей стихал, когда свет начал угасать. Он был рад тишине, вздохнув как-то обреченно сосредоточился на прожекторах, что уставились на сцену. Девушка вышла медленно, она была одета в старинные одежды. Белые длинные рукава, больше были похожи на крылья ангела. Волосы темноватые заплетены в длинную косу, украшая их заколкой с неповторимым узором. — Это история о любви, — вскидывает руки вверх, — о смерти и страхе, — затихает на пару секунд, — о Демоне, что забрал жизни и погубил себя, — начинает звучать музыка. Она одновременно убаюкивала и настораживала, пробиралась под кожу и растекалась по венам, смешиваясь с кровью. Тяжелые кулисы раздвинулись, позволив увидеть, необыкновенные декорации. Живописные деревья, цветы и наряды. Музыка начинает звучать звонче. — О Демон, я взываю к тебе! — молодой парнишка стоит на коленях, руки его сложены в молитвенной позе, — спустись ко мне, молю. Услышь зов мой с неба и до реки, — парень поднимает голову в надежде, — услышь мой зов с горы и до земли. — Человечишка, ты потревожил сон мой, — вальяжно подходит к парню. Человек был в пышном черном наряде, в ножнах был меч, на лице маска, на поясе болтались два красных веера. — Демон, это правда ты? — не мог поверить своим глазам. — Да, я тот кому ты выл свои молитвы, — подходит ближе, изгибаясь в спине как змея, — чего ты ждёшь? Пощады? Может ждёшь, что навлеку на твоих врагов я тучи молний и разряды грома? — вскрикнул, в тяжелый барабан ударили, оглушающий звук и впрямь был похож на гром. — Нет же, о милый Демон, будь со мною рядом, — ползёт на коленях в ноги к рогатому, — это все чего я от тебя молю! — Быть с тобою рядом? — едко посмеивался, — ты жалок, человек. Но уловив твои молитвы, буду тебе я другом, — отпинывает парня. — О мой милый Демон, благодарю тебя за твою милость, — снова льнет к ногам. — Жалкий человек, хватит ныть и поднимись, — рявкает мужчина. Он с силой хватает парня и неаккуратно помогает ему встать. Попутно разодрав одежды. — Милый Демон, зачем же вы так грубы? — Веди меня к себе домой, отвечу я на все, после, нашего знакомства, — указывает алым веером на темный лес. Парень бежит в сторону уходящей нечести. На замену им выходит юная красавица, садиться на пенек и писклявым голоском, причитала сама себе. Она была одета в мятные одежды, они были усыпаны синими цветами. Волосы золотые, длинные, собраны в пучок и закреплены длинной заколкой. — Любит, — отрывает лепесток, — не любит, — ещё один, — к Демону пошлёт, — снова безжалостным, но лёгким движением пальцев, на землю упал бутон, — к сердцу прижмёт, — затихает, смотрит на оставшейся. И понимает «не любит», раздраженно откинув цветок, оглядывается. — Лан Шидзе, — бежит громко и кричит. — Я здесь! — улыбается девица махая рукой, — что случилось, чего кричишь небо содрагая? — А ты не слышала, сестрица. Твой жених, совсем выжил из ума. Просил Демона с горы спустится, — шипит настороженно подруга. — Бредни это всё и слухи, — отмахивается. — Нет, ты меня послушай, — пододвигается ближе, — видели его, ну со всем не одного. Рядом с ним увидели мужчину, черные одежды и красные веревки, — смотрит в зал, пугая всех. Глаза открыты широко, а губы дрожали, — выступал он как гадкая змеюка. — О моя сестрица, быть того не может! Как же Демон смог спуститься, как же Демон не убил его? Не обогрел кровью землю матушку родную? — девушка встает, — бежим быстрее моя сестрица, быстрей домой, — девушки убегают. Кулисы закрываются и вновь выходит рассказчица. — Демон, чье имя Гидае, — девушка устремила свой взор прямо на Тэхена, улыбнулась уголками губ и видимо только тот на кого был направлен взгляд это заметила, и его это насторожило. Возможно это просто совпадение, — решил смиловаться над парнем, Демон решил помочь ему, чем это все обернется? — она скрывается. Кулисы вновь открываются и красная жидкость была видна всем. Все будоражащее охнули, и начали хлопать. Вышел мужчина в маске и поклонился. Достав большие веера цвета крови, рукава широкие и длинные разливались по полу. Музыка медленно расходилась по всему залу, и сердце Кима начало стучать сильнее. Демон переступал как кот, спиной выгибаясь как лебедь. Махая веерами будто разгоняя тьму в душе детектива. Мягкий свет опылял одежды Гидае, резко повернувшись в сторону Тэхена и посылая ему воздушный поцелуй, продолжил как ни в чем небывало танец. — Ах, милая моя, каким