i'll paint you a clear blue sky

[ jinnie, 10:55 ] когда ты понял, что тебе нравятся парни? ой мы ведь можем говорить об этом, да? Теперь дни Феликса начинались разговорами с Джинни. Обычно тот просыпался раньше и оставлял сообщение с пожеланием доброго утра. Это жутко смущало Ликса и от мысли, что где-то правда может существовать человек, который добровольно вспоминает о нём каждый день, внутри разливалось приятное чувство. Он часто обновлял страничку Джинни в приложении, глядя на молчаливое «был в сети тогда-то». Феликсу нравилось фантазировать о том, чем его онлайн-друг мог заниматься, когда они не общались. Проверял ли тот так же страницу Ликса? Радовался ли его сообщениям? Феликс не помнил, когда последний раз ждал так чьего-нибудь появления в сети, и из-за этого всё было для него как будто в новинку. Иногда, когда Джинни увлечённо сыпал новыми сообщениями, Ликс готов был пищать от восторга, потому что у него есть онлайн-друг(!). Но, стоило отвести глаза от экрана, он обнаруживал себя в реальности, где был один, всё такой же и никому особо не нужный. Он же Феликс. Использованный, с уродливыми пятнами по всему его тощему телу. Кто его захочет? Джинни остаётся с ним только потому, что не знает, кто он такой – об этом ни в коем случае не следовало забывать. И тогда всё теряло смысл. [ moon boy, 10:55 ] думаю да [ moon boy, 10:56 ] хм я люблю людей независимо от пола но об ориентации задумался лет в 13 (??) когда заставлял себя интересоваться девушками как мои одноклассники я понял что ничего не чувствую [ jinnie, 10:56 ] ого 13 это довольно рано я понял только пару лет назад [ moon boy, 10:57 ] думаю возраст не очень важен главное что ты не успел жениться и завести троих детей [ jinnie, 10:57 ] оу да ты прав это просто худший сценарий но я успел пару месяцев пострадать из-за внутренней гомофобии [ moon boy, 10:57 ] у меня такого не было зато окружающие были не слишком толерантными Рядом с его сообщением появились две галочки, уведомляющие, что собеседник его прочитал. Хоть их темы для разговоров и были ограничены, о том, на чём не лежало запрета, Феликс всегда говорил искренне. Но даже то немногое, что он мог о себе рассказать, ощущалось ложным и фальшивым. Он врал Джинни, врал о своей нормальности, прикидывался кем-то лучше, умнее и интереснее, строил из себя такого хорошего и несправедливо травмированного мальчика. Было противно от самого себя, от ощущения, что он не может банально поделиться чем-то позитивным; любой рассказ сводился к ошибкам прошлого, и он мечтал родиться заново, любить людей вокруг чуть больше и никогда не заводить знакомства с тем человеком. Он завидовал Джинни в том, как свободно тот болтал о чём угодно, делясь своими чувствами, даже если они были не самыми приятными или правильными в привычном понимании. [ jinnie, 10:58 ] надеюсь сейчас тебя окружают более понимающие люди ты этого заслуживаешь :( Но Феликс знал, что не заслуживал. Чан твердил ему, что если бы Джинни было настолько мерзко и неприятно от их общения, то он бы точно не стал отвечать из вежливости и просто заблокировал. И если мозг Феликса ещё мог с этим согласиться, то израненное сердце красной бегущей строкой сигнализировало о том, что с ним общаются из жалости.