цветком ты родилась? — начал мужчина, его голос был бархатным — какой речкою ты стала? Ах, милая моя, каким облачком ты витаешь в небе? Милая моя, какой росинкой ты осела на траве? — падает на колени. Музыка затихла, было слышно только громкое дыхание Демона. Он начал снимать маску и Ким увидел его лицо. Он был необыкновенно красив, волосы отливали фиолетовым, аккуратный скульптурный нос, шея как волна в море. Люди начали хлопать, девушки возбужденно вздыхали, а парни завидно смотрели на мужчину, — Любовь моя, — на этой фразе Гидае посмотрел на Тэхена и их взгляды встретились. Первый раз за долгое время темноволосый почувствовал себя в порядке, будто этого он так давно искал, покоя. Он выдохся постоянно бежать от горячего гнева и разъедающей вины, даже под таблетками, что по сути должны были помочь ему, он не мог спрятаться от самого себя. И сейчас, возможно последний раз когда он может расслабиться, забыться в омутах, что пристально его оглядывали. Наконец жужжащих мыслей не было, голова перестала терзать его болью, пальцы ослабели, а ноги нервно дернулись от непривычного отдыха, — я тебя по миру искал. Но не смог я тебя найти, душа моя, — демон опустил свою голову, больше не сверля глазами детектива. И блаженство покинуло парня, снова топя его, загоняя в угол и он не в силах был выйти из него. Теперь уже не без помощи этих глаз.       Минуты тянулись для всех так мучительно медленно, но только для Тэхена они пролетели быстрее света. Змеи скучно следили за сценой и коридорами. Пак что сидел неподалеку был заворожен спектаклем, но точно не так, как темноволосый. Алия сидела в дорогом ресторане, что находился на первом этаже театра. Мило беседуя с работником, кокетливо глазами бегая по помещению выискивая кого-то. Не подалеку от девушки, Хосок на удивление спокойно беседывал с охранником, забалтывая его, дабы разузнать больше информации. Тайпан сидел в вип зале, сосредоточено болтая с белой змеей, она уже проползла во все уголки, проверила людей, и сейчас вещала своему хозяину. Удивительный «психо», редкий и прекрасный. Чтобы змея могла что-то сказать, приходилось каждый раз быть в ужасном состояние. Мужчина медленно убирает струю крови из носа. Вымотался, слишком много потратил сил, каждый раз моральное состояние ухудшалось, ломалась душа. Тан ласково оплела бедро своего хозяина, мужчина гладил ее по чешуйкам.       Концерт закончился и все давно уже ушли. Только один человек остался сидеть неподвижно, он ждал когда к нему подойдет зверь, и он пришел, сел совсем рядом с детективом. Оба молчали, они и так все знали, в этой смердящей тишине, слышалось тяжелое дыхание и легкая ухмылка с ели заметным выдохом. Стук дождя давил на нервы, капая по крыше, он капал и по здравому смыслу. — Муза моя, — подал наконец голос, — я ждал тебя. — Чонгук, — повернул голову. Вот, он совсем близко, убей его, надень наручники. Но темноволосый неподвижно лишь моргал рассматривая черные вьющиеся волосы. — Я так давно мечтал уивдеть тебя так же близко как сейчас, — молчание, — и вот, ты сейчас здесь, со мной, — посмеивается. Это давило на мозг, — я убью еще много людей для тебя, — едкий, мерзкий тон, буквально въелся в кожу Тэхена и останется там надолго. Мужчина в ответ посмотрел на парня. Ким не может оставаться рядом с ним, это просто невыносимо. Глаза уставшие вонзились в душу, раня ее, сжирая целиком. Сколько еще должно погибнуть людей? Сколько еще раз Тэхен должен падать? — Это твои подарки мне? — Это мои подношения тебе, но по сути да, — наклоняется корпусом к темноволосому, — тебе не нравится? Нужны цветы? — загадочно закатывает глаза в раздумьях. Мужчина действительно задумался о привычных подарках для своей музы, будут ли ему приятны типичные ухаживания, или стоит их подправить? — я исправлюсь, — возращает свой взор прямиком в сердце. Детектив ничего не говорит и Чонгук улыбается показывая свои белоснежные клыки — мы еще встретимся, — мимолетно дотронулся до коленки Кима. — Я буду ждать.       Чёрноволосый уходит за кулисы. И Киму хотелось пойти за ним, но некий страх останавливает его приковывая к бархатному креслу. Мысли крутились в водовороте головы, размывая мозги, обволакивая разум. Он не мог это терпеть, больше не мог. Вскочив, со всей силы ударяет сиденье нагой, ломая его. Втягивая тяжелый, вязкий воздух носом, бросил взгляд на последок туда куда ушел мужчина.

***

      Нервно дергая ногой в ожидание мужчины, Хосок уже вырвал все свои рыжие волосы. Девушка кусала кожу возле ногтей, выплевывая в сторону кусочки которые цепляла зубами. Лишь стажер оглядывал номер отеля, изучая каждый сантиметр. Невидимый туман охватывал тела, когда послышались шаги за дверью. Свет замерцал, Пак сразу же начал осматривать помещение, парень услышав как открывается дверь вернул голову в прежнее состояние, что как раз открылась. В нее вошел Ким, тяжесть что исходила от него, душила. Тьма вырывалась из его тела, призрачно черным окрасом поглощая комнату. Растрепанные волосы свисали на глаза, делая его глаза еще более дикими, а его самого более жутким. Пальцы дергались, и причина была неведома. Алия не знала что ждать, в таком состоянии Тэхен не был очень давно, многое изменилось в его голове. Все знали, что он остался в театре, чтобы поговорить со зверем. Казалось, что перед ними не их любимый Ким, а тот убийца, что нещадно губит людей. Девушка уже хотела встать и заговорить, но резкий шаг приближающейся к мини бару, остановил ее. Мрак заполонил номер, дышат с каждой секундой становилось все сложней и сложней. Темноволосый открыл бутылку виски и не наливая в стопку, сделал глоток прмяо из горла. — Как вы? — Все супер, — отозвался Хосок, он один не чувствовал страх перед детективом. — Хорошо, — не поворачиваясь к напарникам ответил Ким, — Лия, твоя комната напротив. — А, спасибо Тэ, — робко протараторила. — Я скоро вернусь, — забрав с собой виски, ушел, оставив в недопонимание напарников.       Ночь давила на мозги. Он сидел на лавочке иногда смачивая горло горьким алкоголем. Большая, яркая луна освещала его лицо, руки. Смотря на них он видел кровь, он не заметил, не предал значения этому. Воспоминания всегда сопровождались галлюцинациями, уже привык. Глаза заболели, губы задрожали, слеза сама скатилась по щеке. Как давно он плакал? И плакал ли вовсе? Открыв глаза он понял — дождь. Капля с неба упала на его лицо, это были вовсе не слезы. Делая глоток, достает пачку сигарет, стоило бросить курить, но он займется этим как-нибудь позже, как всегда и было. Шурша рукой в кармане наконец-то находит зажигалку, поджигает табак, никотин пробирает легкие до дрожи. Запрокидывает голову, шею неприятно тянуло, выдыхая дым, замечает белую тень возле себя. Змея улеглась подле, положив голову на бедро мужчины. Юнги где-то рядом, но не осмелиться подойти пока не позовут. — Милая Тан, — свободной рукой оглаживает чешую, — буду ждать вас через неделю у себя, — смотрит прямо в два черных пятнашка, жаль, что она лишь порождение «мрака». Змея прошипела и ели заметно кивнула. Компания такой дамы, нравилась Киму, успокаивала, она принимала его жуткую сторону. Может ли еще кто-то так же принять его? " Я люблю тебя, брат» эти слова буквально вырезались в его голове. Дабы больше не слышать эти слова, Тэхен предался воспоминаниям:       Уставший парень валялся на полу, долгая погоня забрала все все силы. Слипавшиеся глаза от пота кое-как могли разглядеть место где он находится. Судя по вони, которую он жадно вдыхал, он в первой реки. Закрывая веки, он опустил руки. Сколько он как тряпка валялся, знает только бог. Только хотел встать, как тяжелая рука схватила его, причиняя боль. Разлепляя глаза он уивдел дикий, но каким-то образом спокойный оскал, ухмыльнувшись самому себе, отключился.       