***

Выходные и всю следующую неделю Феликс провёл, горбатясь над новым переводом, который нужно было сдать до середины месяца. Выбранная специальность была ещё одной вещью, которую Феликс ненавидел. В Австралии он не особо задумывался о том, кем хочет работать, а когда брат объявился на пороге с билетами в один конец, придумывать было уже поздно. Подать документы на переводческий факультет с английским языком показалось ему самой простой и выгодной опцией. Ликс без проблем набрал высший балл по вступительным тестам и рассчитывал так же легко отучиться пять лет – английский был его родным языком, разве могут возникнуть какие-то проблемы? Уже на первом курсе к Феликсу подкралось ужасающее осознание того, что он самолично обрёк себя на пять лет страданий. Студентов заваливали бесконечными техническими текстами про роботизированные распылители и инновационные программы n-ной фирмы, так, что даже одногруппники Феликса, которые реально горели этой профессией, начинали лезть на стенку. А для того, кто изначально не планировал работать в этой сфере, каждое задание казалось в десять раз обременительнее и бесполезнее. Ликс регулярно ловил себя на мысли, что готов отчислиться вот прямо в эту секунду, но брат утверждал, что без диплома в чужой стране делать нечего. И Феликс терпел, каждый день приходя на учёбу как на каторгу. Его не вдохновлял даже пример Чана, который вполне успешно нашёл себе работу на выпускном курсе. Феликс совершенно определённо не хотел заниматься переводами и в один прекрасный день умереть в обнимку с ворохом скучных бумажек. Но никаких других идей по выбору специальности тоже не было. Как-то раз он даже поделился этими мыслями с Джинни, конечно, достаточно отстранённо и образно обо всём рассказывая. [ jinnie, 02:03 ] кажется ты редко появляешься в сети последнее время [ moon boy, 02:10 ] извини я полностью утонул в дедлайнах скоро перестану понимать когда утро а когда ночь [ jinnie, 02:10 ] тоже любитель делать всё в последний момент? [ moon boy, 02:10 ] нет просто не могу себя заставить :( [ jinnie, 02:11 ] понимаю обычно я стараюсь закончить все неприятные штуки днём чтобы вечером заниматься тем что мне нравится не знаю, если это как-то тебе поможет [ moon boy, 02:11 ] у меня нет никаких увлечений точнее, последнее время это общение с тобой но сил нет даже на это (прости) [ jinnie, 02:12 ] оу мне приятно ;) [ jinnie, 02:14 ] на самом деле последние дни я вынужден работать с человеком который меня выводит из-за него мне не хочется заниматься тем что я очень очень люблю но когда я возвращаюсь домой и просматриваю старые фотографии или редактирую что-то новое мне становится лучше? это как место, в которое ты в любой момент можешь вернуться и тебе будет легче как дом [ moon boy, 02:15 ] мне очень жаль, что кто-то заставляет тебя ненавидеть свою работу :( тот человек полный отстой тебе всегда нравилось фотографировать? Это напомнило Феликсу их первый диалог, и он улыбнулся своим мыслям. Сколько времени уже прошло? Где-то две недели? Он и не заметил, как Джинни стал привычной составляющей его жизни и как многим он, на самом деле, успел поделиться с онлайн-другом. Даже Чан заметил, что Ликс стал более разговорчивым и живым. Как будто спустя многие годы он начал потихоньку снимать с себя ткань, покрытую густым слоем пыли. Такую, какой обычно накрывают мебель, когда хозяева дома покидают его на долгое время. Вот и Феликс, похороненный пять лет назад, как будто начал подавать признаки жизни. Но он всё ещё боялся. Что его осудят, не поймут, не захотят. Что он снова останется один, если покажет слишком много себя. Его пугала мысль, что крепость, которую он так старательно возводил вокруг, падёт. [ jinnie, 02:15 ] с того момента, как мама купила себе «мыльницу» перед отпуском она говорит что я не выпускал её из рук даже в воде [ moon boy, 02:16 ] ахаха как мило я бы хотел увидеть больше твоих фотографий [ jinnie, 02:20 ] < изображение > < изображение > < изображение > [ moon boy, 02:21 ] вау ты был во франции? это очень красиво!! Фотографии Джинни были тёплыми и солнечными. Как будто это вовсе и не фотографии, а кадр оживлённой сцены в кино, которое поставили на паузу. Глядя на них можно было почувствовать особую атмосферу, которая, по мнению Феликса, отражала не настроение европейского города, а взгляд самого Джинни, который на этот город смотрел. Он как будто умел найти что-то особенное даже в неприметном уголке или скучающего вида паре на веранде кафе и запечатлевал это на камеру, чтобы потом поделиться найденным сокровищем со всем миром. [ moon boy, 02:22 ] мне правда нравится [ jinnie, 02:22 ] спасибо :) я бы хотел сфотографировать тебя однажды мне почему-то кажется что ты очень красивый Феликс поджал губы. [ moon boy, 02:23 ] может быть Когда Ликс уже лежал в постели той ночью, он ещё долго не мог заснуть, прокручивая в голове слова интернет-друга. Найти занятие, которое будет наполнять его жизнь и отвлекать от ненавистной учёбы? Раньше он проводил время с Чаном и читал книжки. Сейчас на его полках стало так много англо-корейских справочников с названиями всяких деталей от технических приборов, что идея читать что-то ещё казалась ему подобной смерти. Тусовки у Чана на ближайший год тоже отпадали, но это было и не совсем тем, чего искал Феликс. Так ничего и не придумав, он провалился в сон, в котором парень с размытым лицом и камерой на шее рассказывал ему что-то о далёкой Франции, Версальском дворце и латте с кокосовым сиропом.