Тэхен разглядывал парня, что спал, на его диване. Белоснежные прямые волосы, слегка закрывали лоб, не было похоже нато, что он пользовался краской. Альбинос? Если так, то можно продать его и выручить много денег. Отвернувшись от него, продолжил нарезать старым, ржавым ножом мясо, которое он благополучно умыкнул со скотобойни. Напевая себе под нос любимую песню своего друга, остановился почувствовал нечто острое возле своей шеи. — Убери, если не хочешь лишиться руки, — апатично предупредил беловолосого. — Где я, падла? — У меня дома, кстати, невежливо гостям угрожать хозяину, — резко повернулся корпусом к парню, Ким ударил его в живот, ставя подножку отшатнувшемуся парнишке, тот упал громко вскрикнув. Его зору был представлен, на вид тяжелый топор, из него сочилась тьма. — Тоже «психо»? — хмыкнув. — Тоже? — наклонил голову. — Змеевод. — Серпентология, докажи, — поворачивает лезвием к артерии, намекая на то, что если беловолосый лжёт, то ему снесут голову. Тот же кивая, закрывает глаза, из его спины, выползает маленькая змея, она была невероятно красива, бледна как луна, — ясно, — убирает орудие и возвращается к гнилой плите. — А ты? Я чувствую, что топор не единственное твое оружие, — встает с пола. — Это не важно, — продолжает нарезать мелко кусок мясо, — ты из Змей, что забыл в первом районе? — Бежал, от Драконов, — садиться на трухлявый стул, — знаешь наши банды, кто ты? — Учусь на мусора, — поворачивается головой, злобно улыбаясь, махает ножом, — третья река, — отворачивается. — Твою то мать, — смеется, — могу заручиться твоей поддержкой когда станешь им? — А какая мне польза от тебя? — Любая, че хочешь сделаю, Змеи станут твоими братьями, — смотрит на змею, что ползет к коробке. — Если твоя зверушка, что-то сделает моей Булочке тебе пизда. — Булочке? — подходит к ней и заглядывает внутрь картонки, маленький пушистый комок который своими глазками влюбил себя с первого раза, — ого, у такого психа есть котик? — ухмыляется. — Конечно, если сходить с сума, то не одному. — О смотри они подружились! — на удивление Тэхена, беловолосый очень эмоциональный. Темноволосый подходит к парню и так же смотрит на коробку, змея калачиком окутала котика, согревая ее, — как зовут тебя, спаситель? — Тэхен, ты? — Юнги, — тянется чтобы пожать руку и Ким принимает его жест.       Много воды утекло, много дел детектив пропустил и вывернул в пользу Мина, он был мозгом, Тайпан его руками. Они скрепили дружбу кровью, порез на руках, у обоих давно зажил, превратился в шрам. Но стал Тэхен Иудой для беловолосого. Самое главное дело их жизни, превратилось в ад, когда темноволосый толкнул Юнги в яму предательства. Сидел в той гнилой дыре беловолосый много времени, задыхался от гнева к своему бывшему другу, но предатель протянул руку ему, вытянул и все рассказал. Шрамы и их собственная пролитая кровь на руках, были не зря. До сих пор, они вместе.       Приятные воспоминая, детектив продолжал сидеть и лениво пить алкоголь. Он давно заметил белые волосы в далеке. Узкие глаза и строптивый взгляд в них, длинные пальца сжимали что-то в кармане. Наконец глава Змей, сел рядом. Гробовую тишину разбавлял гул машин, и надоедливое мерцание лампы, что освещала здание неподалеку. — Я приду вечером. — Приготовлю твое любимое блюдо, — выдохнул и улыбнулся. — Хорошо, Иуда, не забудь о Тан, — Юнги рассматривал зверушку в руках друга, та податливо отдавалась ласкам. Голова была пуста, как-то магически смотрел на здания, внимательно разглядывая, что твориться в окнах. Рыжая макушка выглядывала из-за штор, лез не в свое дело, но как можно было винить такого милого парня? Чон так ласкового сжимал ткань, и прятался, чтобы его не увидели. Беловолосый улыбнулся.